Решение по делу № 2-1405/2024 от 09.06.2025 | Сибайский городской суд (Республика Башкортостан)

№ 2-48/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Сибай 26 мая 2025 года

Сибайский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Суфьяновой Л.Х.

при секретаре судебного заседания Цыкаловой Е.И.

с участием прокурора Азнабаева Р.И.,

истца ФИО2, ее представителя ФИО4,

представитель ответчика ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай ФИО5,

третьего лица ФИО6, ее представителя ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Центральная городская больница г. Сибай, Министерству здравоохранения Республики Башкортостан о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого вследствие некачественного оказания медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ГБУЗ РБ «Центральная городская больница г. Сибай», Министерству здравоохранения Республики Башкортостан о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого вследствие некачественного оказания медицинской помощи.

Исковые требования мотивируют тем, что приходилась супругой ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ. 09 июня 2024 года около 21.30 часов ФИО16 P.P. поступил в приемный покой с жалобами на <данные изъяты>, в 22.15 часов его экстренно госпитализировали по направлению дежурного врача в наркологическое отделение ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай, хотя алкоголь крайний раз он употребил лишь 02 июня 2024 года. В период с 03.06.2024 по 09.06.2024 спиртные напитки ФИО16 P.P. не употреблял. Утром 10 июня 2024 года (около 09.00 часов) по требованию лечащих врачей привезла лекарства по списку, где ей сообщили, что состояние ее супруга удовлетворительное. По приезду вечером этого же дня (в 17.00 часов) врачи наркологического отделения попросили привести взрослые памперсы, так как ему приготовили сильно действующие препараты, привязали к кровати, чтобы он не ходил. Привезла все по списку, однако врача на месте не оказалось, медицинский персонал сообщил, что врач будет на месте 11 июня 2024 года утром, все вопросы по лечению просили адресовать этому врачу. ДД.ММ.ГГГГ, около 09.00 часов позвонили с больницы, предложили забрать супруга с морга, указав, что не выдержало сердце после приема сильно действующего препарата. Не понимая каким образом за короткий промежуток времени (вечер ДД.ММ.ГГГГ до раннего утра ДД.ММ.ГГГГ) резко ухудшилось состояние здоровья супруга, в результате чего он умер, не получив вразумительный ответ о причинах его смерти, обратилась в страховую медицинскую компанию «Ресо-Мед» с заявлением о проведении проверки (экспертизы) качестве медицинской помощи, оказанной в ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению эксперта СМО «Ресо-Мед» от 17.07.2024 установлено, что при оказании медицинской помощи специалистами ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай ее супругу, обнаружены многочисленные дефекты оказания медицинской помощи: <данные изъяты>. Согласно заключению СМЭ № от 31.07.2024 смерть ФИО16 P.P. наступила в результате <данные изъяты>. Считает, что своими действиями (бездействием) работники ответчика причинили ей моральный вред, выраженный в эмоциональных и физических страданий в связи со смертью мужа, которая сейчас на иждивении содержит троих несовершеннолетних детей. Несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работником медицинских учреждений и смертью ребенка, дефекты оказания медицинской помощи состоят в связи с наступлением летального исхода у мужа истца. Именно в результате бездействия работников ответчика, начиная с ДД.ММ.ГГГГ и до дня смерти привели к таким печальным последствиям. Моральный вред оценивает в 4 000 000 рублей.

В ходе подготовки в форме беседы к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены заведующая наркологическим отделением ФИО8, врач-нарколог-психиатр ФИО9, медсестры ФИО10, ФИО11, поскольку итоговое решение по делу может повлиять на права или обязанности указанных лиц по отношению к одной из сторон.

Определением судьи от 06 декабря 2024 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена заведующая наркологическим отделением ГБУЗ РБ «Центральная городская больница г. Сибай», врач-нарколог ФИО6 В последующем процессуальное положение ФИО6 было заменено: с ответчика на третье лицо.

Определением судьи от 22 января 2025 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен врач-терапевт ФИО12

Истец ФИО2, ее представитель ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить иск в полном объеме по изложенным в нем основаниям.

Представитель ответчика – ГБУЗ РБ Центральная городская больница г. Сибай ФИО5 исковые требования не признала, просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Третье лицо ФИО6, ее представитель ФИО7 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, поддержали позицию стороны ответчика.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Республики Башкортостан, третьи лица заведующая наркологическим отделением ФИО8, врач-нарколог-психиатр ФИО9, медсестры ФИО10, ФИО11, врач-терапевт ФИО12 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены своевременно и надлежащим образом. Ответчик Министерство здравоохранения Республики Башкортостан представил возражение на исковое заявление, где просит исключить Министерство из числа ответчиков, в удовлетворении иска отказать, дело рассмотреть в отсутствие их представителя.

Принимая во внимание положения части 3 статьи 167 ГПК Российской Федерации, суд определил о рассмотрении дела при установленной явке.

Выслушав доводы стороны истца, изучив возражения стороны ответчика, третьего лица, представителей, изучив и оценив материалы дела, исследовав представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению в размере компенсации морального вреда, определенной судом с учетом принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Закона).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Закона).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Закона).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Закона).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с неполным проведением диагностических мероприятий, одновременного употребления нескольких лекарств, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

В ходе судебного разбирательства, в частности из постановления старшего следователя Сибайского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Башкортостан от 15 ноября 2024 года установлено, что 23 октября 2024 года в Сибайский межрайонный следственный отдел из ОМВД России по г. Сибаю поступил материал проверки по факту смерти ФИО16 P.P., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из объяснений ФИО13 установлено, что является супругом ФИО1, от брака имеется трое детей. ФИО3 до момента обращения в больницу употреблял алкоголь, но алкоголь покупал только в магазинах, поэтому употреблять суррогатный алкоголь не мог. После того, как он употребил спиртное, он стал жаловаться, что не может выспаться, что ему плохо. После он решил пойти самостоятельно в больницу. Так, ДД.ММ.ГГГГ он на машине за рулем обратился в больницу и лег на стационар в наркологическое отделение больницы. На следующий день позвонили и сообщили, что он умер. Не знает чем он мог отравиться, но у него были проблемы с желудком, именно поэтому он тяжело отходил от алкоголя. При этом ФИО3 сам выбрал туда лечь, т.е. в наркологию, что после укола он заснет, и ему станет легче. Каких-либо особых заболеваний, которые могли вызвать смерть ФИО3 не было.

Согласно заключению эксперта № следует, что смерть ФИО16 P.P. могла наступить от <данные изъяты> При судебно-медицинской экспертизе трупа телесные повреждения не обнаружены.

Таким образом, проведенной проверкой сведений, указывающих на совершение неустановленным лицом действий криминального характера, свидетельствующих о признаках преступлений, предусмотренных ст. 105, ст. 109, ч. 4 ст. 111 УК РФ в отношении ФИО16 P.P. следствием не установлено, в связи с чем, в возбуждении уголовного дела по указанным преступлениям отказано по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Сторона истца представила ходатайство, в котором просит в случае назначения по делу экспертизы, ее проведение поручить экспертам ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Оренбургской области, ГАУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Республики Татарстан. При назначении по делу экспертизы, просит не назначать её медицинским учреждениям, находящихся на территории РБ и входящих в юрисдикцию Министерства здравоохранения РБ, так как считает, что проведение экспертизы в представленных ответчиком учреждениях может иметь не объективный характер. Оплату экспертизы просит возложить на ответчиков. Поставить перед экспертами следующие вопросы: 1. Были ли допущены дефекты оказания медицинской помощи ФИО16 P.P. на всех этапах его нахождения на лечении в ГБУЗ ЦГБ г. Сибай в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ? 2. Верно ли было оценено состояние здоровья ФИО16 P.P. на этапе нахождения на лечении в ГБУЗ ЦГБ г. Сибай в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ? Имела ли место недооценка тяжести состояния ФИО16 P.P. на этапе стационарного лечения в указанный период времени? 3. Все ли диагностические мероприятия, клинические и инструментальные исследования в стационаре выполнены в полном объеме на этапе стационарного лечения в указанный период времени?

Сторона ответчика ГБУЗ РБ Центральная городская больница г. Сибай в связи с назначением по делу судебно-медицинской экспертизы, просит поставить на рассмотрение экспертов следующие вопросы: 1. Что явилось причиной смерти ФИО16 P.P.? 2. Имелись ли недостатки и (или) дефекты при оказании медицинской помощи ФИО16 P.P. в ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай? Если имелись, в чем они выражены, повлияли ли на течение заболевания ФИО16 P.P. (способствовали ухудшению здоровья, повлекли неблагоприятный исход), чем это подтверждается? 3. Соответствовала ли организация лечебного процесса ФИО16 P.P. в ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям? 4. Имеется ли причинно-следственная связь между действиями медицинских работников ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай и неблагоприятным исходом заболевания ФИО16 P.P., в чем она выражена?

С целью установления причинно-следственной связи между некачественным оказанием лечебным учреждением медицинской помощи истцу и наступившими последствиями определением суда от 05 февраля 2025 года было назначено проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Оренбургской области.

Перед экспертами были поставлены следующие вопросы:

1. Что явилось причиной смерти ФИО16 P.P.?

2. Имеется ли причинно-следственная связь между действиями медицинских работников ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай и неблагоприятным исходом заболевания ФИО16 P.P., в чем она выражена?

3. Были ли допущены дефекты оказания медицинской помощи ФИО16 P.P. на всех этапах его нахождения на лечении в ГБУЗ ЦГБ г. Сибай в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ?

4. Верно ли было оценено состояние здоровья ФИО16 P.P. на этапе нахождения на лечении в ГБУЗ ЦГБ г. Сибай в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ? Имела ли место недооценка тяжести состояния ФИО16 P.P. на этапе стационарного лечения в указанный период времени?

5. Все ли диагностические мероприятия, клинические и инструментальные исследования в стационаре выполнены в полном объеме на этапе стационарного лечения в указанный период времени?

Согласно выводам комиссии экспертов, изложенным в заключении №, на основании выполненного исследования комиссия, совместно обсудив результаты исследования, приходит к следующим выводам, в соответствии с поставленными вопросами (для удобства изложения и восприятия информации ответы на некоторые вопросы могут быть объединены):

1. Что явилось причиной смерти ФИО16 P.P.?

Смерть ФИО16 P.P., ДД.ММ.ГГГГ года рождения наступила от <данные изъяты>, как осложнение основного заболевания - <данные изъяты>. Вывод о причине смерти подтверждается данными представленной медицинской документации, заключением эксперта № (экспертиза трупа) от 31.07.2024 и результатами повторного гистологического изучения секционного материала. Макроскопически: <данные изъяты>.». Гистологически: <данные изъяты>

Объективных данных за подтверждение установленного диагноза в «Заключении эксперта» № (экспертиза трупа) от 31.07.2024 «<данные изъяты>)...», по результатам повторного гистологического изучения секционного материала не найдено.

У гражданина ФИО16 P.P., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, прижизненно установлен диагноз «<данные изъяты>», с которым он неоднократно обращался за медицинской помощью, в т.ч. и в последнюю госпитализацию ДД.ММ.ГГГГ.

Выявленные при аутопсийном исследовании (от 31.07.2024) и при повторном гистологическом изучении секционного материала «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» являются внебольничными заболеваниями, возникшими до госпитализации, <данные изъяты> и не могли развиться в срок нахождения ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в стационаре от ДД.ММ.ГГГГ (31 час 25 мин). Данные заболевания (<данные изъяты>) не имеют прямого отношения к наступлению неблагоприятного исхода в виде смерти пациента ФИО20., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. По данным медицинской документации, <данные изъяты> не были диагностированы ввиду отсутствия соответствующих жалоб, клинических признаков и инструментальных исследований (Rg ОГК, ЭКГ). Имеется косвенное указание на них в виде <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая <данные изъяты> состояние пациента <данные изъяты>, мог быть учтен как проявление установленного диагноза.

2. Имеется ли причинно-следственная связь между действиями медицинских работников ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай и неблагоприятным исходом заболевания ФИО14, в чем она выражена?

Проведенным исследованием в нарушение клинических рекомендаций «<данные изъяты> определены следующие дефекты оказания мeдицинcкoй помощи пациенту <данные изъяты>, в ГБУЗ РБ Центральная городская больница города Сибай (стационарное лечение с ДД.ММ.ГГГГ 22:15 - ДД.ММ.ГГГГ):

- дефекты диагностики:

• не выполнено инструментальное диагностическое исследование (ЭКГ),

при том, что врачом психиатром - наркологом оно было назначено. Однако стоит отметить, что для профилактики развития осложнений со стороны сердечно-сосудистой системы верно был назначен Sol. Cordiamini 2,0 ml в/м.

• не было назначено химико-токсикологическое исследование биологических жидкостей, исследование кислотно-основного состояния и газов крови, уровня калия и натрия в крови.

- дефект лечения:

• отсроченное назначение (через 11 час. 30 мин от момента поступления в стационар) препаратов группы «<данные изъяты>». Препараты данной группы являются единственным классом лекарственных средств, эффективность которых доказана как при лечении <данные изъяты>, так и для профилактики развития его тяжелых форм и осложнений (<данные изъяты>).

Раствор магния сульфата был назначен при поступлении, но впоследствии отменен, из-за низкого давления пациента (артериальное давление ФИО16 P.P. при поступлении ДД.ММ.ГГГГ и в последующие дни было 110/70 мм рт ст), что является противопоказанием для его назначения.

При анализе причин возникновения неблагоприятного исхода (смерти) гражданина ФИО16 P.PДД.ММ.ГГГГ года рождения, определяется совокупность факторов:

- тяжесть основного заболевания с поражением множественных органов мишеней (<данные изъяты>), с развитием <данные изъяты>, и высокая летальность при данном виде патологии;

- не выполнение рекомендаций врачей по лечению - <данные изъяты>

- дефект оказания медицинской помощи в ГБУЗ РБ Центральная городская больница г. Сиба», а именно «Отсроченное назначение (через 11 час. 30 мин от момента поступления пациента в стационар) препаратов группы «<данные изъяты>».

Объективных медицинских критериев, которые могли бы быть основанием для оценки степени влияния каждого из вышеперечисленных обстоятельств в количественном отношении (в долях, в процентах и т.п.) не существует, что не позволяет установить прямую причинно-следственную связь между дефектами оказания медицинской помощи и развитием неблагоприятного (летального) исхода ФИО16 P.P., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

При условии отсутствия всех вышеперечисленных дефектов оказания медицинской помощи в ГБУЗ РБ Центральная городская больница г. Сибай сохранялась крайне высокая вероятность развития неблагоприятного (летального) исхода. Важное значение для развития неблагоприятного течения заболевания имели: наличие тяжелого хронического заболевания с поражением множественных органов мишеней (<данные изъяты>, высокая летальность при данном виде патологии и отсутствие приверженности по выполнению рекомендаций об <данные изъяты>.

Тяжесть вреда здоровью ФИО16 P.P., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не устанавливается на основании п. 24 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», в соответствии с п. 3 «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522 (Собрание законодательства Российской Федерации, 2007, № 35, ст. 4308), ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, право оценки доказательств принадлежит суду.

Согласно ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Однако несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Согласно ч. 3 и ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Суд приходит к выводу о том, что проведенная комиссией экспертов экспертиза, проведена в соответствии с требованиями статей 79, 80, 84, 85, 86 ГПК РФ, основана на нормах действующего законодательства, соответствующих нормах и правилах, методических указаниях.

Заключение комиссии экспертов № соответствует требованиям ст.ст. 84-86 ГПК РФ, подробно мотивировано. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности, в связи с чем, оснований не доверять данному экспертному заключению не имеется. Оценив данное заключение в соответствие с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд принимает данное заключение в качестве относимого и допустимого доказательства по делу. Каких-либо убедительных доводов и доказательств того, что выводы эксперта, проводившего экспертизу, не соответствуют действительности сторонами не представлено. Основания для сомнений в правильности данного экспертного заключения отсутствуют.

Таким образом, вина сотрудников ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай в ненадлежащем оказании медицинской помощи ФИО1 и причинении вследствие этого вреда здоровью последнему в бесспорном порядке подтверждена исследованными в ходе рассмотрения дела доказательствами, в связи с чем ГБУЗ РБ ЦГБ г. Сибай является надлежащим ответчиком.

При определении размера денежной компенсации суд принимает во внимание все обстоятельства по делу, в том числе наличие тяжелого хронического заболевания, высокую летальность при данном виде патологии, что сохранялась крайне высокая вероятность развития неблагоприятного (летального) исхода и отсутствие приверженности по выполнению рекомендаций об отказе от алкоголя ФИО1.

Суд учитывает как недостатки оказания медицинской помощи, так и поведение самого истца, алкогольную интоксикацию.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, характер нравственных и физических страданий ФИО2, суд определяет размер компенсации морального вреда истцу в сумме 200 000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере, требуемом истцом (4 000 000 рублей), суд не находит. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания с обязательным учетом виновного поведения самого пострадавшего.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.12, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан «Центральная городская больница г. Сибай», Министерству здравоохранения Республики Башкортостан о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого вследствие некачественного оказания медицинской помощи - удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Центральная городская больница города Сибай (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО2 (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого вследствие некачественного оказания медицинской помощи, 200 000 (двести тысяч) рублей.

В удовлетворении искового заявления ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого вследствие некачественного оказания медицинской помощи, в большем размере - отказать.

В удовлетворении искового заявления ФИО2 к Министерству здравоохранения Республики Башкортостан о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого вследствие некачественного оказания медицинской помощи – отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Центральная городская больница города Сибай (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Сибайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: подпись Л.Х.Суфьянова

Мотивированное решение составлено 10.06.2025

Подлинник документа находится в материалах дела № 2-48/2025 в Сибайском городском суде РБ

уникальный идентификатор дела (материала) 03RS0016-01-2024-002250-23