Решение по делу № 2-21/2023 от 29.03.2023 - о взыскании неосновательного обогащения.

УИД 58RS0005-01-2022-000718-12

Дело № 2-21/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 марта 2023 года с.Бессоновка

Бессоновский районный суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Рязанцевой Е.А.

с участием ответчика ФИО1 и его представителя ФИО8, действующего на основании доверенности от 07.09.2022 г.

при помощнике ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда в с.Бессоновка гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 первоначально обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании денежных средств по договору займа, указывая, что в мае 2021 г. между ним и ответчиком ФИО1 заключено устное соглашение о представление займа в размере 475 300 руб.. Согласно условиям соглашения истец представляет денежные средства ответчику частями посредством банковского перевода на расчётный счет ответчика до 03.10.2021 (включительно). ФИО3 во исполнение устной договоренности о предоставление в долг денежных средств на банковский счет ФИО1 были переведены денежные средства за период с 26.05.2021 по 03.10.2021 в общем размере 475300 руб. Денежные средства заемщик по требованию займодавца не вернул, ввиду чего 02.02.2022 ФИО3 обратился к ФИО1 с претензией возвратить денежные средства, в срок не позднее 5 рабочих дней с даты получения настоящего требования. Письмо с претензией возвратилось истцу 11.03.2022 за истечением срока хранения. До настоящего времени долг не возвращен, в связи с чем с ответчика подлежат взысканию в порядке ст. 395 ГК РФ процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 5 208,77 руб.

Просил суд с учетом уточнения исковых требований взыскать с ответчика в свою пользу задолженность в размере 475 300 руб., пени за пользование чужими денежными средствами в размере 5 208,77 руб., пени за пользование чужими денежными средствами с 24.03.2022 по день фактического исполнения решения суда.

Заочным решением Бессоновского районного суда Пензенской области от 16.06.2022 исковые требования ФИО3 были удовлетворены в полном объеме.

Определением Бессоновского районного суда Пензенской области от 27.09.2022 указанное заочное решение было отменено, производство по делу возобновлено.

В ходе судебного заседания 10.11.2022 истец изменил основание иска, указав, что существующую задолженность ответчика он квалифицирует как неосновательное обогащение в связи с отсутствием письменных доказательств заключенности договора займа. Протокольным определением от 10.11.2022 изменение исковых требований принято к производству суда.

Протокольным определением от 28.11.2022 к производству суда принято увеличение исковых требований, истец окончательно просил взыскать с ответчика в свою пользу денежные средства в размере 566300 руб., пени за пользование чужими денежными средствами в размере 47181,31 руб., пени за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения решения суда. Дополнительно в письменных заявлениях истец указал, что ФИО1 получил от него денежные средства без заключения договора, соглашения, в отсутствие каких-либо иных письменных доказательств. Перечисленные ответчику денежные средства не являются подарком и благотворительностью, деньги перечислялись ответчику в качестве беспроцентного займа до востребования. Впервые, истец потребовал возврат денежных средств осенью 2021 г., что подтвердил ответчик в судебном заседании 26.10.2022, требование истца ответчик оставил без внимания. После чего, уже весной 2022 г. истец обратился к ответчику с официальной претензией, затем последовала подача иска в суд. Общая сумма полученных ответчиком от истца денежных средств составила 645 300 рублей 00 коп. Ответчик частично возвратил денежные средства истцу в сумме 79 000 руб.: 09.09.2021г.- 1 000 руб., 30.08.2021г.-40 000 руб.; 25.05.2021г.- 13 000 руб.; 15.06.2021г.-5 000 руб.; 29.07.2021г.-20 000 руб. Остальные денежные средства ответчик не вернул истцу, следовательно, не возращенная сумма является неосновательным обогащением ответчика за счет имущества истца. Доводы ответчика о том, что полученные от истца денежные средства являются заработной платой его как управляющего пекарней ИП ФИО5, являющейся супруга истца, заработной платой работников, которые выполняли работы по заданию истца, а также другими расходами пекарни, где ответчик неофициально работал, не могут служить надлежащим доказательством наличия каких-либо договорных, трудовых отношений, в том числе рабочих, между истцом и ответчиком, которые смогли бы подтвердить, что ответчик действовал в интересах истца и по просьбе истца. Истец указывает на то, что ФИО5 является бывшей его супругой, их брак расторгнут 04.09.2018. Банковская карта ответчика использовалась им в спорный период не только, как указывает ответчик в интересах истца, но и в своих личных интересах (переводы родственникам, оплата кафе). Утверждения ответчика о том, что покупки в магазинах «Магнит», «Пятерочка», «Караван» и др. также являются расходами пекарни, не подтверждены ни одним документом, только словами ответчика. Данные операции можно отнести к личным тратам ответчика. Доводы ФИО1 о том, что деятельностью пекарни руководил истец ФИО3, голословны. Доверенности и накладные подписаны ИП ФИО5 Свидетели подтвердили, что в момент проведения ремонтных работ в пекарне, в пекарню приезжала именно Нурия, которая следила за процессом ремонта, а не истец. В то же время ответчик в своих пояснениях обозначал, что Нурия все-таки работала в пекарне, следила и руководила деятельностью пекарни, что также противоречит другим заявлениям ответчика о том, что руководил деятельностью пекарни истец, которого никто в пекарне не видел. Заявление ответчика о том, что часть денежных средств, направлена истцом ответчику для выплаты заработной платы работникам пекарни и работникам, производившим ремонт в помещении пекарни, не нашло подтверждения ни в документах, представленных ответчиком, ни в показаниях заявленных им свидетелей. Заявленные ответчиком свидетели подтвердили только то, что «по их мнению» они работали в пекарне на ул. Каракозова и нанимал их именно ответчик, а не истец. Работы в пекарне они производили, якобы, по просьбе какого-то «Усмана», ни фамилии, ни отчества «Усмана», они не смогли назвать, никакими другими данными о нем они не располагают, лично с ним не встречались. Вся информация свидетелей о так называемом заказчике работ в пекарне сложилась исключительно из объяснений ответчика. Таким образом, свидетели не смогли подтвердить наличие каких-либо обязательных взаимоотношений между истцом и ответчиком, согласно которых истец должен был переводить денежные средства ответчику. Свидетели не смогли также подтвердить позицию ответчика о том, что денежные средства, полученные им от истца, направлены на обслуживание пекарни. В судебном заседании 10.11.2022 ответчик заявил, что он выполнял иные рабочие поручения истца, не связанные с деятельностью пекарни, в том числе указал, что работал водителем непосредственно у истца. Заявление ответчика также ничем не подтверждено, отсутствуют документы, подтверждающие наличие между истцом и ответчиком трудовых или гражданско-правовых отношений. Таким образом, ответчик не смог опровергнуть ни одного из трех условий, обосновывающих в совокупности правомерность требования о взыскании неосновательного обогащения: ответчик не смог доказать того, что денежные средства, полученные от истца, потрачены по обязательствам истца, и в его интересах; в судебном заседании установлено и не оспаривается ответчиком, что ответчик получил от истца денежные средства, денежные средства в заявленной сумме не вернул; ответчик не представил ни одного доказательства, подтверждающего существование между истцом и ответчиком каких-либо договорных, трудовых обязательств, согласно которых ответчик получал денежные средства от истца. Доказательств возврата истцу указанной суммы, оплаты или иного встречного предоставления на спорную сумму в материалах дела не имеется и ответчиком не представлено. Обстоятельства получения денежных средств от истца в указанной сумме ответной стороной в ходе судебного разбирательства не оспаривались. При таких обстоятельствах денежные средства, поступившие от истца на счет ответчика в сумме 566 300 руб., являются неосновательным обогащением последнего и по правилам ст. 1102 ГК РФ подлежат возврату. При этом обстоятельства, предусмотренные положениями п. 4 ст. 1109 ГК РФ, освобождающие ответчика от возврата денежных средств, ответчиком не были обоснованы.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен о слушании дела надлежащим образом, в письменном заявлении просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО3 - ФИО6, действующий на основании доверенности от 15.10.2021, в судебное заседание не явился. Ранее в ходе рассмотрения дела поддержал исковые требования с учетом уточнения в полном объеме. Пояснял, что между истцом и ответчиком имели место деловые отношения. ФИО1 пришел к ФИО3 и предложил свои услуги по распространению продукции. ФИО3 порекомендовал ему поработать с его бывшей супругой ФИО5, у которой была своя пекарня. ФИО1 согласился. Спорные суммы перечислялись истцом на карту ответчика по просьбе последнего под условием возврата; предполагалось, что денежные средства будут возвращаться ответчиком по требованию истца. Все переводы осуществлялись через онлайн-банк, в платежных поручениях назначение платежа не указывалось. Каких-либо иных договорных отношений между ними не существовало. Поскольку отсутствуют письменные доказательства заключения договора займа, сторона истца квалифицирует существующую задолженность ответчика как неосновательное обогащение. ФИО3 никакого отношения к деятельности пекарни своей бывшей супруги не имел, финансово не поддерживал. ФИО3 являлся учредителем ООО «Золотой колос», а к ООО «Возрождение» никакого отношения не имеет.

Представитель истца ФИО3- ФИО7, действующая на основании доверенности от 15.10.2021, в судебное заседание не явилась. Ранее в ходе рассмотрения дела поддержала исковые требования с учетом уточнения в полном объеме, в том числе доводы, изложенные в письменном заявлении от 30.11.2022. Дополнительно в письменных пояснениях от 24.03.2023 указала, что допрошенные в судебном заседании 21.12.2022 свидетели не смогли надлежащим образом подтвердить того, что фактическим владельцем пекарни является истец. Заявленные ответчиком свидетели однообразно называли истца условно «владельцем пекарни», ссылаясь на слова ответчика и слова ФИО5, поясняя то, что об этом им заявил ответчик, свидетелю ФИО23 сообщила ФИО5, при этом большая часть свидетелей ни разу не видела истца, их заявления об истце, как о владельце пекарни являются домыслами. Согласно показаниям свидетелей, истец приезжал на территорию завода, в том числе с целью заключения договора аренды площадки, в которой был заинтересован, данное обстоятельство говорит о том, что его посещения территории завода были в личных интересах. Третье лицо ФИО5 во время дачи показаний в качестве свидетеля со стороны ответчика по делу в судебном заседании подтвердила то, что истец не имеет отношения к ее ИП - пекарне, в браке они не состоят, имеют общих детей, основное общение сводится к воспитанию детей. ФИО5, являясь владельцем пекарни, опровергла заявление ответчика, о том, что денежные средства, перечисленные истцом ответчику, связаны с деятельностью пекарни. Свидетельские показания не могут являться относимыми и допустимыми доказательствами существования между истцом и ответчиком финансовых либо иных отношений. Не допустимым доказательством в настоящем споре является и таблица, отражающая время посещения территории завода истцом, так как данная таблица не доказывает ни прямо, ни косвенно того, что истец являлся владельцем пекарни, не доказывает того, что перечисленные истцом ответчику денежные средства являются заработной платой истца. Считает также недопустимым данное доказательство и в отношении его оформления, поскольку не известно, откуда взята предоставленная информация, копией какого документа является данная сводка, отсутствует на таблице подписи, заверяющие подлинность данного документа. Более того, учитывая показания свидетелей, пояснения директора - арендодателя помещения пекарни, таблица показывает график посещений владельцев пропусков на территорию, при этом пропуском может воспользоваться любое лицо, ввиду чего отследить, кто проходил по данному пропуску невозможно. Истец не согласен с данными таблицы, так как они не соответствуют фактическим визитам истца на территорию завода. В данном деле не было установлено юридически значимого обстоятельства: имелось ли обязательство между сторонами, в соответствии с которым могли быть перечислены спорные денежные средства.

В судебном заседании ответчик ФИО1 возражал против удовлетворения исковых требований, просил в иске отказать. В ходе рассмотрения дела пояснял, что ранее у него был цех по производству хлебобулочных изделий, который он закрыл, но точки сбыта продукции остались. С ФИО3 его познакомил Ринат-помощник Усмана. Истец сначала предложил выкупить у него точки сбыта, на что он отказался. Потом истец предложил ответчику поработать в пекарне его жены ФИО5 управляющим, повысить доходность пекарни, распространить ее продукцию по иным точкам реализации, с которыми ранее работал он (ответчик). В качестве управляющего пекарни ФИО5 он начал работать в конце апреля 2021 года. Сама ФИО5 представила его перед работниками пекарни как управляющего. В его обязанности входило оформление заявок, закупка продуктов, реализация готовой продукции, развозка продукции по точкам, найм работников для пекарни. Когда он стал работать с ФИО5, цех находился на улице Гагарина в г. Пензе, ТЦ «Кагау». Летом 2021 года начался ремонт цеха на <адрес>, который был взят в аренду. Он занимался закупкой строительных материалов для ремонта, нанимал рабочих для ремонта. Все деньги, которые ФИО3 перечислял ему на карту, расходовались им (ответчиком) по указанию истца на нужды пекарни (заработная плата работникам пекарни, закупка продуктов, бензин) и ремонт цеха на <адрес>. Частично строительные материалы для ремонта оплачивало ООО «Возрождение», которое фактически принадлежит ФИО3 У него (ответчика) была доверенность от ООО «Возрождение» на право получения строительных материалов в Леруа Мерлен. Все стройматериалы, оплаченные ООО «Возрождение», пошли на ремонт пекарни. Режим его работы был с 5 часов утра до 6 ч. вечера с понедельника по субботу. Его зарплата как управляющего по устной договоренности с истцом составляла 3500 руб. в день. Первую неделю заработную плату он получал из выручки наличными денежными средствами, своевременно, каждый день. Затем ФИО3 стал перечислять ее на карту ответчику, но не каждый день, а по мере накопления некоторой суммы. Потом начались задержки. Когда он стал работать в пекарни ФИО5, перед работниками пекарни имелась большая задолженность по заработной плате. Пекари и другие работники не хотели продолжать работать, о чем он постоянно говорил ФИО3, и тот перечислял ему на карту деньги для погашения задолженности по заработной плате перед работниками пекарни. По выручке и расходам отчитывался ежедневно, накладные и наличные деньги он собирал с водителей и отдавал бухгалтеру, которая находилась в офисе ФИО3 Лично ФИО5 он также мог отдавать выручку, но это было редко. Среднедневная выручка пекарни составляла около 45 тыс. руб. Если он не тратил всю перечисленную ему истцом сумму, то он (ответчик) переводил остатки денег обратно на карту истца. Заработную плату работникам пекарни выплачивал он (ответчик) со своей карты, поскольку они так договорились с ФИО3 в целях контроля. У ИП ФИО5 образовалась большая задолженность по заработной плате перед работниками, они увольнялись. Поскольку ответчик был управляющим пекарни, давал задания работникам, надо было, чтобы они его уважали, доверяли ему, следовательно, заработную плату перечислять им должен был он. По подсчетам ответчика, ФИО3 не заплатил ему за работу в пекарни жены 150000 руб., но он эти деньги не стал от него требовать. Они часто переписывались в мессенждере WhatsApp, однако переписка у него не сохранилась, так как разбился телефон, сим-карту восстановить не удалось.

Представитель ответчика ФИО1-ФИО8, действующий на основании доверенности от 07.09.2022, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме. Указал, что между истцом и ответчиком заемные правоотношения никогда не существовали, спорные денежные средства в качестве займа ответчику не передавались, доказательств заключения договора займа и обязанности ответчика возвратить денежные средства в качестве займа истцом не представлено. Полученные ответчиком денежные средства не являются неосновательным обогащением. Истец знал об отсутствии у него обязательств по перечислению ответчику денежных средств, как и об отсутствии у ответчика обязанности возвратить денежные средства. На основании ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства. Денежные переводы на карту ответчика осуществлялись периодически, в течение продолжительного времени, разными суммами, без указания назначения платежа. Представленные ответчиком доказательства, в том числе показания свидетелей, подтверждают, что ответчик фактически работал у истца без оформления трудовых отношений, денежные средства переводились ответчику в качестве его заработной платы и для выплаты заработной платы иным сотрудникам, на покупку строительных материалов и оплату работы строителей, отделочников, на закупку сырья для пекарни, бензин. Данные обстоятельства также исключают возможность их взыскания в качестве неосновательного обогащения. Доводы третьего лица ФИО5 о том, что ее бывший супруг не имел никакого отношения к ее коммерческой деятельности, опровергаются выписками по ее счетам, из которых усматриваются неоднократные переводы денежных средств между ФИО3, ФИО5, ООО «Золотой колос», ООО «Возрождение». Также ФИО3 имел пропуск на территорию завода, где располагалась пекарня его бывшей супруги, приходил туда неоднократно, в том числе, в одно и тоже время с ФИО1 и ФИО5, имел разрешение на въезд на автомобиле. И ФИО3, и ФИО5 являлись в разное время учредителями и директорами ООО «Усман групп». Указанное свидетельствует о наличии между бывшими супругами Б-выми деловых взаимоотношений, о непосредственном участии ФИО3 в деятельности ФИО5, что отрицались ФИО5 и стороной истца. Просил в иске отказать в полном объеме.

Протокольным определением от 30.01.2023 ФИО5 привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований. В судебное заседание третье лицо ФИО5 не явилась, извещена о слушании дела надлежащим образом. В письменных пояснениях от 14.03.2023 третье лицо ФИО5 указала на следующие обстоятельства. С ответчиком ФИО1 она имела совместный бизнес. Являясь индивидуальным предпринимателем (ИНН №), она организовала пекарню. Однако, сбыт продукции было сложно найти, и с пекарней она не успевала справляться. Воспользовавшись данной ситуацией, имея точки сбыта, ФИО1 предложил ей партнерские отношения, с распределением прибыли 60% ей, 40% ему, учитывая, что он возьмет на себя все управление пекарней, предоставит свои точки сбыта, а в будущем собирался вложиться, закупить оборудование для пекарни. Данное распределение прибыли ее не устраивало, так как партнер пришел на все готовое, у нее были свои точки сбыта (пусть небольшое количество), наработанные схемы поставок, закупок продукции для производства выпечки, основное оборудование было ее, договор аренды помещения заключен на нее, и главное ИП на ее имя, т.е. вся ответственность была на ней, поэтому, однозначного решения по распределению прибыли в тот момент они не приняли, следовательно, распределение прибыли нигде не было зафиксировано, решили, что сначала нужно поработать, затем определится с фиксированием долей. На самом деле она хотела посмотреть его в работе и дождаться от него вложения в виде закупленного оборудования. На первое время они сошлись, что его доля будет фиксирована в денежной сумме 50 000 рублей. Сумма большая, учитывая, что расходы в тот период в пекарне были большие, но она согласилась, так как планировалось расширение деятельности, и она одна не смогла бы справляться. По факту, учитывая все затраты пекарни, ее с ФИО1 доли от прибыли в пекарне были одинаковыми (по 50 т.р.). В период с мая по сентябрь 2021 года они вели совместный бизнес с ответчиком. Заявления ответчика, что он являлся ее работником, не соответствуют действительности, являются попыткой уклониться от своих финансовых обязательств. Ответчик контролировал весь процесс производства, пытался лично контролировать финансы ее ИП, требовал совместного ведения финансово-хозяйственной деятельности, самостоятельно сбывал выпечку, расплачивался от выручки с работниками. В тот момент она плохо контролировала производство и сбыт продукции. Ответчик постепенно стал в большей степени заниматься процессом производства выпечки, и ее участие в совместном бизнесе свелось к участию в реализации продукции, совершению расчетов по обязательным платежам. Чистая прибыль определялась на основании устных пояснений ответчика о понесённых им затратах, расходов по обязательным платежам, совершенных ей. Размер прибыли был не постоянный, зависел от сбыта выпечки, количества всех расходов в периоде, в связи с чем она не может подтвердить ее точное распределение с обозначением всех сумм. Она верила ответчику, прибыль распределяли вместе. Ни о каком найме ответчика не могло быть и речи, она в большей степени зависела от него. Со стороны могло показаться, что именно она является его работником, которому он выплачивал зарплату. Были случаи, что пекарня расплачивалась по долгам ответчика, возникшим до их объединения. Ответчик никогда не был работником ИП. Отношения ФИО1 с ее бывшем мужем не касались ее коммерческой деятельности. К спорным переводам денежных средств она никакого отношения не имеет, цели этих переводов не знает. Она их не совершала. У нее с истцом двое совместных детей, по этой причине она вынуждена с ним контактировать. Он мог даже приезжать к ней в пекарню, не имея к ней никакого отношения, пытаться выяснить о наличии у нее другого мужчины и т.д. Считает, что ответчик злоупотребляет своими правами, пытаясь переложить свои обязательства на непричастных людей. Данные действия недопустимы и нарушают ее права.

Представитель третьего лица ФИО5-ФИО9, действующий на основании ордера от 15.03.2023, в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом. В судебном заседании 16.03.2023 г. поддержал письменные пояснения третьего лица ФИО5 от 14.03.2023, дополнительно пояснив, что ФИО3 и ФИО5 разведены, совместное хозяйство не ведут, живут раздельно. ФИО5 сама вела деятельность пекарни, бывший супруг не имел к ней никакого отношения. ФИО1 являлся бизнес партнером ФИО5, и не состоял с ней в трудовых отношениях.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что в период с 26 мая 2021 по 03 октября 2021 истцом ФИО3 с принадлежащих ему банковских карт ПАО «Сбербанк России» посредством интернет - сервиса «Сбербанк – онлайн» осуществлен перевод на принадлежащую ответчику ФИО10 банковскую карту ПАО «Сбербанк России» денежных средств в общей сумме 645300 руб. (26.05.2021г. - 13 000 руб., 28.05.2021г. - 30 000 руб., 02.06.2021 г.-100000 руб., 02.06.2021 г.-50000 руб., 06.06.2021г. - 3 500 руб., 08.06.2021г. - 50 000 руб., 13.06.2021г. - 40 000 руб., 23.06.2021г. - 13 300 руб., 23.06.2021г. - 15 000 руб., 26.06.2021г. - 30 000 руб., 24.06.2021г. - 20 000 руб., 28.06.2021 г.-20 000 руб., 31.07.2021 г. - 20 000 руб., 15.07.2021 г. - 50 000 руб., 05.07.2021г. - 50 000 руб., 08.07.2021г. - 20 000 руб., 09.07.2021г. – 50 000 руб., 10.07.2021г. – 50 000 руб., 26.07.2021г. – 7 500 руб., 15.09.2021г. – 10 000 руб., 30.09.2021г. – 1 000 руб., 01.10.2021г. – 1 000 руб., 03.10.2021г. – 1000 руб.).

Назначение платежа при осуществлении переводов не указано.

При этом ответчиком истцу были переведены денежные средства в сумме 79 000 руб.: 09.09.2021г.- 1 000 руб., 30.08.2021г.-40 000 руб.; 25.05.2021г.- 13 000 руб.; 15.06.2021г.-5 000 руб.; 29.07.2021г.-20 000 руб.

Указанные переводы подтверждаются чеками по операциям «Сбербанк Онлайн», приложенными к исковому заявлению, выписками по счетам ФИО3 и ФИО1. Получение денежных средств от истца ответчиком не оспаривается.

Первоначально в обоснование иска истец ссылался на устную договоренность с ответчиком о предоставлении займа, на условиях возвратности, в связи с чем на банковскую карты ответчика были перечислены вышеуказанные денежные средства. Представитель истца ФИО6 в ходе рассмотрения дела объяснял перечисление истцом указанных денежных средств соответствующими просьбами ответчика ФИО11 в связи с потребностью в деньгах, при этом между сторонами была устная договоренность о том, что деньги передаются в долг; не отрицал, что какие-либо договоры займа в письменной форме между ними не заключались.

Согласно ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Пунктом 1 ст. 808 ГК РФ установлено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. (п.2 ст. 808 ГК РФ).

В случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п.1 ст.162 ГК РФ).

Как установлено судом, в период времени с 26 мая 2021 по 03 октября 2021 истец ФИО3 перевел со своей банковской карты на банковскую карту ФИО1, периодическими платежами, разными суммами, без указания назначения платежа, денежные средства на сумму 645300 руб.

Ответчик ФИО1 отрицал наличие между сторонами заемных правоотношений, ссылаясь на то, что полученные от истца денежные средства являлись его заработной платой как управляющего пекарней ИП ФИО5, являющейся супругой истца, заработной платой работников пекарни, а также другими расходами пекарни, полученные денежные средства расходовались им в интересах истца и его супруги и по просьбе истца.

По мнению суда, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие перечисление денежных средств во исполнение договора займа и на условиях возвратности, договор займа в письменной форме не заключался, в подтверждение состоявшейся сделки расписка истцом не представлена. Представленные в материалах дела документы не позволяют установить правоотношения, возникшие из договора займа.

По смыслу ст. 808 ГК РФ подлежит доказыванию не только факт передачи денежных средств, но и цель передачи - предоставление денежных средств в заем.

Детализация банковских операций, чеки по операциям «Сбербанк Онлайн» удостоверяет факт передачи определенных денежных сумм, однако, не является соглашением сторон в письменной форме, свидетельствующим о волеизъявлении обеих сторон на установление заемного обязательства.

Доказательств наличия между ФИО3 и ФИО1 каких-либо обязательств, договорных отношений в материалы гражданского дела не представлено, равно как и не представлено доказательств наличия между сторонами договоренности об оформлении в письменной форме договоров займа. При перечислении денежных средств ответчику ФИО1 истец ФИО3 не указал такого назначения платежей, из которого следовало бы, что денежные средства переданы ответчику на условиях возвратности.

В ходе рассмотрения дела истцом было изменено основание иска, в обоснование чего указано на то, что, поскольку истец не может доказать заключенность договора займа, то полученные ответчиком денежные средства следует квалифицировать как неосновательное обогащение.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. (статья 1109 ГК РФ)

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца, и указать причину, по которой в отсутствие правовых оснований произошло приобретение ответчиком имущества за счет истца или сбережение им своего имущества за счет истца. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 7 Обзора судебной практики № 2 (2019 год), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Таким образом, обязанность по доказыванию факта обогащения ФИО1 возлагается на ФИО3, а обязанность подтвердить основание получения денежных средств, то есть законность такого обогащения, либо обстоятельства, при которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, лежит на получателе этих средств – ответчике ФИО1

На основании части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Опровергая наличие на его стороне неосновательного обогащения, ФИО1 ссылался на то, что денежные средства перечислялись истцом на счет его банковской карты в связи с возникшими между ним, ФИО3 и третьим лицом ФИО5 отношениями, связанными с предпринимательской деятельностью ИП ФИО5 по производству хлебобулочных и кондитерских изделий, а именно в качестве его заработной платы как управляющего, в качестве заработной платы для других работников пекарни, для покупки сырья, для оплаты строительных материалов на ремонт и на другие расходы пекарни.

По ходатайству ответчика для подтверждения его доводов были допрошены свидетели.

Так, ФИО5, допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании 30.01.2023, пояснила, что истец ФИО3 является ее бывшим мужем, с которым она поддерживает нормальные отношения. Она является индивидуальным предпринимателем, основной вид деятельности: производство хлеба и мучных кондитерских изделий, тортов и пирожных. С ответчиком ФИО1 она познакомилась через ФИО3, который предложил с ним поработать, так как у ФИО1 имелись точки сбыта хлебобулочных изделий. Ей неизвестно, какие отношения связывали истца и ответчика. ФИО3 не имел никакого отношения к деятельности ее пекарни, никогда денег на развитие ее бизнеса не давал, даже в долг. Однако она могла попросить его в чем-то помочь, передать какие-либо документы. Она не знает ничего о том, что ФИО3 переводил деньги на карту ФИО1. Между ней и ФИО3 имеются деловые отношения, но какие именно пояснить отказалась. Квартира, в которой она проживает с детьми, принадлежит ФИО3. ФИО1 работал вместе с ней в ее пекарне примерно с мая 2021 по август 2021. Они являлись бизнес партнерами. Документально их партнерские отношения не были оформлены. Четкого распределения обязанностей между ними не было. Однако она вела бухгалтерию, принимала заявки, оформляла документы, а ФИО1 нанимал работников для пекарни, принимал заявки со своих торговых точек, помогал делать ремонт в цехе на <адрес>, нанимал рабочих для ремонта. Ремонт цеха делался в июне-июле 2021 г. в счет арендной платы. Деньги на ремонт шли от выручки от деятельности пекарни. ФИО3 денег на ремонт не давал, какого-либо контроля за ремонтом не осуществлял, но мог приезжать в цех на <адрес> по ее просьбе. На территорию цеха на <адрес> проход осуществлялся по пропускам. Она оформляла пропуск на ФИО3, подавала список автомобилей, которые имели право проезжать на территорию, в том числе и на автомобиль ФИО3 -Лада Веста и на свой автомобиль -КИА. Рабочих для ремонта нанимал ФИО1. Выручка пекарни в день составляла примерно 15 тыс. руб. наличными и 20 тыс. – безналичными. Покупатели за товар могли отдавать наличными, переводить на ее личную карту, на счет ИП. Вознаграждение ФИО1 составляло примерно 50 тыс. руб. в месяц. Из наличной выручки деньги могла брать и она, и Рамазанов. Вся выручка уходила на текущие расходы, сырье, заработную плату. Водителям заработная плата выдавалась ежедневно, пекарям-1 раз в неделю. Постоянных работников в пекарни не было, работало 2-3 пекаря, официально она их не проводила. Заработная плата выплачивалась работникам как наличными, так и на карту. Она переводила деньги со своей карты Совкомбанка на карту ФИО1 на заработную плату, на сырье, переводила заработную плату пекарям. Один раз в неделю сводили итоги. Еженедельные отчеты вела она, все доходы и расходы записывала в тетрадь, которую обязуется представить в суд. В июне 2021 года она была в отпуске, и всеми делами занимался ФИО1. В августе 2021 года их совместная деятельность прекратилась, он уехал в Санкт-Петербург. Пекарня перестала быть рентабельной, ремонт в цехе не доделали. Она стала заниматься комплексными обедами, что ФИО19 не устроило, и он от нее ушел. Прибыль они не поделили, но считает, что Рамазанов ей ничего не должен, и она ничего не должна ФИО19. Подтвердила, что свидетель ФИО23 работала у нее пекарем в период с октября 2020 по июнь 2022. Ей ничего неизвестно о том, что ФИО3 переводил деньги ФИО23 в качестве заработной платы пекаря в ее пекарне. С работниками пекарни ФИО3 никогда не общался.

ФИО24 ФИО13 в судебном заседании 10.11.2022 показал, что летом 2021 г. работал разнорабочим, расчищал помещение на <адрес> под пекарню, на объекте работало 7-8 человек. Нанимал его на работу ФИО1. Со слов ФИО1 свидетель знает, что заказчиком работ был Усман. За работу с ним расплачивался ФИО1 наличными и на карту. Но окончательно с ним так и не расплатились за работу по расчистки помещения. ФИО1 сказал ему, что Усман не хочет оплачивать, так как работа выполнена плохо, в подтверждение чему Рамазанов показал ему переписку в мессенждере WhatsApp с Усманом. Нурия приходила на объект, наблюдала за их работой. ФИО4 никогда не видел. Также ездил с ФИО37 в <адрес>, забирали из магазина холодильник, отвозили в ремонт.

ФИО24 ФИО14 в судебном заседании 10.11.2022 показал, что летом 2021 г. работал разнорабочим, расчищал подвальное помещение на ул. <адрес> Нанимал его на работу ФИО1, который говорил ему, что помещение делается под пекарню, что заказчиком работ является Усман. За работу с ним расплачивался ФИО1 наличными. Со слов ФИО1 деньги на заработную плату рабочим ему переводил Усман, после чего Рамазанов расплачивался с рабочими, в подтверждение чему Рамазанов показывал ему переписку в мессенждере WhatsApp с Усманом. Также летом 2021 года Рамазанов нанимал его на расчистку склада в р.п. Чаадаевка.

ФИО24 ФИО15 в судебном заседании 30.11.2022 показала, что работала пекарем у ИП ФИО24 №1 с января 2021 по осень 2021, официально по трудовому договору проведена не была, делала пирожки, пельмени. Сначала пекарня располагалась на <адрес>, затем на ул. Гагарина в ТЦ «Кагау», после ремонта опять на <адрес>. На работу ее принимала ФИО5. Заработную плату платила Нурия. Когда возникали задержки по заработной плате, Нурия говорила ей: когда муж переведет деньги, тогда дам зарплату. Заработную плату ей платили наличными деньгами. Усман появлялся в пекарне пару раз, в лицо она его не знает. Другие сотрудницы сказали, что это Усман. ФИО1 стал управляющим в пекарне в мае 2021, сразу же добился выплаты задолженности по заработной плате. Он говорил, что заработную плату для рабочих ему переводит Усман. Также ФИО1 привозил продукты, занимался ремонтом цеха на ул. Каракозова, 33, развозил готовую продукцию по торговым точкам. Накладные оформляла Нурия.

ФИО24 ФИО16 в судебном заседании 21.12.2022 показал, что являлся заместителем генерального директора <данные изъяты>. Общество арендует нежилое помещение по данному адресу: <адрес>, собственником всех нежилых помещений, находящихся по этому адресу является ФИО27. ФИО5 также там арендовала цех под пекарню, где летом 2021 года осуществлялся ремонт. Он (свидетель) занимался вопросами электро-, газо-, водоснабжения всех нежилых помещений на территории по адресу <адрес>. ФИО1 вел дела по ремонту цеха, он (Рамазанов) обращался к свидетелю по вопросу водоснабжения цеха и другим хозяйственным вопросам. ФИО3 приезжал также в цех во время ремонта. В ходе ремонта между истцом, ответчиком и свидетелем имел место разговор по переустройству цеха, в частности о сносе туалета и обустройства раздевалки. Нурия приезжала часто, с ней свидетель решал вопросы по арендной плате. Кроме того, ФИО3 хотел сам еще арендовать помещение, приходил, осматривал, но в итоге не арендовал. Ремонт в цехе сделали, пекарня стала работать. Спустя некоторое время ФИО1 перестал приезжать в цех, появился некий Камиль. Вход и въезд на территорию предприятия осуществлялся по пропускному режиму

ФИО24 ФИО17 в судебном заседании 21.12.2022 показал, что с мая 2021 работает старшим контролером на заводе <данные изъяты>, <адрес>. На территории завода много арендаторов. ИП ФИО5 арендовала там цех под пекарню. Других пекарен на территории не было. Вход и выход на территорию завода осуществляется по пропускам, дату и время фиксирует электронная пропускная система. Заезд на автомобиле возможен в соответствии со служебной запиской. По обращению ИП ФИО5 был разрешен въезд нескольким автомобилям. У ФИО1, ФИО3, ФИО5 были пропуска на вход пешком, и им было разрешено въезжать на автомобиле. ФИО3 приезжал на автомобиле Лада Веста, ФИО5 на автомобиле КИА. ФИО1 часто приезжал на автомобилях типа «пирожок», иногда даже в ночное время, чем доставлял охране неудобства. ФИО1 также руководил ремонтом в цехе пекарни, привозил строительные материалы, с ним решали вопрос по вывозу мусора. Но всеми делами пекарни заправлял ФИО3, свидетель видел его несколько раз вместе с ФИО1 После того как ремонт доделали, запустили производство. Через некоторое время ФИО1 пропал, вместо него появился Камиль. Арендную плату оплачивал и сам ФИО36, и управляющий. ФИО36 стали задерживать арендную плату, и их запретили пускать на территорию.

ФИО24 ФИО12 в судебном заседании 21.12.2022 показала, что с октября 2020 по август 2022 работала пекарем у ИП ФИО5 Заработную плату постоянно задерживали. Со слов ФИО5 деньги на заработную плату работникам пекарни давал ФИО3 Она (ФИО5) сама лично рассказывала свидетелю, что деятельность ее пекарни спонсирует ее муж, дает деньги на закупку продуктов и заработную плату. Несколько раз сам ФИО3 переводил ей на карту заработную плату. Усмана она видела в пекарни несколько раз, он интересовался, как идет работа. В мае 2021 пекарня располагалась на ул. Гагарина, ТЦ «Кагау». Тогда ФИО5 представила работникам пекарни ФИО1 как своего заместителя, указав, чтобы все вопросы по закупке продуктов и выплате заработной платы решали с ним. ФИО1 стал закупать продукты, ему скидывали на телефон список необходимого, он привозил; платил заработную плату. Ей мог перевести на карту заработную плату и для других сотрудников. С приходом ФИО1 в первое время задержки по заработной плате прекратились. Потом опять появились задержки. ФИО1 говорил, что Усман не дает на это денег. После проведения ремонта пекарня переехала в цех на <адрес>. ФИО1 потом стал водителем, развозил только продукцию по точкам, а потом вообще уволился. На его место пришел Камиль, который также говорил ей (свидетелю), что деньги на заработную плату и прочие расходы пекарни дает Усман. Из выписки по ее счету видно, что ей на карту переводили деньги и ФИО3, и ФИО1 Все переводы являлись ее заработной платой за работу в пекарне ИП ФИО5 Каких-либо иных отношений, кроме рабочих, у нее с ними не было.

Оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО12, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО13, ФИО14 у суда не имеется, они последовательны, не противоречат пояснениям ответчика, подтверждаются письменными доказательствами, свидетели были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ и уклонение от дачи показаний, предусмотренной статьями 307, 308 УК РФ, не являются заинтересованными лицами.

К показаниям допрошенной в качестве свидетеля ФИО5 суд относится критически, они противоречивы, частично не соответствуют ее письменным пояснениям, данным ею как третьим лицом по делу, и не подтверждены иными доказательствами. По мнению суда, ФИО5 заинтересована в исходе дела.

Как следует из выписки по счету ФИО1 за период с апреля 2021 по сентябрь 2021, а также из пояснений ответчика, не опровергнутых истцом, после поступления на его счет денежных средств от ФИО3, им производилась выплата заработной платы работникам ИП ФИО5, осуществлены иные расходы на нужды пекарни, в частности:

28.05.2021 от ФИО3 поступили денежные средства в размере 30000 руб., из которых была выплачена заработная плата пекарю ФИО12 -15600 руб., другим работникам пекарни (водителям, уборщицам, упаковщикам, пекарям, печникам): Анжелике ФИО20-3000 руб., Алексею ФИО21-6000 руб., Дмитрию ФИО22-2200 руб., ФИО41 Ш.-500 руб.;

02.06.2021 от ФИО3 поступили денежные средства в размере 150000 руб., из которых была также выплачена заработная плата работникам пекарни: ФИО40 Р.-2000 руб., ФИО42 ФИО25-4500 руб., ФИО26-6500 руб., ФИО44 М.-10000 руб., ФИО43 В.-7934 руб., ФИО45 Р.-2000 руб., ФИО46 О.-7860 руб., ФИО47 ФИО25-1500 руб, ФИО30-2500 руб., совершены закупки сырья для производства в магазине «Караван», строительных материалов для ремонта цеха в Леруа Мерлен-32608,32 руб., оплачена работа разнорабочих по расчистке цеха (ФИО48 ФИО31-2400 руб.), заправка бензина и др.;

19.07.2021 и 22.07.2021 произведена оплата ФИО32 за изготовление железных ворот в пекарню в сумме 11160 руб., 17100 руб. и 5040 руб.;

18.07.2021 денежные средства в размере 80000 руб. переведены ФИО49 ФИО33 за ремонтные работы в цехе;

31.07.2021 от ФИО3 поступили денежные средства в размере 20000 руб., из которых была выплачена заработная плата работникам пекарни: пекарю ФИО12 -6100 руб. и 1700 руб., ФИО50 ФИО34-5100 руб. и 6600 руб., ФИО51 ФИО21-5500 руб., ФИО52 ФИО35-6200 руб..

Как пояснял ответчик, денежные средства, поступившие от ФИО3 на его счет в иные даты, также были потрачены ответчиком на нужды пекарни, в интересах истца ФИО3 и третьего лица ФИО5, и по их просьбе.

В ходе рассмотрения дела ответчик подробно пояснял, кто из получателей денежных средств являлся работником ИП ФИО5, в какой должности, указывал размер заработной платы, кто из получателей денежных средств выполнял ремонтные работы в цехе, кто являлся поставщиками. Доказательств, опровергающих пояснения ответчика, истцом не представлено.

Вопреки доводам истца совершение ответчиком ФИО1 операций по карте в личных целях не свидетельствует о том, что ответчиком израсходованы в своих интересах именно денежные средства, поступившие от ФИО3 Из выписки по счету ФИО1 за спорный период усматривается, что ему на счет поступали денежные средства не только от ФИО3 и ФИО5, но и от иных лиц, на счет вносились наличные денежные средства.

Утверждения истца ФИО3 и третьего лица ФИО5 о том, что истец ФИО3 никакого отношения к деятельности пекарни ИП ФИО5 не имел, финансово не поддерживал, контроль не осуществлял, опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Так, из показаний свидетеля ФИО12, из выписки по ее банковскому счету в ПАО «Сбербанк» усматривается, что ФИО3 переводил ей на карту денежные средства, являющиеся, как поясняла ФИО12, ее заработной платой за работу пекарем у ИП ФИО5 и заработной платой других работников пекарни. Кроме того, свидетель ФИО12 подтвердила, что ответчик ФИО1 также переводил ей на карту заработную плату именно за работу у ИП ФИО5 Свидетелю ФИО12 со слов самой ФИО5 стало известно, что ФИО3 финансирует деятельность пекарни.

Из показаний свидетеля ФИО16 следует, что истец ФИО3 контролировал ход ремонтных работ в цехе пекарни на <адрес>, вместе с ФИО1 обсуждал перечень необходимых работ, в том числе вопросы перепланировки.

Из показаний свидетеля ФИО17 усматривается, что истец ФИО3, ответчик ФИО1, третье лицо ФИО5 в спорный период неоднократно приезжали в цех пекарни на <адрес>, у них у всех были пропуска, а также разрешение на въезд на автомобилях; иных помещений ни ФИО3, ни ФИО5, кроме пекарни, не арендовали.

Доводы стороны истца о том, что свидетельские показания являются недопустимыми доказательствами, отклоняются как необоснованные, поскольку в данном случае, свидетельские показания в соответствии со ст. 59, 60 ГПК РФ являются относимыми и допустимыми доказательствами, которые подлежат оценки судом в порядке ст. 67 ГПК РФ наряду с другими доказательствами.

Согласно сведениям, представленным <данные изъяты> на адвокатский запрос адвоката ФИО8, у ФИО3, ФИО1, ФИО5 имелся доступ на территорию завода по адресу: <адрес>, время входа и время выхода фиксировались в электронной системе пропуска. По обращению ИП ФИО5 на территорию завода по адресу: <адрес>, проезд могли осуществлять следующие транспортные средства: Лада Веста, г/н № (руководитель), KIA, г/н № (руководитель), Лада Гранта, г/н № (рабочие), Лада Гранта, г/н № (рабочие). Как пояснял ответчик и свидетель ФИО17, на автомашине Лада Веста г/н № приезжал всегда ФИО3, автомашиной KIA, г/н № пользовалась ФИО5, на автомашинах Лада Гранта, собственником которых является ООО «Возрождение», развозилась продукция.

Как следует из выписки из электронной системы пропуска <данные изъяты>» за период с мая 2021 по октябрь 2021, ФИО3 неоднократно входил на территорию завода по адресу: <адрес>, в некоторые дни даты и время его посещения совпадали с датами и временем посещения третьего лица ФИО5 и ответчика ФИО1 (в частности, 02.06.2021, 09.08.2021, 10.08.2021,11.08.2021, 13.08.202130.08.2021, 05.09.2021, 06.09.2021). Как установлено судом, ФИО3 на территории завода по адресу: <адрес>, каких-либо помещений не арендовал. Третье лицо ФИО5 не отрицала, что ФИО3 приезжал именно в арендованный ею цех под пекарню.

Вопреки доводам стороны истца суд признает выписку из электронной системы пропуска <данные изъяты>» за спорный период допустимым доказательством, поскольку выписка являлась приложением к официальному ответу генерального директора <данные изъяты>» ФИО18, который был предоставлен на адвокатский запрос представителя ответчика в рамках рассмотрения настоящего дела.

Доводы стороны истца о несогласии с данными таблицы, поскольку они не соответствуют фактическим визитам истца на территорию завода, являются голословными и не подтверждены какими-либо доказательствами.

Согласно информации, представленной ФНС России, ФИО3 и ФИО5 являлись в разное время учредителями и директорами ООО «Усман-Групп», ФИО3 являлся учредителем ООО «Золотой колос».

Из выписок по счетам ФИО5 за спорный период усматриваются платежные операции с ФИО3, ООО «Золотой колос», ООО «Возрождение».

Несмотря на то, что сторона истца и третье лицо ФИО5 отрицали факт непосредственного участия ФИО3, в том числе финансового, в деятельности ИП ФИО5, совокупность имеющихся в деле доказательств, по мнению суда, указывает на обратное.

Согласно п. 5 ст.10 ГПК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, и на лице, требующем возврата неосновательного обогащения, в силу положений ст. 56 ГПК РФ, лежит обязанность доказать факт недобросовестности ответчика.

Между тем, доказательств недобросовестного поведения ответчика ФИО1 при получении им денежных сумм от истца в течение продолжительного времени регулярно периодическими платежами истцом суду не представлено и таких доказательств в материалах дела не имеется.

Напротив, судом установлено, что полученные ФИО1 от истца ФИО3 денежные средства были предназначены для оплаты его работы в пекарне ИП ФИО5, для выплаты заработной платы другим работникам пекарни, для закупки сырья, для оплаты иных расходов ИП ФИО5; данные денежные средства истцом перечислялись сознательно и добровольно; при этом истцу ФИО3 было известно об отсутствии у него обязательств перед ответчиком, наличия встречного предоставления.

Таким образом, поскольку в ходе рассмотрения дела судом не установлено совокупности условий, влекущих возникновение кондикционного обязательства на стороне ответчика, в данном случае должны быть применены положения п.4 ст.1109 ГК РФ, исключающие взыскание с ответчика денежных средств в качестве неосновательного обогащения.

В связи с изложенным, не подлежат удовлетворению и производные исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО3 требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Пензенского областного суда через Бессоновский районный суд Пензенской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Е.А. Рязанцева

Мотивированное решение изготовлено 5 апреля 2023 года.

Судья Е.А. Рязанцева