УИД 74RS0032-01-2025-004406-66
Дело № 2-3146/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
17 октября 2025 года г. Миасс
Миасский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Кондратьевой Л.М.,
при секретаре Чемис А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Автомобильный завод «УРАЛ» о компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «АЗ «Урал» о взыскании компенсации морального вреда в сумме 1000000 руб., судебных расходов в сумме 30000 руб. (л.д.5-6).
В обоснование иска указано, что ФИО1 с ДАТА работала на АО «АЗ «Урал», ДАТА. года ей было установлено профессиональное заболевание – .... Актом НОМЕР о случае профессионального заболевания от ДАТА установлено, что причиной заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ в результате работы у ответчика. Степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 20%. Актом НОМЕР о случае профессионального заболевания от ДАТА установлен диагноз - .... Степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 10%. В результате полученного профессионального заболевания ей причинен моральный вред, который должен быть возмещен ответчиком. Истец также просила взыскать судебные расходы в размере 30000 руб..
Представитель ответчика АО «АЗ «Урал» ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, просила о применении требований разумности и соразмерности к сумме морального вреда в случае, если иск будет удовлетворен, посчитала завышенной и несоразмерной стоимость судебных расходов.
Истец ФИО1, представитель истца ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена.
Заслушав представителя ответчика, заключение прокурора Бояринова С.С., полагавшего, что требования истца подлежат удовлетворению с учетом разумности и справедливости, исследовав все материалы дела, суд считает, что пришел к следующим выводам.
В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
По общему правилу, предусмотренному в п.2 ст.1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Согласно п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как указано в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.14 постановления №33 от 15.11.2022г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.46 постановления №33 от 15.11.2022г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.47 постановления №33 от 15.11.2022г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В соответствии с правилами ч. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В судебном заседании установлено, что ФИО1 по состоянию на ДАТА. работала на АО «АЗ «Урал» в должности наждачника участка обрубки, очистки и термообработки литья Литейного цеха НОМЕР Литейного производства АО «Автомобильный завод «УРАЛ» (Том 1 л.д.149-164).
Актом о случае профессионального заболевания от ДАТА НОМЕР подтверждается наличие вредных факторов производственной среды, в литейном цехе НОМЕР литейного производства АО «АЗ «Урал» (Том 1 л.д.11-12), в которых работал истец.
Как следует из акта, ДАТА. в территориальный отдел в г. Миассе и г.Карабаше поступило извещение НОМЕР от ДАТА. согласно которому, по результатам обследования дано заключение о наличии у ФИО1 хронического профессионального заболевания (Том 1 л.д.11).
Согласно акту у ФИО1 при медицинском осмотре выявлено профессиональное заболевание «...».
Причиной профессионального хронического заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных веществ – фиброгенной пыли с содержанием свободной двуокиси кремния более 10%.
Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: ФИО1, работая наждачником в Литейном цехе НОМЕР АО «АЗ «Урал» участок обрубки, очистки и термообработки литья из-за несовершенства технологического процесса и техоборудования, подвергалась воздействию кремний содержащих аэрозолей.
У ФИО1 при медицинском осмотре выявлено профессиональное заболевание «силикоз» (Том 1 л.д.11-12).
После переосвидетельствования ДАТА. ФИО1 установлена инвалидность бессрочно, со степенью утраты профессиональной трудоспособности 20% (Том1 л.д.28, 28оборот).
Кроме того, актом о случае профессионального заболевания от ДАТА НОМЕР подтверждается наличие вредных факторов производственной среды, в литейном цехе НОМЕР литейного производства АО «АЗ «Урал» (Том 1 л.д.9-10), в которых работал истец.
Как следует из акта, ДАТА. в территориальный отдел в г. Миассе и г.Карабаше поступило извещение НОМЕР от ДАТА. согласно которому, по результатам обследования дано заключение о наличии у ФИО1 хронического профессионального заболевания (Том 1 л.д.9-10).
Согласно акту у ФИО1 при медицинском осмотре выявлено профессиональное заболевание «...».
Причиной профессионального хронического заболевания послужило воздействие на организм ФИО1 локальной вибрации.
Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: ФИО1, работая наждачником в Литейном цехе НОМЕР АО «АЗ «Урал» участок обрубки, очистки и термообработки литья из-за несовершенства технологического процесса и техоборудования, подвергалась локальной вибрации (п.17 акта).
У ФИО1 при медицинском осмотре выявлено профессиональное заболевание «...» (Том1 л.д.9-10).
После переосвидетельствования ДАТА ФИО1 установлена инвалидность бессрочно, со степенью утраты профессиональной трудоспособности 10% (Том1 л.д.28, 28оборот).
Таким образом, в судебном заседании нашел подтверждение факт того, что по вине ответчика АО «АЗ «Урал» у истца возникло профессиональное заболевание, что повлекло к установлению 10% (вибрационная болезнь) и 20% (силикоз) утраты профессиональной трудоспособности.
Положениями ст.1083 ГК РФ предусмотрено, что вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.
Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Как разъяснено в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.
Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Наличие умысла истца, а также грубой неосторожности в получении профессионального заболевания в ходе расследования не установлено, как следует из актов, степень вины ФИО1 не установлена.
Суд также не усматривает в действиях истца наличие грубой неосторожности.
Разрешая требования истца в части суммы компенсации морального вреда подлежащей взысканию суд пришел к следующему.
Судом установлено, что после получения профессионального заболевания, как в ДАТА., так и в ДАТА., ФИО1 неоднократно находилась на лечении с вышеуказанными диагнозами (Том1 л.д.13-20, 25, 68-95, 175-247, Том2 л.д.1-32), которыми было рекомендовано лечение и прописаны лекарственные препараты.
Степень утраты степень утраты трудоспособности ФИО1 установлена 10% - вибрационная болезнь, 20% - силикоз, в результате чего ФИО1 бессрочно установлена инвалидность.
Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд в соответствии со ст. ст. 151, 1064, 1101 ГК РФ, руководствуясь принципом разумности и справедливости, учитывая все обстоятельства дела, индивидуальные особенности личности истца, возраст истца, тяжесть заболевания и степень утраты трудоспособности истца (10% (вибрационная болезнь) и 20% (силикоз)), сильнейший эмоциональный стресс при установлении диагноза, наличие инвалидности полученной в результате трудовой деятельности у ответчика, отсутствие в действиях самого истца грубой неосторожности, длительность лечения, установление инвалидности бессрочно, что свидетельствует о невозможности выздоровления ФИО1, степень перенесенных физических и нравственных страданий, последствия установленных диагнозов, выражающиеся в болевых ощущениях, регулярного приема лекарственных препаратов, отсутствие возможности продолжать привычный образ жизни, страх за свою жизнь, что несомненно отразилось на качестве жизни истца, наличие на иждивении истца в период установления диагноза несовершеннолетнего ребенка, соблюдая баланс интересов сторон, учитывая возражения ответчика о несоразмерности заявленных требований компенсации морального вреда, требования разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика АО «АЗ «УРАЛ» в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 350000 руб., отказывая истцу в удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, полагая заявленную сумму завышенной и не соответствующей требованиям разумности.
Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов, суд пришел к следующему выводу.
В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
В соответствии с ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В силу разъяснений абзаца 2 п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 21 января 2016 года "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.
Из разъяснений, содержащихся в п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016г. N1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", следует, что при определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Как разъяснено в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении: иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав; иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения).
При этом суд полагает, что требования ст.98 ГПК РФ о пропорциональном взыскании судебных расходов с ответчика в пользу истца не могут быть применимы, что прямо следует из п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», поскольку помимо требований имущественного характера, истцом заявлены требования о компенсации морального вреда, являющиеся требованиями неимущественного характера.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.30).
Таким образом, суду при определении разумности понесенных стороной расходов на оплату услуг представителя в каждом случае надлежит исходить из конкретных обстоятельств дела, а также учитывать принцип свободы договора, благодаря которому сторона может заключить договор со своим представителем на оказание юридических услуг на любую сумму. Однако это не должно нарушать принцип справедливости, и умалять прав другой стороны, которая вынуждена компенсировать судебные расходы на оплату услуг представителя выигравшей стороны, но с учетом принципа разумности.
Как следует из материалов дела, требования истца удовлетворены частично, взыскана с АО «АЗ «УРАЛ» в пользу ФИО1 компенсация морального вреда в размере 350000 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований истцу отказано.
В ходе рассмотрения дела ФИО1 понесены расходы на оплату услуг представителя 30000 руб..
Как следует из договора оказания юридических услуг НОМЕР от ДАТА. заключенного с ФИО3, исполнитель обязан оказать следующие услуги: подготовить исковое заявление АО «АЗ Урал» о взыскании компенсации морального вреда; представлять интересы заказчика в судебных органах – на основании выданной заказчиком доверенности и пр.; участвовать в судебных заседаниях Миасского городского суда; составление возражений на представленные ответчиком отзывы и документы; подготовка всех необходимых заявлений и ходатайств; оказание услуг по подготовке и сбору необходимых доказательств, оказание иных услуг (л.д.248-250).
Ответчиком поданы возражения о несоразмерности судебных расходов ФИО1 (л.д.114-115).
Предусматривая возможность последующей компенсации стороне понесенных по делу расходов за оказание юридических услуг, участия представителя, законодатель исходит из необходимости соблюдения судом принципа разумности. Понятие разумных пределов является оценочным и позволяет суду определять ко взысканию сумму понесенных стороной расходов с учетом конкретных обстоятельств по делу.
Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.07.2007 N 382-0-0, в соответствии с которой обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
Суд также учитывает сведения, предоставленные Южно-Уральской торгово-промышленной палатой, согласно которым стоимость юридических услуг в судах общей юрисдикции Челябинской области составила: устные консультации – 800 руб., письменные консультации – 1500 руб., составление иска – 3700 руб., составление апелляционной, кассационной, надзорной жалоб – 4300 руб., подготовка отзыва на иск, апелляционную, кассационную жалобы – 3900 руб., представительство в суде первой инстанции – 3300 руб. за одно заседание, в апелляционной и кассационной инстанциях – 4200 руб. за одно заседание, составление ходатайств и других процессуальных документов – 1000 руб. (Том 2 л.д.33).
Определяя размер подлежащих взысканию с АО «АЗ «Урал» в пользу ФИО1 расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает объем оказанных юридических услуг (представитель консультировал заказчика, составил и подал исковое заявление (Том 1 л.д.5-6), представитель истца принимала участие в 1 судебном заседании суда первой инстанции: ДАТА, также суд учитывает характер спора, количество времени, необходимого для составления указанных процессуальных документов и анализа представленных заказчиком документов, сложность дела, средний размер стоимости аналогичных услуг, возражения ответчика, принцип разумности и справедливости, и приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в размере 11000 руб., которые соотносятся, по мнению суда, с объемом оказанных заявителю услуг и объемом защищаемого права.
Учитывая, что истец при подаче иска о компенсации морального вреда была освобождена от уплаты госпошлины по делу, исковые требования судом удовлетворены частично, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3000 руб. (за требования неимущественного характера) в доход местного бюджета.
руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Взыскать с АО «Автомобильный завод «УРАЛ», ОГРН <***> в пользу ФИО1, ДАТА года рождения, паспорт (НОМЕР) компенсацию морального вреда в размере 350000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 11000 руб..
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к АО «Автомобильный завод «УРАЛ» о компенсации морального вреда, судебных расходов, - отказать.
Взыскать с АО «Автомобильный завод «Урал» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 3000 руб..
Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.
Председательствующий судья Л.М. Кондратьева
Мотивированное решение суда составлено 27.10.2025г.