Решение по делу № 2-486/2025 от 07.05.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

Гр. дело № 2-486/2025 Мотивированное решение

УИД 51RS0007-01-2025-000714-44 изготовлено 07.05.2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 мая 2025 г. город Апатиты

Апатитский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Маркина А.Л.,

при секретаре судебного заседания Пыхтиной Т.Ю.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

старшего помощника прокурора г. Апатиты Карпухиной А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания», обществу с ограниченной ответственностью «Канекс-Шахстрой» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания» (далее – АО «СЗФК»), обществу с ограниченной ответственностью «Канекс-Шахстрой» (далее – ООО «Канекс-Шахстрой») о взыскании морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование заявленных требований указано, что в периоды с 7 марта 2012 г. по 1 апреля 2014 г. работал в АО «СЗФК», в период с 6 марта 2017 г. по 14 марта 2025 г. в ООО «Канекс-Шахстрой» в различных должностях во вредных условиях труда. Приказом от 14 марта 2025 г. истец уволен из ООО «Канекс-Шахстрой» по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. В результате длительного воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов у него развились профессиональные заболевания –<.....> Согласно освидетельствованию в ФКУ Бюро медико-социальной экспертизы истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 % до 1 февраля 2026 г.

Уточнив исковые требования, просит суд взыскать с ответчика АО «СЗФК» денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в сумме 200 000 рублей, с ООО «Канекс-Шахстрой» денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в сумме 800 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении в полном объёме, дополнительно пояснил, что в связи с профессиональными заболеваниями не может вести привычный образ жизни (постоянно болит спина, нарушен режим сна, нарушена моторика рук, болят локти, судороги в ногах, в связи с чем испытывает затруднения в быту), вынужден принимать медикаменты, проходить различные восстановительные курсы, выполнять реабилитационные мероприятия, которые не приводят к положительной динамике, направлены только на снятие болевых эффектов. Все эти факторы отражаются на его физическом и моральном состоянии, приносят страдания. Кроме того, имеет на иждивении несовершеннолетнюю дочь 12 лет, которая обучается в школе. В настоящее время его доход значительно снизился после его увольнения. В связи с наличием заболеваний он не может устроиться на работу.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании доводы истца поддержал в полном объёме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика АО «СЗФК» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещён надлежащим образом, представил письменные возражения, в которых исковые требования не признал, пояснив, что при получении истцом профессиональных заболеваний неправомерные действия или бездействие ответчика отсутствуют, истец, работая в должности электрогазосварщика был осведомлён о характере условий труда, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работы в условиях воздействия вредных производственных факторов. Работодатель производил истцу выплату надбавок и доплат, обеспечивал его необходимыми средствами индивидуальной защиты, ежедневным бесплатным лечебно-профилактическим питанием, проведением периодических медицинских осмотров, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск, льготные путевки в санаторий-профилакторий. Полагает, что АО «СЗФК» предпринимало все возможные меры по стимулированию труда лиц, работающих в особо вредных условиях, предоставляло льготы, гарантии, компенсации лицам, работающим в указанных условиях. Обращает внимание суда на то обстоятельство, что истец работал в АО «СЗФК» лишь 2 года 1 месяц, а в оставшиеся периоды осуществлял трудовую деятельность ООО «Канекс-Шахстрой». Полагает заявленный истцом размер компенсации морального вреда завышенным. Обращает внимание, что действие Отраслевого соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтичекой промышленности Российской Федерации на 2025-2027 годы на АО «СЗФК» не распространяется ввиду приостановления действия пункта 6.1 ОТС. В удовлетворении исковых требований просит отказать.

Представитель ответчика АО «Канекс-Шахстрой» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещён надлежащим образом, представил письменные возражения, в которых исковые требования не признал, пояснив, что не имеют места неправомерные действия или бездействия работодателя. В период работы истца работодатель производил соответствующую дополнительную оплату труда за работу в особых условиях труда, обеспечивал работника необходимыми средствами индивидуальной защиты, ежедневными бесплатными лечебно-профилактическим питанием, проведением периодических медицинских осмотров, предоставлял дополнительный оплачиваемый отпуск. Степень вины ответчика в причинении морального вреда истцу не может быть высокой, поскольку ООО «Канекс-Шахстрой» предпринимало все возможные меры по стимулированию труда лиц, работающих в особо вредных условиях, предоставляло льготы, гарантии, компенсации лицам, работающим в указанных условиях. В удовлетворении исковых требований просит отказать.

Выслушав пояснения истца и его представителя, исследовав материалы дела, медицинскую документацию истца, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В соответствии со статьей 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно положениям статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага, к которым относится, в том числе и здоровье, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и порядке, ими предусмотренных.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является компенсация морального вреда.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с пунктом 29 Правилами расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников, утвержденными постановлением Постановление Правительства РФ от 5 июля 2022 г. № 1206, акт о случае профзаболевания является документом, подтверждающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника в результате воздействия вредного производственного фактора (факторов) на его рабочем месте. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил или иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности работника, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 31 Правил).

Согласно пункту 11 данных Правил на основании результатов экспертизы центр профессиональной патологии устанавливает заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание или хроническое профессиональное заболевание (возникшее в том числе спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в пункте 46 данного Постановления, работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни и здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «СЗФК», работая по трудовому договору в профессии электрогазосварщика подземного горного участка с 7 марта 2012 г. по 1 апреля 2014 г. (2 года 1 месяц), в ООО «ТРЕСТ-УРАЛ Шахто-спецстрой» в должности взрывник 5 разряда обособленное подразделение в г. Кировск Мурманской области Горнопроходческий участок с 6 марта 2017 г.; с 1 февраля 2024 г. в должности взрывника 5 разряда Шахтостроительное управление – 1 ООО «Канекс-Шахстрой» по день выявления профессионального заболевания (8 лет 1 месяц).

Уволен 14 марта 2025 г. в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, пункт 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, что подтверждается трудовым договором, приказами о приеме на работу, переводах, о прекращении трудовых отношений, копией трудовой книжки.

Также ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ПО «Апатит» в профессии элктрогазосварщик 3 разряда участка по ремонту карьерного оборудования Восточного рудника с 15 июля 1993 г. по 10 ноября 1993 г. Уволен в связи с призывом в ряды Российской армии. С 8 августа 1995 г. по 6 июля 2005 г. работал в АО «Апатит» на различных должностях, уволен за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается представленной трудовой книжкой истца.

Стаж работы истца во вредных производственных условиях в АО «СЗФК» на дату установления профессиональных заболеваний составил 2 года 1 месяц, а ООО «Канекс-Шахстрой» 8 лет 1 месяц.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда № 09-02-03/95-24 от 9 августа 2024 г., дополнений к санитарно-гигиенической характеристике от 25 сентября 2024 г., следует, что условия труда ФИО1 в АО «СЗФК» в профессии электрогазосварщика не соответствуют СанПиН 2.2.3670-20 и 1.2.3685-21 по вредным веществам химической этиологии, производственному шуму, световой среде, тяжести и напряженности трудового процесса; в профессии электрогазосварщика в ООО «ТРЕСТ-УРАЛ Шахтоспецстрой» (позднее переименованное в ООО «Канекс-Шахстрой») не соответствуют СанПиН 2.2.3670-20 и 1.2.3685-21 по вредным веществам химической этиологии, производственному шуму, световой среде, тяжести и напряженности трудового процесса; в профессии взрывника в ООО «Канекс-Шахстрой» не соответствуют СанПиН 2.2.3670-20 и 1.2.3685-21 по вредным веществам химической этиологии, производственному шуму, световой среде, тяжести и напряженности трудового процесса.

Условия труда электрогазосварщика подземного горного участка АО «СЗФК» характеризуются воздействием вредных производственных факторов: вредные вещества химической этиологии, запыленности, производственного шума, микроклимата, световой среды, физических перегрузок и функционального перенапряжения. Условия труда электрогазосварщика Обособленного подразделения в г. Кировск Мурманской области ООО «Трест-Урал Шахтоспецстрой» характеризуются воздействием вредных производственных факторов: вредные вещества химической этиологии, запыленности, производственного шума, вибрации локальной, неинонизирующего излучения, световой среды, физических перегрузок и функционального перенапряжения. Условия труда взрывника горнопроходческого участка в г. Кировск Мурманской области ООО «Канекс Шахтострой» характеризуются воздействием вредных производственных факторов: вредные вещества химической этиологии, запыленности, производственного шума, физических перегрузок (пункты 5,22).

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в период с ноября по декабрь 2024 года у ФИО1 впервые выявлены профзаболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (физические перегрузки и функциональное перенапряжение отдельных органов и систем соответствующей локализации), установлены основные диагнозы:радикулопатия пояснично-крестцового уровня, профэтиологии, <.....> <.....>.

По профзаболеваниям противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами головы и корпуса, при пониженной температуре воздуха. Рекомендуется рациональное трудоустройство. Рекомендуется направление на МСЭ согласно действующему законодательству. Кроме того, по выпискам из истории болезни рекомендованоД-наблюдение и лечение профзаболеваний у невролога, ЛОР-врача 1-2 раза в год по месту жительства. Д-наблюдение и лечение у травматолога, хирурга по месту жительства. Санаторно-курортное лечение. Ежегодное обследование и лечение в клинике профзаболеваний.

Согласно актам о случае профессионального заболевания от 20 декабря 2024 г. №№127/1, 127/2, следует, что профессиональные заболевания истца возникли в результате длительной работы –в профессиях электрогазосварщик и взрывник АО «Апатит», в профессии взрывник ООО «Фарн», в профессии электрогазовращик АО «СЗФК», в профессии электро-газовращик в ООО «ТРЕС-УРАЛ Шахтоспецстрой», в профессии электрогазосварщик в ООО «Монтаж-автоматика», в профессии взрывника ООО «Канекс-Шахтострой» во вредных производственных условиях, когда ФИО1 из-за несовершенства с гигиенической точки зрения, технологического процесса, включая конструктивные недостатки механизмов, оборудования и рабочего инструментария, подвергался воздействию вредных производственных факторов – физическим перегрузкам и функциональному перенапряжению отдельных органов и систем соответствующей локализации (пункты 17, 20).

Прямая вина кого-либо не установлена, однако выявлено нарушение выполнения требований СанПиН 1.2.3685-21 и СанПиН 2.2.3670-20. Вины работника не усматривается (пункты 19, 21).

Согласно сведениям Бюро № 4 – филиала ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области» ФИО1 определено30% степени утраты профессиональной трудоспособности сроком до 1 февраля 2025 г., что подтверждается актом медико-социальной экспертизы гражданина №125-0006222962.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчиков.

Необходимость прохождения истцом лечения, обследований, в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями, получение такого лечения и обследований подтверждается данными исследованных в судебном заседании медицинской карты ФИО1 № 59985, представленной НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья», а также копиями медицинскими карт ГОБУЗ «Апатитско-Кировская ЦРБ» амбулаторного больного № 131574.

По мнению суда, вина ответчиков в причинении истцу профессионального заболевания в период его работы в АО «СЗФК», ООО «Канекс-Шахстрой», является доказанной, и на соответчиках лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда пропорционально количеству отработанного времени на каждом предприятии.

Работодателями какие-либо выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием не производились, доказательств обратного суду представлено не было.

Принимая во внимание наличие между сторонами спора, суд приходит к выводу о том, что подлежащий взысканию с ответчиков размер денежной компенсации должен определяться в соответствии с требованиями статей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера полученного истцом заболевания, степени утраты профессиональной трудоспособности, вины каждого из работодателей, длительности периодов работы истца у каждого из них.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Коллективным договорами АО «СЗФК», ООО «Канекс-Шахстрой» исследованными в судебном заседании, иными локальными нормативными актами работодателей порядок осуществления выплат целью возмещения работнику морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, не установлен, дополнительных (добровольных) страховых программ от несчастных случаев, финансируемых работодателем, не имеется, доказательств обратного суду представлено не было.

В соответствии с частью 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Однако, по мнению суда, указанная норма права рассчитана на ситуацию, когда неразделим сам вред, то есть невозможно установить, какое из действий и в какой мере явилось причиной данного результата. В данном же случае, можно четко определить, какое время ФИО1 отработал на каждом предприятий в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, приведших к возникновению профессионального заболевания.

Доводы ответчиков о том, что работнику на период его трудовой деятельности предоставлялись дополнительные гарантии в виде доплат и надбавок, суд считает не состоятельными, поскольку это свидетельствует лишь о предоставлении работнику специальных гарантий, обязательных в силу действующего трудового законодательства для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

При этом, суд считает необходимым учесть, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями ответчиков, которые, в силу объективных причин, не имели возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты (СИЗ), спецодежды и спецобуви в соответствии с нормами, что следует из актов о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника.

Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объем физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1 в связи с полученным профзаболеванием, а именно: утрата его здоровья и трудоспособности имели место в размере 30%, полученное заболевание до настоящего времени сопровождается болевыми ощущениями, требует постоянного лечения, наблюдения и обследования, применения курсов лекарственной терапии, специализированного санаторно-курортного лечения; страдания истца, связанные с ограничением обычной жизнедеятельности; степень вины каждого из работодателей, а также нахождение на иждивении истца несовершеннолетнего ребенка.

Вместе с тем, суд считает заявленную истцом сумму морального вреда, подлежащую взысканию с ответчиков в размере 200 000 рублей с АО «СЗФК» и 800000 с ООО «Канекс-Шахтострой» чрезмерно завышенной. Исходя из установленных судом обстоятельств, учитывая требования разумности и справедливости, а также то, что инвалидность истцу не установлена, утрата профессиональной трудоспособности составляет 30 % и таковая установлена не бессрочно, истец не лишен права работы с учетом ограничений по состоянию здоровья, суд считает достаточной компенсацией морального вреда в общей сумме 300 000 рублей.

Поскольку, как указывалось выше, ответственность за причиненный истцу моральный вред должны нести все соответчики в долевом выражении, пропорционально отработанному истцом времени на указанных предприятиях от общего отработанного времени под воздействием вредных производственных факторов, с АО «СЗФК» - подлежит взысканию сумма 50 000 рублей, исходя из трудового стажа 2 года 1 месяц (25 месяцев), с ООО «Канекс-Шахтострой» - подлежит взысканию сумма 250 000 рублей, исходя из трудового стажа 8 лет 1 месяц (97 месяцев).

Оснований для удовлетворения требований истца в оставшейся части в сумме не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Как следует из пункта 2 статьи 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации в случае, если за совершением юридически значимого действия одновременно обратились несколько плательщиков, не имеющих права на льготы, установленные настоящей главой, государственная пошлина уплачивается плательщиками в равных долях.

Принимая во внимание, что истец на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска, с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 рублей, исчисленная в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.9 Налогового кодекса Российской Федерации, в равных долях с каждого из соответчиков в сумме 1500 рублей (3000/2).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (<.....>) к «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Канекс-Шахстрой» (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием – удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 50 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Канекс-Шахстрой» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 250 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1 500 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Канекс-Шахстрой» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 1 500 рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд Мурманской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий А.Л. Маркин