РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02.05.2023 года г. Самара

Октябрьский районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Мининой О.С.,

при секретаре судебного заседания Алексеевой О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-489/2023 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительными сделок купли-продажи квартиры,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что ФИО1 до 13.11.2019 г. на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: адрес, кадастровый номер объекта №... 13.11.2019 г. между ФИО1 и ответчицей ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому ФИО1 продал, а ФИО2 купила в собственность квартиру. Цена сделки обозначена в сумме 2 500 000 рублей. После государственной регистрации перехода права на имя ФИО2 был заключен следующий договор – договор купли-продажи квартиры от 04.12.2019 г. между ФИО2 и ФИО3, согласно которому ФИО2 продала, а ФИО4 купил в собственность квартиру. Цена сделки обозначена в сумме 2 500 000 рублей. Истец ФИО1 считает, что обе указанные сделки являются мнимыми, совершены для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия. Указанной квартирой по-прежнему пользуется и управляет истец ФИО1 Никаких денежных средств от указанных сделок ни ФИО1, ни ФИО2 не получили. Схему с заключением названных двух сделок предложил осуществить сын истца ФИО3 Целью осуществления схемы с двумя указанными сделками в отношении названной квартиры явилась необходимость оформления на имя ФИО4 названной квартиры как бы приобретенной не от родственника, а от чужого человека, что помогло бы в будущем получить от банка кредитные средства на развитие бизнеса ФИО4, поскольку заемщик выглядел бы для банка «солидным» клиентом, обладающим собственным жильем. Ни реально покупать названную квартиру, ни реально проживать в ней ответчики не планировали. После реализации плана с получением кредитных средств на развитие бизнеса ФИО4 обещал обратно переоформить названную квартиру на имя истца. Однако, ответчик ФИО4 обещание не выполнил, указанную квартиру на имя своего отца ФИО1 не переоформил.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1, с учетом уточненний исковых требований, просит суд признать недействительным ничтожный договор купли-продажи квартиры от 13.11.2019 г. Признать недействительной расписку ФИО1 от 13.11.2019 г., в связи с безденежностью. Признать недействительным ничтожный договор купли-продажи квартиры от 04.12.2019 г. Применить последствия недействительности сделок: прекратить право собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером №... расположенную по адресу: адрес. Восстановить в Едином государственном реестре недвижимости право собственности ФИО1 на квартиру с кадастровым номером №... расположенную по адресу: адрес.

Протокольными определениями от 07.12.2022 г. и от 03.04.2023 г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены: ФИО5, Отдел опеки и попечительства Железнодорожного и Октябрьского районов г. Самары.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО6, действующий на основании доверенности, исковые требования, с учетом их уточнения, поддержали в полном объеме, дав пояснения, аналогичные иску.

В судебном заседании ответчик ФИО2, возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям письменного возражения.

Ответчик ФИО3 исковые требования признал, просил удовлетворить.

В судебном заседании представитель третьего лица ФИО7 – ФИО8, действующая на основании доверенности, полагала, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

В судебном заседании представитель Отдел опеки и попечительства Железнодорожного и Октябрьского районов г. Самары ФИО9, действующая на основании доверенности, удовлетворение исковых требований оставила на усмотрение суда, с учетом интересов несовершеннолетнего ребенка.

Иные участники процесса в судебное заседание не явились, причину неявки суду не сообщили, об отложении дела не просили, извещены надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле и их представителей, изучив материалы дела, приходит к следующему выводу.

В силу статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Статьей 549 ГК РФ установлено, что по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Исходя из п. 1 ст. 551 ГК РФ, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости от продавца к покупателю подлежит государственной регистрации.

В силу п. 2 ст. 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации.

В соответствии со ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаю форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, названные в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договора данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1, ч. 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как следует из положений п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Установлено и подтверждается материалами дела, 13.11.2019 г. между ФИО1 и ответчицей ФИО2 заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому ФИО1 продал, а ФИО2 купила в собственность квартиру, по адресу: адрес, стоимость которой, согласно п. 2.1. договора, составляет 2 500 000 руб.

После государственной регистрации перехода права на имя ФИО2 заключен следующий договор – договор купли-продажи указанной квартиры от 04.12.2019 г. между ФИО2 и ФИО3, согласно которому ФИО2 продала, а ФИО4 купил в собственность квартиру, стоимость которой также определена в сумме 2 500 000 рублей.

Вместе с тем, ФИО1 считает, что обе указанные сделки являются мнимыми, совершены для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, расписка является безденежной и также не создающей правовые последствия. Указанной квартирой по-прежнему пользуется и управляет истец ФИО1 Никаких денежных средств от указанных сделок ни ФИО1, ни ФИО2 не получили.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Для признания сделки мнимой на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Неисполнение одной стороной сделки своих обязательств само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. Исполнение договора хотя бы одной из сторон уже свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункта 1 статьи 170 указанного Кодекса).

Таким образом, обязательным условием признания сделки мнимой является отсутствие у ее сторон намерения создать соответствующие правовые последствия этой сделки.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п.2 оспариваемого договора купли-продажи от 13.11.2019 г. отчуждаемая квартира оценена сторонами в 2 500 000 рублей. Стоимость объекта оплачивается за счет собственных денежных средств Покупателя. Денежные средства в размере 2 500 000 рублей переданы в полном объеме Продавцу Покупателем до подписания Договора, (п.п. 2.2.1, 2.2.2 Договора).

Аналогичные условия содержатся также в Договоре купли-продажи от 04.12.2019 г., заключенного между ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель).

Установлено, что после заключения и подписания договора купли-продажи спорной квартиры от 13.11.2019 г. стороны по сделке совершили определенные действия: истец и ответчик ФИО2 подали заявление в регистрирующий орган о совершенной сделке, предоставив 3 экземпляра подписанного ими договора купли-продажи, а также чек об оплате ФИО2 госпошлины за оказание государственных услуг в сумме 2 000 рублей.

Из представленной суду ответчиком ФИО2 описи документов, принятых для оказания государственных услуг – регистрации перехода права по договору купли-продажи от 13.11.2019 г., следует, что других документов, кроме совместного заявления сторон о государственной регистрации прав, договоров купли-продажи и чека об оплате государственной пошлины, предоставлено не было.

Из материалов гражданского дела также следует, что запись о регистрации права внесена в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним 18.11.2019 г. №.... Договор купли-продажи квартиры с отметкой о государственной регистрации получен ФИО2 в регистрирующем органе.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

По смыслу ст. 550, 558 ГК РФ договор купли-продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Из анализа оспариваемого договора купли-продажи от 13.11.2019 г. следует, что договор подтверждает наличие воли ФИО1 на продажу принадлежащей ему квартиры. Истец подтвердил в судебных заседаниях, что он лично присутствовал при составлении договора купли-продажи, лично явился в регистрирующий орган, лично подписал договор купли-продажи, а также заявление о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру к ФИО2 Также истец не отрицает, что собственноручно написал расписку о получении полного расчета за проданную квартиру в размере 2 500 000 рублей.

Каких-либо доказательств того, что денежные средства ФИО2 истцу по договору купли-продажи от 13.11.2019 г. не передавались, ФИО1 суду не представлено.

Доводы истца о том, что расписка являлась безденежной, написана им для представления в регистрирующий орган вместе с договором купли-продажи в подтверждение расчета по договору, не могут быть приняты во внимание, поскольку из исследованных документов следует, что указанная расписка о получении расчета за квартиру с договором купли-продажи на регистрацию не представлялась.

Также не свидетельствуют о безденежности расписки доводы истца об отсутствии на его счетах в банках денежной суммы, полученной от ФИО2 за проданную квартиру. Расчет произведен наличными денежными средствами, подтвержден представленной ФИО2 распиской, написанной лично истцом и поэтому не требует подтверждения выписками с банковских депозитов истца.

Утверждения представителя истца о том, что ФИО2 не имела денежных средств для расчета за квартиру, в подтверждение безденежности расписки, ничем не обоснованы.

Из объяснений ФИО2, данных в ходе рассмотрения дела по существу, установлено, что на момент заключения сделки она имела сбережения в размере 1 000 000 рублей, которые хранила дома. Деньги в сумме 1 000 000 рублей на приобретение квартиры для внучки ФИО7 получила безвозмездно от свекрови, матери бывшего мужа, а не достающие 500 000 рублей взяла в долг у ФИО10 Из показаний ФИО2 также установлено, что ее совокупный месячный доход составляет 70 - 80 тысяч рублей, она имеет постоянное место работы, подрабатывает по найму у физических лиц, а также выращивает ягоды, фрукты и овощи на продажу на своем приусадебном участке.

Показания ФИО2 подтверждаются представленными ею доказательствами: согласно сведений о наличии банковских счетов, доходах и расходах ответчика, на ноябрь 2019 г. у нее имелись банковские вклады в Сбербанке и Россельхозбанке. Сумма поступивших на счет банка СБЕР денежных средств за период 2019 года составил более 1 000 000 рублей.

Кроме того, допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 подтвердила суду, что ФИО2 на момент заключения сделки располагала денежной суммой в размере 1 000 000 рублей, которые хранила дома, от своей свекрови получила деньги в сумме 1 000 000 рублей, а 500 000 рублей взяла в долг у свидетеля (т.е. ФИО10).

Свидетель ФИО11 также подтвердила, что ФИО2 хранит дома наличные денежные средства, кроме места работы в ООО «Электрощит» подрабатывает уборщицей, на приусадебном участке площадью 12 соток выращивает рассаду, ягоды, фрукты и овощи на продажу, в 2019 г. выполнила косметический ремонт ее (т.е. свидетеля) квартиры, получив за работу 200 000 рублей.

При этом, указанные свидетели подтвердили также намерения ФИО2 на приобретение отдельной квартиры для дочери – ФИО7

Таким образом, исследованные доказательства не подтверждают доводы истца и его представителя о безденежности расписки, написанной истцом в подтверждение расчета по договору купли-продажи от 13.11.2019 г., оснований для признания ФИО2 неплатежеспособной на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи не имеется.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что покупателем ФИО2 условия договора купли-продажи о расчете за приобретенную квартиру исполнены.

Соответственно, оснований для признания недействительной расписки ФИО1 от 13.11.2019 г., в связи с ее безденежностью, у суда не имеется.

Ответчик ФИО2 в подтверждение доводов о том, что действительно имела намерение купить у ФИО1 и купила квартиру в адрес, сослалась на следующие доказательства: личные подписи истца в договоре купли-продажи квартиры, подтверждающие получение денежной суммы в размере 2 500 000 рублей; расписку ФИО1 о расчете за квартиру по договору купли-продажи; наличие правоустанавливающих документов истца на спорную квартиру, переданных ей после совершения сделки, показания свидетелей ФИО10 и ФИО11 Данные доказательства подтверждаются материалами дела, являются допустимыми, относимыми, не противоречащими друг другу и согласующимися с объяснениями ФИО2 и установленными обстоятельствами.

Не соответствуют действительности утверждения истца о том, что оспариваемые им сделки являются мнимыми, совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, реально покупать и проживать в квартире ответчики не планировали.

Применительно к договору купли-продажи мнимость сделки исключает намерение продавца прекратить свое право собственности на предмет сделки и получить от покупателя денежные средства, а покупатель, со своей стороны, не намерен приобрести право собственности на предмет сделки и оплатить его в соответствии с условиями договора.

Из изложенного выше установлено, что истец на момент совершения сделки имел намерение прекратить право собственности на спорную квартиру, что подтверждается получением денежных средств от покупателя. Кроме того, в ходе рассмотрения дела установлено, что содержание спорной квартиры для истца было обременительно, образовалась задолженность по коммунальным платежам, которая погашалась уже после продажи квартиры на основании судебного приказа.

В свою очередь, свидетель ФИО12, супруга истца, в судебном заседании пояснила, что ранее, до заключения оспариваемой сделки от 13.11.2019 г., спорная квартира была выставлена истцом на продажу.

Из показаний ответчика ФИО2 следует, что ей не было известно о намерении истца заключить мнимую сделку, ей о таких условиях никто не говорил. Спорную квартиру она покупала исключительно для дочери ФИО7

Показания ФИО2 соответствуют действительности и подтверждаются следующим: в исковых заявлениях ФИО1, а также в отзыве на иск ответчика ФИО4 отсутствуют сведения о том, что они предупреждали ФИО2 что сделки оформляются только для вида, и что ответчик дала согласие на заключение мнимой сделки. Истец подтвердил суду, что с ФИО2 о цели заключения сделки не разговаривал, ни о чем ее не просил.

Свидетель ФИО12 подтвердила, что договоренности с ФИО2 не могло быть, поскольку отношения между ними не сложились. При этом факт заключения договора купли-продажи от 04.12.2019 г., подтверждает, что спорная квартира ФИО2 приобретена для дочери, т.к. действительно передана ФИО4 и ФИО7 в совместную собственность.

Истцом не представлено достоверных доказательств подтверждающих, что спорная квартира после ее продажи находится в его владении и пользовании, что именно им производился ремонт в квартире, с его счетов оплачиваются коммунальные услуги. Представленные истцом выписки из Тинькофф банка не содержат сведений о плательщике, а также о счетах, с которых производилось списание денежных средств. Вместе с тем, из материалов гражданского дела следует, что спорная квартира находится в пользовании семьи ФИО4 С мая 2020 г. он проживал в спорной квартире, был в ней зарегистрирован до момента расторжения брака с ФИО7, до настоящего времени в квартире зарегистрирована несовершеннолетняя ФИО5, дата рождения.

Доводы представителя истца, о том, что после заключения договора купли – продажи 13.11.2019 г. ФИО7 попыток по вселению в спорное жилое помещение не предпринимала, не могут быть приняты во внимание, поскольку в ходе рассмотрения дела по существу установлено и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, что в приобретенной квартире требовалось проведение ремонта, проживать там было невозможно.

Из пояснений ФИО2, а также представителя ФИО7 следует, что ключи от спорной квартиры находились у ФИО3, который на тот момент являлся супругом ФИО7, который и должен был производить ремонт в указанной квартире.

Истец ФИО1, а также ответчик ФИО3 не оспаривали тот факт, что ФИО3 действительно имел доступ в указанную квартиру и участвовал в проведении ремонта.

В силу п.1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в надлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

При рассмотрении настоящего спора установлено, что все требования закона, предъявляемые к договору купли-продажи квартиры при оформлении и заключении оспариваемого договора купли-продажи от 13.11.2019 г. сторонами соблюдены и выполнены.

Сделка по форме и содержанию соответствует закону, исполнена сторонами, переход права собственности зарегистрирован, то есть воля сторон была направлена на переход права собственности на спорное имущество; доказательств того, что стороны по сделке купли-продажи имущества преследовали иную цель, и их действия не были направлены на переход права собственности, истцом не представлено.

Таким образом, оснований для признания договора купли-продажи квартиры мнимой сделкой в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку намерения и волеизъявления ответчиков, как сторон сделки, полностью соответствовали условиям договора, а совершенными действиями стороны подтвердили свои намерения заключить в реальности оспариваемый договор и создать соответствующие ему правовые последствия.

Позиция стороны истца о том, что договор купли-продажи был оформлен лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

При этом, суд учитывает также, что в настоящее время брак между ФИО7 и ФИО3 расторгнут, при этом, установлено, что между сторонами имеется спор о праве на имущество и согласно пояснениям ФИО1, спорная квартира не может являться совместно нажитым имуществом супругов, поскольку квартира принадлежит ему.

Поскольку договор купли-продажи от 13.11.2019 г. соответствует требованиям закона, не имеется оснований и для признания недействительным договора купли-продажи спорной квартиры от 04.12.2019 г., который также по форме и содержанию соответствует закону, исполнен сторонами, переход права собственности зарегистрирован, то есть воля сторон была направлена на переход права собственности на спорное имущество; доказательств того, что стороны по сделке купли-продажи имущества преследовали иную цель, и их действия не были направлены на переход права собственности, истцом не представлено. В свою очередь, ФИО1 стороной по данному договору купли – продажи от 04.12.2019 г. не являлся.

В свою очередь, суд не может принять во внимание признание иска ответчиком ФИО3, по вышеизложенным мотивам.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Уточненные исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительными сделок купли-продажи квартиры, признании недействительной расписки, в связи с безденежностью, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд Октябрьский районный суд г. Самары в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 10.05.2023 г.

Судья подпись Минина О.С.

Копия верна.

Судья:

Секретарь: