Судья Суханова Т.В. Дело № 2-627/2023

№ 33-2474/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Курганского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Аврамовой Н.В.,

судей Голубь Е.С., Гусевой А.В.,

при секретаре судебного заседания Лагуновой А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кургане 5 сентября 2023 г. гражданское дело по иску Н.А. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании убытков, компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Кургану, Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганской области на решение Курганского городского суда Курганской области от <...>

Заслушав доклад судьи Голубь Е.С., объяснения истца и ее представителя, представителя ответчика и третьего лица, судебная коллегия

установил а:

Н.А. обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области о взыскании убытков, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что постановлением мирового судьи от <...> производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ), в отношении нее прекращено за отсутствием состава административного правонарушения. Для оказания юридической помощи она обратилась к адвокату П.В., стоимость оказанных им услуг составила 15 000 руб. Полагала, что имеет право на компенсацию морального вреда вследствие переживаний в результате неправомерных действий сотрудников ГИБДД, а также испытанного дискомфорта в связи с необходимостью доказывания невиновности в административном правонарушении. Компенсацию морального вреда оценила в 15 000 руб. Стоимость оказанных услуг по рассмотрению настоящего иска составила 10000 руб. Просила взыскать с ответчика за счёт казны Российской Федерации расходы на оплату услуг защитника в размере 15 000 руб., компенсацию морального вреда – 15 000 руб., расходы на оплату услуг представителя – 10 000 руб.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца по ордеру П.В. исковые требования поддержал.

В судебное заседание представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки не уведомил.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации, а также третьего лица УМВД России по Курганской области по доверенностям Н.А. с исковыми требованиями не согласилась, полагала, что истцом не представлено доказательств того, что действия должностного лица являлись незаконными.

В судебном заседании представитель третьего лица УМВД России по г. Кургану по доверенности В.С. считал исковые требования необоснованными.

Третье лицо И.Н, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в письменном ходатайстве просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Третье лицо С.А, в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил.

Судом постановлено решение, которым исковые требования Н.А. удовлетворены частично.

С Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Н.А. взысканы компенсация морального вреда в размере 15 000 руб., убытки в виде расходов на оплату услуг защитника в размере 10 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. В удовлетворении исковых требований Н.А. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области отказано.

С таким решением не согласились третьи лица – УМВД России по г. Кургану и УМВД России по Курганской области, их представителями поданы апелляционные жалобы.

В обоснование жалобы УМВД России по г. Кургану указывает на то, что в рассматриваемом случае дело об административном правонарушении было возбуждено при наличии предусмотренного законом повода и иных достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения. Роль полиции ограничивалась возбуждением дела об административном правонарушении.

Отмечает, что Н.А. не представлено доказательств причинения ей физических или нравственных страданий, а также, что в результате действий сотрудников органов внутренних дел пострадали честь, репутация, доброе имя и достоинство истца.

Полагает, что при определении размера убытков подлежат учету фактические обстоятельства дела, объем оказанных защитником услуг по делу об административном правонарушении, а также принцип разумности и справедливости. Учитывается степень сложности рассматриваемого дела, сроки его рассмотрения в суде, личное участие представителя в судебном заседании. В связи с чем, считает, что заявленные истцом суммы на оплату услуг защитника по делу об административном правонарушении явно не соотносятся с критерием разумности (ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, далее – ГПК РФ).

Обращает внимание, что выплачиваемое адвокату доверителем подлежит обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования, при этом истцом в материалы дела не представлены соответствующие квитанции, приходно-кассовые ордера.

Просит решение отменить и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

В обоснование жалобы УМВД России по Курганской области повторяет доводы УМВД России по г. Кургану. Дополнительно ссылается на отсутствие оснований для взыскания компенсации морального вреда, поскольку вина старшего инспектора ОГИБДД МО МВД России «Шадринский» С.А, не доказана. Действия сотрудника полиции истцом не оспаривались, незаконными не признавались, а сам факт прекращения производства по делу об административном правонарушении за отсутствием состава административного правонарушения не свидетельствует о незаконности действий сотрудника полиции.

Просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований Н.А. отказать в полном объеме.

Возражений на апелляционные жалобы не поступило.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации, а также третьего лица УМВД России по Курганской области по доверенностям Н.А. поддержала апелляционные жалобы. Указала, что оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется, размер расходов на защитника и представителя является завышенным.

В суде апелляционной инстанции истец Н.А. и ее представитель по ордеру П.В. с доводами апелляционных жалоб не согласились, просили решение суда оставить без изменения.

В суд апелляционной инстанции от Управления Федерального казначейства по Курганской области поступил отзыв на апелляционную жалобу УМВД России по г. Кургану, который сводится к согласию с ее доводами.

Остальные участвующие в деле лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены в установленном процессуальным законом порядке. От Управления Федерального казначейства по Курганской области поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Остальные участвующие в деле лица сведений об уважительных причинах неявки не представили.

Судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167 и ч. 1 ст. 327 ГПК РФ считает возможным рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствии неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания в установленном процессуальным законом порядке.

Проверив решение суда первой инстанции, исходя из доводов апелляционных жалоб (в соответствии с требованиями ст. 327.1 ГПК РФ), заслушав объяснения участников процесса, судебная коллегия приходит к выводу об изменении решения суда в части по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ.

Как следует из материалов дела, <...> инспектором ИДПС ГИБДД МО МВД России «Шадринский» С.А, в отношении Н.А. составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, и выразившемся в том, что <...> в 14 час. 30 мин. в районе <адрес> в <адрес> Н.А., управлявшая автомобилем Лада, государственный регистрационный знак №, допустила наезд на собаку, принадлежащую Т.В., в нарушение п. 2.5 Правил дорожного движения (далее – ПДД) оставила место дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), участником которого являлась.

Постановлением мирового судьи судебного участка № Шадринского судебного района Курганской области от <...> (мотивированное от <...>) производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, в отношении Н.А. прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

<...> данное постановление вступило в законную силу.

Как следует из названного постановления, мировой судья пришел к выводу о прекращении производства по делу об административном правонарушении, так как установил отсутствие объективных данных, подтверждающих, что в действиях Н.А. содержится объективная сторона административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, – оставление водителем в нарушение ПДД места ДТП, участником которого он являлся.

Для защиты своих интересов по вышеуказанному делу об административном правонарушении Н.А. понесла расходы на оплату услуг защитника.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении интересы Н.А. на основании ордера от <...> и соглашения представлял адвокат П.В.

Несение Н.А. расходов на представление интересов по делу об административном правонарушении подтверждается квитанцией № от <...> на сумму 15000 руб., оригинал которой представлен в материалы дела.

В связи с необоснованным привлечением должностным лицом органа внутренних дел Н.А. к административной ответственности она обратилась в суд с настоящим иском о возмещении вреда, причиненного действиями должностного лица.

Разрешая спор, суд первой инстанции, проанализировав нормы действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения сторон применительно к установленным обстоятельствам дела, а именно положения ст. 15, 1064, 1069, 1070, 1071 ГК РФ, а также с учетом правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 15.07.2020 № 36-П, пришел к выводу о частичном удовлетворении иска, так как установил, что производство по делу об административном правонарушении в отношении Н.А. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения, а именно – объективных данных, подтверждающих, что в действиях Н.А. содержится объективная сторона административного правонарушения, что является достаточным основанием для возмещения истцу убытков в виде расходов на оплату услуг защитника, оказывавшего Н.А. юридическую помощь при рассмотрении дела об административном правонарушении.

При определении размера убытков суд исходил из принципа возмещения расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах, закрепленного в ст. 100 ГПК РФ.

Приняв во внимание категорию дела об административном правонарушении, временные затраты на его рассмотрение и объем оказанных по нему защитником услуг, с учетом принципа разумности и справедливости, суд определил сумму подлежащих возмещению истцу убытков равной 10000 руб.

Удовлетворяя требование Н.А. о взыскании компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, а также с учетом разъяснений п. 2, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», пришел к выводу, что действия должностного лица при производстве по делу об административном правонарушении в отношении Н.А. повлекли необоснованное ее административное преследование, что причинило истцу моральные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходил из обстоятельств привлечения Н.А. к административной ответственности, учел индивидуальные особенности ее личности, а также требований разумности и справедливости, определив размер такой компенсации в сумме 15 000 руб.

При определении размера расходов на оплату услуг представителя по настоящему делу суд принял во внимание степень участия представителя П.В. в судебных заседаниях, объем реально оказанной им юридической помощи, категорию дела и период его рассмотрения в суде, а также с учетом принципа разумности пришел к выводу, что указанные расходы подлежат возмещению в полном объеме, в сумме 10000 руб.

Судебная коллегия, изучив доводы апелляционных жалоб относительно обоснованности взыскания в пользу истца расходов на оплату услуг защитника, связанных с производством по делу об административном правонарушении, а также денежной компенсации морального вреда и определенного судом их размера, не находит оснований для отмены решения суда в этой части, принимая во внимание следующее.

Поскольку производство по делу об административном правонарушении в отношении истца было прекращено за отсутствием состава административного правонарушения, Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях порядок возмещения расходов на оплату услуг защитника не урегулирован, то подлежат применению правила, установленные в ст. 15, 1064, 1069, 1070 ГК РФ.

В силу ст. 15 ГК РФ расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право которого нарушено.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту, акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (ст. 16 ГК РФ).

Частями 1 и 2 ст. 25.5 КоАП РФ предусмотрено, что для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник, а для оказания юридической помощи потерпевшему – представитель. В качестве защитника или представителя к участию в производстве по делу об административном правонарушении допускается адвокат или иное лицо.

Как разъяснено в абзаце 4 п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. Поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании ст. 15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 27 этого же постановления разъяснил, что требования о возмещении материального и морального вреда, причиненного незаконным применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении (ч. 2 ст. 27.1 КоАП РФ) и незаконным привлечением к административной ответственности, подлежат рассмотрению в соответствии с гражданским законодательством в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленным законом.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2020 № 36-П «По делу о проверке конституционности статей 15, 16, части первой статьи 151, статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1, 2 и 3 статьи 24.7, статей 28.1 и 28.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также статьи 13 Федерального закона «О полиции» в связи с жалобами граждан Р.А, и Р.Н,» (далее – Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2020 № 36-П) ст. 15, 16, 1069 и 1070 ГК РФ признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку они по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не позволяют отказывать в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностных лиц.

В п. 3.2 данного Постановления Конституционный Суд Российской Федерации указал, что возмещение судебных расходов осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и на основании того судебного акта, которым спор разрешен по существу. При этом процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. Данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного акта выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу статей 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов (Определения от 19.10.2010 № 1349-О-О, от 21.03.2013 № 461-О, от 22.04.2014 № 807-О, от 24.06.2014 № 1469-О, от 23.06.2015 № 1347-О, от 19.07.2016 № 1646-О, от 25.10.2016 № 2334-О и др.).

Данная правовая позиция в полной мере применима и к расходам, возникшим у привлекаемого к административной ответственности лица при рассмотрении дела об административном правонарушении, безотносительно к тому, понесены ли они лицом при рассмотрении дела судом или иным органом, и независимо от того, отнесены ли они формально к издержкам по делу об административном правонарушении в силу КоАП РФ. При этом позиция о возможности дифференциации федеральным законодателем правил распределения расходов в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений во всяком случае, в силу ст. 2 и 18 Конституции Российской Федерации, не означает возможности переложения таких расходов на частных лиц в их правовом споре с государством, если результатом такого спора стало подтверждение правоты частных лиц или, по крайней мере, – в случаях, к которым применима презумпция невиновности, – не подтвердилась правота публичных органов.

Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен.

Поэтому в отсутствие в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ, положения ст. 15, 16, 1069 и 1070 ГК РФ, по сути, восполняют данный правовой пробел, а потому не могут применяться иным образом, чем это вытекает из устоявшегося в правовой системе существа отношений по поводу возмещения такого рода расходов.

При этом в силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой, по смыслу ст. 53 Конституции Российской Федерации, государство несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (Постановление от 01.12.1997 № 18-П, Определение от 04.06.2009 № 1005-О-О), ни государственные органы, ни должностные лица этих органов не являются стороной такого рода деликтного обязательства. Субъектом, действия (бездействие) которого повлекли соответствующие расходы и, следовательно, несущим в действующей системе правового регулирования гражданско-правовую ответственность, является государство или иное публично-правовое образование, а потому такие расходы возмещаются за счет соответствующей казны.

Таким образом, положения ст. 15, 16, 1069 и 1070 ГК РФ в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) государственных органов или их должностных лиц или наличия вины должностных лиц в незаконном административном преследовании. Иное приводило бы к нарушению баланса частных и публичных интересов, принципа справедливости при привлечении граждан к публичной юридической ответственности и противоречило бы ст. 2, 17, 19, 45, 46 и 53 Конституции Российской Федерации.

В силу приведенных положений ст. 15, 16, 1069 ГК РФ с учетом их конституционно-правового смысла, выявленного в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2020 № 36-П, являющегося общеобязательным, возмещение лицам, в отношении которых дела об административных правонарушениях были прекращены на основании п. 1 или 2 ч. 1 ст. 24.5, п. 3 ч. 1 ст. 30.7 либо п. 4 ч. 2 ст. 30.17 КоАП РФ, расходов, возникших при рассмотрении таких дел, не обусловлено установлением виновности государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов в незаконном поведении, критерием наличия оснований для возмещения расходов является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен.

Поскольку производство по делу об административном правонарушении в отношении Н.А. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения, то у истца возникло право на возмещение расходов на оплату услуг защитника, связанных с производством по делу об административном правонарушении по факту рассматриваемого ДТП.

Проанализировав положения ст. 15, 16, 1069 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истец имеет право на возмещение расходов по оплате юридических услуг, поскольку в силу приведенных выше нормативных положений данные расходы являются убытками Н.А., которые должны быть возмещены ей за счет средств казны Российской Федерации как причинённые в результате незаконных действий государственных органов и их должностных лиц.

Определяя размер убытков, подлежащих возмещению, суд правомерно соотнес заявленную сумму расходов с объемом выполненной защитником работы в связи с производством по делу об административном правонарушении, принял во внимание категорию дела, фактический объем проделанной защитником работы и временные затраты.

Судебная коллегия находит выводы суда в данной части верными, присужденную сумму 10000 руб. – отвечающей требованиям разумности и справедливости, и не усматривает оснований для ее изменения, исходя из доводов апелляционных жалоб.

Учитывая природу произведенных Н.А. расходов, позволяющих отнести присужденную в пользу истца сумму именно к убыткам, понесенным ею в связи с рассмотрением дела об административном правонарушении, взыскание которых осуществляется в порядке ст. 15, 16, 1069, 1070 ГК РФ, что не исключает возможности судебной оценки фактических обстоятельств дела на предмет разумности соответствующих расходов и соразмерности взыскиваемой суммы, а также принимая во внимание юридическую квалификацию действий истца в рамках производства по делу об административном правонарушении и факт составления должностным лицом в отношении Н.А. протокола об административном правонарушении, обусловивших объем защищаемого права и выполненной защитником работы, судебная коллегия в данном случае полагает возможным согласиться с выводами суда первой инстанции. При этом критерий разумности пределов судебных издержек на возмещение расходов на оплату услуг представителя, который прямо предусмотрен в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, является оценочным, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя (защитника) в споре.

Судебная коллегия также соглашается с выводом суда о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку вследствие ошибочной квалификации должностным лицом действий Н.А. как административного правонарушения истец незаконно подверглась привлечению к административной ответственности, что предполагает причинение ей нравственных страданий.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 постановления от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст. 12, 151 ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 25 названного постановления Пленума суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом первой инстанции надлежаще исследованы фактические обстоятельства дела и приведено обоснование выводов по вопросу определения размера денежной компенсации морального вреда, все обстоятельства, имеющие значение для разрешения этого вопроса, предусмотренные ст. 150, 151, 1099, 1101 ГК РФ, судом учтены.

В частности, суд обоснованно принял во внимание, что поводом к возбуждению дела об административном правонарушении в отношении Н.А. послужило сообщение Т.В. о том, что она выбежала на дорогу, чтобы убрать собаку, но автомобиль под управлением Н.А., не сбавляя скорости, продолжил движение. Т.В. отскочила от него и упала, а собака попала между колесами автомобиля.

В ходе проверки данного сообщения инспектором ДПС ГИБДД ОВД ГИБДД МО МВД России «Шадринский» С.А, выявлены признаки совершения Н.А. административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ. В связи с чем, указанным должностным лицом в отношении истца был составлен протокол об указанном административном правонарушении.

В то же время мировым судьей было установлено, что каких-либо доказательств, что в процессе движения транспортного средства под управлением Н.А. допущен наезд и причинены телесные повреждения Т.В., а также наезд на собаку, в материалы дела не представлено.

Судебная коллегия полагает отметить, что в отношении Н.А. осуществлялось привлечение к административной ответственности (возбуждение должностным лицом дела об административном правонарушении и составление протокола об административном правонарушении, направление протокола мировому судье для рассмотрения дела об административном правонарушении), что ограничило права истца. Поэтому суд первой инстанции в ходе установления значимых по делу обстоятельств и их проверки обоснованно принял во внимание степень перенесенных в связи с этим истцом нравственных страданий. В частности, судом установлено, что у Н.А., <...> г.р., в период осуществления в отношении нее административного преследования обострились хронические заболевания (ишемическая болезнь сердца, стенокардия), в связи с чем она обращалась за оказанием ей медицинской помощи в Курганский областной кардиологический диспансер, что подтверждается выпиской из истории болезни, представленной в материалы дела.

По мнению судебной коллегии, присужденная компенсация морального вреда – 15 000 руб. по своему размеру является разумной и справедливой, соответствует характеру и объему причиненных истцу в результате незаконного привлечения к административной ответственности нравственных страданий.

Исходя из того, что вред истцу причинен действиями должностного лица МО МВД России «Шадринский», суд обоснованно пришел к выводу о том, что он должен быть взыскан с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, являющегося главным распорядителем средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В апелляционной жалобе УМВД России по г. Кургану выражает несогласие, в том числе, с определенной судом суммой расходов на оплату услуг представителя. Данные доводы поддержала в суде апелляционной инстанции представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации, а также третьего лица УМВД России по Курганской области Н.А.

Приведенные доводы судебная коллегия находит заслуживающими внимания, ввиду следующего.

Из материалов дела следует, что по настоящему делу Н.А. были понесены судебные расходы в размере 10 000 руб. на оплату услуг представителя адвоката П.В., который представлял интересы истца на основании ордера.

Ссылки апеллянта УМВД России по г. Кургану о непредставлении истцом в материалы дела документов, подтверждающих внесение указанной суммы в кассу соответствующего адвокатского образования, судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку оплата оказанных представителем услуг в сумме 10 000 руб. подтверждается оригиналом квитанции № от <...>, услуги: ведение гражданского дела по иску к УФК Курганской области о взыскании расходов (л.д. 14).

Суд первой инстанции при определении размера расходов на оплату услуг представителя исходил из степени участия представителя П.В. в судебных заседаниях, объема реально оказанной им юридической помощи, категории дела и периода его рассмотрения в суде, а также с учетом принципа разумности определил сумму данных расходов равной 10 000 руб.

Судебная коллегия находит, что выводы суда в рассматриваемой части не в полной мере отвечают требованиям ст. 98 ГПК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ от <...> №).

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В абзаце 2 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1, в частности, указано, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В то же время, как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 20 названного постановления, при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ст. 98, 100 ГПК РФ).

Вместе с тем, взыскивая с ответчика в пользу Н.А. понесенные ею при рассмотрении настоящего дела расходы на оплату услуг представителя в полном объеме (10000 руб.), суд первой инстанции не применил положения ст. 98 ГПК РФ о пропорциональности распределения судебных издержек к требованию о взыскании убытков в виде расходов на оплату услуг защитника, оказывавшего Н.А. юридическую помощь при рассмотрении дела об административном правонарушении, которое удовлетворено частично, в размере 10000 руб. (от заявленного – 15 000 руб.).

Таким образом, исходя из удовлетворения имущественного требования в размере 83 %, применяя принцип пропорциональности распределения судебных издержек к данному требованию, с ответчика в пользу Н.А. подлежат взысканию понесенные ею при рассмотрении настоящего дела расходы на оплату услуг представителя в размере 8 300 руб.

В силу п. 2 ст. 328 ГПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.

Принимая во внимание изложенное, решение суда подлежит изменению в части взыскания расходов на оплату услуг представителя.

В соответствии с требованиями ст. 327.1 ГПК РФ дело проверено судебной коллегией в пределах доводов апелляционных жалоб.

Руководствуясь ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определил а:

решение Курганского городского суда Курганской области от 3 марта 2023 г. изменить в части взыскания расходов на оплату услуг представителя.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу Н.А. расходы на оплату услуг представителя в сумме 8 300 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Кургану, Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганской области – без удовлетворения.

Судья-председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 7 сентября 2023 г.