Решение по делу № 2-1311/2022 от 04.09.2023

Дело №2-20/2023 (2-1311/2022)

УИД 11RS0005-01-2021-007308-25

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Изъюрова С.М., при секретаре Писаревой М.А., с участием прокурора Володиной В.А., при участии представителя истца ФИО2 Ю., так же являющегося третьим лицом, представителя ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ухта Республики Коми 04 сентября 2023 года гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Коми «Вуктыльская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 Ю. обратился в суд с иском к ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., штрафа, в обоснование исковых требований указав, что ответчиком ненадлежащим образом была оказана медицинская помощь его матери - ФИО3, в результате виновных действий медицинских работников скорой медицинской помощи последняя скончалась.

Определением суда от 02.12.2021 гражданское дело по иску ФИО2 к ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. направлено в Вуктыльский городской суд Республики Коми для рассмотрения по существу.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Коми определение Ухтинского городского суда Республики Коми от 02.12.2021 отменено, дело возвращено на рассмотрение в Ухтинский городской суд Республики Коми.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела истец увеличил исковые требования, просил привлечь в качестве соответчика администрацию городского округа «Вуктыл» и взыскать с указанного ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. ввиду ненадлежащего разрешения обращения истца.

Протокольным определением суда от 12.04.2022 к участию в деле в качестве ответчика привлечена администрация городского округа «Вуктыл».

В дальнейшем истец изменил предмет иска, отказавшись от требования в части взыскании штрафа.

Определением суда от 12.09.2022 исковые требования истца к администрации городского округа «Вуктыл» о взыскании компенсации морального вреда выделены в отдельное производство.

Протокольным определением суда от 20.03.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечены ФИО2 и ФИО2.

Протокольным определением суда от 09.03.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО4 и ФИО5

Протокольным определением суда от 31.08.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено Министерство здравоохранения РК.

Представитель истца и третьего лица - ФИО2 заявленные требования поддержал, просил суд назначить повторную судебно-медицинскую экспертизу в ином экспертном учреждении по тем же вопросам, указанным в определении Ухтинского городского суда РК от <...> г., поскольку полагает, что в имеющейся экспертизе имеются противоречия, она является необоснованной; выводы в заключении экспертизы, проведенной в рамках данного гражданского дела противоречат выводам эксперта, который непосредственно проводил вскрытие ФИО3 Противоречие заключается в том, что согласно экспертизе ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» причиной смерти ФИО3 является закрытая черепно-мозговая травма, тогда как в экспертизе от <...> г. причиной смерти указана открытая черепно-мозговая травма. Заключение ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» заслуживает большего доверия, так как эксперт проводил вскрытие трупа. Второе противоречие заключается в том, что в судебной экспертизе от <...> г. на вопрос о том, была ли инфузионная терапия избыточной, эксперт отвечает, что факта избыточной инфузионной терапии не установлено и данный вывод противоречит выводу, указанному в рецензии ФИО6 о том, что терапия все-таки была избыточной. Кроме того, указал, что заключение эксперта от <...> г. противоречит Постановлению Вуктыльского городского суда РК от <...> г., которое заключается в том, что эксперты указали неверный промежуток времени, в течении которого ФИО3 были причинены травмы. Эксперты значительно растянули данный промежуток времени, указав, что данный промежуток составляет не менее 48 часов. Эксперты указывают о причинении пациентке колото – резаных ран, не уточняя, что они были не проникающими и причинили только легкий вред здоровью. В дополнительной экспертизе на вопрос о правильности действий врача ФИО5 экспертами дан ответ, что его отказ от исполнения Приказа Минздрава РК обоснован тяжестью состояния пациентки.

Также просил суд принять уточнение исковых требований в части увеличения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда до 2 000 000 рублей, кроме того, просил обратить внимание суда на то обстоятельство, что в ходе допроса третьего лица ФИО5 было выявлено противоречие в его показаниях, относительно сделанной им записи в медицинской карте №.... и в акте консилиума врачей ГБУЗ РК «Вуктыльская городская больница» которое заключается в том, что в названных медицинских документах, ФИО5 указывает, что <...> г. не смог дозвониться в ГБУЗ РК «КРКБ» для получения дистанционной консультации перед проведением операции по трепанации черепа пациентке ФИО3, но в ходе допроса ФИО5 утверждал, что все-таки дозвонился, получил консультацию врача – нейрохирурга, который рекомендовал проведение операции на месте. Полагает, что данное противоречие уличает третье лицо во лжи и что в действительности ФИО5 вообще не звонил перед операцией в ГБУЗ РК «КРКБ» и внес в медицинскую карту и акт консилиума врачей заведомо ложную информацию о том, что не дозвонился до врача – нейрохирурга с единственной формальной целью, а именно для того, чтобы показать, что он пытался дозвониться. Если бы ФИО5 действительно пытался дозвониться, ему ничего не помешало бы позвонить в Территориальный центр медицины и катастроф г. Сыктывкара, который также мог дать необходимую консультацию по вопросам ведения пациентов нейрохирургического профиля. На основании изложенного, полагает, что пациентка ФИО3 была лишена возможности получить качественную медицинскую помощь, потому что если бы ФИО5 попытался бы исполнить Приказ Министерства здравоохранения и позвонил бы в ГБУЗ РК «КРКБ», то не исключено, что была бы согласована эвакуация пациентки в г. Сыктывкар, где ей была бы оказана более квалифицированная медицинская помощь.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» ФИО1 требования истца не признала по доводам представленного в материалы дела письменного отзыва. Суду пояснила, что дефектов оказания медицинской помощи, приведших к смерти пациентки, обнаружено не было. Экспертное заключение содержит утверждение о том, что медицинскими работниками все действия были произведены верно и были направлены на сохранение жизни пациентки, но в связи с тем, что процент летальности при данных травмах составляет 85%, пациента скончалась.

Третье лицо ФИО5, являющийся врачом - хирургом ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница», в настоящее судебное заседание не явился, извещен надлежаще, при допросе в судебном заседании 03.04.2023 суду показал, что оказывал ФИО3 медицинскую помощь после ее поступления в ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ», ей провели двустороннюю трепанацию черепа, до этого подготовив пациентку к операции: позвонили врачу – нейрохирургу в ГБУЗ РК «КРКБ», которым было рекомендовано провести двустороннюю трепанацию черепа. Пациентка была не транспортабельна, ее состояние было крайне тяжелое; перед операцией был организован консилиум врачей, в котором он принимал участие, кроме того, участвовали главный врач, врач - реаниматолог, врач - хирург, врач - невролог (ФИО7, ФИО8, ФИО6). Также пояснил, что звонил в ГБУЗ РК «КРБК» перед операцией, было рекомендовано оперативное лечение в виде трепанации черепа, указал, что лично разговаривал с врачом – нейрохирургом.

Истец ФИО2 в судебное заседание не прибыл, извещен судом надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Третьи лица ФИО9, ФИО2, представитель третьего лица Министерства здравоохранения РК в судебное заседание не прибыли, извещены судом надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

Прокурор, принимавший участие в судебном заседании, указал, что в результате проведения судебно-медицинской экспертизы и дополнительной судебно-медицинской экспертизы дефектов в оказании медицинской помощи обнаружено не было. Указанные заключения экспертов не содержат выводов о наличии дефектов в оказании медицинской помощи пациентке ФИО3, даже на этапе выезда автомобиля скорой помощи. С учетом выводов экспертов полагала, что оснований для удовлетворения исковых требований истца не имеется.

С учетом требований ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, третьих лиц, надлежащим образом извещенных о дате и месте рассмотрения дела.

Заслушав доводы сторон, заключение прокурора, полагавшего требования истца не подлежащими удовлетворению, материалы гражданского дела, материалы уголовного дела № 1-19/2020, медицинскую документацию, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, компенсации морального вреда.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик.

Из положений п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь.

Медицинские учреждения в соответствии с законодательством Российской Федерации и условиями договора несут ответственность за объем и качество предоставляемых медицинских услуг (ст. 27 Закона «О медицинском страховании граждан в Российской Федерации»).

На основании п. 2 ст. 79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

Согласно п. 9 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В соответствии с ч.ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу п. 2 ст. 150 ГК РФ нематериальные блага, в том числе жизнь и здоровье, защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного материального права и характера последствий нарушения.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из материалов дела следует, что ФИО3, <...> г. года рождения, являлась матерью истца ФИО2, представителя истца ФИО2, так же являющегося третьим лицом по делу, и третьего лица - ФИО2.

Согласно материалам уголовного дела № .... в период времени с <...> г., ФИО10, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире, расположенной по адресу: .... страдая психическим расстройством в и не осознавая в силу имеющегося у него заболевания характер и степень общественной опасности своих действий, вооружившись молотком и топором, нанес ими не менее 10 ударов в область головы находившейся в указанной квартире ФИО3, а также, продолжая применение насилия в отношении ФИО3, нанес ей кухонным ножом не менее 5 ударов в область шеи, не менее 2 ударов в подбородочную область, не менее 7 ударов в щечную область слева и справа, не менее 12 ударов в область грудной клетки слева и справа, не менее 8 ударов в область левого плечевого сустава, причинив ФИО3 телесные повреждения. От полученных телесных повреждений ФИО3 скончалась <...> г. в ГБУЗ РК «Вуктыльская центральная районная больница».

По факту смерти ФИО3 в производстве следственного отдела по городу Вуктыл следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Коми находилось уголовное дело № ...., возбужденное <...> г. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) по факту причинения ФИО11 телесных повреждений в виде открытой тяжелой черепно-мозговой травмы, ушиба головного мозга тяжелой степени, перелома свода черепа, внутренне-черепной гематомы, множественными колото-резаными ранами грудной клетки, шеи.

В ходе следствия с целью установления непосредственной причины смерти ФИО3 была назначена и проведена медицинская судебная экспертиза ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д.51-56 Том 2 УД).

Согласно выводам экспертного заключения № .... (л.д. 55-56 Том 2 УД) ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (Вуктыльское отделение) от <...> г. на основании данных судебно-медицинского исследования трупа, данных лабораторных методов исследования:

1. При судебно-медицинском исследовании трупа гр. ФИО3,ДД.ММ.ГГГГ г.р. обнаружено:

2. Причиной смерти ФИО3 явилась

3. Смерть ФИО3 была зафиксирована в отделении реанимации ГБУЗ РК «ВЦРБ» <...> г., что не противоречит степени развития трупных явлений (изменений) на момент исследования трупа в морге.

4. Забор биосред от трупа гражданки ФИО3 не производился ввиду ее длительного пребывания в стационаре.

5. . В связи с выраженностью процессов заживления индивидуальные признаки травмирующего предмета (предметов) в вышеописанных телесных повреждениях не отобразились, однако, учитывая размер ушибленных ран, нельзя исключить возможность их образования от воздействия молотка, либо иного предмета со схожими конструктивными особенностями. .

6. Также обнаружены телесные повреждения: непроникающие колото- резаные раны шеи слева (5), подбородочной области слева (2), щечной области слева (5) и справа (2), передней поверхности грудной клетки слева (11) и справа (1), левого плечевого сустава (8), которые образовались в результате не менее тридцати четырех ударных воздействий предмета (предметов), обладающего колюще-режущими свойствами, не исключается клинка какого-либо ножа. Данные раны образовались прижизненно, незадолго до поступления в стационар (что подтверждается состоянием ран), в том числе, не исключается <...> г.. Данные вышеописанные непроникающее колото-резанные раны квалифицируются, как повреждения, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства менее 21-го дня.

Постановлением Вуктыльского городского суда Республики Коми от <...> г. признан доказанным факт совершения ФИО10 общественно-опасных деяний, предусмотренных ч.1 ст.105, ч.1 ст.119 УК и ч.2 ст.167 УК РФ.

ФИО10 освобожден от уголовной ответственности, применена мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа.

Сторона истца полагает, что работники скорой медицинской помощи, которые не смогли своевременно и оперативно принять меры к экстренному оказанию скорой медицинской помощи, а также ввиду бездействия указанных работников, выразившегося в неоказании больной специализированной медицинской помощи в условиях стационара, повлекли смерть ФИО3, тем самым допустили ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей, не выполнили свои трудовые функции, не оказав пациентке квалифицированной медицинской помощи.

По инициативе истца Сыктывкарским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» проведена экспертиза дефектов при оказании ответчиком медицинской помощи ФИО3, по результатам которой дефектов не было выявлено, что следует из письма вышеназванной страховой компании от <...> г. № ....

Посчитав выводы экспертизы необоснованными и недостоверными, истец обратился в ГБУ РК «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Республики Коми» (далее - ГБУ «ТФОМС») с требованием проведения повторной экспертизы (реэкспертизы) качества медицинской помощи, оказанной ответчиком ФИО3

Согласно выводам экспертного заключения (протокола оценки качества медицинской помощи), проведенного ГБУ «ТФОМС» (л.д. 54-56 т. 1):

1. Медицинская помощь оказана качественно в полном объеме соответственно возможностям медицинского учреждения.

2. Имеются дефекты оформления медицинской документации: отсутствие в первичной документации (протокола гематрансфузии от <...> г.) правильно оформленного информированного согласия реципиента на трансфузию (переливание ) донорской крови и (или) ее компонентов (нет коллегиального заверенного специалистами решения, с учетом тяжелого состояния пациентки).

3. Специализированная медицинская помощь в данном случае оказана по жизненным показаниям по профилю «хирургия» в ближайшей территориально медицинской организации, имеющей хирургическое и реанимационное отделение, а не по профилю «Нейрохирургия». Поэтому порядок оказания помощи согласно приказу Минздрава России от 15.10.2012 № 931н в данном случае для оценки как нормативный документ применен быть не может. Приказ Минздрава России от 07.11.2012 № 635н для оценки качества медицинской помощи так же применен быть не может, так как специализированная медицинская помощь оказана не в специализированно нейрохирургическом стационаре, а в общехирургическом, соответственно техническое оснащение не могло в полном объеме обеспечить выполнение данного стандарта. При этом в первичной медицинской документации имеются записи о проведении попытки консультации с нейрохирургом при поступлении, с дальнейшей операцией по жизненным показаниям и консультаций с реаниматологом в период лечения, что является обоснованием для лечения в условиях общехирургического стационара при согласовании тактики с вышеназванными специалистами. Выполнение декомпрессивной трепанации черепа входит в список навыков врача-хирурга, что так же правильность оказания помощи в хирургическом стационаре по жизненным показаниям.

4. Вопрос доставки пациентки бригадой скорой помощи сразу в нейрохирургический стационар определяется тяжестью состояния пациентки и возможностями при оказании скорой медицинской помощи; выходит за рамки компетенции нейрохирурга, требует экспертной оценки анестезиолога-реаниматолога и определяется маршрутизацией пациентов, утвержденной в каждом конкретном субъекте. Перевод в дальнейшем в специализированный нейрохирургический стационар с учетом крайне тяжелого состояния пациентки был связан с высоким риском летального исхода при транспортировке и мог быть осуществлен решением консилиума, что так же требует экспертной оценки анестезиологом-реаниматологом.

5. Жалобу в части оказания медицинской помощи по профилю «нейрохирургия» считать необоснованной.

В акте повторной экспертизы качества медицинской помощи № .... <...> г. установлены аналогичные обстоятельства, по результатам уменьшена оплата медицинской помощи ГБУЗ РК «Вуктыльская центральная районная больница» по на сумму 13 502,22 руб.

По ходатайству представителей истца и ответчика ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» определением суда от <...> г. назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Центр медико-криминалистических исследований» с постановкой следующих вопросов:

1. Какова причина смерти ФИО3?

2. Имеются ли недостатки в оказании медицинской помощи ФИО3 в ГБУЗ РК «ВЦРБ» на всех этапах оказания медицинской помощи, начиная с <...> г.?

3. Обосновано ли ГБУЗ РК «ВЦРБ» отправило фельдшера на вызов о причинении ножевых ранений ФИО3? Если нет, то обязано ли было ГБУЗ РК «ВЦРБ» отправить на вызов скорую медицинскую помощь в экстренной форме?

4. Правильно ли было принято фельдшером решение о самостоятельном транспортировании ФИО3 в ГБУЗ РК «ВЦРБ» на медицинском автомобиле? Если нет, то обязан ли был фельдшер вызвать на себя скорую медицинскую помощь в экстренной форме?

5. Правильно и в достаточном объеме фельдшером была оказана медицинская помощь ФИО3 при ее транспортировке в ГБУЗ РК «ВЦРБ»? Если нет, то какие последствия повлекло это?

6. Нарушено ли время транспортировки ФИО3 в ГБУЗ РК «ВЦРБ»? Если да, то какие последствия повлекли указанные обстоятельства?

7. Какова тяжесть состояния была определена у ФИО3 при поступлении в ГБУЗ РК «ВЦРБ»? Чем она была обусловлена? Какой клинический диагноз был установлен ФИО3?

8. Правильно и в полном объеме проведено оперативное лечение ФИО3? Имеются ли нарушения в проведении оперативного вмешательства, если да, то какие и как они повлияли на исход заболевания?

9. Правильно ли и в достаточном объеме проведено послеоперационное лечение ФИО3? Имеются ли нарушения в проведении послеоперационного лечения, если да, то к каким последствиям они повели?

10. Позволял ли опыт и квалификация хирургов, а так же уровень оснащения стационара проводить нейрохирургические операции, а так же осуществлять послеоперационное ведение ФИО3? Была ли необходимость привлекать к проведению операции ФИО3 профильных хирургов (нейрохирургов)?11. Была ли необходимость и возможность транспортировать ФИО3 в лечебное учреждение, имеющее в своей структуре профильное нейрохирургическое отделение (реанимацию)? Позволяло ли ее состояние осуществить такую транспортировку? Обоснованно ли не был осуществлен перевод? Если нет, то как это повлияло на исход травмы?

12. Если состояние ФИО3 не позволяло осуществить ее транспортировку в иное лечебное учреждение, имеющее в своей структуре профильное нейрохирургическое отделение (реанимацию), то обязано ли было ГБУЗ РК «ВЦРБ» вызвать к себе выездную экстренную консультативную бригаду скорой медицинской помощи с врачом-нейрохирургом в ее составе, либо иным способом организовать участие в оказании ФИО3 медицинской помощи?

13. Имеется ли причинно-следственная связь между оказанной, либо не оказанной, не правильно оказанной ФИО3 медицинской помощью (на всех этапах) и причиной смерти ФИО3?

14. Связана ли смерть ФИО3 с несвоевременным (неверным, неправильным) оказанием медицинской помощи на всех этапах?

15. Возможно ли было предотвратить летальный исход ФИО3? Какие для этого необходимо было предпринять врачебные действия?

Согласно выводам экспертов АНО «Центр медико-криминалистических исследований» г. Москва № .... от <...> г. (л.д.2-31 Том 3) на основании результатов исследования представленных медицинских документов, учитывая обстоятельства по материалам гражданского дела, комиссия экспертов пришла к следующим выводам:

Смерть ФИО3 наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы (Перелом свода черепа. Ушиб головного мозга тяжелой степени. Эпи-субдуральная гематома с двух сторон. Размозжение вещества головного мозга слева. Ушибленные раны лица, волосистой части головы), осложнившейся отеком головного мозга, СПОН, атонической комой, дыхательной и сердечно-сосудистой недостаточностью, центральным несахарным диабетом, застойной двухсторонней пневмонии).

Из заверенной копии медицинской карты стационарного больного № .... ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ» на имя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. известно, что она поступила <...> г. ч. в крайне тяжелом состоянии. Проведен необходимый объем обследования для установления диагноза (осмотр хирургом, реаниматологом, неврологом, рентгенография, лабораторные анализы и др.) Установлен обоснованный диагноз: открытая черепно-мозговая травма. Перелом лобнотеменной кости слева. Ушиб головного мозга тяжелой степени. Внутричерепная гематома слева. Правосторонний гемипарез. Кома 2 ст. Ушибленные раны лица, волосистой части головы. Колото-резаные-ушибленные раны волосистой части головы, лица, шеи, передней части грудной клетки. Транзиторная гипергликемия. Постгеморрагическая анемия 1 ст. Выполнена катетеризация подключичной вены. Предпринята попытка дистанционной консультации с врачом-нейрохирургом - без успеха.

Учитывая крайне тяжелое состояние пациентки принято единственно верное решение - оперативное вмешательство - трепанационная декомпрессия головного мозга с удалением внутричерепных гематом, которая выполнена <...> г..

С целью восполнения кровопотери неоднократно выполнялись гемотрансфузии.

Проведена трахеостомия. В период нахождения в реанимационном отделении пациентка получала необходимый объем обследования, лечения и ухода: лабораторный мониторинг, обезболивание, антибиотики, кардиотоники, нейропротекторы, гастропротекторы, сахароснижающие препараты, противовоспалительные средства, проводилась профилактика тромботических осложнений, перевязки, питание.

<...> г., несмотря на проводимое лечение, в связи с развитием полиорганной недостаточности и отека головного мозга наступила смерть ФИО3 Реанимационные мероприятия проведены в полном объеме.

Судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что объем проведенного в ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ» обследования и лечения в отношении ФИО3 соответствовал тяжести ее состояния и установленному диагнозу, а также возможностям ЦРБ. Все проводимые мероприятия были направлены на сохранение и поддержание жизни пациентки.

В соответствии с приложением № 3 Приказа Минздрава РК от 26.05.2014 № 5/181 (ред. от 20.01.2015) «Об организации скорой медицинской помощи на территории Республики Коми» (вместе с «Регламентом взаимодействия государственных медицинских организаций Республики Коми при оказании скорой медицинской помощи в системе обязательного медицинского страхования на территории Республики Коми») указан Примерный перечень поводов для вызова скорой медицинской помощи в экстренной форме (время доезда до 20 минут): а) нарушения сознания, представляющие угрозу жизни: Раны (независимо от локализации) с сильным продолжающимся кровотечением. Рана в области грудной клетки. Травма головы (переломы костей черепа, раны в области головы) с потерей или без потери сознания, в соответствии с которыми к ФИО3 необходимо было направить скорую медицинскую помощь в экстренном порядке.

При этом из материалов уголовного дела № .... .... известно: «...автомобиль скорой помощи находится в с. Подчерье...», что не исключает направление указанного автомобиля как наиболее близко расположенного к пострадавшей, что является возможным в данной ситуации.

Учитывая факт нахождения автомобиля СМП в непосредственной близости от пострадавшей и ее стабильно тяжелое состояние в целях экономии времени было принято верное решение транспортировать ФИО3 в стационар на данном автомобиле в сопровождении фельдшера.

В Журнале учета вызовов скорой помощи врачебной амбулатории Подчерье отсутствуют указания времени поступления вызова, направлении на вызов бригады СМП, окончания времени. Карта вызова СМП и иные материалы, могущие содержать информацию о времени оказания медицинской помощи бригадой СМП, в распоряжение экспертной комиссии не представлено. Из материалов уголовного дела № ...., из Протокола допроса свидетеля ФИО4, фельдшер врачебной амбулатории известно:

При поступлении в ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ» состояние ФИО3 расценено как крайне тяжелое и обусловлено тяжестью полученных травм и сопутствующей кровопотерей. Установлен верный диагноз: Открытая черепно-мозговая травма неизвестной давности. Перелом свода черепа. Ушиб головного мозга тяжелой степени. Эпи-субдуральная гематома с двух сторон. Размозжение вещества головного мозга слева. Ушибленные раны лица, волосистой части головы. Колото-резаные - ушибленные раны волосистой части головы, лица, шеи, передней части грудной клетки.

После проведенного обследования ФИО3 выполнена двухсторонняя декомпрессионная трепанация черепа <...> г. и ПХО ран. Проведение операции было необходимо по жизненным показаниям, технически верно. Нарушений в ее проведении не выявлено.

Послеоперационное лечение ФИО3 проведено в полном объеме и соответствовало тяжести ее состояния.

Декомпрессионная трепанация черепа является базовым навыком врача-хирурга и ее проведение возможно в стационаре любого уровня. В заверенной копии медицинской карты стационарного больного № .... из ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ» на имя ФИО3 имеется информация о попытке проведения консультации с нейрохирургом, после ее безуспешности принято единственно верное решение - незамедлительного проведения оперативного вмешательства.

Необходимости транспортировки ФИО3 в стационар с нейрохирургическим отделением не имелось. Весь необходимый объем обследования и лечения был ей оказан в условиях ГБУЗ РК «ВЦРБ».

В заверенной копии медицинской карты стационарного больного № 1714 из ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ» на имя ФИО3 имеется информация о попытке проведения консультации с нейрохирургом. Декомпрессионная трепанация черепа является базовым навыком врача-хирурга, необходимости в вызове «экстренной консультативной бригады скорой медицинской помощи с врачом-нейрохирургом в ее составе» не имелось.

Смерть ФИО3 обусловлена тяжестью полученных ее травм и никоим образом не состоит в причинной связи с выявленными организационными дефектами в оказании ей медицинской помощи. Согласно многочисленным клиническим и литературным данным летальность при тяжелой черепно-мозговой травме с размозжением вещества головного мозга составляет до 85 %.

Из экспертного заключения так же следовало, что экспертом не представилось возможным ответить на пятый вопрос, поскольку в распоряжение экспертной комиссии не были представлены карта вызова СМП и иные материалы, могущие содержать информацию об объеме оказанной в ходе транспортировки медицинской помощи ФИО3 Кроме того, в экспертном заключении отмечается, что представленная в распоряжение экспертов копия медицинской карты ФИО3 низкого качества.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, а так же с учетом представленной рецензии стороной истца, определением суда от 03.04.2023 назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Центр медико-криминалистических исследований».

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:

1. Какова причина смерти ФИО3?

5. Правильно и в достаточном объеме фельдшером была оказана медицинская помощь ФИО3 при ее транспортировке в ГБУЗ РК «ВЦРБ»? Если нет какие последствия повлекло это?

6. Какого класса автомобиль скорой помощи – «А», «А1», «В» или «С» должен был выехать на вызов истца при сообщении о причинении ФИО3 ножевых ранений?

7. Должен ли был хирург ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» ФИО5 в том случае, если не дозвонился в отделение нейрохирургии ГБУЗ РК «Коми республиканская клиническая больница» перед проведением операции по трепанации черепа ФИО3 предпринять попытки позвонить в ГБУЗ РК «Территориальный центр медицины и катастроф Республики Коми», как того требует положения Приказа Министерства здравоохранения Республики Коми от 27.09.2017 года № 9/380 (приложение №3)?

8. При нахождении ФИО3 на лечении в ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» была ли инфузионная терапия избыточной и могли ли отек головного мозга и легких ФИО3 явиться ее следствием?

9. При нахождении ФИО3 на лечении в ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» была ли адекватной антибактериальная терапия? Если нет, то каким образом это повлияло на исход полученной ФИО3 травмы (наступление смерти)?

10. Имелась ли у ФИО3 при нахождении на лечении в ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» патология желудочно-кишечного тракта, которая могла бы явиться противопоказанием для энтерального введения жидкости? Если нет, то правильно ли была проведена ФИО3 в ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» инфузионная терапия и к каким последствиям она привела?

11. Нарушено ли время транспортировки ФИО3 в ГБУЗ РК «ВЦРБ»? Если да, то какие последствия повлекли указанные обстоятельства?

12. Какова тяжесть состояния была определена у ФИО3 при поступлении в ГБУЗ РК «ВЦРБ»? Чем она была обусловлена? Какой клинический диагноз был установлен ФИО3?

13. Правильно и в полном объеме проведено оперативное лечение ФИО3? Имеются ли нарушения в проведении оперативного вмешательства, если да, то какие и как они повлияли на исход заболевания?

14. Правильно ли и в достаточном объеме проведено послеоперационное лечение ФИО3? Имеются ли нарушения в проведении послеоперационного лечения, если да, то к каким последствиям они повели?

15. Позволял ли опыт и квалификация хирургов, а так же уровень оснащения стационар проводить нейрохирургические операции, а так же осуществлять послеоперационное ведение ФИО3? Была ли необходимость привлекать к проведению операции ФИО3 профильных хирургов (нейрохирургов)?

16. Была ли необходимость и возможность транспортировать ФИО3 в лечебное учреждение, имеющее в своей структуре профильное нейрохирургическое отделение (реанимацию)? Позволяло ли ее состояние осуществить такую транспортировку? Обоснованно ли не был осуществлен перевод? Если нет, то как это повлияло на исход травмы?

17. Если состояние ФИО3 не позволяло осуществить ее транспортировку в иное лечебное учреждение, имеющее в своей структуре профильное нейрохирургическое отделение (реанимацию), то обязано ли было ГБУЗ РК «ВЦРБ» вызвать к себе выездную экстренную консультативную бригаду скорой медицинской помощи с врачом-нейрохирургом в ее составе, либо иным способом организовать участие в оказании ФИО3 медицинской помощи?

18. Имеется ли причинно-следственная связь между оказанной, либо не оказанной, не правильно оказанной ФИО3 медицинской помощью (на всех этапах) и причиной смерти ФИО3?

19. Связана ли смерть ФИО3 с несвоевременным (неверным, неправильным) оказанием медицинской помощи на всех этапах?

20. Возможно ли было предотвратить летальный исход ФИО3? Какие для этого необходимо было предпринять врачебные действия?

Согласно выводам экспертов АНО «Центр медико-криминалистических исследований» г. Москва № .... от <...> г. (л.д.7-49 Том 4) на основании исследования представленных материалов, анализа и обсуждения результатов исследования в соответствии с поставленными вопросами комиссия экспертов пришла к следующим выводам:

Из оригинала медицинской карты стационарного больного № .... из ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ» на имя ФИО3, <...> г.р. известно, что она поступила <...> г. ч. В крайне тяжелом состоянии. Проведен необходимый объем обследования для установления диагноза (осмотр хирургом, реаниматологом, неврологом, рентгенография, лабораторные анализы и др.) Установлен обоснованный диагноз: Выполнена катетеризация подключичной вены. Предпринята попытка дистанционной консультации с врачом-нейрохирургом - без успеха. Учитывая крайне тяжелое состояние пациентки принято решение - оперативное вмешательство - трепанационная декомпрессия головного мозга с удалением внутричерепных гематом, которая выполнена <...> г.. С целью восполнения кровопотери неоднократно выполнялись гемотрансфузии. Проведена трахеостомия. В период нахождения в реанимационном отделении пациентка получала необходимый объем обследования, лечения и ухода: лабораторный мониторинг, обезболивание, антибиотики, кардиотоники, нейропротекторы, гастропротекторы, сахароснижающие препараты, противовоспалительные средства, проводилась профилактика тромботических осложнений, перевязки, питание. <...> г., несмотря на проводимое лечение, в связи с развитием полиорганной недостаточности и отека головного мозга наступила смерть ФИО3 Реанимационные мероприятия проведены в полном объеме. Объем проведенного в ГБУЗ РК «Вуктыльская ЦРБ» обследования и лечения в отношении ФИО3 соответствовал тяжести ее состояния и установленному диагнозу, а также возможностям ЦРБ. Все проводимые мероприятия были направлены на сохранение и поддержание жизни пациентки.

Учитывая, что, несмотря на тяжелые рубленые раны головы с размозжением головного мозга, колото-резаные раны грудной клетки, период от момента травмы до обнаружения потерпевшей ФИО3 с указанными повреждениями не менее 2-х суток она была доставлена с сохраненной сердечной деятельностью и дыханием, имеются основания утверждать, что оказанная ей медицинская помощь была достаточной.

Учитывая факт нахождения автомобиля скорой медицинской помощи в непосредственной близости от пострадавшей и ее стабильно тяжелое состояние в целях экономии времени было принято верное решение транспортировать ФИО3 в стационар на данном автомобиле в сопровождении фельдшера; направление иного автомобиля любого класса отсрочило бы транспортировку пострадавшей и оказание ей квалифицированной медицинской помощи. Прочтение нормативной документации не требует познаний в судебной медицине.

Должностной инструкцией хирурга ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» не предусмотрено, что «...в том случае, если не дозвонился в отделение нейрохирургии ГБУЗ РК «Коми республиканская клиническая больница» перед проведением операции по трепанации черепа ФИО3 предпринять попытки позвонить в ГБУЗ РК «Территориальный центр медицины и катастроф Республики Коми...» Более того, попытки дозвониться куда-либо отсрочили бы проведение оперативного лечения, в котором нуждалась ФИО3, что способствовало бы ухудшению ее состояния вплоть до летального исхода еще до того, как появится возможность ее проконсультировать. Отказ от следования положений Приказа Министерства здравоохранения Республики Коми от 27.09.2017 № 9/380 (приложение №3) был абсолютно обоснован тяжестью состояния пациентки.

При изучении представленных материалов не установлено факта избыточной инфузионной терапии.

С момента поступления в ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» ФИО3 получала антибиотикотерапию (цефтриаксон) в достаточной дозировке, что подтверждается отсутствием гнойно-септических осложнений (сепсис, гнойный менингит).

При анализе представленных медицинских документов из ГБУЗ РК «Вуктыльская Центральная районная больница» каких-либо патологий желудочно-кишечного тракта, которые могли бы являться противопоказанием для энтерального введения жидкости, у ФИО3 не выявлено. Инфузионная терапия ФИО3 проводилась в достаточном объеме, сопровождалась адекватным диурезом.

В компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии не входит прогнозирование исходов травмы при тех или иных условиях. Однако, согласно многочисленным клиническим и литературным данным летальность при тяжелой черепно-мозговой травме с размозжением вещества головного мозга составляет до 85 %.

Медицинская помощь ФИО3 оказана в достаточном объеме, в соответствии с тяжестью ее состояния и была направлена на поддержание жизнедеятельности организма и минимизации последствий полученных травм.

Суд, оценив заключения экспертов с точки зрения относимости, допустимости, достоверности принимает указанные заключения. Экспертные заключения не вызывают никаких сомнений в объективности и полноте своих выводов; судебная экспертиза произведена компетентными специалистами, обладающими специальными познаниями в области медицины, необходимой квалификацией и достаточным практическим опытом и стажем работы по специальности; предметом исследования судебных экспертиз была имеющаяся медицинская документация на имя ФИО3; уголовное дело в отношении ФИО10; экспертные заключения не содержат каких-либо неясностей и противоречий; выводы экспертов не противоречат выводам экспертизы, проведенной ГЮУ РК «ТФОМС»; эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В этой связи суд отвергает доводы, изложенные в рецензии и не находит оснований для назначения повторной экспертизы по делу.

В своем заключении эксперт АНО «Центр медико-криминалистических исследований» приходит к выводу о наличии открытой черепно-мозговой травмы у ФИО3, а в заключения № ...., проведенной на стадии досудебного следствия указано, что у ФИО3 выявлена закрытая черепно-мозговая травма с кровоизлиянием над твердой мозговой.

В этой связи суд доверяет выводам эксперта АНО «Центр медико-криминалистических исследований», поскольку их выводы основаны на изучении медицинской карты ФИО3, из которой следует, что у нее поступлении выявлена открытая черепно-мозговая травма.

При этом суд учитывает, что в описательной части экспертного заключения № .... эксперт указывает на то, что у ФИО3 была открытая черепно-мозговая травма.

Экспертными заключениями АНО «Центр медико-криминалистических исследований» подтверждено, что медицинская помощь ФИО3 была оказана в достаточном объеме, в соответствии с тяжестью ее состояния и была направлена на поддержание жизнедеятельности организма и минимизации последствий полученных травм.

Суд так же учитывает, что объективных данных о том, что время транспортировки ФИО3 с ...., каким либо образом повлияло на ход ее лечения и усугубило ее состояние, материалы дела не содержат, экспертами так же не установлено.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при разрешении вопроса о компенсации морального вреда, суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 2 и 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Для возложения обязанности по возмещению материального и морального вреда при разрешении настоящего спора, судом должен быть установлен состав деликтной ответственности, включающий наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда.

Моральный вред подлежит компенсации, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему личные нематериальные блага.

На основании ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При рассмотрении требований о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья, на сторону истца возложена обязанность доказать, что такое повреждение возникло в результате деяния ответчика.

В этой связи, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе экспертное заключение № .... от <...> г., проведенное в рамках предварительного следствия по делу .... экспертное заключение (протокол оценки качества медицинской помощи), проведенное ГБУ «ТФОМС» ...., заключения экспертов АНО «Центр медико-криминалистических исследований» г. Москва № .... от <...> г. и № ...., суд приходит к выводу, что медицинская помощь ФИО3 ответчиком оказана ненадлежащим образом исходя из обстоятельств получения травм их тяжести, наличия имеющихся возможностей у ответчика.

Выявленные ГБУ РК «ТФОМС» дефекты в части неправильности заполнения медицинской документации, по мнению суда, не являются существенными, поскольку доказательств того, что указанный дефект каким то образом повлиял на качество оказания медицинской помощи ФИО3 в материалы дела не представлено. Напротив из судебных экспертиз следует, что медицинская помощь оказано надлежащим образом.

Отсутствие доказательств о наличии дефектов при оказании медицинской помощи приведших к смерти пациентки ФИО3, а так же повлиявших на ход ее излечения, исключает возможность взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

При изложенных обстоятельствах основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Коми «Вуктыльская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб. отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.М. Изъюров

Мотивированное решение суда изготовлено 11 сентября 2023 года.