РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 октября 2022 года Хорошевский районный суд г.Москвы в составе председательствующего судьи В.Л. Вингерт, при секретаре А.Ю. Григорчук, прокуроре Литовской И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-5794/2022 по иску *, * к ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова о возложении обязанности, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

*, * обратились с иском к ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова о возложении обязанности, компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого истца. В обоснование заявленных требований истцом указано, что истцы являлись детьми *, в результате некачественно оказанных медицинских услуг * скончалась. Смертью матери истцам причинен моральный вред, выразившийся в полной утрате возможности общения с матерью. Истцы указывают, что действиями ответчиков, повлекшими смерть их матери, им причинен значительный моральный вред, который они оценивают в заявленном размере. Также просят обязать ответчиков выдать копии медицинских карт *, привлечь к ответственности виновных.

* в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала в полном объеме.

* в судебное заседание явился, заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ в судебное заседание явился, просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова в судебное заседание явилась, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Представители 3-их лиц ГКБ №51, ГБУЗ ДЗМ г. Москвы "Госпиталь ветеранов войн №1" в судебное заседание явились, просили в удовлетворении исковых требований отказать.

Суд, заслушав истцов, представителей ответчика, представителей 3-их лиц заключение прокурора, полагавшего требования, не подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ).

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ)

Согласно ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. п. 1, 2, 5 - 7 ст. 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; медицинское вмешательство - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность, виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также прерывание беременности; диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий; лечение- комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациентов, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. п. 3, 4, 5, 7, 8, 9 ст. 2 Федерального закона).

В соответствии с пунктами 2, 4, 5 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям: облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами; получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья.

Под качеством медицинской помощи в соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В силу п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ст. 73 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работника и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Аналогичные положения содержатся в ч.ч.2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ, согласно которым медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Таким образом, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, к которым относится также право на охрану здоровья. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, а равно и по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В соответствии с положениями ст. 1064 ГК РФ именно на ответчика должна быть возложена обязанность представить доказательства отсутствия вины медицинского учреждения в совершении действий, выразившихся в неправильной тактике и объеме лечения.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей. При этом бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на исполнителе медицинских услуг.

Статьей 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" предусматривается право потребителя на компенсацию морального вреда, причиненного потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается об обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 ГК РФ.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший понес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз.2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека, охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Судом установлено и подтверждается материалами гражданского дела, что *, * являются детьми *, что подтверждается копиями свидетельств рождении.

04 мая 2021 года * скончалась, что подтверждается копией свидетельства о смерти, выданной ОЗАГС Москвы № 25 МФЦ района Строгино 06 мая 2021 года.

В обоснование исковых требований, истец указывает, что в 2021 году * проходила лечение, оперировалась у ответчиков, однако в связи с некачественным оказанием медицинской помощи * 04 мая 2021 года скончалась.

В ходе рассмотрения гражданского дела истцы ходатайствовали о назначении судебной медицинской экспертизы.

Определением суда от 29 июня 2022 года по гражданскому делу назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено АНО «Центральное бюро судебных экспертиз № 1».

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1.Качественно ли была оказана медицинская помощь * при поступлении в ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова в 2021 году?

2.Причинен ли действиями (бездействиями) ответчиков вред здоровью *, если причинен то какой?

3. Находится ли наступление смерти * в прямой причинно-следственной связи с лечением, назначенным и проводимым сотрудниками ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова?

Заключением экспертов № 139-М-МЭ от 23 сентября 2022 года эксперты ответили на вопросы суда следующим образом: ответ на вопрос № 1: со стороны ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ: 1.1 дефекты ведения медицинской документации (нарушение п/п «а» и. 2.2 триказа М3 РФ № 203н от 10.05.2017 г.):

1.2данные о росте и массе тела больной отличаются в дневниках и документах реанимации: по дневникам рост 165, масса тела 70 кг, в наркозной карте 158/58 соответственно;

1.3не указано, какие конкретно биологические среды были посеяны 18.03.2021г.

2.Дефекты диагностики (нарушение п/п «г», «л» п. 2.2 приказа М3 РФ № 203н от 10.05.2017 г., приказа МЗиСР РФ № 502н от 05.05.2012 г.):

2.1при длительном анамнезе язвенной болезни, приёме антикоагулянтов *, не выполнена фиброгастродуоденоскопия ни на пред-, ни на интраоперационном этапе.

2.2. не дана клиническая оценка жалоб на частое мочеиспускание у * а также лейкоцитурии, кетонурии, протеинурии в анализе мочи от 11.03.2021 г. Консультация терапевта (уролога) по поводу пиелонефрита не проводилась. За период госпитализации в ГБУЗ «Городская клиническая больница им. С.П. Боткина ДЗМ» взят единственный анализ мочи, контрольный анализ отсутствует.

Со стороны ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова:

1.Дефекты ведения медицинской документации (нарушение п/п «а»,

п. 2.2 приказа М3 РФ № 203н от 10.05.2017 г.):

Отсутствует дневник за 27.03.2021 г.

2.Дефекты диагностики (нарушение п/п «л» и. 2.2 приказа М3 РФ № 203н от 10.05.2017 г., приказа МЗиСР РФ № 502н от 05.05.2012 г.):

2.1 не была дана оценка сохранению массивной бактериурии на фоне расширенной антибиотикотерапии, а также другим патологическим изменениями мочи, посев мочи не выполнялся, консультация терапевта (уролога) не запланирована.

Ответ на 2 вопрос: с учетом отсутствия прямой связи выявленных дефектов медицинской помощи с исходом для подэкспертной, тяжестью основного заболевания, наличия тяжелых фоновых заболеваний и исходно высокого риска смерти, на основании п. 24 и абз. 2 п. 27 Приказа МЗиСР РФ от 24 апреля 2008 г. N 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», вред здоровью не устанавливается.

Ответ на 3 вопрос: наступление смерти * не находится в прямой причинно-следственной связи с лечением, назначенным и проводимым сотрудниками ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова.

Экспертами при проведении экспертизы исследовались: материалы гражданского дела № 2-5794/2022 в одном томе; медицинская документация на имя *: медицинская карта амбулаторного больного № 1159 из ГБУ «Городская поликлиника № 180 ДЗМ»; медицинская карта стационарного больного № 15498-21-С из ГБУЗ «Городская клиническая больница им. С.П.Боткина ДЗМ»; медицинская карта стационарного больного № 2021-26280 из ГБУЗ «Городская клиническая больница № 67 им. Л.А.Ворохобова ДЗМ»; медицинская карта стационарного больного № 3923-21 из ГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн № 1 ДЗМ»; копия медицинской карты стационарного больного № 3923-21 из ГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн № 1 ДЗМ»; медицинская карта стационарного больного № 8397-2021 из ГБУЗ «Городская клиническая больница № 51 ДЗМ»; КТ органов грудной клетки от 30.03.2021 и 08.04.2021 г.г„ КТ органов брюшной полости от 06.04.2021 г. из ГБУЗ «Городская клиническая больница № 67 им. Л.А.Ворохобова ДЗМ».

Истцы оспаривали выводы, изложенные в заключении, однако суд принимает в качестве допустимого и достоверного доказательства указанное заключение экспертов, поскольку отсутствуют основания не доверять данному заключению, полученному по результатам назначенной судом экспертизы, где суждения экспертов являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии требованиями законодательства. Выводы экспертов не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что в совокупности с содержанием данного им заключения свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лиц, проводивших экспертизу, сомнений не вызывает, эксперты имеют специальное образование, большой опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность. Иных заключений со стороны ответчиков не представлено, также стороны не ходатайствовали о назначении повторной экспертизы.

Медицинская документация является основным источником информации и объектом для проведения экспертной оценки качества и безопасности медицинской помощи, составляет основу доказательной базы при рассмотрении претензий со стороны пациентов.

Ведение медицинской документации в установленном порядке является составной частью профессиональной медицинской деятельности, что определено действующим законодательством:

- ведение медицинской документации в установленном порядке, а также обеспечение ее учета и хранения является обязанностью медицинской организации (п. п. 11, 12 ч. 1 ст. 79 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ);

- ведение медицинской документации в соответствии с требованиями действующего законодательства и навыки осуществления контроля за качеством ведения медицинской документации - обязательный элемент профессиональных стандартов;

- в должностные обязанности любого врача-специалиста входит ведение медицинской документации в установленном порядке (Приказ Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 г. N 541н, "Квалификационная характеристика по должности "врач-специалист");

- медицинская документация имеет статус письменного и (или) вещественного доказательства по делам о привлечении медицинского работника (или медицинской организации) к тому или иному виду юридической ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи;

- нарушение правил ведения медицинской документации (даже при отсутствии вреда, причиненного жизни и (или) здоровью пациента) может повлиять на неблагоприятное развитие судебного процесса.

Оценивая представленное заключение комиссии экспертов, суд считает установленным обстоятельством, что при оказании медицинской помощи * врачами к ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова были допущены дефекты диагностики и дефекты ведения медицинской документации.

Между тем в заключении также указано, что чтобы быть признанной причиной, обстоятельство должно по своим свойствам создавать реальную возможность наступления последствий. Данная возможность может быть проверена путем мысленной элиминации оцениваемых обстоятельств из причинно-следственной цепочки. Дефекты ведения медицинской документации не связаны непосредственно с процессом оказания медицинской помощи и не состоят в связи с исходом. Дефект невыполнения ФГДС не оказал влияния на исход, т.к. у * не было негативных последствий, связанных с язвенной болезнью.

Таким образом, экспертами не выявлено дефектов качества оказания медицинской помощи, состоящих в прямой связи со смертью *.

С учетом отсутствия прямой связи выявленных дефектов медицинской помощи с исходом для подэкспертной, тяжестью основного заболевания, наличия тяжелых фоновых заболеваний и исходно высокого риска смерти, на основании п. 24 и аб. 2 п. 27 приказа МЗиСр РФ от 24 апреля 2008 г. № 194 н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, вред здоровью не устанавливается».

Таким образом, исходя из заключения комиссии экспертов, суд считает, что установленное обстоятельство отсутствия прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи врачами ответчиков и смертью *, не является основанием для освобождения ответчиков от ответственности за допущенные дефекты при оказании медицинской помощи.

Поскольку истцы являлись детьми *, с которым они совместно проживали, истцам причинены глубокие нравственные страдания, связанные с переживанием чувства невосполнимой утраты ввиду потери родного и близкого человека, нарушением их родственных и семейных связей, истцы имеют право на компенсацию морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, характер выявленных дефектов при оказании * медицинской помощи, состояние здоровья *, с учетом степени и характера причиненных истцам нравственных страданий, а именно, что умершая приходилась матерью, учитывая степень вины сотрудников ответчиков, и приходит к выводу о том, что с ответчика ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ в пользу каждого истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., с ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова 10 000 рублей, учитывая, что дефект диагностики и дефект ведения медицинской документации не привел к летальному исходу *, не повлиял на лечение.

По мнению суда, такой размер компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности, является справедливой компенсацией причиненных истцам нравственных страданий. Оснований для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда в требуемом истцами размере суд не усматривает.

Оснований для удовлетворения требований о привлечении виновных лиц к ответственности суд не усматривает, поскольку вред здоровью * не причинен.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 13.01.2020 N 1-П предписано, что впредь до внесения в законодательство необходимых изменений, вытекающих из настоящего Постановления, медицинским организациям надлежит по требованию супруга (супруги), близких родственников (членов семьи) умершего пациента, лиц, указанных в его информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство, предоставлять им для ознакомления медицинские документы умершего пациента, с возможностью снятия своими силами копий (фотокопий), а если соответствующие медицинские документы существуют в электронной форме - предоставлять соответствующие электронные документы. При этом отказ в таком доступе может быть признан допустимым только в том случае, если при жизни пациент выразил запрет на раскрытие сведений о себе, составляющих врачебную тайну.

В процессе судебного разбирательства ответчики, 3-и лица предоставили суду медицинские документы на имя *, с которой истцы были ознакомлены в полном объеме, в связи с чем требование о предоставлении медицинской документации удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании изложенного, с учетом положений ст. ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, с ответчиков в равных долях в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск *, * к ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова о возложении обязанности, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ в пользу * компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ в пользу * компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова в пользу * компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Взыскать с ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова в пользу * компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Взыскать в равных долях с ГБУЗ ГКБ им. С.П. Боткина ДЗМ, ГБУЗ ГКБ № 67 им. Л.А. Ворохобова в доход бюджета субъекта РФ города федерального значения город Москва государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд через Хорошевский районный суд г. Москвы в течение одного месяца с момента принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 19 октября 2022 года.

Судья В.Л. Вингерт