Апелляционное определение по делу № 2-128/2023 от 25.08.2023

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.09.2023

Дело № 2-128/2023 (№ 33-11621/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25.08.2023

г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

при помощнике судьи Бочкаревой В.С.

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Новая линия» к ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

по апелляционной жалобе ответчиков ФИО4, ФИО5

на решение Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 25.04.2023.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя истца ФИО6, возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы ответчиков, судебная коллегия

установил а:

ООО «Новая линия» обратилось с иском к ФИО4, в котором просило взыскать материальный ущерб в размере 291652 руб., расходы на экспертизу – 10000 руб., расходы на уплату государственной пошлины – 6117 руб., указав в обоснование, что 04.12.2021 по адресу: <...>, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобилей «Ниссан», гос. № ..., принадлежащего ФИО5, под управлением ФИО4, «Форд», гос. № ..., принадлежащего ФИО7 и под ее управлением. Полагая виновной в ДТП ответчика ФИО4, автогражданская ответственность которой в момент ДТП не застрахована, потерпевшая передала право требования возмещения ущерба виновником ДТП истцу, заключив договор цессии № 896ц 27.12.2021.

В ходе производства по делу к участию в деле в качестве соответчика по ходатайству истца привлечен собственник автомобиля «Ниссан» ФИО5

В судебном заседании представитель истца уточнил сумму материального ущерба, подлежащего взысканию с ответчиков, на основании выводов судебного эксперта – в размере 259200 руб., просил взыскать указанную сумму пропорционально вине ответчиков в причинении имущественного ущерба потерпевшей, установленной судом, остальные требования поддержал, на взыскании почтовых расходов не настаивал.

Решением Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 25.04.2023 иск удовлетворен частично, в пользу ООО «Новая линия» взысканы с ФИО4 в счет возмещения материального ущерба 181440 руб., расходы на уплату государственной пошлины – 4054,40 руб., расходы на оценку ущерба – 7000 руб., с ФИО5 в счет возмещения материального ущерба 77760 руб., расходы на уплату государственной пошлины – 1737,60 руб., расходы на оценку ущерба – 3000 руб., указано о возмещении ООО «Автоэкспертиза 96» расходов на производство комплексной автотехнической оценочной экспертизы в размере 45600 руб. за счет средств федерального бюджета, возложив обязанность по исполнению настоящего решения на Управление Судебного департамента в Свердловской области.

Не согласившись с указанным решением, ответчики подали на него апелляционную жалобу, в которой просят решение отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В заседание судебной коллегии не явились ответчики ФИО4, ФИО5, третье лицо ФИО7, представитель третьего лица АО «АльфаСтрахование», извещенные надлежащим образом, в частности, заказными письмами с уведомлением от 03.07.2023, возвращенными в суд по истечении срока хранения, а также посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 26.06.2023, 21.08.2023 через личный кабинет ответчика ФИО4 в ГАС «Правосудие» поступило ходатайство, подписанное представителем ответчиков ФИО8, о рассмотрении дела в отсутствие ответчиков и их представителя, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила о рассмотрении дела в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со ст. ст. 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств.

Судом первой инстанции установлено, следует из сведений о водителях и транспортных средствах, участвовавших в ДТП, не оспаривается сторонами, что 04.12.2021 в 02:14 по адресу: <...>, произошло ДТП с участием автомашины «Ниссан Максима», гос. № ..., под управлением Е.А.МБ., автомобиля «Форд Мондео», гос. № ..., принадлежащего ФИО7, под ее управлением.

Определением от 04.12.2021 в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО4 отказано в связи с отсутствием в действиях указанного водителя состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена КоАП Российской Федерации.

Из письменных объяснений ФИО7, отобранных сотрудниками полиции при составлении административного материала, следует, что она двигалась по пр. Космонавтов, со стороны ул. Ильича в сторону ул. Индустрии в левом ряду со скоростью 60 км/ч. Перед ней начал совершать разворот в крайнюю правую полосу автомобиль «Ниссан» с последующим перестроением в крайнюю левую полосу, не убедившись в безопасности маневра. ФИО7 предприняла экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось. Считает виновным в ДТП водителя автомобиля «Ниссан», который при перестроении не убедился в безопасности маневра.

Из письменных объяснений ФИО4 следует, что она на перекрестке совершила разворот налево на вторую полосу для движения, после чего ее догнали в левую заднюю часть машины, вследствие чего машину развернуло и удар пришелся в левую заднюю пассажирскую дверь. При совершении разворота ФИО4 убедилась в безопасности маневра. ФИО9, врезавшаяся в нее, была тонирована. В момент совершения разворота автомобиль «Форд» двигался на значительном от ФИО4 расстоянии. Считает, что в ДТП виноват водитель автомобиля «Форд», так как двигался посередине дорожной разметки и автомобиль был полностью тонирован, из-за чего водитель заметила ФИО4 в последний момент.

Согласно схеме места ДТП, приобщенной к административному материалу, столкновение транспортных средств имело место на крайней левой полосе для движения участников ДТП при наличии трех полос для движения в попутном направлении. Движение автомобиля «Форд Мондео» зафиксировано по крайней левой полосе, направление движения автомобиля «Ниссан Максима» - разворот в крайнюю правую полосу для движения с последующим перестроением в крайнюю левую полосу.

Схема места ДТП, имеющаяся в административном материале, полностью согласуется с представленными стороной ответчика в дело фотографиями с места ДТП, из которых усматривается, что непосредственно после столкновения транспортные средства располагаются на крайней левой полосе для движения в попутном для них направлении.

Представленная ответчиком ФИО4 и подписанная ею схема ДТП судом отклонена, поскольку частью административного материала не является, составлена после подачи искового заявления, не подписана вторым участником ДТП, противоречит административному материалу, а также выводам судебного эксперта, с которыми представитель ответчика в ходе судебного разбирательства не спорил.

Пояснения ответчика ФИО5, свидетеля ФИО10 о том, что столкновение транспортных средств имело место в результате перестроения водителя ФИО4 из крайней правой полосы в крайнюю левую, не противоречат материалам дела, потому судом приняты в качестве доказательства обстоятельств ДТП.

Согласно п. 1.3. Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД, Правила) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5 ПДД).

Пунктами 8.1, 8.4 Правил установлено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. При перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

Оспаривая вину ФИО4 в ДТП, а также размер материального ущерба, ответчиками заявлено ходатайство о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы, которое судом удовлетворено, проведение судебной экспертизы поручено эксперту ООО «Автоэкспертиза 96» ФИО11

Согласно выводам судебного эксперта, изложенным в заключении № 23/23 от 12.04.2023, наиболее вероятным и полно соответствующим материалам дела является механизм ДТП, при котором 04.12.2021 в 02:14 ФИО7, управляя автомобилем «Форд Мондео», гос. № ..., двигалась по пр. Космонавтов от ул. Ильича в сторону ул. Индустрии по левой (третьей) полосе со скоростью около 60 км/ч. В это время на перекрестке с ул. Совхозная со встречного направления автомобиль «Ниссан Максима», гос. № ..., под управлением ФИО4 начал производить разворот для движения в обратном направлении. Развернувшись в правую полосу, ФИО4 сразу же начала перестроение влево, не уступив дорогу движущемуся по левой полосе автомобилю «Форд Мондео», в результате чего произошло столкновение передней правой угловой частью автомобиля «Форд Мондео» с задней левой угловой частью автомобиля «Ниссан Максима» и последующим разворотом.

Поскольку в материалах дела недостаточно исходных данных для расчета и экспертным путем определить эти данные невозможно, ответить на вопрос о наличии у водителя ФИО7 технической возможности предотвратить столкновение путем экстренного торможения не представляется возможным. В рассматриваемой ситуации возможность водителя автомобиля «Ниссан Максима» предотвратить столкновение определялась не техническими данными, а выполнением водителем ФИО4 требований ПДД.

В рассматриваемой ситуации, исходя из анализа механизма развития ДТП и действий его участников, усматривается, что с технической точки зрения именно неверные действия водителя ФИО4, противоречащие требованиям п.п. 1.5, 8.1, 8.4 Правил, находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

В зависимости от реального развития событий, в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП могут находиться неверные действия водителя автомобиля «Форд Мондео» ФИО7, не соответствующие требованиям пп. 3 п. 9.4 ПДД, а также возможно не соответствующие требованиям п. 10.1 Правил.

Стоимость материального ущерба, причиненного повреждением автомобиля «Форд Мондео», определенная в соответствии с требованиями общих норм, регулирующих отношения по возмещению вреда, на дату ДТП может составлять 259200 руб., с учетом износа узлов, деталей и округления – 89600 руб.

Проанализировав обстоятельства ДТП, установленные на основании исследованных письменных материалов дела, административного материала, представленных доказательств, в совокупности с требованиями ПДД, принимая во внимание выводы судебного эксперта относительно механизма ДТП, и прямой причинно-следственной связи между действиями водителей – участников ДТП и возникшим вредом, суд первой инстанции пришел к выводу, что непосредственной причиной ДТП явились противоправные действия водителя ФИО4, нарушившей п.п. 1.5, 8.1, 8.4 Правил при совершении маневра разворота, которая не убедилась в его безопасности, создала помеху для движения автомобиля «Форд Мондео» под управлением ФИО7, в результате чего произошло столкновение транспортных средств.

При этом суд указал, что предположения судебного эксперта относительно возможного наличия причинно-следственной связи между действиями водителя ФИО7 и повреждением принадлежащего ей автомобиля носят вероятностный характер в отсутствие объективных тому доказательств, потому судом не принимаются. Объективных и достоверных доказательств противоправного поведения ФИО7 при управлении автомобилем «Форд Мондео» материалы дела не содержат.

Согласно п. 2.1.1 Правил водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом.

Пунктом 1 ст. 4 Федеральный закон от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО, Закон) установлено, что владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Как следует из п. 6 указанной статьи Закона, владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. Лица, нарушившие установленные настоящим Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Положениями п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

Пунктом 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Из разъяснений, содержащихся в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.

Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО5 подтвердила факт принадлежности ей автомобиля «Ниссан Максима», гос. № ..., указав, что не успела зарегистрировать его в установленном законом порядке. Не оспаривала отсутствие на момент ДТП действующего полиса ОСАГО при управлении данным автомобилем. Право управления передала ФИО4 в связи с тем, что почувствовала себя плохо. В момент ДТП находилась на переднем пассажирском сидении автомобиля.

Таким образом, как отметил суд, на момент ДТП именно ФИО5 являлась законным владельцем источника повышенной опасности – автомобиля «Ниссан Максима», гос. № ..., и, как передавшая полномочия по управлению этим транспортным средством ФИО4 в отсутствие застрахованной автогражданской ответственности, в случае причинения вреда в результате использования автомобиля, должна нести совместную с причинителем вреда ответственность в долевом порядке.

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о виновном поведении как ответчика ФИО5, выразившемся в противоправной передаче источника повышенной опасности, другому лицу в отсутствие договора ОСАГО, использованием которого имуществу потерпевшей причинен вред, так и ответчика ФИО4, непосредственными противоправными действиями которой потерпевшей причинен материальный ущерб, что является основанием для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности в виде компенсации возникшего ущерба.

Определяя степень вины ответчиков в причинении имущественного ущерба истцу, суд устанавливает вину ответчика ФИО5 равной 30%, ответчика Е.А.МБ. – 70% соответственно.

27.12.2021 между потерпевшей ФИО7 и ООО «Новая линия» заключен договор № 1795ц уступки права требования (цессии), по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, в том числе, в части стоимости услуг независимого эксперта, страхового возмещения, величины утраты товарной стоимости, расходов на эвакуацию транспортного средства с места ДТП, хранение поврежденного транспортного средства, авторазбор, аварийного комиссара, а также компенсационных выплат; право на взыскание разницы между фактическим размером ущерба и страховым возмещением; право требования уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами; право на взыскание неустойки, финансовой санкции ко всем лицам (в том числе к виновнику ДТП, страховым компаниям, РСА, именуемым в дальнейшем «должники»), ответственным по действующему законодательству за имущественный ущерб, причиненный транспортному средству «Форд Мондео», гос. № ..., по ДТП от 04.12.2021, имевшего место в г. Екатеринбурге, по пр. Космонавтов, 80, с транспортным средством «Ниссан Максима», гос. № ....

По правилам п. 1 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Из положений ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что кредитор может передать право, которым сам обладает.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу (п.п. 2, 3 ст.382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суд отметил, что доводы представителя ответчика, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление о том, что ответчик ФИО4 не уведомлена об уступке права требования возмещения материального ущерба, опровергаются представленным истцом уведомлением и чеком о его отправке. Более того, для разрешения настоящего спора и признания истца надлежащим по делу не имеет правового значения уведомление должника об уступке права требования новому кредитору, поскольку негативные последствия, связанные с неуведомлением должника об уступке права требования возникают для нового кредитора, в виде прекращения обязательства его исполнением первоначальному кредитору, а не для должника (п. 3 ст.382), который в рассматриваемом случае причиненный материальный ущерб не возместил ни цеденту, ни цессионарию. Таким образом, суд указал, что, вопреки доводам представителя ответчика ФИО4, истец является надлежащим по делу.

При определении суммы материального ущерба, подлежащего взысканию с ответчиков в пользу истца, судом в качестве доказательства его размера принято заключение судебного эксперта, выводы которого не оспаривались сторонами в ходе судебного разбирательства. В этой связи сумма материального ущерба, причиненного повреждением автомобиля потерпевшей, определена судом в размере 259200 руб., с учетом степени вины ответчиков в причинении потерпевшей материального ущерба, с ответчика ФИО5 в пользу истца надлежит взыскать 77760 руб. (259200 х 30%), с ответчика ФИО4 – 181440 руб. (259200 х 70%).

На основании ст.ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков в пользу истца суд признал подлежащими взысканию расходы на досудебную оценку материального ущерба в размере 10000 руб., на уплату государственной пошлины исходя из суммы уточненных требований, в размере 5792 руб. С ответчика ФИО5 – 3000 руб. и 1737,60 руб., с ответчика ФИО4 – 7000 руб. и 4054,40 руб. соответственно.

Руководствуясь ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что определением суда от 19.01.2023 о назначении по делу судебной экспертизы постановлено о возмещении расходов на оплату услуг эксперта за счет средств федерального бюджета через Управление Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Свердловской области, с учетом положений ст.ст. 94, 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что стоимость услуг эксперта ООО «Автоэкспертиза 96» согласно акту № 019 от 12.04.2023 о выполнении работ, оказании услуг, счету № № 019 от 12.04.2023 составила 45600 руб., поскольку ответчики освобождены судом от оплаты экспертных услуг, суд первой инстанции признал, что расходы на проведение судебной экспертизы должны быть возмещены Управлением Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации в Свердловской области за счет средств федерального бюджета.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и правильном определении обстоятельств, имеющих значение по делу, установленных на основании исследованных в судебном разбирательстве доказательств, которым дана оценка по правилам, предусмотренным ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, результаты которой изложены в мотивировочной части решения в соответствии с требованиями, закрепленными ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку обусловлены неправильным произвольным толкованием норм процессуального права и направлены на переоценку доказательств, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Указывая на неотносимость и недопустимость как доказательства в силу ст.ст. 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации схемы места ДТП, представленной в административном материале, ответчики не учитывают, что выводы суда первой инстанции сделаны не только на основании данной схемы, но и иных доказательств, имеющихся в деле, которые в их совокупности и взаимной связи подтверждают правильность выводов суда.

То обстоятельство, что ФИО5 является ответчиком, а не третьим лицом, как ошибочно указал суд в мотивировочной части решения, не отменяет доказательственную силу объяснений данного лица, участвующего в деле, учитывая, что ФИО5 являлась непосредственным очевидцем ДТП, находясь на переднем пассажирском сидении в своем автомобиле.

Обращение внимания в апелляционной жалобе на то, что ФИО5 и К.О.АБ. указывали на перестроение ФИО4 в левую полосу, без указания, что именно крайнюю левую, является лишь вариантом толкования объяснений и показаний указанных лиц, не влияющих на результат разрешения спора по существу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции подробно изложены мотивы и привлечения ФИО5 наряду с ФИО4 к гражданской ответственности, и процентного распределения степени вины каждой из них, поскольку в вину ФИО5 суд поставил факты допуска ФИО4 к управлению транспортным средством без наличия договора ОСАГО, тогда как непосредственно ущерб, причиненный истцу, обусловлен действиями ФИО4, управлявшей автомобилем в момент ДТП, действия которой находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими для истца последствиями, от воли которой при управлении автомобилем зависело соблюдение / не соблюдение ПДД.

Такое распределение вины между ответчиками, по мнению судебной коллегии, согласуется с установленными по делу обстоятельствами, является логичным, разумным и справедливым.

Указывая на то обстоятельство, что материальный ущерб причинен непосредственно третьему лицу, а не истцу, заявители не учитывают, что по договору цессии к истцу в полном объеме перешли права требования, которыми обладало третье лицо.

Доводы апелляционной жалобы относительно того, что истец не является надлежащим, надуманы и противоречат нормам материального права, поскольку ответчики уведомлены о переходе права требования от третьего лица к истцу самим фактом предъявления иска, а третьим лицом ФИО7 эти требования подтверждены, поскольку она привлечена к участию в деле, самостоятельных требований к ответчику не предъявила, тогда как ответчики ей в добровольном порядке каким-либо образом и в каком-либо размере причиненный ущерб не возместили, доказательств этого суду не представили.

Учитывая вышеизложенное, решение суда является законным и обоснованным, поскольку у суда имелись основания для его принятия, в связи с чем судебная коллегия не усматривает оснований, влекущих удовлетворение апелляционной жалобы и отмену обжалуемого решения суда первой инстанции.

Иных доводов апелляционная жалоба заявителей не содержит, оснований для выхода за пределы доводов жалобы не усматривается, поскольку нарушений, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено, судом апелляционной инстанции не установлено, на таковые ответчики не ссылаются.

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определил а:

решение Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 25.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчиков ФИО4, ФИО5 – без удовлетворения.

Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3