Дело № 2-201/2023

УИД 75RS0001-02-2022-007501-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 апреля 2023 года <...>

Центральный районный суд города Читы в составе:

председательствующего судьи Иванец С.В.,

при секретаре судебного заседания Смолиной Ю.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданской дело по иску ФИО1, ФИО2, ГАУЗ «Клинический медицинский центр города Читы», Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края о компенсации морального вреда, возмещении материального ущерба,

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд, просили взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Клинический медицинский центр г. Читы» поликлиническое подразделение № 1, ГУЗ «Городская клиническая больница № 1» г. Читы в их пользу по 2 250 000 рублей в счет компенсации морального вреда; в пользу истца ФИО1 147 349 рублей в счет компенсации материального вреда.

Свои требования мотивируют тем, что в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг умер ФИО5, который является сыном ФИО1 и братом ФИО2

Так, ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 45 минут ФИО5 на дому был осмотрен участковым врачом - терапевтом ГАУЗ «Клинический медицинский центр г. Читы» поликлиническое подразделение № 1 ФИО11. По результатам осмотра ФИО5 был выставлен диагноз: Коронавирусная инфекция Ковид-19 вероятная, средней степени тяжести. Осложнения: внебольничная двусторонняя полисегментарная вирусная пневмония, нетяжелое течение. Сопутствующие: ДЦП. Врачом ФИО11 было назначено лечение, взят мазок на Ковид-19, ФИО5 госпитализирован не был.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 бригадой ССМП доставлен в ГУЗ «Городская клиническая больница № 1 г. Читы», где он был обследован дежурным врачом и госпитализирован в тяжелом состоянии в отделение реанимации и интенсивной терапии с нарастающей дыхательной недостаточностью, признаками субтотальной вирусобактериальной пневмонии, где ему оказывалась медицинская помощь. В 01:00 час. ДД.ММ.ГГГГ у Вольберг произошла остановка сердечной деятельности эффекта от проводимой сердечно-легочной реанимации не наступило, в 01 час 30 минут констатирована биологическая смерть ФИО5, причина смерти: дыхательная недостаточность, острый респираторный дистресс синдром 2 степени, острое повреждение печени, ДВСК- синдром, тромбоэмболия легочной артерии, отек головного мозга.

Таким образом, в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, точное время не установлено, медицинские работники ГАУЗ «Клинический медицинский центр г. Читы» поликлиническое подразделение № 1, ГУЗ «Городская клиническая больница № 1» г. Читы вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, не предвидя возможности причинения смерти ФИО5, но при необходимой внимательности и предусмотрительности, обладая необходимыми профессиональными навыками в области медицины, должны были и могли предвидеть возможность причинения ФИО5, проявляя неосторожность в форме преступной небрежности, не провели должные диагностические мероприятия, в результате чего наступила смерть пациента. По данному факту было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем следственного отдела по Центральному району г. Читы СУ СК РФ по Забайкальскому краю лейтенантом юстиции ФИО6 вынесено постановление о признании, истца, потерпевшей ФИО7, так как ей был причинен моральный вред связанный со смертью ее сына ФИО5.

Истцы полагают, что медицинские работники ГУЗ «Городская клиническая больница № 1» г. Читы ненадлежаще оказали медицинскую помощь больному ФИО5, в связи с чем он скончался. Данные обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами: из допроса свидетеля ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, являющейся заведующей кафедрой инфекционных болезней и эпидемиологии ФГБОУ ВПО «ЧГМА», доктор медицинских наук, следует, что в соответствии с ФЗ № 323 «Об основах охраны здоровья граждан РФ» отказ от госпитализации должен оформляться в письменной форме, соответственно его отсутствие является нарушением по оформлению документации. Из допроса свидетеля ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, являющаяся председателем ТСЖ «Журавушка», подтвердила, что ДД.ММ.ГГГГ в помещение ТСЖ по адресу: <адрес> медицинские работники не заходили и не спрашивали о возможности открыть дверь в крыло, где проживает Вольберг к.а.. Заявок на ремонт домофона от <адрес> июле 2021 года не было. Попасть в подъезд возможно без особого труда.

Из допроса ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, доцента кафедры пропедевтики внутренних болезней ФГБОУ ВПО «ЧГМА», пояснила, что ФИО5 не требовалась экстренная госпитализация на момент осмотра ДД.ММ.ГГГГ, но требовалось динамическое наблюдение. Теоретически врач мог предпринять меры для госпитализации, однако в соответствии с действующим законодательством отказ от госпитализации обязателен для врача в письменном виде.

Из Акта № от ДД.ММ.ГГГГ проверки органом ведомственного контроля подведомственной медицинской организации, были выявлены и подтверждены следующие нарушения лечащего врача пациента ФИО5: не оформлен официальный отказ от госпитализации, согласно приказа Минздрава РФ от 20.12.2012 № 1177н «Об утверждении порядка дачи информационного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказ от медицинского вмешательства...»; не оформлено согласие пациента на оказание медицинской помощи на дому, согласно разделу № 9.5 временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение COVID-19»; ежедневный аудиоконтроль состояния пациента ФИО5 не проводился, согласно приложению № 14 Приказа Минздрава РФ от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций по COVID-19».

Министерство Здравоохранения Забайкальского края в ответе на представление следственных органов, за № от ДД.ММ.ГГГГ, подтвердила факты нарушений со стороны медицинских работников ГАУЗ «КМЦ г. Читы», выразившиеся в не оформлении официального отказа от госпитализации, согласно приказа Минздрава РФ от 20.12.2012 № 1177н; не оформлено согласие пациента на оказание медицинской помощи на дому; ежедневный аудио контроль состояния пациента ФИО5 не проводился. Привлечь к дисциплинарной ответственности виновных лиц Минздрав по ЗК не может, в связи с истечением сроков давности привлечения к ответственности.

По результатам проведенной экспертизы №-К от ДД.ММ.ГГГГ, экспертный совет сделал выводы, а именно п.4, комиссия не исключает возможности минимизации неблагоприятного исхода при ежедневном динамическом амбулаторном наблюдении за состоянием пациента ФИО5. В п.6, пациент ФИО5, в связи с наличием у него фоновой патологии со стороны центральной нервной системы, относился к группе риска, поэтому нуждался в динамическом наблюдении.

Врач, ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ заключил Трудовой договор №, по которому согласно п.9 «Д» обязан был незамедлительно сообщать работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей. Врач ФИО11 нарушил обязательства указанные выше, не сообщил непосредственному руководителю о возникновении ситуации с больным ФИО5, о том, что якобы не мог в течении шести дней, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, попасть в квартиру больного ФИО5, что говорит о халатности и бездействии врача ФИО11, в дальнейшем приведшая к смерти ФИО5.

Истцы считают явно выраженную противоправность поведения медицинских работников ГАУЗ «КМЦ г. Читы», в частности вина врача ФИО11, что вступает в причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями, выразившиеся в наступлении смерти ФИО5.

В связи со смертью ФИО5 им был причинен моральный вред, который является очевидным, бесспорным и в силу статьи 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании. При определении размера компенсации морального вреда просят суд учитывать требования разумности и справедливости, фактические обстоятельства дела, степень нравственных и физических страданий, вызванных смертью сына и брата, что является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие переживания, вызванные утратой близкого человека. Истец ФИО1 испытала стресс в связи со смертью сына у нее на глазах, полагает, что медицинские работники должны были оказать своевременную квалифицированную медицинскую помощь. После смерти сына испытывает чувство одиночества, горя, потери близкого человека. Считает, что действия врача ФИО11 привели к прогрессированию заболевания у ее сына и в дальнейшем его смерти, это стало возможным ввиду невнимательности, самоуверенности, халатности и небрежности врача ФИО11. Смертью сына ей причинен сильнейший моральный вред, поскольку у нее с сыном были тесные отношения. После смерти сына у нее на нервной почве начались проблемы со здоровьем.

С аналогичными исковыми требованиями в суд обратился ФИО2, который является родным братом умершего ФИО5. Указывает на то, что в результате смерти брата ему причинен существенный моральный вред, выразившийся в переживаемых им тяжелых нравственных страданиях, до настоящего времени он не может смириться с утратой брата. Осознание того, что брата можно было спасти оказанием своевременной и квалифицированной медицинской помощи, причиняет ему дополнительные нравственные страдания.

Также истцы полагают, что в случае оказания их сыну, брату своевременной квалифицированной медицинской помощи он был бы жив, в то время как врач ФИО11 при обращении ФИО1 на согласие ее сына на госпитализацию, в месте с нею, не госпитализировал больного ФИО5 и истца в стационар.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО12 просили удовлетворить заявленные требования по изложенным в иске основаниям. ДД.ММ.ГГГГ истцы просили исключить из числа ответчиков ГУЗ «Городская клиническая больница № 1», поскольку никаких претензий к данному ответчику не имеют. В исковом заявлении ответчик ГУЗ «Городская клиническая больница № 1» указан ошибочно.

Представитель ответчика ГАУЗ «Клинический медицинский центр города Читы» - ФИО13 просила отказать в удовлетворении заявленных требований, представив отзыв в письменном виде.

Представитель третьего лица ФИО16 – ФИО14 просила отказать в удовлетворении заявленных требований.

Департамент государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, третьи лица ФИО11, ФИО15, ФИО16, ФИО17 извещались о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явились.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, оценив в совокупности с действующим законодательством, суд приходит к следующему.

В силу части 2 и части 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи - близкому истцу человеку - сотрудниками ответчиков заявленного истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из материалов дела установлено, что истец ФИО1 является матерью ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, истец ФИО2 является родным братом ФИО5

ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ г.р., являлся инвалидом первой группы, в связи с умственной отсталостью со значительным нарушением поведения, требующим ухода и лечения.

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО5 поднялась температура тела до 39,7, появился кашель, вялость. ДД.ММ.ГГГГ при проведении компьютерной томографии легких выявлено поражение легких в объеме 25%, в связи с чем ФИО1 обратилась в ГАУЗ «Клинический медицинский центр».

ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 45 минут ФИО5 по месту жительства, по адресу: <адрес>, был осмотрен участковым врачом - терапевтом ФИО11 ГАУЗ «Клинический медицинский центр г. Читы» поликлиническое подразделение № 1. По результатам осмотра ФИО5 диагностирована коронавирусная инфекция (Ковид-19) вероятная, средней степени тяжести, внебольничная двусторонняя полисегментарная вирусная пневмония, нетяжелое течение, назначено лечение, взят мазок на Ковид-19, ФИО5 госпитализирован не был.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 бригадой станции скорой медицинской помощи доставлен в тяжелом состоянии в ГУЗ «Городская клиническая больница № 1», расположенное по адресу: <адрес>, где госпитализирован в отделение реанимации в связи с нарастающей дыхательной недостаточностью, признаками субтотальной пневмонии, для проведения интенсивной терапии.

ДД.ММ.ГГГГ в 01 час 00 минут в отделении реанимации на фоне проводимой терапии у ФИО5 произошла остановка сердечной деятельности, на фоне проводимой сердечно-легочной реанимации не в 01 час 30 минут наступила смерть ФИО5 от дыхательной недостаточности в результате диффузного альвеолярного повреждения с острым респираторным дистресс-синдромом взрослых.

Заявляя требования о компенсации морального вреда, истцы указывают на то, что медицинская помощь в ГАУЗ «Клинический медицинский центр г. Читы» поликлиническое подразделение № 1 ФИО5 была оказана некачественно.

Между тем, в рамках уголовного дела, возбужденного по заявлению ФИО1, была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза в ГУЗ «Забайкальское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», согласно выводам которой, дефектов обследования, оказания медицинской помощи ФИО5 медицинскими работниками ГУЗ «КМЦ г. Читы» ПП № 1 не выявлено, причинно-следственная связь отсутствует, вред здоровью не наступил.

Согласно выводам повторной комиссионной судебно-медицинской ОГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (г. Биробиджан) при оказании медицинской помощи ФИО5 установлены следующие дефекты: протокол отказа от госпитализации в амбулаторной карте отсутствует, что является нарушением положений Федерального Закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ, ст. 20 Основ охраны здоровья граждан в РФ» и Приказа МЗ России от 20.12.2012 № 1177 н «Об утверждении порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательства форм информированного добровольного согласия медицинское вмешательства и форм отказа от медицинского вмешательства»; амбулаторное динамическое наблюдение, аудиомониторинг пациента не осуществлялись, что определяется приложением № 14 приказа МЗ РФ от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции Covid-19».

Медицинская помощь ФИО5 оказана с нарушениями приказа МЗ РФ от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции Covid-19», однако гарантировать благоприятный исход даже при соблюдении требований временных клинических рекомендаций, не представляется возможным, так как новая коронавирусная инфекция характеризуется быстрым прогрессирующим течением, особенно, у лиц из группы риска, и несмотря на своевременную медицинскую помощь в полном объеме наступает летальный исход.

Учитывая умственную отсталость со значительным нарушением поведения, требующим ухода и лечения, наличие иммунодефицита, возникшего ввиду поражения головного мозга, белковой дистрофии внутренних органов, наличие алиментарно-конституционального ожирения, ФИО5 входил в группу риска по тяжелому течению коронавирусной инфекции.

Заключением повторной комиссионной экспертизы установлены дефекты, допущенные лечащим врачом при оказании медицинской помощи ФИО5 на амбулаторном этапе, которые не находятся в прямой причинно-следственной связи с последствиями в виде смерти пациента, поскольку новая коронавирусная инфекция до конца не изучена и даже несмотря на своевременно оказанную медицинскую помощь может наступить летальный исход.

В соответствии с Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (Covid-19)» версия 11 установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: не оформлено согласие пациента на оказание медицинской помощи на дому, согласно разделу 9.5. Временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (Covid-19)»; ежедневный аудиоконтроль состояния пациента ФИО5 не проводился, согласно приложению №14 приказа Минздрава России от 19.03.2020 №198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции Covid-19».

Таким образом, при рассмотрении дела, фактов, свидетельствующих о том, что смерть ФИО5 наступила в результате неправильных действий врача ГАУЗ «Клинический медицинский центр города Читы» не установлено.

У суда не имеется оснований относится критически к выводам вышеуказанных экспертных заключений и актов, поскольку заключения основаны на полном анализе медицинской документации, исследованной экспертами.

При этом суд учитывает то обстоятельство, что доказательства, указывающие на недостоверность экспертных заключений установивших какое-либо отсутствие ненадлежаще выполненных и необходимых ФИО5 диагностических и (или) иных лечебных мероприятий со стороны ГАУЗ «Клинический медицинский центр города Читы».

По смыслу статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Судом истцу разъяснялось право на заявление перед судом ходатайства о проведении судебной экспертизы, подобного ходатайства суду заявлено не было.

На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 2, 41 Конституции Российской Федерации, статей 2, 4, 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", статей 150, 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 67 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения на указанные истцом медицинское учреждение ответственности в виде компенсации морального вреда истцам, поскольку имеющимися в деле доказательствами не подтверждено ненадлежащее качество оказанных ответчиком медицинских услуг, которые бы повлекли за собой летальный для ФИО5

Поскольку в ходе рассмотрения дела не установлено нарушений прав истцов со стороны ответчика соответственно не могут быть удовлетворены и требования к Департаменту государственного имущества и земельных отношений Забайкальского края, как учредителю указанных лиц, и отвечающих за причинение вреда в рамках п.5 ст.112.3 ГК РФ или п.6 ст. 123.22 ГК РФ.

С учетом изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении требований ФИО1, ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Читы.

Решение изготовлено 23 мая 2023 года.

Судья С.В. Иванец