Решение по делу № 2-761/2025 от 18.09.2025 - об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности по внесению записей в трудовую книжку.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Зея 9 сентября 2025 года

Зейский районный суд Амурской области в составе

председательствующего судьи Шевчук Н.Н.,

при секретаре Подсосовой А.А.,

с участием ответчика ИП ФИО1, представителя третьего лица ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственной инспекции труда в Амурской области к индивидуальному предпринимателю ФИО1 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности по внесению записей в трудовую книжку,

установил:

Государственная инспекция труда в Амурской области обратилась в суд с иском к ИП ФИО1, с учетом уточнения требований просит установить факт трудовых отношений между ФИО3, <Дата обезличена> года рождения и индивидуальным предпринимателем ФИО1 с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, обязать работодателя индивидуального предпринимателя ФИО1 внести запись в трудовую книжку о приеме ФИО3 на работу сторожем с <Дата обезличена> и увольнении <Дата обезличена> по п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ в связи с прекращением трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в связи со смертью работника, в обоснование указав, что Государственной инспекцией труда в Амурской области проведено расследование несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего с ФИО3 при выполнении работ у ИП ФИО1, по результатам которого установлено, что ФИО3 в холодное время года периодически осуществлял у ИП ФИО1 работы по охране и отоплению гаража, расположенного по адресу; <адрес>, без оформления трудовых отношений, в связи с чем имеются основания полагать о системном характере таких работ, что указывает на наличие трудовых отношений между ИП ФИО1 и ФИО3

Представитель истца Государственной инспекции труда в Амурской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще уведомлен, просит рассмотреть дело в свое отсутствие, на удовлетворении требований настаивает, указал, что государственная инспекция труда в Амурской области осуществляет федеральный государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, в связи с чем положения ст. 392 ТК РФ в данном случае применению не подлежат.

Ответчик ИП ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что ФИО3 у него не работал ни с мая 2024 года, ни с осени 2024 года в гараже, между ними были приятельские отношения, он (ответчик) является индивидуальным предпринимателем, имеет в собственности гараж с пристройками по адресу: <адрес>, занимается ремонтом и обслуживанием техники, в том числе в указанном гараже, применяет патентную систему налогообложения, в связи с чем не может иметь наемных работников; с ФИО3 познакомился на участке у ФИО4 в лесу, где обслуживал его технику, там общались, после выезда из леса ФИО3 приходил к нему в гараж, чтобы пообщаться, но не для работы, потом он шел работать, а ФИО3 уходил домой; в гараже у него была установлена система видеонаблюдения, поэтому сторож ему не требовался; он сам каждый день работал в гараже за исключением дней, когда выезжал из города, поэтому сам топил печь в нем, когда его не было в городе, просил об этом ФИО4, с которым у него также приятельские отношения, а ФИО4 просил ФИО3 подкинуть дрова в печь при наличии у того возможности, при этом ФИО3 знал, где лежал ключи от гаража, доводы ФИО5 об обратном опровергаются аудиозаписью ФИО3, где он сообщает ФИО4, что положил ключ от гаража на место, то есть они между собой о чем-то договаривались, о чем, ему неизвестно, поскольку ФИО3 звонил ФИО4, а ни ему, также в печь могли закладывать дрова те, кто работал или находился в гараже, но это не значит, что все, кого он просил это сделать, работали на него, дрова в гараже колол он сам и ФИО4; в гараже было два этажа, на втором этаже стоял диван, телевизор, ранее в нем постоянно жил ФИО6, сейчас он работает в лесу, после него жил другой человек, он занимался ремонтом автомобилей, в настоящее время отбывает наказание в колонии за угон автомобиля, который ремонтировал у него в гараже; в <Дата обезличена> года было тепло, согласно данным сети Интернет <Дата обезличена> наружная температура воздуха днем составляла -8оС, ночью -12оС, необходимости топить печь в гараже не было, при температуре -30 оС он закладывает 1-2 чурки через 3-4 часа, прикрывает все воздуховоды, она в течение длительного времени топится, постоянного контроля за ней не требуется, поэтому необходимости в истопнике также не было, как и не было необходимости платить работнику за то, что он сам мог сделать; согласно справке Главного управления МЧС России по Амурской области причиной пожара стала неосторожность при курении, в результате пожара ему причинен ущерб в размере 10 млн рублей, если бы ФИО3 у него работал, он обратился бы в суд с иском к его супруге о возмещении ущерба; <Дата обезличена> года ФИО3 поссорился с супругой, позвонил ему, попросил разрешения переночевать в гараже, он разрешения ему не давал, но ФИО3 пришел в гараж, был в состоянии опьянения, он отправлял его домой, предлагал прийти на следующий день, но тот не хотел идти домой, просил остаться в гараже на ночь, он разрешил ему остаться, в тот вечер в гараже ремонтировал автомобиль Кукушкин, вечером он приезжал в гараж, ФИО3 был в гараже с Кукушкиным, он взял бак под воду и уехал, в 22 часа привез воду, но войти в гараж не смог, гараж был заперт изнутри, он позвонил ФИО3, тот сразу не ответил, он торопился, поэтому ждать не стал, через минуту ФИО3 перезвонил, он ему сказал, что бак с водой стоит у двери, Кукушкин уехал из гаража в 23 часа, он просил его подкинуть дрова в печь, а ночью ему позвонил знакомый с соседней базы и сообщил, что горит его гараж; ранее ФИО3 еще один раз ночевал у него в гараже; деньги он ФИО3 не платил, несколько раз давал ему деньги в долг по-товарищески: 5000 рублей, два раза по 500 рублей; указал, что следователь его слова при даче объяснений интерпретировал неверно, понял их буквально и придал им не тот смысл, который он в них вкладывал, в частности, его пояснения о том, что ФИО3 по просьбе подкидывал в гараже дрова в печь или ночевал у него в гараже, изложил в виде пояснений о том, что ФИО3 у него работал, протапливал печь, осуществлял охрану гаража, то есть его пояснения о любой деятельности восприняты и изложены как пояснения о работе, о трудовой функции ФИО3, а о нем как о работодателе, его пояснения о том, что он давал ФИО3 деньги, следователь отразил в объяснениях в виде пояснений о том, что он платил ему деньги за работу, при этом на прямые вопросы следователя (например, работал у вас ФИО3, давал ли ему деньги), он отвечал положительно, так как на подобный вопрос другой ответ дать невозможно, про каморку для сторожей говорил для того, чтобы следователю было понятно, о каком помещении речь, но это не означает, что фактически такое помещение и такие работники у него были, у него не работал ни сторож, ни истопник, на тот момент он не отдавал отчета своим словам, не придавал значения их значимости, не думал, что они будут таким образом интерпретированы, находился в шоке, поскольку в результате пожара было уничтожено его имущество, появились многомиллионные долги; просит в удовлетворении иска отказать.

Представитель истца ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще уведомлен, из его пояснений в судебных заседания <Дата обезличена> и письменного отзыва на иск следует, что ответчик с исковыми требованиями не согласен, заявил о пропуске истцом предусмотренного ст. 392 ТК РФ срока на обращение в суд; считает, что у инспекции отсутствуют полномочия на обращение с данным иском, поскольку заявлены требования о защите трудовых права работника, то есть, рассматриваемый спор является индивидуальным трудовым спором, работник, в чьих интересах предъявлен иск, на дату его подачи являлся умершим, ст. 356, 357 ТК РФ, устанавливающие полномочия федеральной инспекции труда и государственных инспекторов труда, не наделяют указанных лиц правом на обращение в суд с иском в защиту трудовых прав работника, ст.19.1 ТК РФ регулирует случаи рассмотрения судом не исковых заявлений, поданных государственной инспекцией труда в интересах работника, а направленных государственной инспекцией труда материалов для привлечения работодателя к административной ответственности по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, ссылается на то, что действующее трудовое законодательство не предусматривает возможности установления факта трудовых отношений между работодателем и работником по иску государственной инспекции труда, в связи с чем исковое заявление на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ не подлежало принятию к производству; указал, что помещения гаражей и земельный участок по адресу: <адрес> находятся в собственности ФИО1, он является индивидуальным предпринимателем, его основным видом деятельности является ремонт и обслуживание двигателей и техники, указанные гаражи ответчик использовал для осуществления предпринимательской деятельности, сам занимался ремонтом и обслуживанием двигателей и техники, по договоренности предоставлял третьим лицам гараж для хранения автотранспорта, в сгоревшем боксе находились два автомобиля, принадлежащие третьим лицам, оборудование, все полностью уничтожено пожаром; в гараже имелось печное отопление, печь в нем топил ответчик, иногда просил его (ФИО4) или ФИО3 побыть в гараже и протопить печь, систематичности в этих просьбах не было, они были спонтанны, мог позвонить, спросить, можешь подкинуть дрова в печь, если такая возможность имелась, то он (представитель) или ФИО3 соглашались, помогали ответчику, поскольку были и есть в приятельских отношениях, оплата за указанные услуги не производилась, могли передавать друг другу деньги в долг или в дар; в гараже была оборудована система отопления: печь с котлом, от печи по периметру гаража были проложены трубы, в них находилась вода, при протапливании печи она нагревалась, что позволяло дольше сохранять тепло в гараже, поэтому необходимости частой закладки дров в печь не требовалось, достаточно было один раз в 7-8 часов подложить дрова, они тлели несколько часов, ночью в гараже никто не находился, за печью не следил, затем указал, что достаточно было один раз в сутки закладывать дрова в печь, чтобы сохранить тепло в гараже и не переморозить систему отопления; указал, что ФИО3 иногда (затем указал, что часто) сам просил разрешения переночевать в гараже, тогда ответчик просил его ночью подкидывать дрова в печь, мог прийти на ночь, не предупреждая; также указал, что ответчик периодически просил ФИО3 протапливать печь в гараже, иногда просил его оказать помощь в поддержании температуры на базе, кроме того, указал, что топить печь помогали и другие люди, те, кто ставил автомобили в гараже, сами открывали, закрывали гараж, закладывали дрова в печь, в связи с чем необходимости в штатном истопнике не было, если бы таковой был, то требовался бы сменный истопник; дрова готовили все: ответчик, он (ФИО4) и ФИО3; при даче объяснений следователю на его прямые вопросы (например, приходил ФИО3 в гараж, подкидывал ли дрова в печь в гараже, давал ли он ему деньги) ответчик также отвечал (да, приходил в гараж, да, подкидывал дрова, да, давал деньги), но фактически ответчик сам отапливал гараж, одалживал ФИО3 деньги, оказал материальную помощь его супруге в размере 50000 рублей, дал деньги на его погребение, он (представитель) также помогал ФИО3, давал ему деньги; утверждал, что сторож на базе не требовался, так как у ответчика была установлена система видеонаблюдения внутри и вне помещения, он мог в любой момент с помощью телефона посмотреть, что происходит как в помещении, так и рядом с ним, во время пожара все было уничтожено, в том числе сервер, поэтому представить какие-либо записи с камер видеонаблюдения невозможно; пояснил, что давая следователю объяснения и указывая, что не видел ФИО3 в состоянии опьянения на рабочем месте, тем самым характеризовал его, поскольку знал его ранее, он работал у него на участке, мог употребить алкоголь, но не в рабочее время; считает, что в материалах дела имеются доказательства, подтверждающие отсутствие трудовых отношений между ответчиком и ФИО3, в частности, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от <Дата обезличена> в объяснении ФИО1 от <Дата обезличена> указано, что ФИО3 являлся его приятелем, его и ФИО4 он иногда просил подбрасывать дрова в печь, <Дата обезличена> ФИО3 поссорился с супругой, не хотел идти домой и уговорил ФИО1 пустить его в гараж переночевать, то есть ФИО3 пришел в бокс не выполнять трудовую функцию, а провести ночь, что подтверждает наличие между ответчиком и ФИО3 дружеских, а не трудовых отношений, они компанией периодически собирались в сгоревшем боксе, где общались и совместно проводили время; указывает, что поскольку между ИП ФИО1 и ФИО3 не заключалось (не достигалось) соглашений о личном выполнении ФИО3 работы в какой-либо должности, в том числе сторожа (истопника), соответственно ответчик не допускал ФИО3 к выполнению этой работы и какие-либо обязанности, трудовые функции на него не возлагал, поэтому ФИО3 не выполнял работу в качестве сторожа (истопника) в интересах, под контролем и управлением ответчика в какой-либо период, не подчинялся действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка, какому-либо графику сменности работы, ответчик заработную плату ему не выплачивал, что также подтверждается объяснениями ФИО5 от <Дата обезличена>, согласно которым ее муж иногда топил печь в автомобильном боксе на безвозмездной основе; истцом не представлено доказательств, подтверждающих наличие между ответчиком и ФИО3 трудовых отношений, поскольку трудовой договор между ними в письменной форме не заключался, приказ о приеме истца на работу и увольнении ответчиком не издавался, сведения о работе в трудовую книжку не вносились, доказательства, подтверждающие достижение между ними соглашения о существенных условиях трудового договора: о трудовой функции истца, условиях оплаты труда, режиме рабочего времени и времени отдыха, в материалах дела отсутствуют, никакими объективными доказательствами истцом наличие трудовых отношений не подтверждено, представленные им доказательства достаточными и бесспорными для подтверждения факта трудовых отношений не являются, в связи с чем просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще уведомлена, обеспечила явку представителя, в судебных заседаниях <Дата обезличена> исковые требования поддержала, в первом судебном заседании пояснила, что ее супруг ФИО3 с весны до осени 2024 года работал на участке в тайге, в конце октября или в начале <Дата обезличена> года выехал с участка, после выезда с ноября 2024 года стал ходить в гараж к ФИО1 по адресу: <адрес>, сама она в этом гараже не была, но от супруга слышала об этом адресе; он рассказывал, что договорился с ФИО1 об оказании ему услуг, в гараж к нему ходил периодически, с какой периодичностью, не помнит, уходил на сутки или на ночь, чтобы следить за печью, колол дрова, с собой брал еду, которую она ему готовила, приносил деньги, говорил, что топил печь, дали деньги, кто дал деньги, не говорил, деньги приносил не после каждой смены, а через несколько смен, считает, что супруг не мог ходить в гараж к ответчику, чтобы переночевать в нем, у него было жилье, они проживали в квартире по адресу: <адрес>, у них есть вторая квартира в доме по адресу: <адрес>, также поясняла, что не знает, куда ходил супруг, не следила за ним, говорил, что ходит в гараж, топит печь он и сам ФИО1, знает, что в гараже ремонтировали технику; <Дата обезличена> супруг ушел в гараж около 19.00 часов, ей нужно было в торговый центр Пирамида в мкр. Светлый, они вместе доехали до этого торгового центра, после чего супруг между гаражами пошел в гараж к ФИО1, в течение вечера <Дата обезличена> каждый час ей звонил, последний раз позвонил в 24.00 часа, потом в 3-ем часу ночи ей позвонили, она сначала ничего не поняла, разыскивали ее супруга, сказали, не могут его найти, спрашивали, где он находится, пояснили, что в гараже пожар, она сказала, чтобы проверили в квартире по адресу: <адрес>, он мог уйти и в указанную квартиру, и в гараж, но он в тот вечер он уходил в гараж протапливать печь, <Дата обезличена> они с супругом не ссорились, он у ее матери попросил деньги, с ней поссорился, хотел поехать к своей матери на Камчатку; утверждала, что после ссор супруг на ночь из дома не уходил, она его не отпускала; во втором судебном заседании указала, что летом 2024 года супруг работал в лесу, в конце <Дата обезличена> года выехал с участка, после выезда с участка ему ничего не заплатили, за лето выплатили 30000-50000 рублей, сказал, что в зимний период будет сторожить и топить печь, а весной поедет на работу на тот же участок, примерно полторы недели отдыхал, затем начал работать в гараже у ФИО1 по адресу: <адрес>, работал в конце октября, в <Дата обезличена> года и до <Дата обезличена>, работал сутки через сутки, с 8.00 часов утра до 8.00 часов утра, на автобусе ехал до больницы, затем по тропе пешком шел до гаража, потом стал доезжать до торгового центра «Пирамида» и через гаражи пешком шел до гаража, она в гараже, где он работал, не была, ключа от гаража у него не было, на базу его запускал ФИО1, в гараже супруг колол дрова, пилил горбыль, складывал их, протапливал печь, когда супруг отдыхал, в гараже печь топил ФИО1; супруг снимал видео гаража, где работал, на телефоне имелась видеозапись, во время пожара его телефон сгорел, на своем запись восстановить не смогла, после смены приходил домой, спал, несколько раз у него было два дня выходных, когда она ездила со своей матерью в <адрес>; работая в гараже, один раз в 7-10 дней приносил примерно 5000 рублей наличными, примерно за 5 смен, за смену ему выплачивали примерно 1500 рублей, дни выплат аванса и заработной платы установлены не были; заявила, что уверена, что супруг ходил на работу в гараж ФИО1, а ни в квартиру по адресу: <адрес>, указала, что в этой квартире никто не жил, электроэнергией и водой не пользовался; причину дополнения пояснений обосновала тем, что была введена в заблуждение, разговаривала с ФИО1, он сказал, что пожар произошел на втором этаже гаража, где находился ее супруг, от сигареты, что в возникновении пожара виновен ее супруг, она опасалась, что к ней будут предъявлены требования о возмещении ущерба, поэтому на первом судебном заседании обо всем, что знала, не сказала, на самом деле она помнит обо всех обстоятельствах работы супруга у ФИО1, после первого судебного заседания ничего не изменилось, мать супруга сказала, что нужно сказать правду, поддержать иск инспекции, после смерти супруга ФИО1 передал ей 50000 рублей на его погребение, она расценила эти денежные средства как материальную помощь работодателя.

Представитель третьего лица ФИО5 – ФИО2 в судебных заседаниях исковые требования поддержала, указала, что в ходе доследственной проверки обстоятельств гибели ФИО3 ответчик после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний давал объяснения о том, что ФИО3 работал у него, за что он платил ему деньги, при рассмотрении гражданского дела изменил позицию, чтобы избежать ответственности.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще уведомлена, в письменном отзыве на иск указала, что ей известно, что ее сын ФИО3 работал у А.И. с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> года в лесу на заготовке дров, с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> – у А.И. рабочим, отапливал гаражный бокс, работал сутки через сутки, в это время звонил ей, говорил, что находится на работе, рассказывал как работает, ожидал выплаты заработной платы за лето, чтобы приехать к ней в гости, деньги ему не выплатили.

Представители третьих лиц Союза организаций профсоюзов «Федерация профсоюзов Амурской области», отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Амурской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще уведомлены.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело при такой явке.

Выслушав участников процесса, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 353 ТК РФ федеральный государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, осуществляется федеральной инспекцией труда.

Согласно ст. 356 ТК РФ в соответствии с возложенными на нее задачами федеральная инспекция труда, в числе прочего, осуществляет федеральный государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; анализирует обстоятельства и причины выявленных нарушений, принимает меры по их устранению и восстановлению нарушенных трудовых прав граждан; проверяет соблюдение установленного порядка расследования и учета несчастных случаев на производстве; анализирует состояние и причины производственного травматизма и разрабатывает предложения по его профилактике, принимает участие в расследовании несчастных случаев на производстве или проводит его самостоятельно.

В силу ст. 357 ТК РФ государственные инспекторы труда при осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, имеют право: расследовать в установленном порядке несчастные случаи на производстве; предъявлять работодателям и их представителям обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, о восстановлении нарушенных прав работников, привлечении виновных в указанных нарушениях к дисциплинарной ответственности или об отстранении их от должности в установленном порядке; составлять протоколы и рассматривать дела об административных правонарушениях в пределах полномочий, подготавливать и направлять в правоохранительные органы и в суд другие материалы (документы) о привлечении виновных к ответственности в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Государственные инспекторы труда при осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, обязаны соблюдать законодательство Российской Федерации, права и законные интересы работодателей - физических лиц и работодателей - юридических лиц (организаций) (ст. 358 ТК РФ).

Таким образом, действия и решения государственного инспектора труда должны быть направлены на защиту и восстановление нарушенных прав работников, соответствовать требованиям законодательства.

Согласно ст. 227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В силу ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с п. 17 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 20 апреля 2022 года № 223н, групповые несчастные случаи, в результате которых один или несколько пострадавших получили повреждения здоровья, относящиеся в соответствии с установленными квалифицирующими признаками к категории тяжелых, либо погибли, тяжелые несчастные случаи и несчастные случаи со смертельным исходом, происшедшие с лицами, выполнявшими работу на основе договора гражданско-правового характера, расследуются в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ и Положением, государственными инспекторами труда на основании заявления пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастном случае со смертельным исходом - лица, состоявшего на иждивении погибшего, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), а также на основании информации правоохранительных органов, органов исполнительной власти, профсоюзов и исполнительного органа страховщика. По результатам расследования составляется заключение государственного инспектора труда по форме № 7, предусмотренной приложением № 2 к настоящему приказу.

Если в ходе расследования несчастного случая, происшедшего с лицом, в том числе иностранным гражданином, выполнявшим работы на основании договора гражданско-правового характера, были установлены содержащиеся в ч. 1 ст. 15 ТК РФ признаки трудовых отношений, дающие основания полагать, что указанным договором фактически регулировались трудовые отношения пострадавшего с работодателем, то материалы расследования несчастного случая, включая заключение государственного инспектора труда, направляются государственным инспектором труда в суд в целях установления характера правоотношений сторон упомянутого договора в соответствии с требованиями ст. 19.1 ТК РФ. О направлении материалов в суд государственный инспектор труда в суточный срок в письменном виде уведомляет пострадавшего (его законного представителя или иное доверенное лицо), а при несчастном случае со смертельным исходом – лицо, состоявшее на иждивении погибшего, либо лицо, состоявшее с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иное доверенное лицо). Решение об окончательном оформлении данного несчастного случая принимается государственным инспектором труда в зависимости от существа указанного судебного решения.

Согласно ст. 19.1 ТК РФ признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами. В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом.

С учетом изложенного, вопреки доводам представителя ответчика, Государственная инспекция труда в Амурской области вправе обратиться с рассматриваемым исковым заявлением в суд.

В соответствии с ч. 1 ст. 391 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Из разъяснений, данных в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч. 1 ст. 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

В соответствии с ч. 2 ст. 381 ТК РФ индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

Как следует из материалов дела, обращению государственного инспектора труда в суд с заявленными требованиями предшествовало проведение расследования им несчастного случая, произошедшего <Дата обезличена> с ФИО3, на основании поступившего из МО МВД России «Зейский» материала проверки, зарегистрированного в КУСП <Номер обезличен> от <Дата обезличена>, предметом рассматриваемого спора является установление факта трудовых отношений между его ИП ФИО1 и умершим ФИО3

Таким образом, данный спор трудовым в смысле, придаваемом ст. 381 ТК РФ, не является, в связи с чем, вопреки доводам представителя ответчика, к спорным правоотношениям положения ст. 392 ТК РФ не применимы.

Вместе с тем, в любом случае о нарушении прав работника стало известно <Дата обезличена>, то есть после проведения государственным инспектором труда расследование несчастного случая и составления заключения по его результатам, которым установлены признаки наличия между ИП ФИО1 и ФИО3 трудовых отношений, в связи с чем срок для обращения в суд следует исчислять с <Дата обезличена>.

В суд с рассматриваемым иском истец обратился <Дата обезличена>, в связи с чем срок на обращение в суд с иском об установлении факта трудовых отношений не пропущен.

В силу ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Принудительный труд запрещен.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ, статья 2 Трудовой кодекс Российской Федерации относит в том числе право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 ТК РФ).

В силу ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом РФ. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 Определения Конституционного Суда РФ от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

В статье 56 ТК РФ закреплено, что трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ч. 1 ст. 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 ТК РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).

Как разъяснено в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со ст. 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59, 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15).

Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора – заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст. 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 ТК РФ) (п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15).

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса РФ возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора, вопреки доводам представителя ответчика, не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора – заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч.3 ст.16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу ст. 15, 16, 56 ТК, ч. 2 ст. 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

В целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе об установлении факта нахождения в трудовых отношениях) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, установленные в ст. 15 и 56 ТК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, <Дата обезличена> ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, его основным видом деятельности является техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств, из пояснений ФИО1 следует, что он применяет патентную систему налогообложения.

Согласно данным Единого государственного реестра недвижимости с <Дата обезличена> ФИО1 является собственником объектов недвижимости по адресу: <адрес>: нежилого здания с кадастровым номером <Номер обезличен> – пристройки к гаражу (часть здания), площадью 108,7 кв.м, нежилого здания с кадастровым номером <Номер обезличен> – мастерской (склад утепленный), (часть здания), площадью 178,2 кв.м, нежилого здания с кадастровым номером <Номер обезличен> – склада, площадью 252,7 кв.м.

Из материалов дела видно, что по данным ОСФР по Амурской области ФИО3, <Дата обезличена> года рождения зарегистрирован в системе индивидуального (персонифицированного) учета, с <Дата обезличена> по настоящее время сведения для включения в индивидуальный лицевой счет не поступали.

Обращаясь с иском, Государственная инспекция труда в Амурской области указала, что с <Дата обезличена> ФИО3 осуществлял трудовую деятельность у индивидуального предпринимателя ФИО1 в качестве сторожа, в подтверждение своих доводов ссылается на данные расследования несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего с ФИО3 <Дата обезличена>, материалы доследственной проверки по факту смерти ФИО3, представленные МО МВД России «Зейский».

Из материалов доследственной проверки по факту смерти ФИО3 и по факту повреждения имущества, зарегистрированных в КУСП МО МВД России «Зейский» <Номер обезличен>, <Номер обезличен> от <Дата обезличена> следует, что <Дата обезличена> в 01.45 часов в пожарную охрану от ФИО1 поступило сообщение о пожаре по адресу: <адрес>, <Дата обезличена> в 07.45 часов последствия пожара ликвидированы, в результате пожара строение уничтожено полностью, на месте пожара обнаружен ФИО3, <Дата обезличена> года рождения без признаков жизни.

Согласно данным записи акта о смерти <Номер обезличен> от <Дата обезличена> ФИО3, <Дата обезличена> года рождения умер <Дата обезличена>.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО3, <Дата обезличена> года рождения, проведенной в период с <Дата обезличена> (10.10 часов) до <Дата обезличена>, следует, что смерть ФИО3 наступила не более 12 часов назад от судебно-медицинского исследования от отравления угарным газом.

Из объяснений ФИО1 от <Дата обезличена>, данных в рамках доследственной проверки, следует, что ему принадлежит база, расположенная по адресу: <адрес>, ночью <Дата обезличена> ему позвонил сосед с <адрес>, сообщил, что у него на базе горит здание, он сразу поехал на базу, где обнаружил, что горит автомобильный бокс, который был закрыт изнутри, на ночь в боксе оставался истопник ФИО3, все двери были закрыты, здание горело изнутри, отчего произошло возгорание, не знает, кочегар злоупотреблял спиртным на работе.

Из объяснений ФИО1 от <Дата обезличена>, данных в рамках доследственной проверки, следует, что он является индивидуальным предпринимателем, занимается ремонтом техники, в собственности у него имеется гараж с пристройками по адресу: <адрес>, в нем хранилась техника, инструменты и другое дорогостоящее имущество, в гараже было печное отопление, отапливать его в холодное время года нужно было каждые 3-4 часа, для этого он просил своих знакомых ФИО3 и ФИО4 приходить на сутки или на ночь и подбрасывать дрова в печь, если он сам находился в гараже, то топил сам; с ФИО3 и ФИО4 знаком давно, они приходятся ему приятелями, ФИО3 часто злоупотреблял спиртными напитками, в связи с чем он выгонял из гаража из-за злоупотребления алкоголем, так как ФИО3 иногда сторожил у него, он давал ему деньги; <Дата обезличена> около 17.00 часов или позднее ФИО3 позвонил ему, сказал, что придет в гараж сторожить, так как поссорился с супругой, из-за чего не хочет идти домой, он предложил ему прийти через день, но он уговорил пустить его в гараж хотя бы переночевать; <Дата обезличена> примерно в 21.00 час он приехал в гараж, там был ФИО3 в состоянии опьянения, он ему говорил, что ему больше нельзя пить, сказал, чтобы он смотрел в гараже за порядком, чтобы все было нормально, после этого он забрал бак для воды и уехал, ФИО3 курил сигареты в гараже; <Дата обезличена> примерно в 22.20 часов он приехал к гаражу, привез бак с водой, около калитки в гараж стоял автомобиль ФИО8, его Камаз находился в гараже на ремонте, калитка и ворота были закрыты изнутри, он позвонил ФИО3, но тот не ответил, он оставил бак с водой у калитки и поехал домой, когда выезжал с ограды, ему позвонил ФИО3, он ему сказал, что оставил воду у калитки, нужно ее забрать, по манере разговора понял, что ФИО3 был в состоянии опьянения; <Дата обезличена> в 01.29 часов ему позвонил Андрей с соседней базы, сказал, что с его базы доносится странный запах гари, он попросил его сходить в гараж, посмотреть, что происходит, сам стал звонить ФИО3, но абонент был вне сети, в 01.30 часов ему перезвонил Андрей, сказал, что у него пожар, нужно вызвать пожарных, он позвонил 112, сообщил о пожаре, сам поехал к гаражу, при этом звонил ФИО3, абонент также был недоступен; в 01.50 часов он приехал к гаражу, там находилась машина пожарных, гараж полностью горел, пожарные спрашивали, как пройти в гараж, так как ворота и двери были закрыты изнутри, затем пожарные спилили створки двери с задней стороны гаража, после чего стали тушить пожар изнутри; каморка, где оставались на ночь сторожа, находилась внутри гаража, около заднего входа в гараж, представляла собой небольшое помещение, примерно 2,5х3 м, вход в нее осуществлялся через двустворчатую деревянную дверь, левая стена была выполнена из оргалита, правая стена и стена, расположенная напротив входа – из досок и оргалита, внутри располагался стол, на котором стоял чайник, плита и пластмассовый поднос, угловой диван, столик, шкаф и вешалка.

Из объяснений ФИО1 от <Дата обезличена>, данных в рамках доследственной проверки, следует, что <Дата обезличена> сгорел принадлежащий ему автомобильный бокс, в результате пожара погиб его охранник ФИО3

Из объяснений ФИО4 от <Дата обезличена>, данных в рамках доследственной проверки, следует, что он давно находится в дружеских отношениях с ФИО9, который просил его и ФИО3 периодически приходить и отапливать гараж, находящийся в его владении, ФИО3 при жизни ему никем не приходился, просто также приходил и отапливал гараж ФИО9, при жизни ФИО3 периодически употреблял спиртные напитки, но на рабочем месте он такого не замечал, знает, что он постоянно курил в этом гараже; в гараже находилась каморка, в которой отдыхал ФИО3 при топке печи.

Из объяснений ФИО10 от <Дата обезличена>, данных в рамках доследственной проверки, следует, что <Дата обезличена> горел гараж, принадлежащий ФИО1, о чем он ему сообщил, ранее он замечал, что при жизни ФИО3 часто курил в своей каморке в гараже.

Из объяснений ФИО5 от <Дата обезличена>, данных в рамках доследственной проверки, следует, что ранее погиб ее супруг ФИО3, он иногда подрабатывал у ФИО1 в автомобильном боксе на безвозмездной основе, топил печь в указанном боксе.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от <Дата обезличена> осмотрен гараж по адресу: <адрес>, который представляет собой двухэтажное кирпичное здание, внутри обнаружена конструкция из металлических балок, соединенных обгоревшими досками, в конструкции на полу обнаружен труп ФИО3, <Дата обезличена> года рождения.

Объяснения ФИО1, ФИО4, ФИО10, ФИО5 даны после разъяснения им прав, в том числе права не свидетельствовать против себя, объяснения содержат запись «с моих слов записано верно, мною прочитано» и собственноручную подпись, в связи с чем доводы ответчика и его представителя о том, что пояснения ФИО1 имели иной смысл, чем тот, который придал им следователь, являются несостоятельными, при этом объяснения указанных лиц согласуются друг с другом, в связи с чем оснований ставить под сомнение их достоверность в части, имеющей значение для дела, не имеется.

Доводы ответчика об отсутствии в сгоревшем гараже оборудованного места (помещения, каморки) для отдыха сторожа опровергаются как его объяснениями на стадии доследственной проверки, содержащими в том числе подробное описание такого помещения, и в судебном заседании, в том числе при описании представленных фотографий гаража, о наличии в гараже двухэтажной конструкции, в которой на втором этаже имелось помещение, где стоял диван, телевизор, и ранее в нем постоянно жили работники, так и объяснениями ФИО4, ФИО10 о наличии такового, показаниями свидетеля ФИО11 о проживании с 2023 года до октября 2024 года двух работников в помещении гаража, а также данными протокола осмотра места происшествия, согласно которым в нем и был обнаружен труп ФИО3

Представленная ответчиком аудиозапись не позволяет идентифицировать ни лицо, чей голос на ней зафиксирован, ни ее относимость к рассматриваемым событиям, в связи с чем доводы ФИО1 о том, что ФИО3 имел какие-то договоренности с ФИО4, а не работал у ответчика, во внимание не принимаются.

Кроме того, объяснения указанных лиц об осуществлении ФИО3 трудовой функции у ИП ФИО1 подтверждаются иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из пояснений третьего лица ФИО5 следует, что летом 2024 года ФИО3 работал в лесу, в конце октября 2024 года выехал с участка, сказал, что в зимний период будет сторожить и топить печь, а весной поедет на работу на тот же участок, примерно полторы недели отдыхал, затем начал работать в гараже у ФИО1 по адресу: <адрес>, работал в конце <Дата обезличена> года до <Дата обезличена>, сутки работал, сутки отдыхал, с 8.00 часов утра до 8.00 часов утра, в гараже колол дрова, пилил горбыль, складывал их, протапливал печь, когда супруг отдыхал, в гараже печь топил ФИО1, после смены приходил домой, спал, несколько раз у него было два выходных дня, ему выплачивали примерно 1500 рублей за смену, один раз в 7-10 дней приносил деньги, примерно 5000 рублей наличными, примерно за 5 смен.

Причину дополнения пояснений по обстоятельствам дела ФИО5 обосновала страхом перед возможным требованием работодателя супруга о возмещении ущерба, оснований не доверять этим доводам суд не находит, тот факт, что в возбуждении уголовного дела по факту причинения ущерба ФИО1 отказано, а ответчик указал, что претензий к ФИО5 не имеет, их не опровергает, притом, что ее пояснения согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из показания свидетеля ФИО10 в судебном заседании следует, что он подрабатывал на базе по адресу: <адрес>, знает, что по соседству расположена база, принадлежащая ФИО1, видел, что на его гараже была установлена видеокамера, была ли она в рабочем состоянии, не знает, в <Дата обезличена> года он изредка заходил на базу ФИО1, когда его просили подкинуть дрова в печь, подкидывал 1-2 раза в сутки, знал, где находится ключ, сам открывал, заходил, клал дрова в печь, они были заготовлены, уходил; с ФИО3 познакомился, когда тот пришел на базу, где он (свидетель) подрабатывал, он спросил у ФИО3, кто он, тот сказал, что приходит к ФИО1, подкидывает дрова в печь, кроме ФИО1, ФИО4, ФИО3 на той базе никого не видел, кто заготавливал дрова на базе ФИО1, не знает; после знакомства с ФИО3 изредка видел его на базе ФИО1, сам туда заходил тоже изредка, ФИО3 говорил, что ФИО1 просит его, он приходит к нему на базу, про деньги ничего не говорил, накануне пожара ФИО3 не видел, на базу ФИО1 не заходил, вечером находился на соседней базе, вышел на улицу, увидел дым, огонь, понял, что горит соседняя база, вызвал пожарных.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании показала, что семью М-вых знает давно, ранее и в настоящее время живет по соседству с матерью ФИО5 – ФИО13, часто ходит к ней в гости, общается с ней, ФИО3 с ФИО5 приехали в <адрес> с Камчатки, сначала проживали с матерью ФИО5 по <адрес> в <адрес>, потом купили квартиру по <адрес> в <адрес>, она (свидетель) купила по <адрес> в <адрес>, затем М-вы купили еще квартиру по <адрес> в <адрес>; ей известно, что ФИО3 летом 2024 года работал на участке в артели, ее название не знает; в <Дата обезличена> года он приехал с участка домой, ждал выплаты заработной платы, хотел поехать к матери на Камчатку; она интересовалась у него, выплатили ли ему деньги, купил ли он билет, он говорил, что не выплатили, сказал, что работает в гараже, она точно не знает, но поняла, что он работал в той же организации, в которой работал летом, чтобы получить расчет за летнюю работу; ФИО3 рассказывал ей, что работает в гараже сутки через сутки, топит в нем печь, сторожит, присылал ей видеозапись, на которой был запечатлен гараж, в котором он работал, где находится этот гараж, кому он принадлежит, не знает, выплачивали ли ему заработную плату, не знает, не интересовалась, ФИО3 говорил, что если не выйдет на работу, то не получил заработную плату за лето, она часто была в гостях у ФИО13, которая жила с дочерью и зятем, видела, что ФИО5 готовила еду для себя и супруга, чтобы брать с собой на работу, она сама работала по сменному графику, два дня работала, два дня отдыхала; бывало, что мать ФИО5 просила ее (свидетеля) сходить в магазин или в аптеку, когда ФИО5 была на работе, она заходила к ним домой, видела, что ФИО3 спит после смены; бывало, что он звонил ей в состоянии опьянения, говорил, что находится на работе; вечером накануне пожара в гараже ФИО3 звонил ей (свидетелю), просил одолжить ему 20000 рублей для поездки к матери на Камчатку, ранее она давала ему деньги в долг, потом он долг возвращал, по его голосу она поняла, что он в состоянии опьянения, предложила ему поговорить об этом на следующий день, он сказал ей, что на следующий день он работает, она позвонила ФИО5, та посоветовала ей заблокировать его номер, так как он продолжал ей звонить, она этого делать не стала, ФИО3 звонил несколько раз, ночью позвонила ФИО5, сказала, что в гараже, где работал супруг, произошел пожар, сказала, что в эти сутки была не его смена, также рассказала, что днем они были на поминках, он употреблял спиртное, после этого поругался с ее матерью, она отправляла его домой, но он не захотел идти домой, поехал на работу.

Из показаний свидетеля ФИО11 в судебном заседании следует, что у ФИО1 по адресу: <адрес> имелась база, где в <Дата обезличена> года он несколько раз видел ФИО3, разговаривал с ним.

Оснований не доверять показаниям свидетелей суд не усматривает, они даны после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, согласуются с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, их заинтересованности в исходе дела не установлено.

Доводы ответчика, его представителя и свидетеля ФИО11 о том, что имевшаяся в гараже ФИО1 система отопления не требовала ни частой закладки в нее топлива, ни контроля над ее работой в обоснование доводов о том, что при такой системе отопления истопник в помещении, которое использовалось для производственной деятельности (ремонта техники, хранения автотранспорта), не требовался, никакими объективными доказательствами не подтверждены, технические характеристики указанной системы отопления не представлены, равно как и противоречащие указанным выше доводы о том, что за ее работой следили все, кто находился в гараже, а также работники с соседних объектов, поскольку данные о том, кто, в какое время и с какой периодичностью находился в этом гараже, в материалах дела отсутствуют.

Наличие системы видеонаблюдения в гараже ФИО1 также не подтверждает доводы ответчика и его представителя о том, что в связи с ее наличием сторож в помещении, используемом для указанной производственной деятельности, не требовался, поскольку достоверных данных о том, что она функционировала в спорный период, не представлено.

Таким образом, исследованные в судебном заседании в совокупности доказательства подтверждают, что ФИО3 выполнял трудовую функцию, входящую в обязанности сторожа, истопника в помещении, используемом для производственной деятельности, так как ФИО3 не имел положения самостоятельного хозяйствующего субъекта, не выполнял разовую работу, он являлся работником, поскольку выполнял работу в интересах, под контролем и управлением работодателя – ИП ФИО1, был интегрирован в организационный процесс, подчинялся установленному режиму труда, графику работы (сменности); на него распространялись все указания и распоряжения работодателя, предоставившего ему место работы, средства для ее выполнения (ключи от ворот, топливо для печи), за что он получал фиксированный размер оплата труда.

Кроме того, суд учитывает императивные требования ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Вопреки существующей презумпции, а также в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, ответчик, ссылаясь на отсутствие трудовых отношений с ФИО3, каких-либо относимых и допустимых доказательств их отсутствия, не представил.

Применение ФИО1 патентной системы налогообложения, вопреки его доводам, не препятствует согласно положениям ст. 346.43 НК РФ привлечению индивидуальным предпринимателем наемных работников, в связи с чем его доводы об обратном судом не принимаются.

При этом, как следует из разъяснений, данных в абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года № 15 «О применении, судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», если физические лица осуществляют предпринимательскую и профессиональную деятельность в нарушение требований федеральных законов без государственной регистрации и (или) лицензирования и вступили в трудовые отношения с работниками в целях осуществления этой деятельности, то такие физические лица несут обязанности, возложенные Трудовым кодексом РФ на работодателей – индивидуальных предпринимателей.

Как установлено ст. 57 ТК РФ, обязательной для включения в трудовой договор является трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы). Если в соответствии с Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами с выполнением работ по определенным должностям, профессиям, специальностям связано предоставление компенсаций и льгот либо наличие ограничений, то наименование этих должностей, профессий или специальностей и квалификационные требования к ним должны соответствовать наименованиям и требованиям, указанным в квалификационных справочниках, утверждаемых в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации, или соответствующим положениям профессиональных стандартов.

Выполняемая ФИО3 работа (охрана объекта, топка печи) подтверждается совокупностью указанных выше доказательств и соответствует характеристике работы (трудовой функции) сторожа, истопника (Единый тарифно-квалификационный справочник работ и профессий рабочих. Выпуск 67, утвержденный Госкомтруда СССР, Тарифно-квалификационные характеристики по общеотраслевым профессиям рабочих, утвержденные постановлением Минтруда РФ от 10 ноября 1992 года № 31).

Учитывая, что с выполнением работ по должности, которую фактически занимал ФИО3, предоставление компенсаций и льгот либо наличие ограничений не связано, суд с учетом заявленных требований и положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ считает установленным, что истец выполнял трудовую функцию сторожа у ИП ФИО1, в условиях общего труда, с подчинением правилам внутреннего распорядка, на возмездной основе.

При этом совокупностью исследованных доказательств подтверждается факт работы ФИО3 у ИП ФИО1 в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, вместе с тем, при принятии решения суд учитывает объем заявленных требований – об установлении факта трудовых отношений между указанными лицами в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> и положения ч. 3 ст. 196 ГПК РФ.

Анализируя изложенные обстоятельства дела и представленные сторонами доказательства, оценивая их достаточность и взаимную связь, принимая во внимание положения ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд приходит к выводу об установлении факта трудовых отношений между ФИО3 – работником и ИП ФИО1 – работодателем в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>.

В силу ч. 1 ст. 66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Работодатель (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями) ведет трудовые книжки на каждого работника, проработавшего у него свыше пяти дней, в случае, когда работа у данного работодателя является для работника основной (за исключением случаев, если в соответствии с Трудовым кодексом РФ, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется) (ч. 3 ст. 66 ТК РФ).

В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе. Сведения о взысканиях в трудовую книжку не вносятся, за исключением случаев, когда дисциплинарным взысканием является увольнение (ч. 4 ст. 66 ТК РФ).

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ трудовой договор подлежит прекращению по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в том числе в связи со смертью работника.

Поскольку отношения между ИП ФИО1 и ФИО3 признаны трудовыми отношениями, ФИО3 проработал у индивидуального предпринимателя свыше пяти дней, требование истца о понуждении ответчика произвести записи в трудовой книжке ФИО3 подлежит удовлетворению, в связи с чем, а также с учетом требований ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд полагает необходимым обязать ИП ФИО1 внести в трудовую книжку ФИО3 запись о приеме его на работу сторожем с <Дата обезличена> и об увольнении его с работы <Дата обезличена> на основании п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, в связи с прекращением трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в связи со смертью работника.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3000 рублей, от уплаты которой истец освобожден.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования Государственной инспекции труда в Амурской области удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между работником ФИО3, <Дата обезличена> года рождения и работодателем индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ИНН <Номер обезличен>) в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>.

Обязать работодателя индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <Номер обезличен>) внести запись в трудовую книжку о приеме ФИО3, <Дата обезличена> года рождения на работу сторожем с <Дата обезличена> и об увольнении <Дата обезличена> на основании п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, в связи с прекращением трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в связи со смертью работника.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <Номер обезличен>) государственную пошлину в доход муниципального образования город Зея в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Амурский областной суд через Зейский районный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Н.Н. Шевчук

Мотивированное решение составлено 18 сентября 2025 года

Судья Н.Н. Шевчук