Решение по делу № 2-81/2023 от 14.03.2023 - о признании недействительными (ничтожными) пунктов соглашений, взыскании морального вреда, убытков, штрафа.

Дело №2-81/2023 <данные изъяты>

УИД 13RS0003-01-2023-000025-40

Решение

именем Российской Федерации

п.Чамзинка 14 марта 2023 года

Чамзинский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Овчинникова Бориса Борисовича,

при секретаре судебного заседания Трямкиной Е.С.,

с участием в деле:

истцов – ФИО1, ФИО2,

ответчика – общества с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организация 1», в лице представителя ФИО3 действующего на основании доверенности №23-01/2023 от 22 января 2023 года, срок действия до 23 декабря 2023 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организация 1» о признании недействительными (ничтожными) пунктов соглашений, взыскании морального вреда, убытков, штрафа,

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с вышеуказанным иском к обществу с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организация 1» указав, что 17 декабря 2020 года в жилом многоквартирном доме №2 по адресу: <адрес> произошел пожар. В результате пожара истцам - собственникам <адрес> (ФИО1, ФИО4, <данные изъяты>), расположенной в данном многоквартирном доме, был причинен ущерб. Указанный пожар произошел по вине работников ООО УК «Обслуживающая организация 1» (далее - ООО УК «ОО1», Ответчик). ООО УК «ООО1» на момент пожара являлось управляющей организацией по управлению многоквартирным домом, оказывающей работы и услуги по содержанию и текущему ремонту общего имущества вышеуказанного многоквартирного дома. Факт причинения вреда, противоправными действиями ответчика не требуют доказательств. Поскольку являются преюдициальными фактами и были предметом рассмотрения судом в рамках дела №2-3/2022. С целью скорейшего восстановления имущества, которое было повреждено вследствие пожара по причине виновных действий работников Ответчика, между ООО УК «Обслуживающая организация 1» и ФИО1 были подписаны документы: соглашение о возмещении ущерба от 01 марта 2021 года (стоимость ущерба причиненного движимому имуществу), сумма к возмещению 97862 рубля 50 копеек, соглашение о возмещении ущерба от 07 сентября 2021 года (стоимость восстановительного ремонта), сумма к возмещению 157900 рублей. Но в то же время, ответчик длительное время уклонялся от выполнения обязанностей по ремонту общедомового имущества (межэтажных балок перекрытия), в силу чего проведение работ, за которые истец получил возмещение в рамках соглашений, было нецелесообразно и даже опасно. Суд при рассмотрении дела №2-3/2022 установил, что ни в одном из Соглашений о возмещении ущерба, причиненного квартире в результате пожара, заключенных между ООО Обслуживающая организация 1» и ФИО1 вопрос об устранении дефекта несущей балки перекрытия между 1-м и 2-м этажами жилого дома не разрешен. В результате, два года истцы не могли провести работы, пытаясь через суд обязать ответчика совершить необходимые в соответствии с законом действия. Исполнение в части общего имущества ремонта балок было получено лишь в конце ноября 2022г. Все это время истцы: испытывали значительные нравственные страдания из-за факта нарушения своего права, лишения имущества, вынужденного переселения в маневренное жилье, невозможности как можно быстрее восстановить свою квартиру, что свидетельствует о возникновении права на компенсацию морального вреда; вследствие виновных действий Ответчика Истцы вынуждены были терпеть убытки, связанные с необходимостью оплаты коммунальных услуг по квартире, ставшей непригодной для проживания, а также по временному (маневренному жилью), и оплаты иных сопутствующих расходов. Однако в соглашениях содержатся следующие положения: Соглашение о возмещении ущерба от 01 марта 2021 года, п.3.1 Потерпевшая сторона обязуется, не обращатся в последующем в суд о возмещении взыскания неустойки за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя о возмещении пожаром ущерба и компенсации морального вреда. Соглашение о возмещении ущерба от 07 сентября 2021 года, п.3.1 Потерпевшая сторона обязуется, не обращается в последующем в суд о возмещении взыскания неустойки за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя о возмещении пожаром ущерба и компенсации морального вреда. Считает пп.в п.3.1 Соглашения от 01 марта 2021 года, а также пп.в п.3.1 Соглашения от 07 сентября 2021 года, следует признать недействительными (ничтожными). Требование о ничтожности данных пунктов заявлено в связи с необходимостью реализации права на компенсацию убытков и морального вреда, возникших у Истцов. Пункты Соглашений, в которых содержится отказ от права, не порождают последствий. Сами по себе эти условие не является ни новацией, ни отступным и не прощением долга. В силу общеправового принципа, изложенного в п. 2 ст. 1 и п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане осуществляют принадлежащие им права по своему усмотрению, то есть своей волей и в своем интересе. Из этого следует недопустимость понуждения лиц к реализации определенного поведения, составляющего содержание прав. Недопустимым является также и понуждение к отказу от указанного права. При этом пределы осуществления гражданских прав определены в ст. 10 ГК РФ, а способы защиты - в ст. 12 ГК РФ. Так, указанная статья 12 ГК РФ в качестве способов защиты нарушенного права, наряду с иными, закрепляет: признание оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки: возмещение убытков; о взыскание неустойки; компенсацию морального вреда. В силу п. 2 ст. 9 ГК РФ отказ от осуществления права не влечет прекращения этого права. Поэтому факт написания одним из истцов соглашений, содержащего пункт о том, что он обязуется не обращаться в суд с требованиями к ответчику (в том числе и по денежной компенсации морального вреда), не влечет прекращения его прав на предъявление иска и взыскание в порядке гражданского судопроизводства положенной компенсации (или иных сумм). Слабая сторона договора, которой применительно к рассматриваемой ситуации является ФИО1, вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий или о ничтожности таких условий. Действительной волей стороны (ФИО1) при заключении указанных соглашений, являлась возможность скорейшего восстановления своего имущества, а не отказ от принадлежащих ей в силу закона прав. О том, что такое условие сделки должно были трактоваться таким образом они узнали лишь когда обратились к Ответчику с требованием о компенсации убытков и морального вреда. Посему полагают, что срок исковой давности не пропущен.

Моральный вред подлежит компенсации в пользу Истцов с Ответчика вследствие прямого указания закона (п.3. ст. 14, ст. 15 Закона «О защите прав потребителей»). В соответствии с п. 3 ст. 14 Закона "О защите прав потребителей", вред, причиненный вследствие некачественно выполненных работ, подлежит возмещению исполнителем. Поскольку исполнителем услуг по договору управления являлась (на момент нарушения права) управляющая организация (Ответчик), то при причинении ущерба из- за оказания услуг ненадлежащего качества возмещать ущерб собственникам должна управляющая компания в силу положений ст. 1064 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков. То есть факт заключения между одним из Истцов соглашений (от 01.03.2021г., от 07.09.2021г.) не влияет на возможность предъявления требования о компенсации морального вреда. Совокупность положений ст. 151 ГК РФ, а равно ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» позволяет заключить, что вследствие виновных действий ООО УК «ОО1» у Истцов возникло право требовать с Ответчика компенсации морального вреда. Кроме того, как следует из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, выпущенных 15.11.2022 (в целях формирования единообразного применения законодательства - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. К таким случаям относится, в том числе, компенсация морального вреда вследствие нарушения прав потребителя. В этом случае компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав. Данный факт уже установлен судом (№ 2-3/2022 (2-524/2021;) ~ М-597/2021).

При оценке характера страданий, степени вины причинителя вреда просят суд учесть следующее: условия, при которых Истцам причинен моральный вред, тесно связаны с обеспечением управляющей организаций своих функций в отношении жилища Истцов. Истцы не обладают большими финансовыми возможностями, для них квартира, которая сгорела - единственное жилье. Индивидуальные особенности потерпевших - зрелый возраст, слабое здоровье и обострения многих хронических заболеваний, уязвимое состояние нервной системы после произошедших событий. Эти факторы усугубляют ответственность ООО УК «ОО1». Потребители-истцы вверили управляющей организации-ответчику управление многоквартирным домом, при этом Ответчик не только ненадлежащим образом исполнял обязанности, но и причинил вред. Более года имущество собственников помещений в МКД находилось в аварийном состоянии, создавая угрозу чьей-то жизни, а Истцы не могли потратить денежные средства, полученные в качестве компенсации. Затем Ответчик долгое время занимал выжидательную позицию надеясь, что ситуация разрешиться сама собой, но все же суд справедливо указал на то, что Ответчик является лицом, которое должно восстановить общее имущество. В то же время за период длительных судебных баталий Истцы потеряли немало сил. Истцы в преклонном возрасте вынуждены проживать в маневренном жилом фонде, поскольку иного жилья у них не имеется, достаточных средств для покупки жилья также не имеется, а с учетом текущей рыночной ситуации об этом и вовсе придется забыть. Даже тот размер компенсации, которым на протяжении всего периода судебных тяжб бравирует ответчик, на сегодняшний день не позволяет восстановить нарушенное право Истцов. ФИО1 и ФИО2 - простые труженики, всю свою жизнь работали на благо родного поселка Чамзинка. Истцы более 20 лет трудились, не жалея себя, во благо социально полезной цели. Вследствие действий управляющей организации им пришлось столкнуться с тяготами и лишениями, длительными судебными тяжбами, необходимой для восстановления не только прав истцов, но и их соседей. Они лишились имущества, доставшегося им непосильным трудом, долгое время не могли и по настоящий момент не могут в полном объеме реализовывать свои права собственников. И все это на фоне огромной инфляции, социально-экономических потрясений, происходящих в нашей стране. Исходя из изложенного Истцы считают разумным, справедливым и обоснованным следующий размер компенсации морального вреда - общая сумма морального вреда составляет 100 000 рублей, из расчета по 50 000 рублей каждому из истцов.

Относительно компенсации убытков считают необходимым пояснить следующее. Учитывая стандарт доказывания по делам об убытках и наличие преюдициальных фактов, установленных в ходе предшествующего судебного разбирательства, хотелось бы обратить внимание суда на следующие обстоятельства: Основанием возникновения ответственности в виде убытков на стороне ответчика является деликт (причинение вреда вследствие пожара, произошедшего по вине работников Ответчика), что находит отражение в материалах судебных дел, проверок, самих соглашений и не оспаривалось ответчиком. Противоправное поведение ответчика уже было доказано в ходе судебного разбирательства (по делу 2-3/2022 (2-524/2021;) ~ М-597/2021). Причинно-следственная связь между противоправным поведением ответчика и причиненными убытками также была установлена в ходе судебного разбирательства (по делу 2-3/2022 (2-524/2021;) ~ М-597/2021). Вина ответчика установлена в ходе судебного разбирательства (по делу 2-3/2022 (2-524/2021;) ~ М-597/2021). Ответчик также не оспаривал факт своей виновности в произошедшем. Расчет размера убытков обоснован следующим. В период с «08» декабря 2020 г. (после пожара) по настоящее время Истец понес следующие расходы: коммунальные платежи (за квартиру, полученную в порядке предоставления маневренного фонда, а также за квартиру, в которой произошел пожар) – 37678 рублей 49 копеек, разница между суммами, выплаченными по соглашению и суммой, требуемой для устранения последствий нарушения – 100000 рублей.

Также считают, что с ответчика надлежит удержать сумму штрафа в размере 50% от присужденной судом суммы.

На основании изложенного просят: признать ничтожным пп. «В» п. 3.1. Соглашения от 01.03.2021г., заключенного между ООО УК «ОО1» и ФИО1.

Признать ничтожным пп. «В» п. 3.1. Соглашения от 07.09.2021 г., заключенного между ООО УК «ОО1» и ФИО1.

Взыскать с ООО УК «ОО1» сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, из которых 50 000 рублей в пользу ФИО2, 50 000 рублей в пользу ФИО1,

Взыскать с ООО УК «ОО1» в пользу ФИО1 и ФИО2 убытки в сумме 137678 рублей 49 копеек.

Взыскать с ООО УК «ОО1» в пользу ФИО1 и ФИО2 штраф в размере 50% от присужденной судом суммы.

Представителем ответчика ФИО5 представлен отзыв на исковое заявление, согласно которому следует, что ответчик не согласен с заявленными исковыми требованиями истцов. Истцы изложили в исковом заявлении информацию, имеющую значение для правильного рассмотрения дела в искаженном виде. Ответчик возражает по существу предъявленных ему требований. Что касается признания недействительными (ничтожными) пп. В п.3.1 Соглашения от 01 марта 2021 года и пп. В, п.3.1 Соглашения от 07 сентября 2021 года, следует пояснить следующее обстоятельства заключения данных соглашений, а именно: данные соглашения были заключены на основании статьи 432 ГК РФ. Истцы утверждают, что положения соглашений противоречат действующему законодательству, так как ответчик совершил понуждение к заключению соглашений. Однако, в претензии от 16 февраля 2021 года прямо указано, что в случае возмещения причиненного в результате пожара ущерба истцом не будет предъявлены требования о взыскании неустойки и компенсации морального вреда и судебных расходов. Также следует подчеркнуть, что стоимость восстановительно ремонта, отделки и конструктивных элементов квартиры указанная в отчете №17/21 от 03 февраля 2021 года были по состоянию на 2021 год, явно были завышены. Тем не менее ответчиком было принято решение выплатить затребованные истцом суммы для возмещения. В свою очередь истец отказывался от возмещения ущерба в виде неустойки, компенсации морального вреда и судебных расходов, что было отражено в соглашениях. Ответчик утверждает, что пп.в п.3.1 Соглашений являются существенными и утверждает, что сделка не была бы заключена без указания данных пунктов. Таким образом, если часть сделки, признанная недействительной, образует или включает в себя условие, которое является для данной сделки существенным в соответствии с законом, недействительной будет вся сделка. Условия соглашения соответствуют всем нормам действующего законодательства.

Относительно убытков считает следующее. Заявленные требования по факту возмещения коммунальных платежей за квартиру, полученную в порядке представления маневренного фонда, а также за квартиру, в которой произошел пожар на общую сумму 37678 рублей 49 копеек, считает необоснованными. Если квартира признана непригодной для проживания, то об этом составляется акт, которые предоставляются в управляющую организацию. Также в ресурсоснабжающие организации в обосновании требований о перерасчете платы за коммунальные услуги. Перерасчет в данном случае касается коммунальных услуг (вода, канализация, газ, тепло, электроэнергия). Плата за капитальный ремонт жилья платится в некоммерческую организацию «Республиканский фонд капитального ремонта многоквартирных домов» за общее имущество многоквартирного дома и не зависит от факта проживания в квартире. Возмещение между суммами, выплаченными по соглашению от 07 сентября 2021 года и суммой требуемой для устранения последствий нарушения, как считают истцы составляет 100000 рублей. Для ответчика не совсем понятно на основании каких расчетов истцы делают такие расчеты. Сумма, составляющая разницу между выплаченной суммой и существующими в настоящее момент стоимостями материалов, работ, как указывается в исковом заявлении подтверждается справкой о расчете таких сумм, однако в адрес ответчика такая справка не представлена. Не совсем понятно, что мешало истцам приобрести необходимые строительные материалы до повышения цен.

Что касается штрафа за несоблюдение требований в добровольном порядке, считают следующее, заявленные требования истцов согласно претензий, направленных в адрес ответчика, то есть согласно отчета №17/21 и заключения эксперта-товароведа №3/21 выполнены в полном объёме, что свидетельствует о добровольности исполнения требований истцов. Требования о возмещении убытков для добровольного исполнения данных требований в адрес ответчика истцами не направлялось, то есть истцами нарушен претензионный порядок.

Что касается морального вреда, то моральный вред не входит в требования потребителя, а является производной в зависимости от нарушения права такого лица. Исходя из требований указанных в исковом заявлении, то из него не ясно, какие конкретно нарушения прав потребителя были допущены. Без определения нарушений при оказании услуг потребителю, взыскание морального вреда и штрафа, является незаконным. На основании изложенного просит: в удовлетворении исковых требований отказать.

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали по изложенным основаниям, просили удовлетворить. Дополнитель истец ФИО1 пояснила, что ей не известно направлялась ли в адрес ответчика претензия о компенсации морального вреда и причиненных убытков. Дополнительно истец ФИО2 пояснил, что претензия с требованием компенсации морального вреда и взыскании убытков в адрес ответчика не направлалась.

Представитель ответчика ООО УК «Обслуживающая организация 1» ФИО3 в судебном заседании поддержал представленный отзыв, просил в удовлетворении иска отказать.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

<данные изъяты>

Истец ФИО1 являются собственниками <адрес>., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ <адрес>.

Таким образом, из представленных материалов дела следует, что указанная квартира была приобретена в период брака.

Согласно выписке из домовой книги выданной главным специалистом администрации городского поселения Чамзинка Чамзинского муниципального района Республики Мордовия в <адрес> муниципального района Республики Мордовия, на период произошедшего пожара, были зарегистрированы – ФИО2, ФИО1

Таким образом, истец ФИО2 имел права пользования указанным жилым помещением на законном основании, совместно с истцом ФИО1 они проживали в указанной квартире.

07 декабря 2020 года произошел пожар в многоквартирном доме по адресу: <адрес>. Пожар произошел по причине того, что работниками ООО «Обслуживающая организация 1» при исполнении своих трудовых обязанностей, при отогреве металлической трубы холодного водоснабжения газовой горелкой, произошло возгорание в квартире №1 по вышеуказанному адресу, которое привело к пожару. В результате произошедшего пожара и вследствие тушения, собственникам квартир №№1,2,5 данного многоквартирного дома был причинен материальный ущерб. 18 февраля 2021 года в адрес ответчика, ООО УК «Обслуживающая организация1», от собственника <адрес> расположенной по адресу: <адрес>, ФИО1, поступила претензия от 16 февраля 2021 года, в которой предлагалось возместить ущерб на общую сумму 244662 рубля 25 копеек, а также досудебная претензия от 30 августа 2021 года, согласно дополнения от 29 июля 2023 года к отчету №17/1 от 03 февраля 2021 года об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта, отделки и конструктивных элементов квартиры возместить в связи с удорожанием среднерыночных расценок на пиломатериалы в Республики Мордовия квартиры на сумму в размере 81922 рубля 50 копеек. На основании вышеизложенных претензий с истцом – ФИО6, были заключены соглашения от 01 марта 2021 года на сумму 97862 рубля о возмещении ущерба причиненного движимому имуществу потерпевшей стороны и Соглашение от 07 сентября 2021 года на сумму 157900 рублей о возмещении стоимости восстановительного ремонта, отделки и конструктивных элементов квартиры. Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и не оспариваются сторонами.

При этом, согласно пп.3.1 Соглашения о возмещении ущерба от 01 марта 2021 года и п.п.3.1 Соглашение о возмещении ущерба от 07 сентября 2021 года, Потерпевшая сторона обязуется, не обращается в последующем в суд о возмещении взыскания неустойки за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя о возмещении пожаром ущерба и компенсации морального вреда.

Заявляя требование о недействительности (ничтожности) пп. в пункта 3.1 указанных Соглашений, истцы сослались на ничтожность таких условий, ущемляющих их права.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 76 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, пункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации"), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт 2 статьи 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей").

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Исходя из положений пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25, для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения.

Таким образом, учитывая, что указанные положения заключенных соглашений противоречат требованиям закона и явно ущемляют права потребителя по сравнению с правами, установленными законом, суд находит требования истцов ФИО1, ФИО2 о признании недействительными (ничтожными) пп.в п.3.1 Соглашения от 01 марта 2021 года. пп.в, п.3.1 Соглашения от 07 сентября 2021 года обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Кроме того, истцами ФИО1, ФИО2 заявлены требований о компенсации морального вреда, при разрешении данного требований суд приходит к следующим выводам.

С 05 декабря 2016 года управление многоквартирным домом по вышеуказанному адресу осуществляет ООО УК «Обслуживающая организация1» на основании договора управления №01/2016 заключенного между ООО УК «Обслуживающая организация1» и администрацией городского поселения Чамзинка поселения Чамзинского муниципального района Республики Мордовия. Согласно п.2.5 Договора состав общего имущества многоквартирного дома, в отношении которого будет осуществляться управление, указывается в Приложении №1 к Договору. В Приложении №1 к Договору приведен перечень домов, в отношении которых осуществляется управление, в том числе и дом расположенный по адресу: <адрес> (л.д. 92-114).

Обязанности по обеспечению надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме возлагаются на управляющую организацию Жилищным кодексом Российской Федерации (далее - ЖК РФ), Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. № 491 (далее - Правила № 491), Правилами и нормами технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденными постановлением Государственного комитета Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу от 27 сентября 2003 г. № 170 (далее - Правила № 170), а также договором управления многоквартирным домом.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 161 ЖК РФ управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме.

Согласно решению Чамзинского районного суда от 25 февраля 2022 года следует, что «Судом установлено, что 07 декабря 2020 г. в жилом многоквартирном доме по адресу: <адрес>, произошел пожар. В результате пожара истцу - собственнику <адрес> ФИО1 данного многоквартирного дома был причинен материальный ущерб. Указанный пожар произошел по вине работников ответчика. Ответчик - ООО УК «Обслуживающая организация 1» на момент пожара являлась управляющей организацией по управлению многоквартирным домом, оказывающей работы и услуги по содержанию и текущему ремонту общего имущества вышеуказанного многоквартирного дома. Данный факт стороной ответчика не оспаривается». Решение вступило в законную силу 05 июля 2022 года (л.д.12-21).

Согласно решению Чамзинского районного суда от 25 февраля 2022 года следует, что «пожар произошел по вине работника ООО УК «Обслуживающая организация 1» ФИО7, состоящего в должности слесаря-сантехника указанной организации, при исполнении им трудовых обязанностей - при отогреве трубы холодного водоснабжения в жилом <адрес>». Решение вступило в законную силу 05 июля 2022 года (л.д.226-231).

В соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. При этом в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, обстоятельства, установленные указанными решениями суда, учитывая участие тех же сторон, имеют преюдициальное значение при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Поскольку истцы ФИО1, ФИО2 проживали в указанной квартире на законных основаниях, являлись потребителями услуг, оказываемых управляющей организацией в рамках договора управления многоквартирным домом №1/2016 от 05 декабря 2016 г., ущерб от пожара возник в связи с ненадлежащим оказанием услуг по указанному договору, то к правоотношениям, возникшим между указанными сторонами, подлежат применению положения Закона РФ «О защите прав потребителей» которыми истцы обосновывают свои требований.

Согласно ст.15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Из пункта 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 " О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" следует, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных истцу нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, вину ответчика, длительность периода нарушения права, индивидуальные особенности истцов (пол, возраст), а также требования разумности и справедливости.

С учетом изложенного, учитывая, что в процессе судебного разбирательства нашел свое подтверждение факт нарушения прав истцов действиями ответчика, размер компенсации морального вреда устанавливается в сумме 100000 рублей, то есть по 50000 рублей в пользу каждого из ответчиков, указанный размер компенсации суд считает разумным и справедливым.

Кроме того, истцами заявлены требования о взыскании убытков в сумме 137678 рублей, из которых 37678 рублей 49 копеек коммунальные платежи (за квартиру, полученную в порядке представления маневренного фонда, а также за квартиру, в которой произошел пожар; 100000 разница между суммами, выплаченными по соглашению и суммой, требуемой для устранения последствий нарушения, при рассмотрении данных требований суд приходит к следующим выводам.

Согласно представленному расчету сумма убытков складывается из: расходов на коммунальные платежи в маневренном фонде – 19778 рублей 56 копеек, сумма уплаченная за капитальный ремонт дома, в котором расположена выгоревшая квартира – 11045 рублей, стоимость услуг по вывозу ТКО – 6845 рублей 93 копейки (л.д.9)

В соответствии с абз. 8 п. 1 ст. 29 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

На основании пунктов 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Требование о взыскании ущерба может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех элементов ответственности: факта причинения вреда, его размера, вины лица, обязанного к возмещению вреда, противоправности поведения этого лица и юридически значимой причинной связи между поведением указанного лица и наступившим вредом. При этом, на истца возложена обязанность доказать факт причинения вреда ответчиком, причинную связь между противоправным поведением и наступившим вредом, а также размер материального ущерба, на ответчика - отсутствие своей вины в причинении вреда.

В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1). Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2).

Как следует из представленных в подтверждение заявленных требований квитанций об оплате коммунальных услуг за квартиру расположенную по адресу: <адрес>, истцом ФИО6 была произведена оплата коммунальных услуг: за январь 2022 года в размере 2002 рубля 09 копеек (оплата ЖКУ), за декабрь 2021 года в размере 18 рублей 85 копеек (электроэнергия), задолженность на начало декабря 2021 года в размере 1803 рубля 09 копеек (в пользу МУП «Теплоснабжение»), за декабрь 2021 года в размере 144 рубля 34 копейки (оплата ТКО), за сентябрь 2021 года в размере 511 рублей 00 копеек (в пользу МУП «Теплоснабжение), за октябрь 2021 года в размере 175 рублей 00 копеек (за вывоз ТКО), за ноябрь 2021 года в размере 257 рублей ( капитальный ремонт), за ноябрь 2021 года в размере 1803 рубля 00 копеек (оплата ЖКУ). Также представлены сведения о начислении за октябрь 2022 года за капитальный ремонт в размере 110 рублей 45 копеек, сведения о начислении МУП ЧМР «Теплоснабжение» за 2020 год, 2021 год, сведения о начислении ООО «Ремондис Саранск» в период с 2018 по март 2023 года, претензия МУП ЧМТ «Теплоснабжение» о наличие задолженности на 01 января 2023 года в размере 8886 рублей 56 копеек. Таким образом, представлены данные об оплате на общую сумму 6714 рублей 37 копеек.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Между тем, истцами при обращении с требованиями о взыскании убытков в виде коммунальных платежей за квартиру расположенную по адресу: <адрес>, не представлено надлежащих доказательств несения указанных расходов по вине ответчика, а также причинно-следственной связи между произошедшем событием и понесенными расходами.

Из представленных доказательств следует, что истец ФИО1 является собственником <адрес> расположенной по адресу: <адрес>5.

Как следует из договора найма жилого помещения маневренного фонда №46 от 07 декабря 2020 года, дополнительному соглашению к договору найма от 14 сентября 2021 года, указанный договор был заключен между Администрацией городского поселения Чамзинка Чамзинского муниципального района Республики Мордовия и ФИО2, согласно п.2 дополнительного соглашения наниматель не позднее 20 сентября 2021 года обязан освободить и сдать наймодателю жилое помещение. Указанная обязанность была выполнена ФИО2 о чем свидетельствует акт сдачи жилого помещения от 20 сентября 2021 года.

При этом представленные материалы не содержат безусловных доказательств того, что в период с сентября 2021 года, собственники не имели возможности пользоваться принадлежащей им квартирой, а также коммунальными услугами.

Кроме того, в соответствии с разделом VIII Правил предоставления коммунальных услуг утвержденных Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 N 354, заинтересованные лица были вправе обратиться с соответствующим заявлением о перерасчете платы за коммунальные услуги в случае временного их отсутствия. Доказательств соответствующего обращения, либо отказа в перерасчете, истцами не предоставлено. Между тем, ответчиком представлено письмо директора ООО УК «Обслуживающая организация 1» от 02 февраля 2021 года №15,01 направленное в адрес директора ООО «Саранский расчетный центр» согласно которому ООО УК «ОО1» в связи с произошедшем пожаром просит не производить начисления по услугам ЖКУ по адресу: <адрес>, т.к. данные жилые помещения временно не пригодны для проживания (л.д.215).

Учитывая указанные судом обстоятельства суд считает, что несение указанных расходов по оплате указанных коммунальных платежей связано с фактом наличия у истца ФИО1 права собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес>, доказательств иного не представлено.

В связи с чем, у суда отсутствуют основания для признания убытками и взыскания коммунальных платежей за квартиру расположенную по адресу: <адрес>.

При рассмотрении требований истцов о взыскании убытков в виде коммунальных платежей по адресу: <адрес>, суд приходит к следующему выводу:

Согласно п.1.1 Договора о найме жилого помещения маневренного фонда №46 от 07 декабря 2020 года заключенного между Администрацией городского поселения Чамзинка Чамзинского муниципального района Республики Мордовия и ФИО2, наймодатель передает нанимателю и членам его семьи за плату во временное владение и пользование <адрес>, в качестве жилого помещения маневренного специализированного жилищного фонда, находящуюся в муниципальной собственности по адресу: <адрес> для проживания в ней сроком на один год. Согласно п.1.2 Договора, жилое помещение предоставлено в связи с утратой жилого помещения в результате обращения в администрацию г.п.Чамзинка Чамзинского муниципального района Республики Мордовия, признанием жилого помещения непригодным для проживания в результате пожара 07 декабря 2020 года. Согласно п.1.5 Договора, совместно с нанимателем в жилое помещение вселяются члены его семьи: ФИО1 – жена. С учетом дополнительного соглашения к договору найма, наниматель обязан освободить и сдать по акту сдать нанимателю жилое помещение не позднее 20 сентября 2021 года.

За пользование указанным жилым помещением истцом ФИО2 произведена оплата коммунальных услуг, за период пользования квартирой с 07 декабря 2020 года по 20 сентября 2021 года, согласно представленному расчету на общую сумму 19778 рублей 56 копеек, что подтверждается представленными квитанциями и не оспаривается ответчиком (л.д.9).

Из исследованных в ходе рассмотрения дела доказательств следует, что указанные расходы были понесены ответчиком ФИО2 в связи с виновными действиями со стороны ответчика, размер понесенных расходов подтвержден представленными квитанциями, при этом доказательств отсутствия вины ответчика в связи с понесенными расходами не представлено.

В связи с чем, требования о взыскании убытков в виде коммунальных платежей за пользование квартирой в маневренном фонде, суд находит обоснованными, при этом, с учетом представленного расчета, определяет к взысканию в пользу ФИО8 убытки в размере заявленных требований в сумме 19778 рублей 56 копеек.

Кроме того, истцами заявлено требование о взыскании убытков в размере 100000 рублей, что составляет разницу между суммами, выплаченными по соглашениям и суммой, требуемой для устранения последствий нарушения.

Между тем, согласно п.1.1 Соглашения о возмещении ущерба причиненного в результате пожара 07 декабря 2020 года, соглашение заключено в том числе на основании отчета оценщика №17/21 от 03 февраля 2021 года об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта, отделки и конструктивных элементов квартиры и дополнения от 29 июля 2021 года к отчету оценщика №17/21 об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта от 03 февраля 2021 года, при этом всего определена сумма в размере 157900 рублей 00 копеек.

Согласно п.1.1. Соглашения о возмещении ущерба, причиненного квартире в результате пожара от 07 декабря 2020 года, следует, что соглашение заключено в том числе на основании отчета оценщика №17/21 от 03 февраля 2021 года об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта, отделки и конструктивных элементов квартиры и дополнения от 29 июля 2021 года к отчету оценщика, общая сумма причинённого ущерба определена в размере 97862 рубля 50 копеек.

Таким образом, общая сумма причиненного в результате пожара ущерба определена на основании соответствующих исследований специалистов, и сомнений на период заключения соглашений не вызывала.

При этом, из представленных в подтверждение заявленногго иска доказательств не следует, что ответчиками были понесены убытки связанных с восстановлением нарушенного права в размере 100000 рублей, то есть сверх установленной на основании соглашений суммы и являющейся разницей между выплаченной суммой о суммой требуемой для устранения нарушений. В связи с чем, по мнению суда, отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований и взыскания в пользу истцов убытков в размере 100000 рублей.

При этом, представленные истцами данные о стоимости движимого имущества на настоящее время, не свидетельствуют о понесенных убытках в размере 100000 рублей, а также вине ответчика в причиненных убытках.

Кроме того, истцами заявлено требование о взыскании штрафа в размере 50% от присужденной суммы, при рассмотрении данного требования суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей).

Согласно пункту 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Таким образом, в данном случае, при взыскании с ответчика в пользу потребителя денежных сумм, связанных с восстановлением нарушенных прав последнего, в силу прямого указания закона суд должен разрешить вопрос о взыскании с виновного лица штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

В связи с этим, обстоятельствами, имеющими значение для правильного применения указанной нормы, являются факт обращения потребителя с соответствующим требованием к изготовителю (исполнителю, продавцу, уполномоченной организации) во внесудебном порядке, то есть до обращения с требованием в суд, и отказ изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации) в этом случае в добровольном порядке удовлетворить требования потребителя.

Между тем, как следует из представленных материалов дела, истец ФИО6 ранее обращалась с претензиями в порядке досудебного урегулирования спора – 16 февраля 2021 года (предъявлено треблвание о возмещении стоимости ущерба причиненного движимому имуществу, стоимости восстановительного ремонта, стоимости экспертизы) и 30 августа 2021 года (заявлено требование о возмещении причиненного ущерба или проведении равноценного ремонта). В подтверждение предъявленных претензий были представлены соответствующие отчеты оценщиков с дополнениями. По результатам рассмотрения указанных претензий, ответчиком добровольно было принято решение об удовлетворении заявленных требований и возмещении причиненного ущерба, в связи с чем, были заключены соглашения от 01 марта 2021 года и соглашение от 07 сентября 2021 года, что истцами не оспаривается (л.д.121-123, 213).

Доказательств обращения истцов в адрес ответчиков с соответствующими претензиями о выплате компенсации морального вреда, причиненных убытков, суду не представлено.

Таким образом, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь указанными выше положениями закона, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика штрафа.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 ГПК Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Статья 98 ГПК Российской Федерации предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Истцы были освобожден от уплаты государственной пошлины на основании п.3 ст.17 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992 года №2300-1 и пп.13 п.1 ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

С учетом требований подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 98 ГПК Российской Федерации, с ответчика – ООО УК «ОО1» в бюджет Чамзинского муниципального района Республики Мордовия подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1991 рубль 00 копеек, исходя из следующего расчета (300 (признание п.3.1 соглашения от 01.03.2021г недействительным) + 300 (признание п.3.1 соглашения от 07.09.2021г. недействительным) + 300 (компенсация морального вреда в пользу ФИО1) + 300 (компенсация морального вреда в пользу ФИО2) + 791 (убытки в пользу ФИО2 (19778,56х4%).

На основании изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело в пределах заявленных истцами требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организация 1» о признании недействительными (ничтожными) пунктов соглашения, взыскании морального вреда, убытков, штрафа, удовлетворить частично.

Признать недействительными (ничтожными) условия пп. «В» п. 3.1. Соглашения о возмещении ущерба, причиненного квартире в результате пожара 07.12.2020 (возмещении восстановительного ремонта отделки, конструктивных элементов квартиры и стоимости материалов, для устранения повреждений отделки квартиры) от 07 сентября 2021 года., заключенного между обществом с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организвация1» и ФИО1.

Признать недействительными (ничтожными) условия пп. «В» п. 3.1. Соглашения о возмещении ущерба, причиненного квартире в результате пожара 07.12.2020г. от 01 марта 2021 года, заключенного между между обществом с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организвация1» и ФИО1.

Взыскать с обществом с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организвация1» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с обществом с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организвация1» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, убытки в размере 19778 (девятнадцать тысяч семьсот семьдесят восемь) рублей 56 копеек.

В остальной части исковые требования ФИО1, ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организация 1» оставить без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью УК «Обслуживающая организвация1» в доход бюджета Чамзинского муниципального района Республики Мордовия судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 1991 (одна тысяча девятьсот девяносто один) рубль 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия через Чамзинский районный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Судья Чамзинского районного суда

Республики Мордовия Б.Б.Овчинников