судья Хорошевская М.В.

дело № 2-2821/2022

УИД №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 11-10447/2023

24 августа 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Белых А.А.,

судей Палеевой И.П., Саранчук Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Одиночественной В.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Советского районного суда г. Челябинска от 13 декабря 2022 года по иску ФИО1 к акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория», ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Палеевой И.П. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО2 – ФИО7, представителя ответчика АО «ГСК «Югория» - ФИО8, поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к акционерному обществу «Группа страховых компаний «Югория» (далее – АО «ГСК «Югория»), ФИО2 и просила взыскать с надлежащего ответчика сумму ущерба в размере 181 116 руб., расходы на телеграммы в размере 565 руб. 10 коп., расходы по оплате услуг оценки в размере 25 000 руб., расходы по дефектовке в размере 2 000 руб., расходы на эвакуатор в размере 6 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 15 000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 28 000 руб.

В обоснование заявленных требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> по № водитель автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, ФИО2 и водитель автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, ФИО13, произвели между собой столкновение. ФИО1 обратилась в АО «ГСК «Югория» с заявлением о выплате страхового возмещения. АО «ГСК «Югория» произведена выплата страхового возмещения в размере 102 650 руб., что является 50 % от суммы причиненного ущерба с учетом износа. Считает, что виновником в ДТП является ФИО2 Согласно заключению эксперта ООО «Эксперт 174» № стоимость восстановительного ремонта автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, составила 273 495 руб. 84 коп., услуги эксперта – 25 000 руб., в связи с чем просила взыскать доплату суммы ущерба.

Суд постановил решение, которым исковые требования ФИО1 к АО «ГСК «Югория», ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, удовлетворил частично. Взыскал с АО «ГСК «Югория» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 108 950 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 9 000 руб. Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 77 866 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 руб., расходы на телеграммы в размере 564 руб. 13 коп., расходы по оплате услуг оценки в размере 26 954 руб. 10 коп., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 27 952 руб. 40 коп. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказал. Взыскал с АО «ГСК «Югория» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 259 руб.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Полагает, что суд при установлении вины ФИО2 в ДТП не дал оценку действиям водителя ФИО13 Указывает, что на видеозаписи, изъятой с видеорегистратора, установленного на автомобиле истца, просматривается, что автомобиль Лада 219010, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО13 движется прямолинейно по крайней правой полосе движения со скоростью, явно превышающей разрешенную на данном участке дороги. На видеофайле, изъятом с регистратора автомобиля под управлением ФИО13 и приобщенном в материалы дела, отчетливо видно, что водитель ФИО13 начинает реагировать на автомобиль под управлением ФИО2 не в момент выезда ФИО2 на его полосу для движения, а по истечении 2-3 секунд, тем самым, сокращая расстояние между автомобилями и создавая аварийную ситуацию. На видеозаписи виден момент реакции водителя ФИО13, буквально за 10-15 метров до автомобиля под управлением ФИО2, водитель ФИО13 начинает выжимать педаль тормоза, резкий маневр нажатия приводит к заносу автомобиля и отсутствию контроля со стороны водителя ФИО13 Считает, что при вынесении решения судом нарушен принцип пропорционального взыскания понесенных по делу расходов, абсолютно не мотивирован вывод суда о взыскании пропорционально расходов по оплате услуг представителя, при этом остальные расходы, понесенные по делу истцом в полном объеме, возложены на ответчика ФИО2, в том числе, и расходы по судебной экспертизе. Обращает внимание суда на то, что при подаче искового заявления со стороны ответчиков спора о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца не возникало, оба ответчика не оспаривали представленную истцом независимую оценку и возражали относительно назначения судебной экспертизы как по установлению стоимости ущерба, так и по установлению технической возможности у водителя ФИО13 остановиться. Полагает, что при отсутствии спора у суда отсутствовали основания для назначения судебной экспертизы по стоимостному вопросу. Просит обратить внимание на то, что заключение экспертов ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области имелось в материалах дела, доводов обосновывающих назначение судебной экспертизы стороной истца представлено не было, однако суд в нарушение процессуальных норм назначил судебную экспертизу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО2 – ФИО7, представитель ответчика АО «ГСК «Югория» - ФИО8 поддержали доводы апелляционной жалобы.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО1, ответчик ФИО2, представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах», третьи лица ФИО12, ФИО13 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. От истца ФИО1 поступило заявление с просьбой о рассмотрении дела в ее отсутствие. Судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанной нормы условиями возникновения ответственности за причинение вреда являются: наличие вреда, виновное и противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным действием (бездействием) лица и наступившим вредом.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Пунктом 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» установлено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, пу. 1 ст. 1079, ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правоотношения, вытекающие из договора страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств регламентируются Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО).

В соответствии с ч. 1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Согласно п. 2 ст. 12 Закона об ОСАГО при причинении вреда имуществу потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховую выплату, обязан предоставить поврежденное имущество или его остатки страховщику для осмотра и организации независимой экспертизы (оценки) в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению убытков.

В соответствии со ст. ст. 3, 13 Закона об ОСАГО основными принципами обязательного страхования является, в том числе гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах установленных настоящим Федеральным законом. Потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу, в пределах страховой суммы.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> в <адрес> по <адрес>, водитель автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, ФИО2 при выезде на дорогу с прилегающей территории, не уступила дорогу автомобилю Лада 219010, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО13, движущемуся по ней, чем создала помеху его движению, в результате чего произошло опрокидывание автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №.

Постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 руб.

Согласно выводам заключения ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного в рамках административного материала, средняя скорость движения автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, на протяжении мерного участка (40,5 м.), составляет 77 км/ч. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и принятых исходных данных, водитель автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, при движении с рассчитанной по видеозаписи происшествия средней скоростью, равной 77 км/ч, не располагал технической возможностью снизить скорость своего движения, с применением торможения до скорости движения автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, в заданный момент возникновения опасности для движения, тем самым, предотвратить столкновение. При движении автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, с максимально разрешенной в населенных пунктах скоростью, равной 60 км/ч, его водитель располагал технической возможностью снизить скорость своего движения, с применением торможения, до скорости движения автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, в заданный момент возникновения опасности для движения, тем самым, предотвратить столкновение. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, при заданных и принятых исходных данных, водитель автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, должен был руководствоваться, с технической точки зрения, требованиями п. 8.3 Правил дорожного движения (далее - ПДД РФ) и требованиями дорожного знака 2.4 «Уступить дорогу». В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации при заданных и принятых исходных данных, водитель автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, должен был руководствоваться, с технической точки зрения, требованиями ч.ч. 1, 2 п. 10.1, п. 10.2 ПДД РФ.

В судебном заседании в суде первой инстанции специалист ФИО9, являющийся сотрудником ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области и составивший заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, указал, что при составлении заключения экспертами ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области каких-либо исследований не производилось, все заданные характеристики для расчетов были указаны сотрудниками ГИБДД в момент назначения экспертизы, специалисты провели лишь расчеты по заданным критериям, не проверяя их.

Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору ОСАГО серии №. Гражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП была застрахована в АО «ГСК «Югория» по договору ОСАГО серии №.

14.12.2021 года в АО «ГСК «Югория» от заявителя поступило заявление о выплате страхового возмещения в части стоимости восстановительного ремонта транспортного средства по договору ОСАГО с приложением документов, предусмотренных правилами ОСАГО.

17.12.2021 года по инициативе АО «ГСК «Югория» произведен осмотр транспортного средства, по результатам которого составлен акт осмотра.

ДД.ММ.ГГГГ между АО «ГСК «Югория» и заявителем заключено соглашение об урегулировании убытка по договору ОСАГО, в соответствии которым стороны согласовали размер выплаты страхового возмещения в сумме 102 950 руб. (п. 2 соглашения).

ДД.ММ.ГГГГ АО «ГСК «Югория» осуществило выплату страхового возмещения в сумме 102 950 руб., основанного на калькуляции АО «ГСК «Югория», согласно которой стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца с учетом износа, исходя из положений о Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденного Банком России 19 сентября 2014 года № 432-П, составляет 205 900 руб., что подтверждается платежным поручением №, калькуляцией.

25.01.2021 года в АО «ГСК «Югория» от представителя заявителя поступила досудебная претензия с требованием осуществить выплату страхового возмещения в полном объеме, с приложением, в том числе, копии наряда на эвакуатор.

В подтверждение заявленных требований предоставлено экспертное заключение ООО «Эксперт 174» № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым восстановительный ремонт транспортного средства без учета износа составляет 274 656 руб. 80 коп., с учетом износа – 218 499 руб. 79 коп.

АО «ГСК «Югория» письмом от 25.01.2022 года уведомило заявителя об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Решением № от ДД.ММ.ГГГГ финансовый уполномоченный в удовлетворении требований ФИО1 о взыскании страхового возмещения по договору ОСАГО отказано.

По ходатайству стороны истца судом определением от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная автотехническая экспертиз, производство которой поручено эксперту ФИО10

Из заключения судебной экспертизы ООО АКЦ «Практика» № следует, что действия водителя Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, ФИО2 с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, произошедшем по <адрес> с участием водителя ФИО2, управляющей автомобилем Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, и водителя ФИО13, управляющего автомобилем Лада 219010, государственный регистрационный знак №. Стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, по среднерыночным ценам составляет без учета износа – 283 766 руб., с учетом износа – 255 359 руб.

В судебном заседании суда первой инстанции эксперт ФИО10 дал пояснения о том, что при проведении экспертизы им было проведено исследование обстоятельств ДТП, в том числе по видеозаписи. При этом, вывод о точке момента возникновения опасности для движения водителя транспортного средства истца совпадает с выводами экспертов ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области при проведении исследования в рамках административного материала. Однако конечная точка расчета разная. Конечную точку для расчета эксперты ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области приняли такую, если бы было столкновение, а именно от края проезжей части до заднего левого края автомобиля. Этот расчет был бы верен, если бы произошел контакт между автомобилями. Эксперты ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области рассчитывают возможность снижения скорости до возможного избегания столкновения до указанной точки, но фактически столкновения не было. В связи с чем, экспертом было исследовано, могло ли транспортное средство Лада 219010, государственный регистрационный знак №, снизить скорость до скорости выезжающего транспортного средства, и конечной точкой расчета таких скоростей принято место начала изменения траектории движения транспортного средства истца с последующим его заносом, поскольку если бы не было опасности в виде транспортного средства ответчика, истец в этом месте не изменял бы траекторию движения.

Оснований сомневаться в выводах судебного эксперта ФИО10, имеющего высшее образование, соответствующую квалификацию судебного эксперта, а также свидетельства и сертификаты, удостоверяющие повышение квалификации, у суда первой инстанции не имелось.

Указанная экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы экспертам указанной выше экспертной организации в соответствии с профилем деятельности, определенным выданной ему лицензией, заключение содержит необходимые исследования, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, а эксперт предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Заключение судебной экспертизы в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в его распоряжение материалов, указывает на применение методов исследований.

Разрешая исковые требования по существу, суд первой инстанции, оценив в совокупности представленные по делу доказательства по правилам ст. ст. 12, 56, 67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе, административный материал по факту ДТП, объяснения водителей, фотоматериал с места ДТП, применяя приведенные нормы права, обоснованно принял во внимание как допустимое доказательство по делу заключение судебной экспертизы, выполненное экспертом ФИО10, и пришел к выводу о том, что ДТП произошло в результате противоправного поведения водителя Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, ФИО2, нарушившей требования п. 8.3 ПДД Российской Федерации при выезде с прилегающей территории на главную дорогу, что вынудило водителя ФИО13, имеющего по отношению к водителю ФИО2 преимущество, изменить направление движения с последующим опрокидыванием транспортного средства, в связи с чем суд определил степень вины ФИО2 в размере 100 %.

Судебная коллегия не может не согласиться с таким выводом суда первой инстанции, полагая неубедительными доводы апелляционной жалобы в части наличия в действиях водителя Лада 219010, государственный регистрационный знак №, ФИО13 нарушений Правил дорожного движения.

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (ста. 1).

В соответствии с п. 1.1 ПДД РФ Правила дорожного движения устанавливают единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации. Другие нормативные акты, касающиеся дорожного движения, должны основываться на требованиях Правил и не противоречить им.

В соответствии с п.п. 1.3, 1.5 Правил участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 8.3. Правил при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги – пешеходам и велосипедистам, путь движения которых он пересекает.

В силу пункта 1.2 ПДД РФ требование уступить дорогу (не создавать помех) означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из объяснений ФИО13, данных сотрудникам ГИБДД непосредственно после ДТП, следует, что он управлял автомобилем Лада 219010, государственный регистрационный знак №, с пассажиром ФИО1, двигался по <адрес> в направлении <адрес> в первой полосе со скоростью 60 км/ч. После проезда перекрестка <адрес> перед его автомобилем выехал автомобиль Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, с прилегающей территории, он применил экстренное торможение, его автомобиль понесло влево, автомобиль ударился о бордюр, перевернулся и остановился на трамвайных путях.

Водитель автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, ФИО2 сотрудникам ГИБДД дала объяснения, согласно которым она управляла автомобилем Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, выезжала с прилегающего выезда на главную дорогу – <адрес> со скоростью не более 60 км/ч, выезжала на крайнюю правую полосу. Убедившись, что слева по крайнему ряду нет машин, что не создает помех ее движению, повернула направо и начала движение по крайней правой полосе. Через некоторое время позвонили мужу из ГАИ и попросили вернуться на перекресток.

Из представленной в материалы дела видеозаписи ДТП следует, что транспортное средство Лада 219010, государственный регистрационный знак №, принадлежащее истцу ФИО1, двигается в прямом направлении, затем перед автомобилем Лада 219010 с прилегающей территории начинает движение автомобиль ответчика Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, в связи с чем водитель автомобиля истца меняет направление движения и происходит занос транспортного средства.

С целью проверки доводов апелляционной жалобы эксперт ФИО10 вызывался в суд апелляционной инстанции для дачи пояснений по собственному заключению и, предупрежденный об уголовной ответственности, ответил на вопросы суда.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт ФИО10 пояснил, что с заключением экспертов ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области был ознакомлен. Подход исследования у экспертов один, имеется различие только в цифрах. Скорость автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, посчитанная ФИО10, составляет 78,1 км/ч, у экспертов ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области – 77 км/ч. При фактической скорости расстояние, которое необходимо для того, чтобы добиться уравнивания скорости транспортных средств, у судебного эксперта составляет 64,5 метра, у экспертов ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области – 63 метра. При фактической скорости у водителя Лада 219010, государственный регистрационный знак №, не было возможности ее сравнять. Различие в исследованиях заключается при разрешении вопроса о том, что при разрешенной скорости 60 км/ч имел ли возможность водитель автомобиля Лада 219010, государственный регистрационный знак №, сравнять скорость. 39 метров – это расстояние, которое потребуется, по мнению экспертов ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области, чтобы сравнять скорость с 60 км/ч до 20 км/ч. В заключении судебного эксперта указывается значение 38,7 метров, которое влияет на дальнейшие выводы. При значении скорости 60 км/ч экспертом ФИО10 сравнивается расстояние с момента возникновения опасности до заноса автомобиля, которое составляет 36,7 метра. Эксперты ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области самостоятельно не определяли расстояние с момента возникновения опасности, техническими данными эксперты не оперировали, расчеты не приводили, расстояние 42,8 метра было исходным, его эксперты не устанавливали. Автомобиль Лада 219010, государственный регистрационный знак №, взаимодействовал не со стоячим автомобилем Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №. Задняя часть автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, будет иметь другое положение, нежели в неподвижном состоянии. Эксперты ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области никаких вычислений не делали. Автомобиль Лада 219010, государственный регистрационный знак №, не доехал до перекрестка и до той точки, которую указывают эксперты ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области, то есть не доехал до задней части автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №. Ситуация уникальная, методик расчета не существует. У экспертов ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области вероятностные выводы. Дорожное покрытие разное, справа дорога была мокрой, слева – сухой. Слева сцепление выше. Под правыми колесами была мокрая проезжая часть, что привело к заносу.

Оценивая заключение эксперта ФИО10, с учетом данных им ответов и пояснений, анализируя соблюдение процессуального порядка проведения экспертного исследования, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что экспертное заключение является допустимым доказательством по делу.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, апеллянтом не представлено.

Представленное в материалы дела заключение эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ, на которое ссылается сторона ответчика, является недопустимым доказательством по делу, поскольку эксперт исходил из предоставленных ему в определении о назначении комплексной автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ исходных данных, в том числе о том, что автомобиль Лада 219010, государственный регистрационный знак №, двигался в режиме экстренного торможения без образования следов на проезжей части, опасность для автомобиля Лада 219010 возникает с выездом на проезжую часть <адрес>, показания счетчика времени видеозаписи <данные изъяты>, расстояние от передней части автомобиля Лада 219010 до задней части автомобиля Киа Пиканто в заданный момент составляет 42,8 м. За основу эксперт принял исходные данные (из определения инспектора ГИБДД).

Проанализировав действия участников ДТП на основе представленных доказательств, исследуя видеозапись ДТП, объяснения участков ДТП, судебная коллегия приходит к выводу, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, должен был в соответствии с п. 8.3 Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, движущемуся попутно без изменения направления движения.

Разрешая вопрос относительно правомерности действий каждого из указанных водителей и наличия причинно-следственной связи между их действиями и причинением технических повреждений автомобилю истца, судебная коллегия считает, что причиной произошедшего ДД.ММ.ГГГГ ДТП явилось нарушение водителем ФИО2 положений п. 8.3 ПДД РФ.

В соответствии с разъяснениями п. 1.2 Правил «Уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

«Опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

По смыслу приведенных положений Правил дорожного движения в сложившейся ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортной ситуации водитель ФИО13, бесспорно, имел преимущество в движении перед водителем ФИО2, поскольку двигался по проезжей части без изменения направления движения, а ФИО2 совершала выезд с прилегающей территории, намереваясь продолжить движение прямо.

Таким образом, выполняя указанный маневр, ФИО2 обязана была уступить дорогу всем транспортным средствам, движущимся по ней. Своими действиями водитель автомобиля Киа Пиканто, государственный регистрационный знак №, создала помеху для движения автомобиля под управлением ФИО13, пользующегося преимуществом движения. Следовательно, именно неправомерные действия водителя ФИО2, нарушившей положения п. 8.3 ПДД РФ, состоят в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДД.ММ.ГГГГ ДТП. При этом судебная коллегия не усматривает в действиях ФИО13 нарушений Правил дорожного движения, связанных с произошедшей дорожно-транспортной ситуацией.

Вместе с тем, нарушение ФИО13 требований пункта 10.1 ПДД РФ не стоит в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда. При том положении, когда водитель ФИО13 двигался по главной дороге, то есть имел преимущество в движении по отношению к водителю ФИО2, избранная ФИО13 скорость движения не может являться поводом считать его виновным в ДТП. Возможность предотвращения ФИО13 столкновения зависела от выполнения требований Правил водителем ФИО2

В связи с изложенным оснований для выводов о виновности участников ДТП, отличных от выводов суда первой инстанции, судебная коллегия не усматривает.

Ссылка в жалобе на то, что при рассмотрении дела не дана должная оценка действиям водителя ФИО13 на предмет соблюдения им Правил дорожного движения, не является основанием к отмене состоявшегося решения, поскольку оценка действий участвовавших в ДТП водителей дана судом первой инстанции в совокупности с другими исследованными доказательствами по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не согласиться с которой у судебной коллегии оснований не имеется.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с решением суда первой инстанции в части размера взысканных сумм судебных расходов, и считает в этой части доводы жалобы подлежащими удовлетворению.

Порядок распределения судебных расходов определен в ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 1 и ч. 2 которой предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Правила, изложенные в части первой настоящей статьи, относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях.

По смыслу положений названных правовых норм, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п.п. 11-13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.ст. 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Таким образом, суд может ограничить взыскиваемую в счет возмещения сумму соответствующих расходов, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. Неразумными могут быть признаны значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

Судебная коллегия соглашается с тем, что при определении размера подлежащих взысканию судебных издержек подлежит применению принцип пропорционального возмещения судебных расходов, исходя из размера удовлетворенных исковых требований. Однако при определении пропорции судом первой инстанции допущена арифметическая ошибка.

Так, исковые требования ФИО1 имущественного характера к обоим ответчикам заявлены в размере 189 116 руб., удовлетворены частично на общую сумму 186 816 руб., что составляет 98,78 %. При этом решением суда взыскано в пользу ФИО1 с АО «ГСК «Югория» 108 950 руб. (108 950 руб. / 186 816 руб. х 100 %), что составляет 58,32 % от размера удовлетворенных исковых требований имущественного характера, в пользу ФИО1 с ФИО2 – 77 866 руб. (77 866 / 186 816 руб. х 100 %), что составляет 41,68 % от удовлетворенных требований имущественного характера.

В силу п. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 подлежат пропорциональному взысканию расходы на телеграммы в размере 558 руб. 20 коп. (565 руб. 10 коп. / 100 % х 98,78 %), расходы по оплате услуг оценки в размере 24 695 руб. (25 000 руб. / 100 % х 98,78 %), расходы на проведение судебной экспертизы в размере 27 658 руб. 40 коп. (28 000 руб. / 100 % х 98,78 %). Кроме того, с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в сумме 14 817 руб. (15 000 / 100 % х 98,78 %) с учетом размера удовлетворенных требований к каждому из них: с АО «ГСК «Югория» в размере 8 641 руб. 27 коп. (14 817 руб. / 100 % х 58,32 %), с ФИО2 – в размере 6 175 руб. 73 коп. (14 817 руб. / 100 % х 41,68 %).

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у суда оснований для назначения судебной экспертизы являются несостоятельными, поскольку суд первой инстанции мотивировал определение об удовлетворении соответствующего ходатайства стороны истца, основанного в частности на том, что экспертиза, проведенная в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении, была неполной, не отвечала на все поставленные вопросы.

В силу положений ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п. 3).

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия считает, что принятое по делу решение суда в полной мере не отвечает приведенным требованиям ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и подлежит изменению в части размера взысканных судебных расходов в связи с неправильным применением норм процессуального права.

Руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Челябинска от 13 декабря 2022 года изменить в части размера взысканных с акционерного общества «ГСК «Югория» в пользу ФИО1 расходов по оплате услуг представителя, взысканных с ФИО2 в пользу ФИО1 расходов по оплате услуг представителя, расходов на телеграммы, расходов по оплате услуг оценки, расходов по оплате судебной экспертизы.

Взыскать с акционерного общества «ГСК «Югория» (ИНН <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы по оплате услуг представителя в размере 8 641 рубля 27 копеек.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) расходы по оплате услуг представителя в размере 6 175 рублей 73 копеек, расходы на телеграммы в размере 558 рублей 20 копеек, расходы по оплате услуг оценки в размере 24 695 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 27 658 рублей 40 копеек.

Это же решение суда в остальной части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 31 августа 2023 года.