Дело № 2- 876/2025

УИД 18RS0014-01-2024-000264-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 января 2025 года г. Ижевск

Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Иванова А.А.,

при секретаре Смирновой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании заключенным договора дарения недвижимого имущества,

установил:

Первоначально истец, ФИО1 обратился в Игринский районный суд Удмуртской Республики с иском к ФИО2 о признании заключенным договора дарения от <дата> на 1/2 доли в квартире по адресу: <адрес>.

Требования мотивированы тем, что <дата> умер <данные изъяты> истца ФИО3, проживавший на день смерти по адресу: <адрес>. После его смерти открылось наследство, которое состоит из 1/2 доли в вышеуказанной квартире. При обращении к нотариусу нотариального округа с заявлением о принятии наследства, истцу стало известно, что кроме него наследником также является ФИО2

Полагает, что <данные изъяты> подарил истцу свою долю, сделав соответствующую рукописную надпись на фотокопии свидетельства о государственной регистрации права собственности на квартиру, где собственноручно написал: «Я, ФИО3, дарю все <данные изъяты> А.», также поставил дату, подпись и расшифровку фамилии.

<данные изъяты> умер скоропостижно, причина смерти не установлена. Истец полагает, что отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на объект недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости не влияет на действительность самой сделки. Фактическая передача квартиры от дарителя ФИО3 к одаряемому ФИО1 по сути состоялась в момент заключения договора дарения, то есть <дата> посредством передачи правовых и технических документов, ключей, что свидетельствует о том, что договор дарения является актом приема-передачи имущества. Таким образом, ФИО3 выразил свою волю по передаче в дар принадлежащей ему 1/2 доли в квартире своему <данные изъяты> ФИО1, то есть истцу, который фактически принял дар, о чем было известно, истец вступил во владение и пользование квартирой, несет бремя содержания имущества, считает его своим.

Зарегистрировать квартиру с 2011 года истцу не представилось возможным, поскольку он на тот момент учился в <данные изъяты>, готовился к поступлению <данные изъяты>. <данные изъяты> заверил истца, что сделает это сам, впоследствии разговор об этом не поднимался, а с 2013 года обязательная регистрация была отменена. О том, что фактически <данные изъяты> подарил свою долю в квартире истцу, он объявил вслух. В связи с изложенным, истец просит суд признать договор дарения от <дата> 1/2 доли в квартире по адресу: <адрес> заключенным.

Решением Игринского районного суда Удмуртской Республики от <дата> по делу <номер> в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказано.

Апелляционным определением Верховного суда Удмуртской Республики от <дата> по <номер> решение Игринского районного суда Удмуртской Республики от <дата> отменено, дело направлено в Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики для рассмотрения по существу, ввиду нарушения подсудности.

Определением Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от <дата> гражданское дело принято к производству суда.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования полностью поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, просил суд их удовлетворить, пояснил суду, что свидетельство о государственной регистрации права с оригиналом текста <данные изъяты>, где он дарит ему свое имущество от <дата>, суду представить не может, поскольку у него сохранилась лишь копия. На юбилее <данные изъяты> в слух при всех произнёс, что дарит всё ему, сделал эту надпись на свидетельстве.

В судебном заседании представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал, пояснил, что сторона истца считает сделанную при жизни <данные изъяты> от руки запись на свидетельстве о праве собственности надлежащим договором дарения.

В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признал. Пояснил, что связь с <данные изъяты> он поддерживал, приезжал к нему в гости, но никогда <данные изъяты> не говорил ему, что подарил свою долю в квартире истцу.

Свидетель ФИО6 пояснила, что является <данные изъяты> ФИО1, знала до смерти его <данные изъяты> ФИО3, помнит как во время празднования юбилея <данные изъяты> в слух при всех произнёс, что дарит свою долю ФИО1

Суд, выслушав истца, ответчика, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Из свидетельств о рождении истца и ответчика следует, что ФИО1 родился <дата>, ФИО2 родился <дата>, их <данные изъяты> указан ФИО3.

Согласно свидетельству о смерти ФИО3 - умер <дата>.

Из наследственного дела <номер> ФИО3, <дата> года рождения, умершего <дата>, проживавшего по адресу: <адрес>, видно, что к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО3 <дата> обратился ФИО2, а <дата> обратился ФИО1

Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости <номер> от <дата> установлено, что собственниками квартиры общей площадью 43,3 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>, являются: ФИО3, ФИО1, доля в праве собственности каждого составляет 1/2, что также подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от <дата>, за номерами <адрес> соответственно.

Указанные свидетельства выданы на основании договора передачи жилого помещения в собственность от <дата> <номер>.

Согласно справки, выданной Управляющей компанией ООО «УК «Вест-Снаб», по адресу: <адрес>, ФИО3 был зарегистрирован с 19.11.1974 по 22.07.2023 годы, ФИО1 с 27.09.1977 по настоящее время.

Из платежного документа видно, что счета за оплату коммунальных услуг выставлены на имя ФИО1, которым счета оплачиваются в полном размере.

Из представленной суду копии свидетельства о государственной регистрации права собственности от <дата> <адрес>, видно, что на копии свидетельства имеется запись: «Я, ФИО3 дарю всё <данные изъяты> А. 22/10-2011, подпись, ФИО3» (оборотная сторона свидетельства).

Данные обстоятельства следуют из содержания искового заявления, пояснений участников процесса в судебном заседании, сторонами фактически не оспариваются и подтверждаются представленными и исследованными доказательствами.

В соответствии с п.2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть приобретено другим лицом на основании договора купли- продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 2 ст. 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В силу ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с ч.З ст. 574 ГК РФ, в редакции, действовавшей на дату, указанную истцом как дата заключения договора - <дата>, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Судом достоверно установлено и подтверждается самим истцом, что заключенный якобы между истцом и его отцом договор дарения в установленном законом порядке зарегистрирован не был.

Согласно части 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем

существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой было разъяснено сторонам, и которое следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. ст. 12, 35 ГГЖ РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование заявленных требований о заключении договора дарения <дата> истцом представлена копия свидетельства о государственной регистрации права собственности от <дата> <адрес>, на которой имеется запись: «Я, ФИО3 дарю всё <данные изъяты> А. 22/10-2011, подпись, ФИО3» (оборотная сторона копии свидетельства).

Вместе с тем, факт заключения договора дарения может быть подтвержден только определенными письменными доказательствами, в частности подлинным договором дарения, который, как установлено судом, у истца отсутствует и в материалы дела не был представлен, не оспаривается данное обстоятельство и истцом.

Факт наличия записи на копии свидетельства «Я, ФИО3 дарю всё <данные изъяты> А. 22/10-2011, подпись, ФИО3» не подтверждает заключение договора дарения и волеизъявления дарителя ФИО3 осуществить отчуждение принадлежащего ему спорного недвижимого имущества - 1/2 доли квартиры по адресу: <адрес>.

Ссылка истца на то, что фактическая передача квартиры от дарителя ФИО3 к одаряемому ФИО1 состоялась в момент заключения договора дарения, то есть <дата> посредством передачи правовых и технических документов, ключей, что свидетельствует о том, что договор дарения является актом приема-передачи имущества, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку данные доводы истца не подтверждают волеизъявление ФИО3 передать свою долю квартиры в дар.

К показания свидетеля ФИО6 суд относится скептически поскольку является <данные изъяты> истца и лицом заинтересованным в разрешении данного дела.

Проанализировав представленные сторонами доказательства в их совокупности, с учетом принципов допустимости и относимости, суд приходит к выводу, что отсутствуют предусмотренные законом основания для признания заключенным <дата> между ФИО3 и истцом договора дарения спорного недвижимого имущества.

Суд учитывает, при этом, что договор дарения на спорную недвижимость – 1/2 долю квартиры по адресу: <адрес> не составлен в требуемой в подлежащих случаях форме, не достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (не указан предмет дарения – 1/2 доля квартиры), при жизни ФИО3 договор дарения зарегистрирован не был, даритель не выразил волеизъявление на регистрацию сделки, подлинник договора дарения истцом суду представлен не был.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 (паспорт серия <данные изъяты>) к ФИО2 (паспорт серия <данные изъяты>) о признании заключенным договора дарения от <дата> 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Октябрьский районный суд г. Ижевска.

Председательствующий судья А.А. Иванов

Мотивированное решение принято в окончательной форме 17.01.2025 г.

Председательствующий судья А.А. Иванов