03RS0017-01-2022-013437-36

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 августа 2023 г. по делу № 33-14406/2023 (2-1536/2023)

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Кочкиной И.В.,

судей Алексеенко О.В.,

ФИО1,

с участием прокурора Сафина И.Ф.

при секретаре Габдуллиной Р.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Акционерному обществу «Рощинский» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам ФИО2, Акционерного общества «Рощинский» на решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 3 апреля 2023 г.

Заслушав доклад судьи Кочкиной И.В., судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к АО «Рощинский» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что 31 июля 2020 г. произошел несчастный случай на элеваторе совхоза «Рощинский», в результате которого погиб ее брат ФИО2, дата года рождения, который работал у ответчика на различных работах, в том числе, слесарем-ремонтником. В указанный день ФИО2 занимался ремонтом барабана ленточного конвейера, который был включен на непродолжительное время, в результате чего ФИО2 погиб от черепно-мозговой травмы. Данное происшествие произошло по вине работника ответчика ФИО3, не обеспечившего отключение электроэнергии перед началом проведения ремонтных работ в щите управления. Вина ответчика заключается в том, что отсутствовал контроль за безопасным выполнением работ с участием работников различных подразделений, надлежащим образом не были организованы безопасные условия труда. В результате этого несчастного случая она лишилась брата. После смерти брата из-за переживаний у нее ухудшилось состояние здоровья, она была вынуждена обратиться за медицинской помощью, лежала в больнице. Вина работников ГУП совхоза «Рощинский» подтверждается приговором Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 21 декабря 2021 г. и Апелляционным постановлением от 10 марта 2022 г. Моральный вред, причиненный ей, выразился в боли от утраты брата, а также повреждением ее здоровья. Размер данной компенсации оценивает в 3 000 000 руб. Добровольно ответчик ничего не выплатил.

На основании изложенного, просит взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб. и понесенные по делу судебные расходы.

Определением Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 03 февраля 2023 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6

Решением Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 3 апреля 2023 г. постановлено:

Исковые требования ФИО2 к Акционерному обществу «Рощинский» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Рощинский» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (паспорт №...) компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 - отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Рощинский» в доход местного бюджета городского округа г. Стерлитамака государственную пошлину в размере 300 руб.

В апелляционной жалобе на решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 3 апреля 2023 г. ФИО7 просит отменить решение суда, не согласившись с определенным судом первой инстанции размером взысканной компенсации морального вреда, указывая о его необоснованном занижении, принять по делу новое решение об удовлетворении ее исковых требований в полном объеме. В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции правильно изложены доводы об удовлетворении исковых требований, однако судом не учтена личность погибшего. Суд не верно оценил степень ее нравственных страданий в связи с утратой брата, его личность.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО8 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение. В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции установлена неосторожность в действиях ФИО2 Считает, что взысканный размер компенсации морального вреда, с учетом поставленного диагноза, обстоятельств дела, чрезмерно завышен, не соразмерен причиненным нравственным страданиям и не отвечает принципам разумности и справедливости. Подачу раздельных исков родственниками погибшего о взыскании морального вреда следует расценивать как злоупотребление правом. Судом первой инстанции не учтен размер компенсации морального вреда, взыскиваемый в регионе, исходя из сложившейся судебной практики, неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

Иными участвующими в деле лицами постановленное решение не обжалуется.

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, об отложении дела слушанием не просили. Информация о дате и времени рассмотрения дела заблаговременно размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в соответствии со статьи 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». В связи с чем, судебная коллегия на основании статьями 118, 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив оспариваемое судебное постановление в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав ФИО7 и ее представителя – адвоката Рахимова А.В., поддержавших доводы своей апелляционной жалобы, возражавших относительно доводов апелляционной жалобы ответчика, представителя ответчика ФИО8, поддержавшую доводы апелляционной жалобы, не согласившуюся с доводами апелляционной жалобы ФИО7, третье лицо ФИО9, поддержавшую доводы апелляционной жалобы истца, возражавшую относительно доводов апелляционной жалобы ответчика, заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации №23 «О судебном решении» от 19 декабря 2003 г. решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального права Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При рассмотрении данного дела такие нарушения судом первой инстанции не допущены, поскольку, разрешая спор, суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, и дал им надлежащую оценку в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО2 является родной сестрой ФИО2, что подтверждаются свидетельствами о рождении (т.1 л.д.10, 11).

31 июля 2020 г. ФИО2 умер, что подтверждается свидетельством о смерти (т.1 л.д.14).

Согласно трудовой книжки ФИО2 на момент его гибели он состоял в трудовых отношениях с ГУСП совхоз «Рощинский» в должности слесаря – ремонтника (т.1 л.д.15).

Согласно акту о несчастном случае № 01 от 16 сентября 2020 г. (т.1 л.д.16-22) установлено, что 31 июля 2020 г. в 09:30 часов с ФИО2 произошел несчастный случай на галерее автоприема зерна производственного участка № 1 производства по хранению и переработке зерна ГУСП совхоз «Рощинский» РБ, находящегося по адресу: адрес, в результате которого слесарь-ремонтник ФИО2, выполняя работы по ремонту, получил травму, несовместимую с жизнью. Приехавшая бригада скорой помощи констатировала смерть ФИО2 При судебно-химическом исследовании крови из трупа этиловый спирт не найден.

Причинами несчастного случая являются (пункт 9 Акта):

- нарушение технологического процесса, выразившееся в непроизведении необходимых отключений и принятия мер, препятствующих подаче напряжения на место работы вследствие ошибочного включения коммутационных аппаратов, т.е. не отключили подачу электроэнергии в распределительном пункте автоприема участка №1 ПХ и ПЗ, производство работы на пульте управления ленточным транспортером при производящих ремонтные работы слесарями-ремонтниками, что привело к включению ленточного транспортера № 7;

- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в невыполнении комплекса организационно-технических мер по обеспечению безопасного ремонта ленточного транспортера № 7 участка № 1 ПХ и ПЗ ГУСП совхоз «Рощинский» РБ.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: ФИО4 – электромонтер, ФИО5 – ведущий энергетик, ФИО3 - ведущий инженер, ФИО6 – начальник ПХ и ПЗ ГУСП совхоза «Рощинский» РБ, юридическое лицо – ГУСП совхоз «Рощинский» РБ (пункт 10 Акта). Согласно Заключению эксперта ГБУЗ Бюро судебно-медицинской экспертизы МЗ РБ № 882 от 24 августа 2020 г. смерть ФИО2 наступила от открытой приникающей черепно-мозговой травмы, множественных оскольчатых переломов костей черепа с кровоизлияниями под оболочки головного мозга, ушибами его вещества и развитием травматического отека. Получение данных повреждений при падении с высоты роста исключается. Наступление смерти 31 июля 2020 г. не исключается.

Приговором Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 21 декабря 2021 г. должностное лицо ГУСП «Рощинский» ФИО3 осужден по части 2 статьи 217 Уголовного кодекса Российской Федерации за нарушение требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего ФИО2

Разрешая спор по существу, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1064, 1068, 1079, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», исследовав и оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, поскольку установлена причинно-следственная связь между необеспечением работодателем безопасной эксплуатации принадлежащего ему оборудования и получением работником – братом истицы ФИО2 травм, не совместимых с жизнью, а действующее законодательство Российской Федерации предусматривает право на компенсацию морального вреда, причиненного нравственными переживаниями в связи с утратой родственников, в данном случае – брата.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учитывая степень физических и нравственных страданий истицы, связанных с невосполнимой потерей близкого человека, учитывая, что гибель близкого человека само по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, глубокие переживания истицы, привязанность истицы к своему брату ФИО2, его значимость для истицы, то обстоятельство, что в результате преждевременной смерти ФИО2 у истицы ухудшилось состояние ее здоровья, определил размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с АО «Рощинский» в пользу ФИО9 в размере 600 000 рублей.

Изложенные выводы суда первой инстанции следуют из анализа всей совокупности представленных сторонами и исследованных доказательств, оцененных в соответствии с правилами ст. 67 ГПК Российской Федерации, с которыми соглашается судебная коллегия.

При этом, проверяя доводы апелляционных жалоб ФИО2 и АО «Рощинский» судебная коллегия учитывает следующее.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Согласно части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания, осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101 и статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем первым статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как указано в абзаце 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе, в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств (абзацы 3 и 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Вопреки доводам апелляционных жалоб истца и ответчика, учитывая обстоятельства дела, характер перенесенных истцом нравственных страданий, размер компенсации морального вреда судебная коллегия находит не завышенным и не заниженным, а соразмерным переживаемым нравственным страданиям истца, отвечающим принципам разумности и справедливости, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно, является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, и имеет своей целью смягчить эмоционально-психологическое состояние члена семьи погибшего.

Довод апелляционной жалобы истца о том, что судом первой инстанции не учтена личность погибшего, отклоняется судебной коллегией, поскольку при определении размера компенсации морального вреда выясняется тяжесть причиненных непосредственно и только истцу нравственных страданий в связи с гибелью ее брата, учитываются индивидуальные особенности личности самого истца, а не погибшего, возраст истца, дается оценка доводам истца о причинении ей смертью близкого человека тяжелых моральных и нравственных страданий, а также об ухудшении состояния именно ее здоровья.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что подача в суд раздельных исковых заявлений членами семьи погибшего к ответчику о взыскании морального вреда является злоупотреблением правом, отклоняются судебной коллегией, поскольку основаны на неверном понимании норм права.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда. Размер компенсации морального вреда определяется только в соотношении с тяжестью причиненных конкретному потерпевшему, члену семьи погибшего физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, отмечая при этом, что из справки ЖСК «Стерлитамакский» № 3882 от 16 декабря 2020 г. ФИО2 проживал по адресу: адрес сестрой – ФИО2, с отцом – ФИО10, матерью – ФИО9 и (л.д. 13).

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, разрешая спор по существу, суд первой инстанции учел отсутствие у АО «Рощинский» эффективной системы оценки безопасности технологического процесса, что явилось одной из причин причинения вреда здоровью и смерти работника.

Оснований для освобождения работодателя от компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.

Доказательств отсутствия вины причинителя вреда, наличия грубой неосторожности потерпевшего представителем ответчика суду апелляционной инстанции не представлено, материалы дела не содержат. В связи с чем судебная коллегия не усматривает оснований и для уменьшения размера возмещения вреда в силу пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Доводы апелляционной жалобы ответчика повторяют позицию, которая известна суду первой инстанции, они не опровергают выводов суда, а выражают несогласие с ними, основаны на неверном толковании закона. По своей сути доводы жалобы направлены на переоценку обстоятельств, являвшихся предметом исследования в судебном заседании, а также доказательств, которым дана надлежащая оценка, в силу чего апелляционная жалоба не может являться основанием для отмены оспариваемого решения.

Ссылок на какие-либо новые факты, которые остались без внимания суда, в апелляционной жалобе не содержится.

Нормы материального и процессуального права применены судом правильно, поэтому предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 3 апреля 2023 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, Акционерного общества «Рощинский» - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) через суд первой инстанции.

Председательствующий: И.В. Кочкина

Судьи: О.В. Алексеенко

ФИО1

Справка:

судья Должикова О.А.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 августа 2023 г.