дело №

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

<адрес> 30 ноября 2022 года

Кызылский городской суд Республики Тыва в составе председательствующего Монгуш А.В., при секретаре ФИО13, с участием старшего помощника прокурора <адрес> О, истца К, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К и К к ГБУЗ РТ «Ресбольница №» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с иском к ГБУЗ РТ «Ресбольница №» о компенсации морального вреда, в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия Д получила травмы тела, в том числе перелом левой ноги в коленном суставе, перелом право руки. С указанным диагнозом в этот же день она поступила в ГБУЗ РТ №Республиканская больница №», где ей в отделении травматологии была проведена операция на колене и наложен гипс на руку. Д была выписана из «Республиканской больницы №» и находилась под наблюдением травматолога из ГБУ «Городская поликлиника №». Находясь на амбулаторном лечении дома у нее ухудшилось состояние, а именно началась рвота при приеме пищи и жидкостей и возникли проблемы с дефекацией. ДД.ММ.ГГГГ Д на автомобиле скорой помощи была доставлена в ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» с подозрением на наличие каловых камней в кишечнике. В экстренном приемном покое Д были проведены процедуры по очистке в кишечнике, а также проведено обследование УЗИ, после чего ее перевели в хирургические отделение. В хирургическом отделении назначены солевые растворы в виде капельниц, однако улучшение состояния Д не наблюдалось, так как рвота не прекращалась, и она не могла ни есть, ни пить даже воду. В ходе лечения врачи не могли установить диагноз и предполагали, что рвота это результат интоксикации. Также отказ от пищи врачи связывали с психологической травмой, вызванной глубокой депрессией. Примерно через 8-9 дней состояние Д ухудшилось и ее перевели в реанимационное отделение. Проведя в реанимации 4 дня ее состояние улучшилось и она была переведена обратно в отделение хирургии, однако рвота не прекращалась и она не могла нормально поесть и попить. Проведя в отделении хирургии больше недели состояние Д постепенно ухудшалось, так как рвота при приеме пищи и жидкостей не прекращалась. Врачами проводились различного рода обследования (УЗИ, КТ), в ходе которых отклонения состояния органов выявлены не были, за исключением того, что была в три раза увеличена поджелудочная железа. Кроме того, в процессе лечения Д не был поставлен диагноз. В ходе дальнейшего лечения состояние Д постепенно ухудшалось, и она вновь была переведена в реанимационное отделение, где впоследствии скончалась ДД.ММ.ГГГГ В результате вскрытия было установлено, что причиной смерти явилась полиорганная недостаточность и острый панкреатит. Ранее, до ДТП Д не жаловалась на какие-либо боли в области поджелудочной железы, диагноз «панкреатит» ей никогда не ставился. Полагают, что проблемы с нормальным функционированием поджелудочной, а впоследствии острый панкреатит, у нее развились в результате полученной тупой травмы тела в ДТП, что не было диагностировано врачами своевременно. Врачам было известно, что травмы она получила в результате наезда на нее транспортного средства, врачи должны были предполагать, что возможно у нее могли быть повреждены какие-либо внутренние органы. Диагноз при жизни Д врачи не могли установить, не могли понять причины ее каждодневного ухудшения состояния здоровья, и как следствие ей не было назначено необходимое лечение. Считают, что в указанной ситуации можно было своевременно диагностировать панкреатит у Д, поскольку на снимках УЗИ было видно, что поджелудочная железа увеличена в три раза, имелись такие признаки как рвота и отсутствие нормального пищеварения и скапливание каловых масс, полагают, что можно было избежать летального исхода, но по не известным им причинам либо из-за халатности врачей, либо их некомпетентности, этого сделано не было. Согласно ответу Росздравнадзора по РТ от ДД.ММ.ГГГГ по данному факту проведена внеплановая документарная проверка в отношении ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» и установлены нарушения: клинический диагноз основного заболевания острый панкреатит лечащим врачом не диагностирован, несмотря на наличие признаков в результате исследований. Соответственно, лечение панкреатита, как заболевания, приведшего к смерти больной не проведено. Осложнение основного заболевания, являющегося непосредственной причиной летального исхода, а именно сепсис и септицемия, не диагностирован, лечение не проведено, что привело к смерти больной. В связи с этим, истцы обратились с заявлением о возбуждении уголовного дела, по результатам которого вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с тем, что лечебным учреждением не предоставлены гистологические стекла и блоки от трупа Д и истечением сроков доследственной проверки. Далее постановление об отказе в возбуждении уголовного дела было отменено, материалы проверки переданы для проведения дополнительной проверки и устранения недостатков. Согласно заключению комиссионной экспертизы установлено, что врачами ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» не было диагностировано имевшееся у Д заболевание - инфицированный панкреонекроз, медицинская помощь ей оказана не в полном объеме (неправильно) как в части диагностики, так и в части интенсивной терапии основного заболевания, было допущено масса недостатков, что привело к ухудшению ее стояния, допущенные при лечении Д дефекты оказания медицинской помощи имеют прямую причинно-следственную связь с развитием у нее особого патологического состояния – сепсиса и септического шока, что отнесено к критерию, характеризующему квалифицированный признак вреда, опасного для жизни человека, квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Ненадлежащим оказанием медицинской помощи родному, близкому человеку, что привело к ее смерти, ответчиком причинены страдания, которые ничем не восполнить. Просит взыскать с ответчика в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 1 000 000,00 рублей каждому

В судебное заседание истец К и его представитель С не явились, извещены, просили рассмотреть без их участия.

В судебное заседание представитель ответчика ГБУЗ РТ «Республиканская больница №», представитель третьего лица Территориального органа Росздравнадзора по <адрес>, третьи лица О, О, О не явились, извещены, суд рассматривает дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ч.4 ст.167 ГПК РФ.

В судебном заседании истец К поддержал исковые требования в полном объеме, просил удовлетворить.

В судебном заседании прокурор О полагала возможным удовлетворить исковые требования с учетом разумности и справедливости.

Выслушав пояснения участников, а также изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государственного вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45 часть 1; статья 46).

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размером компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Согласно п.п.48 и 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»). Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В соответствии с ч.ч.1 и 2 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии с п.9 части 5 ст.19 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В соответствии с ч.ч.2 и 3 ст.98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, по обращению истца Территориальным органом Росздравнадзора по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ за исх.№И17-810/18 проведена внеплановая документарная проверка в отношении ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» по качеству оказания медицинской помощи Д, по результатам которой дан ответ о том, что при оказании медицинской помощи Д медицинскими работниками ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» допущены нарушения: клинический диагноз основного заболевания острый панкреатит, фаза заболевания и степень тяжести лечащим врачом не диагностирован, несмотря на наличие признаков в результатах клинических, лабораторных и инструментарных исследований. Соответственно, лечение панкреатита, как заболевания, приведшего к смерти больной, не проведено, что является нарушением клинических рекомендаций «Острый панкреатит», утвержденных ФИО1 обществом хирургов в 2015 <адрес> основного заболевания, являющегося непосредственной причиной летального исхода, а именно сепсис и септицемия, не диагностирован, соответственно, своевременное и адекватное лечение сепсиса не проведено, что привело к смерти больной. В рамках внутреннего контроля на уровне медицинского учреждения ДД.ММ.ГГГГ проведено служебное расследование. Из анализа протокола расследования выявлено, что проверка проведена формально, вышеуказанные грубые нарушения при оказании медицинской помощи больной Д комиссией не выявлены, что свидетельствует о недостаточности организации и проведении внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в ГБУЗ РТ «Республиканская больница №». По результатам проверки направлена информация о выявленных нарушениях в Министерство здравоохранения Республики Тыва и Министерство внутренних дел по <адрес>.

Из заявления К от ДД.ММ.ГГГГ руководителю СО по <адрес> СУ СК РФ по РТ следует, что он просит возбудить уголовное дело в отношении виновных лиц по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи Д лечащим врачом ГБУ РТ «Республиканская больница №», что привело к ее смерти.

Согласно ответу на обращение от ДД.ММ.ГГГГ за исх.№ следует, что следственным отделом по <адрес> СУ СК РФ по РТ проведена проверка, по результатам которой ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении О на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ст.293 УК РФ. Данное решение было отменено ДД.ММ.ГГГГ для проведения дополнительной проверки.

Согласно выводам заключения комиссионной экспертизы по материалам дела № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что причиной смерти Д явилось заболевание – инфицированный тотальный панкреонекроз, осложнённый множественными абсцессами поджелудочной железы, флегмоной парапанкреатической клетчатки, стеатонекрозами, сепсисом, двухсторонней септической пневмонией, септическим шоком и отеком легких и головного мозга в терминальной стадии. Врачами ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» не было диагностировано имевшееся у Д заболевание - инфицированный панкреонекроз, определивший всю тяжесть состояния больной и характерные для панкреонекроза гнойно-септические осложнения. При поступлении Д ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» диагноз острого панкреатита не был выставлен. Медицинская помощь больному оказана не в полном объеме (неправильно) как в части диагностики, тактики, так и в части интенсивной терапии основного заболевания. При оказании медицинской помощи Д в условиях ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» были допущены недостатки как в части диагностики, лечения, так и в части тактики ведения и лечения больного. Допущенные при лечении Д дефекты оказания медицинской помощи имеют прямую причинно-следственную связь с развитием у больной особого патологического состояния – сепсиса и септического шока, что согласно п.6.2.7 приказа МЗиСР РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ отнесено к критерию, характеризующему квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека. По указанному признаку данное осложнение у Д квалифицируются как тяжкий вред здоровью. Действия врачей ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» (в части диагностики, лечении и преемственности) не являлись непосредственной причиной развития у больного острого панкреатита, неизбежного при панкреонекрозе инфицирования и нагноения очагов инфекции с развитием инфицированного панкреатита (абсцессы поджелудочной железы) и гнойного перитонита, что и определяло как тяжесть состояния больной, так и исход основного заболевания (согласно научным данным летальность при такой форме панкреатита составляет 50-60% методических рекомендаций «Алгоритмы диагностики и лечения острых хирургических заболеваний органов брюшной полости в медицинский учреждениях <адрес>», <адрес>, 2009 г.). Это исключает прямую причинно-следственную связь наступления смерти больного с действиями врачей ГБУЗ РТ «Республиканская больница №».

Согласно копии свидетельство о смерти серии I-ЛЖ № Д, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умерла ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Республики Тыва.

Согласно свидетельству о рождении серии I-ЛЖ № К родилась ДД.ММ.ГГГГ, отцом является К, матерью – К.

Согласно справке о заключении брака №А-02994 Д и К заключили брак ДД.ММ.ГГГГ После заключения брака присвоены фамилии Д.

Согласно свидетельству о рождении серии I-ЛЖ № К родился ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, отцом является К, матерью – К.

Согласно свидетельству о рождении серии ЩИ № К родился ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, отцом является К, матерью – К.

Заключение судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной КГБУЗ «<адрес>вое Бюро судебно-медицинской экспертизы», является надлежащим и допустимым доказательством, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исходя из ст.13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее образование и получивший дополнительное профессиональное образование по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующего уполномоченного федерального государственного органа. Определение уровня квалификации экспертов и аттестация их на право самостоятельного производства судебной экспертизы осуществляются экспертно-квалификационными комиссиями в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующего уполномоченного федерального государственного органа. Уровень квалификации экспертов подлежит пересмотру указанными комиссиями каждые пять лет.

Порядком организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденным приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, предусмотрено, что производство экспертиз осуществляется государственными экспертами государственных судебно-экспертных учреждений, занимающими должности экспертов согласно штатному расписанию, в порядке исполнения своих должностных обязанностей. Штатную должность государственного эксперта может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее профессиональное образование, прошедший подготовку и аттестацию по соответствующей специальности с учетом квалификационных требований и в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Оснований полагать, что экспертное исследование проведено не квалифицированными специалистами, не имеется, экспертиза подготовлена экспертами, имеющими высшее медицинское образование, обладающими значительным стажем, о чем указано в установочной части заключения экспертов.

При формулировке выводов допускается объединение близких по смыслу вопросов и изменение их последовательности без изменения первоначальной формулировки вопроса (п. 29 Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации).

В заключении приведены ссылки на нормативные документы и специальную медицинскую литературу, использованные при производстве экспертизы.

Анализ заключения судебной экспертизы приводит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит ответы на поставленные вопросы, не противоречит материалам дела.

Оценивая заключение судебной экспертизы по правилам ст.67, 86 ГПК РФ, суд принимает его в качестве допустимого доказательства, заключение экспертизы соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, поскольку проведена квалифицированными экспертами, выводы которых мотивированны и обоснованы.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, в ходе судебного разбирательства не представлено.

Оценивая в порядке статьи 67 ГПК РФ вышеприведенную совокупность доказательств, суд находит их относимыми, допустимыми и достоверными, и достаточными для рассмотрения дела по существу.

Таким образом, судом установлено, что врачами ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» при поступлении больной Д не было диагностировано имевшееся у неё заболевание - инфицированный панкреонекроз, определивший всю тяжесть её состояния и характерные для панкреонекроза гнойно-септические осложнения, при поступлении диагноз острого панкреатита выставлен не был, медицинская помощь оказана не в полном объеме (неправильно) как в части диагностики, тактики, так и в части интенсивной терапии основного заболевания, при оказании медицинской помощи в условиях медицинского учреждения были допущены недостатки как в части диагностики, лечения, так и в части тактики ведения и лечения больного, допущенные при лечении дефекты оказания медицинской помощи имеют прямую причинно-следственную связь с развитием у больной особого патологического состояния – сепсиса и септического шока, которое явилось причиной смерти, в связи с чем исковые требования истцов о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

Истец К, ДД.ММ.ГГГГ г.р. является младшим родным братом умершей, истец К, ДД.ММ.ГГГГ г.р., является племянником умершей.

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст.151 ГК РФ.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает вышеприведенные нормы права, конкретные заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу нравственных страданий, характер родственных связей между потерпевшей и истцами, учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, наличия причинной связи между действиями врачей ГБУЗ РТ «Республиканская больница №» по диагностике, лечении, тактики ведения и лечения больной и наступившими негативными последствиями, то, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи повлияли на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению прав Д в сфере охраны здоровья, отсутствие от ответчика доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода, степень вины причинителя вреда, а также требования разумности и справедливости.

Исходя из изложенного, суд определяет размер компенсации морального вреда с ответчика в пользу К 100 000 рублей 00 копеек, в пользу К 200 000 рублей 00 копеек в счет компенсации морального вреда, удовлетворив исковые требования частично.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей в бюджет муниципального образования городского округа «<адрес>» Республики Тыва.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования К и К к ГБУЗ РТ «Ресбольница №» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Тыва «Республиканская больница №» (О 1701010055) в пользу К (паспорт серии 9314 №) 100 000 рублей 00 копеек в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Тыва «Республиканская больница №» (О 1701010055) в пользу К 200 000 рублей 00 копеек в счет компенсации морального вреда.

В остальной части исковых требований в удовлетворении отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Тыва «Республиканская больница №» (О 1701010055) в бюджет муниципального образования городской округ «<адрес>» 300 рублей в виде государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва путем подачи апелляционной жалобы через Кызылский городской суд Республики Тыва в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ (с учетом выходных дней).

Судья подпись А.В. Монгуш

Копия верна: __________________________ А.В. Монгуш