дело № 2-732/2025
УИД 26RS0028-01-2025-001099-50
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
31 июля 2025 года г.Светлоград
Петровский районный суд Ставропольского края в составе:
председательствующего судьи Ромась О.В.
при секретаре Портянко А.С.,
с участием: истца ФИО7,
ответчика ФИО8,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-732/2025 по иску ФИО7 к ФИО8 о возмещении убытков и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО7 обратилась в Петровский районный суд Ставропольского края с иском к ФИО8 о возмещении убытков и компенсации морального вреда.
Свои исковые требования обосновывает следующим: 10 сентября 2024 года ФИО8 обратилась к мировому судье СУ №... с заявлением о возбуждении в отношении неё уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ. В это же день, 10 сентября 2024 года указанное заявление ФИО8 мировым судьей было принято к производству. 31 января 2025 года мировым судьей СУ №..., она по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ была оправдана в связи с отсутствием в её действиях состава преступления по п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ. Оправдательный приговор от 31 января 2025 года в отношении неё вступил в законную силу 18 февраля 2025 года.
В период рассмотрения уголовного дела в отношении неё у мирового судьи, она понесла определенные убытки, которые выразились в оплате услуг адвоката, стоимость которых составила 20 000 рублей, что подтверждается Соглашением и квитанциями к приходно-кассовым ордерам, подлинники которых приложены к настоящему иску. Кроме того, привлечением её к уголовной ответственности ей причинен моральный вред, который выразился в моральных страданиях и переживаниях, связанных как с самим фактом возбуждения в отношении неё уголовного дела, так и участием в судебных заседаниях, сбором доказательств. С учетом указанных обстоятельств она определяет сумму морального вреда в 10 000 рублей.
В соответствии с ч.1 ст.20 УПК РФ, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления, уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.
Согласно ч.2 ст.20 УПК РФ, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч.1 ст.115, ч.1 ст.116.1 и ч.1 ст.128.1 УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных ч.4 ст.20 УПК РФ, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.
Ч.1 ст.133 УПК РФ предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органов дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
На основании п.1 ч.2 ст.133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном Главой 18 УПК РФ, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1-4 части 2 ст.133 УПК РФ (в том числе подсудимый в отношении которого вынесен оправдательный приговор), если уголовное дело было возбуждено в соответствии с ч.4 ст.20 УПК РФ (дела возбуждаемые руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем), а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со ст.318 УПК РФ, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным п.п.1,2,5 ч.1 ст.24 и п.п.1,4,5 ст.27 УПК РФ.
Согласно ч.2 ст.136 УПК РФ, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
Согласно разъяснениям, изложенным в п.8 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в ч.2 ст.133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.
Из п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что согласно ч.9 ст.132 УПК РФ, при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд праве взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производства по этому делу.
В п.3.1 определения Конституционного суда РФ от 02 июля 2013 года №1057-О по жалобе гражданина ФИО1 на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со ст.131 УПК РФ, расходы на оплату услуг представителя не относятся к числе процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу ст. 15 ГК РФ.
Эти расходы могут быть взысканы на основании и в порядке, предусмотренном ст.1064 ГК РФ. Ее положения следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности. Иными словами истолкование положений ст.1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости. При этом, как указывал Конституционный суд РФ, взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием его деятельности, однако возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос - принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления, как по основаниям и порядку принятия соответствующих решений, так и по их правовым последствиям и предопределяет последнего.
В п. 2 определения Конституционного Суда РФ от 26 мая 2016 года №1141-О также разъяснено, что необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ч.2 ст. 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу (постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 года №22-П). Соответственно, уголовное преследование впоследствии оправданного подсудимого по уголовному делу частного обвинения не может быть основанием для взыскания с частного обвинителя убытков в виде расходов на оплату услуг представителя обвиняемого без исследования и установления юридически значимых обстоятельств, связанных со злоупотреблением правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения или добросовестным заблуждением.
Как указал Конституционный Суд РФ в постановлении от 17 октября 2011 года №22-П по делу о проверке конституционности ч.1 и 2 ст.133 УПК РФ в связи с жалобами граждан ФИО2, ФИО3 и ФИО4, при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу(ч.9 ст.132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием её деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).
Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда РФ от 28 мая 2009 года №643-О-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО5 на нарушение его конституционных прав ч.1 ст.133 УПК РФ. В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном (ч.1,3 и 5 ст.20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных ч.4 ст.20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица. Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (ст.33 Конституции РФ) и конституционного права каждого на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ).
Исходя из сущности обвинения, изложенного ФИО8, представленных ею доказательств, а также доказательств, представленных истицей и исследованных в ходе судебного разбирательства по уголовному делу по её обвинению, она считает, что ФИО8 обратилась к мировому судье о возбуждении в отношении неё уголовного дела частного обвинения, имея умысел не восстановления лично её прав, а использование возможного приговора суда в отношении её при рассмотрении гражданского дела её сына ФИО9, которое рассматривалось в Петровском районном суде Ставропольского края по его иску к ней об определении места жительства их с ним двоих несовершеннолетних детей.
Сам ФИО9 неоднократно в ходе судебных разбирательств по гражданскому делу заявлял, что она привлекается к уголовной ответственности за совершение преступления в отношении его матери, скоро будет осуждена и поэтому ей доверять воспитание детей нельзя. В ходе судебного разбирательства по уголовному делу было установлено и закреплено в оправдательном приговоре, что показания ФИО8 в части нанесения ей истицей одного удара правой руки, сжатой в кулак, в область груди по центру, от которого она упала, ударилась головой, в результате чего ей был причинен вред здоровью, обоснованного подтверждения не нашли. Сама частный обвинитель не предоставила ни одного доказательства в подтверждение своего обвинения. В ходе судебного разбирательства по уголовному делу, свидетели защиты полностью опровергли показания ФИО8 Показания ФИО8 были опровергнуты заключениями судебно-медицинских экспертиз, с выводами которых суд согласился и не были оспорены ФИО8 В процессе судебного разбирательства по уголовному делу она предлагала частному обвинителю ФИО8 закончить дело миром и отказаться от обвинения, от такого предложения она категорически отказалась.
При наличии таких обстоятельств, считает, что со стороны частного обвинителя ФИО8 имеется злоупотребление правом, а потому имеются основания к взысканию с неё убытков, в связи с понесенными расходами на оплату услуг защитника по делу частного обвинения и морального вреда.
Для её защиты при рассмотрении уголовного дела у мирового судьи СУ №2 Петровского района Ставропольского края, ею 20 сентября 2024 года с адвокатом ФИО6 было заключено Соглашение ---, согласно которого стоимость услуг адвоката составила 20 000 рублей, которые были уплачены по приходно-кассовому ордеру --- от 23 сентября 2024 года (10 000 рублей) и по приходно-кассовому ордеру --- от 24 января 2025 года (10 000 рублей). Считает, что данные убытки должны быть в полной сумме возмещены с ответчика в её пользу, так как подтверждены документально и являются обоснованными, разумными и справедливыми.
В соответствии с абз. 3 ст.1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения в виде заключения под стражу.
В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, определение размера компенсации морального вреда находится в компетенции суда и разрешается судом в каждом конкретном случае с учетом характера спора, конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей потерпевшего.
С учетом обстоятельств инициирования в отношении неё уголовного преследования, категорию преступления, в совершении которого она обвинялась, данные о её личности, степень нравственных страданий, конкретных обстоятельств дела, считает, что размер компенсации морального вреда составляет 10 000 рублей. Считает указанный размер компенсации морального вреда соответствующим обстоятельствам дела, разумным и справедливым, отвечающим требованиям добросовестности и объему перенесенных мной страданий.
На основании изложенного просит взыскать с ФИО8, *** года рождения, в её пользу убытки в виде сумм, выплаченных за оказание юридической помощи при рассмотрении уголовного дела в размере 20 000 рублей, компенсацию морального вреда в порядке реабилитации в размере 10 000 рублей и понесенные ей расходы по настоящему делу - за составление искового заявления в размере 5 000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО7 поддержала свои исковые требования.
В судебном заседании ответчик ФИО8 исковые требования не признала, возражений против удовлетворения заявленных требований не предоставила. Пояснила, что она также понесла по делу затраты.
Выслушав стороны по делу, исследовав материалы гражданского дела и содержащиеся в нем письменные доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему. В соответствии с ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В соответствии с общим правилом, установленным ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, гражданин имеет право требовать возмещения морального вреда. В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Пленума № 10 от 20.12.1994 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при разрешении требований о компенсации морального вреда суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они причинены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с ч.4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Судом установлено, что на основании заявления частного обвинителя ФИО8 от 10 сентября 2024 г. мировым судом судебного участка №... в отношении ФИО7 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ. Из заявления о возбуждении уголовного дела в порядке частного обвинения следует, что 18 августа 2024 года по адресу: ..., ФИО7 в ходе словесного конфликта нанесла ФИО8 один удар кулаком в область груди, от которого она упала и ударилась головой о бетонный пол в прихожей, в результате чего ей причинен легкий вред здоровью. Указанные обстоятельства, по мнению ФИО8, свидетельствуют о том, что ФИО7 совершила в отношении неё преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 115 УК РФ.
Согласно Приговора мирового судьи СУ №2 Петровского района Ставропольского края от 31 января 2025 года по делу №1-15/2/2024, вступившего в законную силу ***, ФИО7 была по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ была оправдана в связи с отсутствием в её действиях состава преступления по п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ (л.д. 1-14).
Уголовное преследование в отношении ФИО7 осуществлялось с 10.09.2024 (дата подачи заявления частного обвинения) по 31.01.2025 (дата постановления оправдательного приговора суда). В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке. Таким образом, возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. Использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным. Вместе с тем необходимость обеспечения требования Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ч.2 ст.6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011№ 17 "О практике применения судами норм главы 18 УПК Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в ч.2 ст. 133 УПК Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения. Таким образом, частный обвинитель также несет неблагоприятные последствия, включая и возмещение причиненного истцу морального вреда за необоснованное обращение в суд о возбуждении уголовного дела. Принимаются во внимание и продолжительность уголовного преследования, характер физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред. Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе. Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2013 № 1059-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного ст. 23 Конституции Российской Федерации. При разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя. Вместе с тем отсутствие в отношении частного обвинителя вступившего в законную силу приговора о признании его виновным в клевете или заведомо ложном доносе также само по себе не является препятствием для установления в гражданском процессе его вины и возложения на него на основании норм гражданского права обязанности компенсировать моральный вред, причиненный необоснованным привлечением к уголовной ответственности. Согласно п.1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном выше Постановлении от 17.10.2011 N 22-П, необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ч.2 ст.6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу. Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше Определении от 02.07.2013 № 1059-О, истолкование ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости. Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу ч. 1 ст. 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования. В этом же Определении указано, что не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу. Исследовав представленные стороной истца в материалы дела доказательства, в том числе материалы уголовного дела, суд приходит к выводу, что в действиях ФИО8 при обращении к мировому судье с заявлениями о частном обвинении истца, имеет место злоупотребление правом, ее действия, связанные с обращением к мировому судье, были направлены на причинение вреда истцу. В результате возбуждения уголовного дела в отношении ФИО7, ей был причинен вред в связи с участием в судебных заседаниях по уголовному делу и сам факт привлечения к уголовной ответственности. В результате необоснованного обвинения истца частным обвинителем ФИО8 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации, были нарушены личные неимущественные права ФИО7, причинение ответчиком истцу нравственных страданий и физических страданий находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчика. Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из требований ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание фактические обстоятельства, характер причиненных истцу нравственных страданий, обстоятельства причинения вреда, степень вины ответчика, а также, учитывая требования разумности и справедливости, в связи с чем приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме
10 000 руб. Такой размер возмещения отвечает требования разумности и справедливости, цели, для достижения которой он установлен законом. При разрешении вопроса о праве оправданного на взыскание с ответчика убытков в размере 20 000 рублей за участие адвоката в качестве защитника по уголовному делу частного обвинения, суд приходит к выводу, что указанные расходы ФИО7 были связаны с рассмотрением уголовного дела и по своей правовой природе являются убытками потерпевшего лица, которые подлежат взысканию на основании ст. 15 ГК РФ в порядке гражданского судопроизводства, исходя из размера реально понесенных расходов в связи с возбуждением в отношении истца уголовного дела частного обвинения, а также принципа разумности и соразмерности, объема необходимой и реально полученной правовой помощи с учетом обстоятельств дела, длительности рассмотрения судом, объема выполненной работы защитником. Из представленных материалов уголовного дела, возбужденного мировым судьей судебного участка №... в отношении ФИО7 по ч. 1 ст. 115 УК РФ, следует, что интересы подсудимой ФИО7 представляла адвокат ФИО6 Согласно соглашения --- от 20 сентября 2024 года, заключенного ФИО7 с адвокатом Соповой В.А., размер вознаграждения за представление интересов у мирового судьи СУ №... по делу частного обвинения ФИО8 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.115 УК РФ составил 20 000 рублей, которые были уплачены по приходно-кассовому ордеру --- от 23 сентября 2024 года и --- от 24 января 2025 года (л.д. 75-76).
Адвокат подсудимой знакомился с материалами дела, принимал участие судебных заседаниях мирового судьи, злонамеренного поведения подсудимой ФИО7 либо ее защитника по затягиванию судебного разбирательства не установлено.
Согласно протоколов судебного заседания по уголовному делу №1-15/2/2025, судебные заседания по делу были назначены и проходили с участием подсудимой ФИО7 и её защитника - адвоката АК ... Соповой В.А., представившей ордер --- от 20.09.2024, - 02 октября 2024 года, 11 октября 2024 года, 17 октября 2024 года, 22 октября 2024 года, 28 октября 2024 года, 07 ноября 2024 года, 22 января 2025 года, 24 января 2025 года, 27 января 2025 года, 31 января 2025 года (л.д.15-61)
Руководствуясь приведенными выше нормами права, принимая во внимание требования разумности и справедливости, объем оказанных услуг адвокатом, фактические обстоятельства дела, длительность рассмотрения судом дела, сложность рассматриваемого дела, суд полагает необходимым взыскать с ответчика причиненный вред в виде расходов на оплату услуг защитника в сумме 20 000 рублей. При определении размера убытков, подлежащих взысканию в пользу истца, суд исходит из природы убытков, связанных с оплатой услуг представителя в рамках рассмотрения уголовного дела по частному обвинению. В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. В соответствии с позицией, высказанной Конституционным Судом РФ, размер понесенных расходов указывается стороной и подтверждается соответствующими документами (например, договором поручения, квитанцией об оплате). Суд вправе уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя. Реализация данного права судом возможна лишь в случаях, если он признает эти расходы чрезмерными с учетом конкретных обстоятельств дела. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные стороной, в пользу которой принято судебное решение, с противной стороны в разумных пределах является одним из правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителей, соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ. В подтверждение расходов на оплату услуг представителя истцом представлены Соглашение --- от 05 марта 2025 года и квитанция к приходному кассовому ордеру --- от 05 марта 2025 года, согласно которым ФИО7 оплатила адвокату Соповой В.А. 5 000 рублей за составление искового заявления. Суд считает, что оснований для снижения стоимости оплаты услуг представителя не имеется, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы, связанные с услугами представителя в заявленном размере в сумме 5 000 руб. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО7 к ФИО8 о возмещении убытков и компенсации морального вреда - удовлетворить. Взыскать с ФИО8, *** года рождения, уроженки ..., зарегистрированной и проживающей по адресу: ..., паспорт ---, выдан *** отделением УФМС России по ... в ..., в пользу ФИО7, *** года рождения, уроженки ..., зарегистрированной и проживающей по адресу: ..., паспорт ---, выдан *** ГУ МВД России по ..., убытки, связанные с расходами на оплату услуг защитника в размере 20 000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 5 000 рублей, Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Ставропольский краевой суд через Петровский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, т.е. с 07.08.2025. Судья О.В.Ромась