АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 августа 2023 года город Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Ишимова А.А.

судей: Максименко И.В., Ковалёва А.А.

при секретаре Зинченко Н.В.,

с участием посредством видеоконференц-связи представителя истца ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску акционерного общества «Производственное геофизическое объединение «Тюменьпромгеофизика» к ФИО2 о взыскании материального ущерба с работника,

по апелляционной жалобе ответчика ФИО2 на решение Мегионского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 12 мая 2023 года, которым постановлено:

«Исковое заявление АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» к ФИО2 о взыскании материального ущерба с работника - удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» сумму причиненного прямого ущерба, в размере 257 953, 13 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 779, 53 руб.».

Заслушав доклад судьи Максименко И.В., пояснения представителя истца ФИО1, возражавшей против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

акционерное общество «Производственное геофизическое объединение «Тюменьпромгеофизика» (далее АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» или Общество) обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании суммы причиненного прямого ущерба в размере 257 953 рублей 13 копеек, расходов по уплате государственной пошлины в размере 5 779 рублей 53 копеек.

Требования мотивированы тем, что ФИО2 с 15 августа 2013 года по 31 мая 2022 года работал в АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика», с 24 июня 2019 года в должности начальника экспедиции сопровождения бурения скважин, которая отнесена к должности категории «руководители»; в целях реализации обязанностей руководящей должности между работодателем и работником подписано Соглашение с владельцем карты по Программе закупочной карты Шлюмберже от 27 июля 2019 года, согласно которому ответчику была выдана корпоративная закупочная карта (номер), подлежащая использованию в коммерческих целях; работник подтвердил получение закупочной карты, обязался нести ответственность за любое неавторизированное использование карты и осуществлять сверку взаиморасчетов по всем транзакциям; 26 мая 2022 года ответчик уволился, в финансовый отдел Тюменского региона поступило уведомление в целях проведения проверки отчетности по закупочной карте, предоставленной работнику, в результате проведения комиссионной проверки установлен факт причинения работником ущерба на сумму 257 953 рублей 13 копеек: в нарушение должностной инструкции и положений Соглашения с владельцем карты, работником совершены личные покупки на сумму 157 160 рублей за период с 7 июля по 4 декабря 2021 года и на сумму 100 793 рублей 13 копеек за период с 7 июля по 6 декабря 2021 года; после проведенной проверки, проведено служебное расследование, по итогам которого в адрес работника направлено требование о предоставлении письменных объяснений, для установления причины возникновения ущерба на указанную сумму. Ответчик письменно указал о невозможности подтверждения данных расходов и направления отчета по совершенным операциям. Результаты проверки направлены в адрес работника, с предложением компенсировать в добровольном порядке сумму ущерба, который на момент рассмотрения дела в суде, работником не возмещен.

Судом постановлено вышеизложенное решение.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит решение суда отменить, принять новое об отказе в удовлетворении требований, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права. Считает, что суд первой инстанции, удовлетворяя требования работодателя о взыскании с ответчика материального ущерба, нормы трудового законодательства, определяющие условия и порядок возложения на работника материальной ответственности за причиненный работодателю при исполнении трудовых обязанностей имущественный ущерб, не применил, вследствие чего обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, не установил. Указывая на то, что ФИО2 как работник несет полную индивидуальную материальную ответственность за ущерб, причиненный работодателю, ссылаясь на то, что это было предусмотрено условиями трудового договора, и взыскивая в пользу работодателя материальный ущерб в размере, превышающем средний заработок, суд не учел то, что условия возложения на работника полной индивидуальной материальной ответственности установлены в статьях 242 - 244 Трудового кодекса Российской Федерации, однако их наличие судом не выяснялось. Из приведенных правовых норм следует, что основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Она заключается в обязанности работника возместить причинённый работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Суд первой инстанции не учел то, что договор о полной материальной ответственности с ответчиком не заключался, а содержащееся в трудовом договоре условие о том, что он является материально ответственным лицом, не освобождает работодателя от бремени доказывания юридически значимых обстоятельств, необходимых для возложения на работника полной материальной ответственности. Также считает, что отсутствие авансового отчета не подтверждает несение расходов по карте в личных целях, ответчиком должна была проведена инвентаризация до увольнения работника, факт недостачи товарно-материальных ценностей на карте и растраты их в личных целях при проведении инвентаризации судом не установлен. Работодатель не вправе был заключать договор о полной материальной ответственности, если должность работника не предусмотрена перечнем. При увольнении ответчиком было подписано соглашение об отсутствии каких-либо материальных претензий со стороны работодателя. Вывод суда о том, что факт наличия ущерба у работодателя по вине ответчика нашел свое подтверждение, является неправомерным, поскольку ответчиком не были предоставлены, а судом не были запрошены сведения какой товар и по какой стоимости покупал ответчик.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» считает, что суд правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства. Просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик ФИО2 не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в сети «Интернет»; о причине неявки не сообщил, заявлений и ходатайств об отложении слушания дела не заявил. В связи с чем, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося ответчика.

Исследовав материалы дела, пояснения представителя ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, проверив законность и обоснованность судебного решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу наличии оснований, предусмотренных частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения в апелляционном порядке решения суда, поскольку оно в части постановлено не в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 с 15 августа 2013 года работал в закрытом акционерном обществе «ПГО «Тюменьпромгеофизика» (ныне АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика»), с 15 марта 2017 года переведен начальником отдела экспедиции сопровождения бурения скважин; с 24 июня 2019 года переведен начальником экспедиции сопровождения бурения скважин / Аппарат управления ЗАО «ПГО «Тюменьпромгеофизика».

25 июля 2019 года между ФИО2 и АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» заключено Соглашение с владельцем карты по Программе закупочной карты Шлюмберже, карта является именной, выдана получателю «(ФИО)1», присвоен личный номер (GIN) (номер)

Согласно пункту 4.1 Процедуры по работе с закупочными картами в России и Странах Центральной Азии «Шлюмберже» (далее Процедуры по работе с закупочными картами) держатель карты гарантирует использование закупочной карты исключительно в коммерческих целях Компании, обязуется подписать Контракт о полной финансовой ответственности, обязуется осуществлять сверку взаиморасчетов по всем транзакциям, с предоставлением чеков/инвойсов за каждую покупку в электронной или бумажной форме.

В силу пункта 6.2 Процедуры по работе с закупочными картами запрещено оплачивать закупочной картой личные покупки, обслуживание транспортных средств и расходные материалы, развлечения, подарки, топливо.

Согласно дополнительному соглашению к трудовому договору №576-13 от 15 августа 2013 года, подписанному истцом и ответчиком 26 мая 2022 года, стороны пришли к обоюдному согласию о расторжении трудовых отношений с 31 мая 2022 года по соглашению сторон на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со служебной запиской ведущего бухгалтера от 30 мая 2022 года установлено, что за ФИО2 числится задолженность в размере 257 953 рублей 13 копеек, образовавшаяся ввиду непредставления авансовых отчетов по закупочной карте.

На основании приказа от 31 мая 2022 года №ТПГ-57 ФИО2 уволен с 31 мая 2022 года; действие трудового договора прекращено по соглашению сторон на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Приказом от 20 июня 2022 года №125/1-П ответчиком проведено служебное расследование, в результате которого ФИО2 направлено требование о предоставлении письменных объяснений для устранения причины возникновения ущерба у работодателя.

Из возражений ответчика следует, что ФИО2 не имеет возможности подтвердить данные по расходам и направить отчет по совершенным операциям, вместе с тем считает требования АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» о выплате суммы в размере 257 953 рублей 13 копеек необоснованными, поскольку в дополнительном соглашении стороны пришли к тому, что не имеют друг к другу каких-либо обязательств, в связи с чем ответчик не должен погашать возникшую задолженность.

В материалах дела представлены выписки по счету корпоративной карты за 31 июля 2021 года, 31 августа 2021 года, 30 сентября 2021 года, 31 октября 2021 года, 30 ноября 2021 года, 31 декабря 2021 года, в которых представлена информация о транзакциях ответчика.

1 марта 2023 года АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» составлен акт по факту причинения работником ущерба, из которого следует, что до января 2021 года ФИО2 использовал закупочную карту, предоставлял авансовые отчеты и подтверждающие документы, после указанной даты авансовые отчеты ФИО2 представлять перестал. 6 декабря 2021 года корпоративная закупочная карта была заблокирована, выявлено отсутствие авансовых отчетов на сумму 274 793 рубля 48 копеек. В адрес ответчика направлено требование о возмещении ущерба. По требованию финансового отдела ответчик представил скан-копии подтверждающих документов на сумму 16 840 рублей 35 копеек, задолженность была уменьшена до 257 953 рублей 13 копеек; 28 и 30 мая 2022 года ответчиком представлены скан-копии чеков, по результатам сверки чеков с банковской выпиской установлено, что чеки не относятся к расходам по закупочной карте, о чем сообщено ФИО2

Истец, полагая, что поскольку материальный ущерб учреждению был причинен ФИО2 умышленно, то в силу статьи 242, пункта 3 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации имеются основания для возложения на него полной материальной ответственности по возмещению такого ущерба, просил суд взыскать с ФИО2 материальный ущерб в размере 257 953 рублей 13 копеек.

Разрешая спор и удовлетворяя требования АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» о взыскании с ФИО2, причиненного материального ущерба, суд первой инстанции пришел к выводу о возложении на ФИО2 материальной ответственности в полном размере причинённого ущерба.

При этом суд со ссылкой на положения статей 232, 233, 238, 241, 242, 243, 247, 248 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснения, содержащиеся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", исходил из того, что ответчику, занимавшему должность категории «руководители» выдана корпоративная закупочная карта, между сторонами подписано Соглашение с владельцем карты по Программе закупочной карты Шлюмберже, ответчик несет ответственность за причинение материального ущерба, о чем указано в пункте 4.3 Должностной инструкции, с которой он ознакомлен, о чем свидетельствует его личная подпись, будучи владельцем закупочной карты, принял личную ответственность за надлежащее её использование, осознавал, что компания будет проводить проверку использования карты, что не может пользоваться закупочной картой для приобретения запрещенных товаров, в период с 07 июля 2021 года по 04 декабря 2021 года ответчиком в нарушение условий Соглашения совершены покупки в магазинах бытовой техники, продовольственных магазинах, магазинах детской одежды, видеоигровых залах, продуктовых супермаркетах, парикмахерских и салонах красоты, магазинах мужской и женской одежды, обувных магазинах на сумму 157 160 руб., а также в период с 07 июля 2021 года по 06 декабря 2021 года на сумму 100 793, 13 руб. на автозаправках, автопарковке в Сочи, магазинах автозапчастей и аксессуаров, цветочных магазинах и в магазинах строительных материалов, чем истцу причинен ущерб; факт вины ФИО2, противоправности его поведения и причинения ущерба истцу доказан в ходе судебного разбирательства, обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, не установлено, вследствие чего пришел к выводу о том, что причиненный ответчиком материальный ущерб истцу подлежит взысканию с него в полном объеме в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия с такими выводами суда первой инстанции согласиться не может, поскольку они основаны на ненадлежащей оценке доказательств по делу, приняты не в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и нормами материального права, регулирующего спорные правоотношения.

Частью первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с этим кодексом и иными федеральными законами.

Согласно части третьей статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника» определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть первая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть вторая статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Порядок привлечения работника к материальной ответственности определен в статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба.

В соответствии с частью 2 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации, если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей (пункт 1); недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу (пункт 2); умышленного причинения ущерба (пункт 3); причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда (пункт 5); причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей (пункт 8).

Порядок и условия заключения письменного договора о полной материальной ответственности регламентированы положениями статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации, из содержания которой следует, что необходимым условием для заключения такого договора является непосредственное обслуживание или использование работником денежных, товарных ценностей или иного имущества.

В силу части первой статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части второй статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» (далее постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52) даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52).

На основании вышеизложенного следует, что бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. Расторжение трудового договора после причинения работником ущерба работодателю не влечет за собой освобождение работника от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации, в случае установления работодателем факта причинения работником ущерба при исполнении трудовых обязанностей. Трудовое законодательство не содержит норм, ограничивающих возможность проведения работодателем проверки по факту выяснения обстоятельств причинения материального ущерба и определения размера ущерба после расторжения трудового договора с работником.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что он не может быть привлечен к материальной ответственности, так как с истцом было подписано соглашение об увольнении без взаимных притязаний по материальным требованиям, судебная коллегия признает несостоятельным, поскольку указанное в соглашение условие об отсутствии со стороны истца материальных требований к ответчику, в рамках вышеприведенных норм, правового значения не имеет.

Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность. Одним из таких случаев полной материальной ответственности является умышленное причинение работником ущерба работодателю (пункт 3 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации). Наличие основания для привлечения работника к полной материальной ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.

Возложение на работника обязанности по возмещению причиненного работодателю материального ущерба в полном объеме возможно только при соблюдении работодателем порядка и условий заключения с работником договора о полной индивидуальной материальной ответственности. Обязанность же доказать наличие оснований для заключения договора о полной индивидуальной материальной ответственности за причинение ущерба и соблюдение правил заключения такого договора возложена законом на работодателя.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации).

Такой Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, а также типовая форма договора о полной индивидуальной материальной ответственности утверждены постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года № 85.

Согласно подпункту 1 должностной инструкции начальника Экспедиции сопровождения бурения скважин указанная должность относится к категории руководителей. С должностной инструкцией ФИО2 ознакомлен под роспись.

Между тем, вопреки выводам суда первой инстанции и возражений истца о том, что независимо от того заключен ли с ответчиком договор о полной материальной ответственности, ФИО2 относится к категории руководителей, поэтому несет полную материальную ответственность, должность ответчика хотя и отнесена к категории руководителей, но исключает возможность возложения на этих работников такой ответственности, поскольку по указанной должности отсутствует распорядительно-финансовая функция, обязанность по обслуживанию материальных ценностей, в том числе получения денежных средств.

При таких обстоятельствах, учитывая то, что должность, которую занимал ответчик, не относится к должностям, по которым может быть заключен договор о полной материальной ответственности, ФИО2 по роду деятельности не может быть привлечен к полной материальной ответственности.

Давая правовую оценку действиям ФИО2 по использованию закупочной карты Шлюмберже и полученного по ней товара, судебная коллегия исходит из того, что ее использование было обусловлено исполнением ответчиком трудовых обязанностей по обеспечению работодателя оборудованием и иными расходными материалами необходимыми для работы нефтяного оборудования. Закрепление за работником закупочной карты Шлюмберже в данном случае не является вверенным ФИО2 имуществом, которое по смыслу пункта 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации, могло бы повлечь для него наступление полной материальной ответственности, поскольку фактически представляет собой материально-техническое средство, используемое и необходимое для исполнения трудовой функции.

Рассматривая доводы апелляционной жалобы, с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 43-44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», судом апелляционной инстанции истцу и ответчику было предложено предоставить соответствующие доказательства (сведения о среднем заработке работника), которые судебной коллегией в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приняты в качестве новых доказательств, поскольку они подтверждают юридически значимые обстоятельства.

Согласно справке от 25 августа 2023 года №1 АО «ПГО «Тюменьпромгеофизика» среднемесячная заработная плата ФИО2 составляет 210 044 рубля 73 копейки.

Между тем, руководствуясь положениями статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», принимая во внимание обстоятельства возникновения материального ущерба, степень вины ответчика, исходя из установленных по делу обстоятельств, и представленных в материалы доказательств, характеризующих материальное и семейное положение ФИО2, который имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения и супругу, ежемесячный его заработок составляет около 90 000 рублей, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возможности снижения взыскиваемого с ответчика материального ущерба до 150 000 рублей, изменив в указанной части решение суда первой инстанции.

Правила статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, применяются судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. Снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не производится в единственном случае, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях.

Доказательств причинения ущерба преступлением, совершенным в корыстных целях, в материалах дела не имеется.

Поскольку факт причинения ответчиком ущерба при исполнении трудовых обязанностей нашел свое подтверждение, принимая во внимание недоказанность наличия оснований для возложения на ответчика полной материальной ответственности, предусмотренных статьей 243 Трудового кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для частичной удовлетворении требований истца, ограничив размер материальной ответственности ФИО2 размером его среднемесячного заработка.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 98 Кодекса стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку судом апелляционной инстанции решение суда изменено, то и взысканный с ответчика в пользу истца размер судебных также подлежит изменению с 5 779 рублей 53 копеек до 4 200 рублей.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Мегионского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 12 мая 2023 года изменить, уменьшив размер взысканного с ФИО2 в пользу акционерного общества «Производственное геофизическое объединение «Тюменьпромгеофизика» прямого ущерба с 257 953 рублей 13 копеек до 150 000 рублей; государственной пошлины с 5 779 рублей 53 копеек до 4 200 рублей.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено 1 сентября 2023 года.

Председательствующий Ишимов А.А.

Судьи Максименко И.В.

Ковалёв А.А.