Решение по делу № 2-2507/2022 от 07.06.2023

Дело № 2-44/2023

УИД: 34RS0003-01-2022-003315-08

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июня 2023 года город Волгоград

Кировский районный суд г. Волгограда в составе:

председательствующего судьи Павловой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Васюре Т.Д.,

с участием прокурора Хахамовой О.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указала, что <ДАТА> между ФИО2 и ФИО9 был зарегистрирован брак. С момента заключения брака и до <ДАТА> истец со своим супругом ФИО9 совместно проживали, вели общее хозяйство. <ДАТА> примерно в 9 час. 30 мин - 9 час. 40 мин истец по телефону вызвала скорую медицинскую помощь, так как у ее супруга - ФИО3, <ДАТА> года рождения, было плохое самочувствие, а именно, он жаловался на боли в области левого плеча. Примерно через 10-15 минут приехала скорая медицинская помощь. Приехавший врач провел визуальный осмотр супруга истца, после чего померил артериальное давление, значение которого на тот момент показало 130/80, хотя ФИО3 страдал повышенным давлением и принимал лекарства. После этого врач сделал электрокардиограмму (ЭКГ) по результатам которой сказал, что никаких отклонений нет (один экземпляр кардиограммы на бумажном носителе врач передал истцу, а второй забрал с собой), указав, что скорее всего у ФИО3 болит сустав и необходимо мазать обезболивающими мазями. После этого ФИО3 сделали укол анальгина и скорая медицинская помощь уехала. Госпитализацию не предлагали. Впоследствии самочувствие ФИО3 стало ухудшаться. Около 15 час. 30 мин. - 15 час. 40 мин. он начал хрипеть и закатывать глаза. Истец повторно вызвала скорую помощь, до приезда которой всячески пыталась оказать супругу помощь, делая искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Примерно в 15 час. 55 мин. приехала скорая медицинская помощь и врач скорой помощи констатировал смерть ФИО3 Приехавшему врачу истец показала ЭКГ ФИО3 Посмотрев ЭКГ, врач сказал, что отклонений нет и кардиограмма абсолютно нормальная. В справке о смерти в качестве причины смерти указано: «Другие формы острой ишемической болезни сердца». После похорон супруга, истец звонила на станцию скорой помощи, чтобы забрать второй экземпляр ЭКГ супруга, который остался у врача скорой помощи. После разговора с заведующим истцу была выдана копия второго экземпляра ЭКГ. С обеими кардиограммами истец пошла на консультации к двум врачам-кардиологам. Посмотрев ЭКГ, врачи пояснили, что на них отчетливо виден инфаркт. Из изложенного следует, что если у ФИО3 был инфаркт, то приехавшая утром <ДАТА> скорая медицинская помощь должна была оказать соответствующую медицинскую помощь и госпитализировать его. Однако, врач скорой медицинской помощи не установил инфаркт, и соответственно супругу истца не была оказана необходимая медицинская помощь, что в свою очередь повлекло его смерть. Полагает, что ненадлежащее исполнение врачами своих должностных обязанностей, не проведение должного обследования пациента привело к смерти ФИО3

Ссылаясь на указанные обстоятельства, просила взыскать с ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2000000 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО5 исковые требования поддержала, просила иск удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» - ФИО6 возражала против удовлетворения исковых требований, просила в иске отказать.

Третье лицо ФИО7 возражала против исковых требований, просила в иске отказать.

Прокурор ФИО10 в заключении полагала необходимым исковые требования удовлетворить, взыскав компенсацию морального вреда с учетом требований разумности и справедливости.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки не представили.

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся лиц, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от <ДАТА> №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как следует из материалов дела, истец ФИО4 является супругой ФИО3

<ДАТА> ФИО3 умер, что подтверждается справкой о смерти С-01200 от <ДАТА>.

Брак между ФИО2 и ФИО9 зарегистрирован <ДАТА> (свидетельство о заключении брака № от <ДАТА>), с указанного времени по дату смерти супруги проживали совместно и вели общее хозяйство.

Как следует из справки причина смерти ФИО3, <ДАТА> года рождения, «другие формы острой ишемической болезни сердца», что также подтверждается копией медицинского свидетельства о смерти серия № от <ДАТА>.

Согласно представленным копиям карт вызова скорой медицинской помощи ФИО3 <ДАТА> в день смерти дважды супругой вызывалась скорая медицинская помощь.

Первый вызов был принят <ДАТА> в 09:29, назначена бригада №, врач ФИО7; повод: 04хболь в груди (неиз. эиологии), 140/115, результат - оставлен на месте, Ds М25 – другие болезни суставов, проведено ЭКГ, сделан укол анальгина.

Второй вызов поступил <ДАТА> в 15:31, назначена бригада №, врач ФИО11, повод: 06с – судороги (причина неизвестна), Ds - другие причины смерти, констатирована смерть до прибытия.

Согласно ответу ГБКУЗ «КССМП» в адрес Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> от <ДАТА> скорая медицинская помощь ФИО3 оказывалась своевременно, лечебно-диагностические мероприятия проведены своевременно и в достаточном объеме. Представлены пояснительные записки работников ГБКУЗ «КССМП» ФИО7 и ФИО11, а также протокол врачебной комиссии № ГБУЗ «КССМП» от <ДАТА>, копии карт вызова скорой медицинской помощи № и № от <ДАТА>, сведения об образовании ФИО7, копия трудового договора № от <ДАТА>, сведения об образовании ФИО12, копия трудового договора № от <ДАТА>, копии должностной инструкции врача скорой медицинской помощи, фельдшера, сведения об образовании ФИО11

Согласно ответу Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> от <ДАТА>, по результатам обращения ФИО2 о ненадлежащем оказании медицинской помощи ее супругу ФИО3, Комиссией Территориального органа Росздравнадзора по <адрес> проведена внеплановая документарная проверка в отношении ГБУЗ «КССМП» с <ДАТА> по <ДАТА> с привлечением аккредитованных экспертов в профильных областях, а именно, врача эксперта в области функциональной диагностики и врача-эксперта кардиолога, запрошена и рассмотрена медицинская и иная документация ГБУЗ «КССМП». В ходе рассмотрения документов, представленных ГБУЗ «КССМП» выявлены нарушения в оформлении медицинской документации, а также при оказании медицинской помощи ФИО3 По результатам проведенной внеплановой проверки главному врачу ГБУЗ «КССМП» выдано предписание.

По запросу суда ФГБУЗ ВМКЦ ФМБА России <ДАТА> представлена медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ФИО3

Согласно данных карты <ДАТА> – осмотр хирурга, диагноз М19.8 Др. Уточненный артроз DS: ДОА мелких суставов правой стопы и правой кисти, болевая форма; <ДАТА> проведена рентгенография правой кисти №; <ДАТА> проведена рентгенография правой стопы (заключение: остеопороз плюснево-фалангового сустава 1 пальца правой стопы 1-2 ст.; <ДАТА> осмотр хирурга - диагноз основной М19.8 Др. Уточненный артроз DS: ДОА мелких суставов правой стопы и правой кисти, болевая форма; <ДАТА> осмотр хирурга - диагноз основной М19.8 Др. Уточненный артроз DS: ДОА мелких суставов правой стопы и правой кисти, болевая форма., вызд.; <ДАТА> осмотр хирурга - диагноз основной М19.8, ДР. уточненный артроз, DS подагра, подагрический артрит суставов левой стопы, <ДАТА> проведена рентгенография левой стопы №; <ДАТА> осмотр хирурга - диагноз основной М19.8, ДР. уточненный артроз, DS подагра, подагрический артрит суставов левой стопы; <ДАТА> осмотр хирурга - диагноз основной М19.8, ДР. уточненный артроз, DS подагра, подагрический артрит суставов левой стопы; <ДАТА> осмотр хирурга - диагноз основной М19.8, ДР. уточненный артроз, DS подагра, подагрический артрит суставов левой стопы; <ДАТА> осмотр стоматолога.

Также по запросу суда из ГУЗ «Поликлиника №» представлена медицинская карта ФИО3 №, в которой указано, что ФИО3 наблюдался в ГУЗ «Поликлиника №» с 2016 года. Проходил лечение по поводу деформирующего остеоартроза правого плечевого сустава, распространенного остеохондроза позвоночника, подагрического артроза и ДОА крупных суставов, подагры, рецидивирующего подагрического артрита суставов стоп, гипертонической болезни. Последнее обращение на прием к врачу <ДАТА>.

По запросу суда Территориальным органом Росздравнадзора по <адрес> <ДАТА> представлены предписание об устранении выявленных нарушений в адрес ГБУЗ «КССМП» от <ДАТА> №, акт проверки № от <ДАТА>, экспертное заключение от <ДАТА>.

Как следует из акта проверки № от <ДАТА> при проверке в отделении ГБУЗ «КССМП» выявлены следующие нарушения: «п. 11 части 1 статьи 79 Федерального закона от <ДАТА> № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в части ведения и оформления медицинской документации: в представленных картах вызова скорой медицинской помощи №№, 389 от <ДАТА> в пунктах 29, 30 имеется ссылка на 32, 33 статьи Основ законодательства РФ об охране здоровья, что не соответствует требованиям действующего законодательства, т.к. дача информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства регулируется статьей 20 Федерального закона от <ДАТА> № 323-ФЗ «Об основании охраны здоровья граждан в Российской Федерации»; в карте вызова скорой медицинской помощи № от <ДАТА> не указана форма оказания скорой медицинской помощи - экстренная или неотложная; не указан код по МКБ-10 в разделе «диагноз 2», хотя в пункте 24 сопутствующие заболевания «подагра, гипертоническая болезнь»; отсутствует интерпретация тахикардии; п.п. б) п. 15 приложения 2 к Приказу Минздрава России от <ДАТА> №н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи» выездная бригада скорой медицинской помощи выполняются следующие функции: оказывает скорую, в том числе скорую специализированную медицинскую помощь, включая установление ведущего синдрома и предварительного диагноза заболевания (состояния), осуществление мероприятий, способствующих стабилизации или улучшению клинического состояния пациента. В карте вызова скорой медицинской помощи № от <ДАТА> в пункте 32 «результат оказания скорой медицинской помощи» отмечено «улучшение», хотя, в пункте 27 «эффективность проведенных мероприятий» указаны данные АД, ЧСС, пульса, термометрии аналогичные данным на начало вызова, указания на уменьшение болевого синдрома также отсутствуют, следовательно, отметка «улучшение» ничем не обоснована. Ведущий синдром установлен как «боль в левом плече», в анамнезе врачом отмечено отсутствие эффекта от применения НПВС (нимесил, диклофенак) «со вчерашнего дня», тем не менее, врач принимает решение о введении раствора анальгина. Кроме того, по заключениям экспертов, участвующих в проверке достоверных данных за острый инфаркт миокарда на представленной ЭКГ не выявлено, но имеются изменения (отсутствие нарастания зубца r с V1 до V4 (очаговые изменения) и депрессия сегмента ST во II, III, AVF отведениях могли быть признаками ишемического повреждения миокарда) требующие согласования с клиникой и снятия ЭКГ в динамике. На представленной ЭКГ перепутаны отведения V4 и V5, это отмечено стрелкой. Однако, изменения расценены, как неполная блокада левой ножки <адрес>, что не соответствует действительности. Недооценены очаговые изменения и нарушение рсполяризации, что требовало согласования с клиникой и динамического наблюдения. Таким образом, проведенные лечебно-диагностические мероприятия не способствовали улучшению или стабилизации состояния пациента. Лицо, допустившее нарушение: ГБУЗ «КССМП».

Как следует из экспертных заключений от <ДАТА> <ДАТА> диспетчеру в 09:29 поступил вызов от пациента ФИО3. Возраст пациента 41 год. Повод обращения «боль в груди». В 09:30 к больному направлена бригада СМП в составе врача ФИО7 и фельдшера ФИО12 Согласно стенограмме вызова СМП пациент предъявлял жалобы на боли в правом плече с иррадацией в сердце. Согласно медицинской документации, болезненность, усиливающаяся при движении, определялась в левом плечевом суставе. На представленной ЭКГ пленке ритм синусовый 102 уд/мин. Синусовая тахикардия. Нормальная ЭОС. Отсутствие нарастания зубца r с V1 до V4 (очаговые изменения) и депрессия сегмента ST во II III AVF отведениях могли быть признаками ишемического повреждения миокарда. Уточнение диагноза требовало согласования с клиникой и контроль ЭКГ в динамике. Врачом ФИО7 был поставлен диагноз артрит левого плечевого сустава. Подагра. Гипертоническая болезнь 2 <адрес> лечение – раствор анальгина 50% - 2мл. в/м. Прибывшая по повторному вызову <ДАТА> в 15:33 бригада фельдшера ФИО11 констатировала биологическую смерть больного. Выявленные нарушения: 1) документарные – в стенограмме вызов СМП жалобы на боли в правом плече, в медицинской документации описаны боли в левом плечевом суставе. Диагноз – артрит левого плечевого сустава. 2) диагностические – недостаточная интерпретация ЭКГ пленки, имеющиеся изменения на ЭКГ пленке требовали контроля в динамике, согласования с клиникой и дообследования. 3) Тактические – недооценка тяжести состояния больного. 4) лечебные – стандарт лечения ОКС не выполнялся в связи с отсутствием прижизненного диагноза ОИМ. Выводы: недостаточно полная интерпретации ЭКГ, недооценка тяжести состояния больного врачом ФИО7 не позволили заподозрить вероятный диагноз ОКС )(данные патологоанатомического исследования не представлены) и выполнить стандарт диагностики и лечения при ОКС. Также согласно заключению экспертов на представленной ЭГК перепутаны отведения V4 и V5, хотя это отмечено стрелкой. Изменения расценены как неполная блокада левой ножки <адрес>, что не соответствует действительности. Недооценены очаговые изменения и нарушение реполяризации, что требовало согласования с клиникой и динамического наблюдения.

В соответствии с актом судебно-медицинского исследования трупа № смерть ФИО3 наступила в результате острого инфаркта миокарда передней стенки левого желудочка сердца, осложнившегося кардиогенным шоком. При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО3 какие-либо телесные повреждения не обнаружены. При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО3 (акт № ото <ДАТА>) этиловый спирт не обнаружен. В виду гнилостных изменений полученные данные имеют относительное значение.

Как следует из акта судебно-гистологического исследования № на основании судебно-гистологического исследования выявлены патоморфологические признаки: ИБС. Острый инфаркт миокарда в стадии некроза. Атеросклероз коронарной артерии с атероматозом. Мелкоочаговый интерстициальный, периваскулярный кардиосклероз. Признаки кардиомиопатии.

В соответствии с ответом ГБКУЗ «КССМП» от <ДАТА> сообщено об уничтожении карт вызовов скорой медицинской помощи ФИО3 в связи с истечением срока хранения.

В рамках рассмотрения дела, определением Кировского районного суда <адрес> от <ДАТА> назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам экспертного заключения №-гр:

Вопрос №: Соответствовала ли медицинская помощь, оказанная <ДАТА> сотрудниками ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» ФИО3 стандартам медицинской помощи, имелись ли нарушения, если да, то какие?

Ответ: Медицинская помощь, оказанная <ДАТА> сотрудником ГБУЗ«Клиническая станция скорой медицинской помощи» ФИО16 ВладимируВикторовичу по выставленному им диагнозу - «Артрит левого плечевого сустава. Подагра.», соответствовала стандартам.

Медицинская помощь, оказанная <ДАТА> сотрудником ГБУЗ«Клиническая станция скорой медицинской помощи» ФИО16 ВладимируВикторовичу по имевшемуся у него, но не диагностированному остромукоронарному синдрому, стандартам не соответствовала.

Решение вопроса о наличии нарушений при оказании медицинской помощи не входит в компетенцию судебно-медицинских экспертов. Данный вопрос может быть решён органами управления здравоохранением <адрес>.

Вопрос №: Все ли диагностические мероприятия были проведены <ДАТА> сотрудниками ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» ФИО3?

Ответ: Сотрудником ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» ФИО3 <ДАТА> были проведены все диагностические мероприятия, за исключением экспресс теста на тропонин. Экспертная комиссия считает необходимым указать, что в представленных на исследование материалах не содержится информации о том, имелась ли у сотрудника ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» техническая возможность для проведения такого экспресс-теста.

Вопрос №: Являлись ли изменения на ЭКГ характерными только для острого инфаркта миокарда, могли ли данные изменения быть выявлены в результате иной патологии?

Ответ: Изменения на ЭКГ, снятой ФИО3, могли соответствовать как острому, так перенесённому ранее инфаркту миокарда. В результате какой-либо иной патологии данные изменения не выявляются.

Вопрос №: Можно ли утверждать, что клинические проявления для данного заболевания были нетипичными для ОКС?

Ответ: Зарегистрированная сотрудником ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» клиническая картина имевшегося у ФИО3 заболевания, в совокупности с изменениями на ЭКГ, соответствовали острому коронарному синдрому.

Вопрос №: Требовалась ли экстренная госпитализация ФИО3?

Ответ: Имелась необходимость в госпитализация ФИО3 с целью его дальнейшего обследования и динамического наблюдения за его состоянием.

Вопрос №: В случае, если, медицинская помощь была оказана ненадлежащим образом, неверно был выставлен диагноз, имеется ли причинно-следственная связь между недостатками, допущенными при оказании медицинской помощи и наступлением смерти ФИО3 <ДАТА>?

Ответ: В оказании медицинской помощи ФИО3 сотрудником ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» экспертная комиссия усматривает следующие недостатки: неверно оценены результаты ЭКГ исследования (выявленные изменения могли быть признаками ишемического повреждения миокарда); несмотря на отсутствие эффекта от проведённой ранее терапии (нимесил, диклофенак) при выставлении предварительного диагноза не подозревается наличие острого коронарного синдрома.

Вышеуказанные недостатки в оказании медицинской помощи ФИО3 сотрудником ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» привели к принятию неправильного решения о дальнейшей тактике ведения больного, не проведению его госпитализации в соответствующее медицинское учреждение, не диагностированию, имевшегося на тот момент у больного заболевания - «Острого инфаркта миокарда» (от которого наступила смерть) и соответственно не проведению лечения этого заболевания.

Между вышеуказанными недостатками в оказании медицинской помощи ФИО3 сотрудником ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» и наступлением его смерти прямой причинно-следственной связи экспертная комиссия не усматривает, так как:

- недостатки в оказании медицинской помощи не являлись причиной возникновения заболевания - «Острого инфаркта миокарда», а также не являлись причиной возникновения осложнения этого заболевания - «Кардиогенного шока», от которых наступила смерть ФИО3;

- недостатки в оказании медицинской помощи не являлись причиной более быстрого течения (прогрессирования) заболевания - «Острого инфаркта миокарда» и осложнения этого заболевания - «Кардиогенного шока», от которых наступила смерть ФИО3.

Экспертная комиссия на основании медицинских данных не может достоверно и обоснованно установить являлись ли недостатки в оказании медицинской помощи ФИО3 со стороны сотрудника ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» одним из условий естественного течения имевшегося у него острого инфаркта миокарда и развития кардиогенного шока или не являлись, так как своевременно поставленный правильный диагноз и своевременно назначенное правильное лечение при таком заболевании не гарантируют отсутствие наступления летального исхода. В связи с этим экспертная комиссия не может достоверно и обоснованно установить имеется ли какая-либо другая (непрямая) причинно-следственная связь между недостатками в оказании медицинской помощи ФИО3 со стороны сотрудника ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи», и наступлением его смерти <ДАТА>.

Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. Доказательств, свидетельствующих о недопустимости указанного заключения, в материалы дела не представлено.

Оценив заключение судебной экспертизы в соответствии с правилами ч. 3 ст.86 ГПК РФ в совокупности с иными представленными доказательствами, суд признает его достоверным и допустимым доказательством по делу, поскольку оно является полным, мотивированным, квалификация экспертов подтверждена документально и сомнений не вызывает.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно п. 48, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <ДАТА> № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от <ДАТА> №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ «КССМП» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация ГБУЗ «КССМП» должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО2 в связи со смертью ее супруга ФИО3, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.

Вместе с тем, ответчиком отсутствие вины доказано не было.

Учитывая изложенное, суд не может утверждать о наличии прямой причинной связи между выявленными недостатками оказания медицинской помощи и смертью ФИО3, однако, выводами проведенной по делу экспертизы, а также проведенной проверкой Территориальным органом Росздравнадзора в <адрес> была установлена вина врачей в наличии дефектов оказания медицинской помощи, поэтому в случае своевременной диагностики для установления правильного диагноза, своевременно и правильно выполненным объемом медицинской помощи, госпитализации больного, возможность наступления благоприятного исхода для больного не могла быть исключена, что свидетельствует о наличии непрямой (косвенной) причинно-следственной связи между упущениями врачей и смертью пациента.

Определяя размер взыскиваемой в пользу истца компенсации морального вреда, суд учитывает оказание ответчиком медицинских услуг ненадлежащего качества, степень вины ответчика, степень перенесенных истцом нравственных страданий по поводу смерти супруга, с которым находилась в браке более 20 лет, которая до настоящего времени не может смириться с утратой, принимая во внимание разрыв семейной связи между супругами, наличие между супругами чувства привязанности, эмоциональной и душевной связи, также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон, в связи с чем, полагает необходимым взыскать с ответчика сумму компенсации морального вреда в размере 700000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии с ч.2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

Из материалов дела видно, что на основании определения Кировского районного суда <адрес> от <ДАТА> ГБУЗ «ВОБСМЭ» была проведена судебная комплексная медицинская экспертиза.

Согласно заявления ГБУЗ «ВОБСМЭ» стоимость экспертизы составила 65827 руб., которая до настоящего времени не оплачена.

Учитывая, что проведенная в рамках рассмотрения дела судебная экспертиза не оплачена, экспертным учреждением выставлен счет на оплату на общую сумму в размере 65827 руб., при этом исковые требования удовлетворены, суд считает, что ходатайство ГБУЗ «ВОБСМЭ» о взыскании расходов на проведение экспертизы с ответчика подлежит удовлетворению.

Кроме того, в соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет <адрес> в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 (паспорт: №) к ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» (ИНН: № о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 700000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 к ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» о взыскании компенсации морального вреда, - отказать.

Взыскать с ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» (ИНН: №) в пользу ГБУЗ «ВОБСМЭ» (3443900052) расходы на проведение экспертизы в размере 65827 руб.

Взыскать с ГБУЗ «Клиническая станция скорой медицинской помощи» (ИНН: № в доход административного округа город-герой Волгоград государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда в Волгоградский областной суд через Кировский районный суд <адрес>.

Мотивированный текст решения изготовлен <ДАТА>.

Судья подпись Л.В. Павлова

<данные изъяты>