Административное дело № 2а-1858/2022

УИД № 62RS0004-01-2022-001607-14

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Рязань 22 июня 2022 года

Советский районный суд г. Рязани в составе председательствующего судьи Прошкиной Г.А., при секретаре судебного заседания Брюнцовой М.А.,

с участием представителя административного истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности и диплома о высшем юридическом образовании,

представителя административного ответчика МИФНС России № 2 по Рязанской области – ФИО3, действующего на основании доверенности и диплома о высшем юридическом образовании,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Межрайонной ИФНС России № 2 по Рязанской области, УФНС России по Рязанской области о признании незаконным решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, мотивируя тем, что в отношении него была произведена выездная налоговая проверка, в результате которой выявлена и зафиксирована в акте от дд.мм.гггг. налоговая недоимка по УСН за 2019, 2020 годы в размере 3 246 660 руб., 121 800 руб., соответственно, а также исчислены пени в размере 516 911 руб. 64 коп. Решением налогового органа от дд.мм.гггг. он привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения на основании п. 1 ст. 122, п.п. 4, 5 ст. 101, п. 3 ст. 114 НК РФ в виде штрафа в размере 168 423 руб., а также ему была начислена к уплате указанная недоимка. Решением руководителя налоговой службы от дд.мм.гггг. его апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, а обжалуемое решение без изменения. В решении налогового органа указано на то, что в результате налоговой проверки выявлены факты систематической сдачи в аренду принадлежащих ему земельных участков, а также их продажи, доход от чего был непосредственно связан с предпринимательской деятельностью, а потому подлежал отражению в декларации по УСНО, но в них отсутствовал. Ссылаясь на то, что объекты налогообложения – земельные участки, относящиеся к землями сельскохозяйственного назначения, были приобретены в собственность до момента юридической регистрации статуса предпринимателя, действовавшего с дд.мм.гггг. по дд.мм.гггг., использовались и реализовывались вне рамок предпринимательской деятельности, связанной с производством изделий из бетона и использованием их в строительстве, а для удовлетворения семейных нужд, при этом, на всем протяжении срока аренды, арендатор, являясь его налоговым агентом, удерживал из налоговых платежей и оплачивал налог на доходы физических лиц с аренды по ставке 13% годовых, и он лично уплатил налог на доходы физического лица с продажи одного из земельных участков, причем по требованию самого налогового органа, а налоговый орган никаких требований к нему относительно необходимости уточнения деклараций по УСНО ранее не предъявлял; а также полагая, что налоговый орган своим решением возлагает на налогоплательщика налоговое бремя, необоснованно задваивая налоговые обязательства налогоплательщика, просил суд признать незаконным и отменить решение Межрайонной ИФНС России № 2 по Рязанской области № 2.14-16/6604 от 27 декабря 2021 года.

К участию в деле в качестве административного соответчика было привлечено УФНС России по Рязанской области.

По общему правилу, установленному ст. 218 КАС РФ, гражданин вправе обратиться в суд с требованиями об оспаривании решения органа государственной власти (иного органа, наделенного отдельными государственными или иными публичными полномочиями), если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности, в течение трех месяцев со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов.

Судебное обжалование в таком порядке заинтересованными лицами актов налоговых органов прямо предусмотрено ст. ст. 138, 142 НК РФ.

По такой категории дел обязанность доказывания соблюдения требований нормативных правовых актов, регулирующих спорные правоотношения, и соответствия содержания оспариваемого решения данным нормативным правовым актам, возлагается именно на орган, принявший оспариваемое решение (ст. ст. 62, 226 КАС РФ).

Согласно ст. 227 КАС РФ, признание судом оспариваемых решений не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, является основанием для удовлетворения заявленных требований и возложения на административного ответчика обязанности устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению.

Так, ст. ст. 31, 32 НК РФ предусмотрено, что налоговые органы вправе и обязаны осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, а также принятых в соответствии с ним иных нормативных правовых актов.

В силу положений ст. ст. 87, 88, 89 НК РФ, налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции посредством налоговых проверок, одним из видов которых является камеральная проверка правильности исчисления и своевременности уплаты налогов на основе представленных налогоплательщиком налоговых деклараций.

В случае выявления должностными лицами налогового органа в ходе проведения камеральной налоговой проверки нарушений законодательства о налогах и сборах, составляется акт налоговой проверки (ст. 100 НК РФ).

Дела о выявленных в ходе камеральной налоговой проверки налоговых правонарушениях рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 100, 101 НК РФ, с извещением лица, в отношении которого проводилась эта проверка, о времени и месте рассмотрения материалов налоговой проверки, предоставлением последнему возможности подачи возражений на акт налоговой проверки, дачи объяснений по существу проверки и обеспечении права участвовать в процессе рассмотрения материалов проверки лично и (или) через своего представителя.

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки руководитель (заместитель руководителя) вправе принять решение о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения, в котором излагаются обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов, решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за конкретные налоговые правонарушения с указанием статей настоящего Кодекса, предусматривающих данные правонарушения, и применяемые меры ответственности, а также определяется размер выявленной недоимки, соответствующих пеней и подлежащий уплате штраф (п. п. 7, 8 ст. 101 НК РФ).

При этом, пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязанности по уплате налога, начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога (п. 3 ст. 75 НК РФ).

В свою очередь, неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных ст. ст. 129.3 и 129.5 НК РФ, также влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 1 ст. 122 НК РФ).

В судебном заседании установлено:

В период с дд.мм.гггг. по дд.мм.гггг. Межрайонной ИФНС России № по Рязанской области была проведена выездная налоговая проверка в отношении ФИО1 (ИНН <***>), имевшего в период с дд.мм.гггг. год по дд.мм.гггг. статус индивидуального предпринимателя (с дд.мм.гггг. деятельность ИП прекращена).

В результате проведенных проверочных мероприятий за ФИО1 выявлена и зафиксирована в акте налоговой проверки № от дд.мм.гггг. налоговая недоимка по УСН за 2019, 2020 годы, а также исчислены пени за неуплату налога.

По результатам рассмотрения данного акта и иных материалов налоговой проверки налоговым органом принято решение № от дд.мм.гггг. о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушении, на основании которого последнему начислена к уплате недоимка по УСН в размере 3 368 460 руб., пени в размере 556 491 руб. 04 коп. и штраф в размере 168 423 руб.

Данное решение было обжаловано налогоплательщиком в УФНС России по Рязанской области, но оставлено без изменения, о чем вынесено решение № от дд.мм.гггг..

В решениях налоговых органов указано, что в проверяемом периоде ИП ФИО1 осуществлял предпринимательскую деятельностью, применяя упрощенную систему налогообложения.

В ходе сопоставления данных, указанных налогоплательщиком в налоговой декларации по УСНО за 2018, 2019, 2020 годы, сведений информационных ресурсов, а также объяснений налогоплательщика и дополнительно истребованных материалов, налоговым органом было выявлено:

В 2019 году налогоплательщик реализовал земельные участки, имеющие вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного назначения», «для сельскохозяйственного производства» (кадастровые номера: <данные изъяты>), получив доход от их продажи в размере 7 140 000 руб., 7 140 000 руб., 3 570 000 руб., 6 426 000 руб., 3 570 000 руб., 2 754 000 руб., 2 856 000 руб., 2 142 000 руб., 4 284 000 руб., 9 945 000 руб., 4 284 000 руб., соответственно (договор купли-продажи земельных участков № от дд.мм.гггг., заключенный с ООО «Раненбургъ»).

В 2020 году налогоплательщик продал земельный участок, имеющий вид разрешенного использования «для сельскохозяйственного назначения» (кадастровый номер №), получив доход от его продажи в размере 2 030 000 руб.

Общий доход от реализации земельных участков составил 56 141 000 руб., в том числе: за 2019 год в размере 54 111 000 руб., который не был отражен в налоговой декларации по УСНО, что привело к неуплате налога на УСН в размере 3 368 460 руб. (из расчета: 56 111 000 руб. доход х 6% налоговая ставка = 3 246 660 руб. налог за 2019 год; 2 030 000 руб. доход х 6 % налоговая ставка = 121 800 руб. налог за 2020 год).

Неполное и несвоевременное перечисление в бюджет налога на УСН является основанием для начисления пени в размере 556 491 руб. 04 коп.

Одновременно, действия (бездействие) налогоплательщика, не включившего в налоговые декларации по УСНО за 2019, 2020 годы доходы, полученные от продажи земельных участков, признаны налоговым правонарушением, влекущим налоговую ответственность в виде штрафа в размере 673 692 руб. (из расчета: 3 368 460 налог х 20 % ставка штрафа = 673 692 руб. штраф), который с учетом наличия в действиях налогоплательщика ряда смягчающих обстоятельств, был уменьшен в четыре раза, то есть до 168 423 руб.

Действительно, ст. 57 Конституции РФ, ст. 23 НК РФ установлена обязанность каждого платить законно установленные налоги и сборы, своевременно представлять в налоговый орган по месту учета налоговые декларации, а также в установленном законом порядке вести учет доходов, расходов и объектов налогообложения.

К таким налогам относится налог по УСН, налогоплательщиками которого являются организации и индивидуальные предприниматели, перешедшие на упрощенную систему налогообложения (ст. 346.12 НК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 346.15 НК РФ налогоплательщики, применяющие упрощенную систему налогообложения, при определении объекта налогообложения должны учитывать доходы от реализации и внереализационные доходы.

В этих целях товаром признается любое имущество, реализуемое или предназначенное для реализации (ст. 38 НК РФ), а доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров, как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав (ст. 249 НК РФ).

Вместе с тем, применение упрощенной системы налогообложения индивидуальными предпринимателями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на доходы физических лиц (в отношении доходов, полученных от предпринимательской деятельности), налога на имущество физических лиц (в отношении имущества, используемого для предпринимательской деятельности), а также налога на добавленную стоимость. Иные налоги, сборы и страховые взносы уплачиваются индивидуальными предпринимателями, применяющими упрощенную систему налогообложения, в соответствии с законодательством о налогах и сборах (ст. 346.11 НК РФ).

То есть, упрощенная система налогообложения применяется индивидуальными предпринимателями наряду с иными режимами налогообложения и предполагает, что в рамках этого специального режима облагаются исключительно доходы гражданина, полученные от предпринимательской деятельности.

Согласно п. 1 ст. 11 НК РФ для целей законодательства о налогах и сборах в качестве индивидуальных предпринимателей рассматриваются физические лица, зарегистрированные в установленном порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

При этом, граждане (физические лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ).

В силу положений ст. 2 НК РФ, непосредственно под предпринимательской деятельностью понимается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

По смыслу данной нормы направленность действий гражданина на систематическое получение прибыли, как признак деятельности предпринимателя, состоит в активных действиях – вовлечение соответствующих ресурсов (оборудования, рабочей силы, технологии, сырья, материалов, энергии, информационных ресурсов и тому подобное), нацеленности произведенных затрат на получение положительного финансового результата.

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд РФ, гражданин, если он является индивидуальным предпринимателем без образования юридического лица, использует свое имущество не только для занятия предпринимательской деятельностью, но и в качестве собственно личного имущества, необходимого для осуществления неотчуждаемых прав и свобод, и в этом смысле его имущество юридически не разграничено. Законодатель не отделяет имущество физического лица при осуществлении им предпринимательской деятельности. При налогообложении дохода определяющее значение имеет характер использования, а также назначение спорного имущества (Постановление от 17 декабря 1996 года №20-П, Определения от 17 июля 2011 года № 1071-О-О, от 22 марта 2012 года № 407-О-О, от 11 мая 2012 года № 833-О и др.).

В этом контексте в соответствии с правовой позицией Президиума Высшего арбитражного Суда РФ, изложенной в постановлении от дд.мм.гггг. №, о наличии в действиях гражданина предпринимательской деятельности может свидетельствовать изготовление (приобретение) имущества с целью последующего извлечения прибыли от его использования или реализации, хозяйственный учет операций, связанных с осуществлением сделок, взаимосвязанность всех совершенных гражданином в определенный период сделок.

Например, факт того, что нежилое помещение по своим характеристикам не предназначено для использования для личных потребительских нужд налогоплательщика, является одним из признаков того, что продажа нежилого помещения связана с предпринимательской деятельностью.

В отношении деятельности по приобретению и реализации объектов недвижимости вывод о ее предпринимательском характере также может быть сделан с учетом множественности (повторяемости) данных операций, непродолжительного периода времени нахождения имущества в собственности гражданина (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от дд.мм.гггг. №).

При этом, в силу принципа правовой определенности, выступающего одним из элементов правового государства (ч. 1 ст. 1 Конституции РФ) и с учетом конституционных гарантий свободы экономической деятельности, охраны частной собственности, запрета несоразмерного ограничения прав частных лиц (ст. ст. 34, 35, 55 Конституции РФ), налогоплательщики должны иметь возможность в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официального признанного статуса и приобретенных прав, в особенности, что касается размера налоговой обязанности, полноты и правильности ее исполнения.

В определении Конституционного Суда РФ от 3 марта 2015 года № 417-О, от 2 апреля 2015 года № 583-О прямо указано, что применение ранее установленных условий реализации прав и свобод должно осуществляться на основе принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства.

Следовательно, налогоплательщик вправе предполагать, что налоговый орган не обращается к нему за объяснениями или документами, подтверждающими декларируемые налоги, то у налогового органа нет сомнений в правильности уплаты налогов.

Иное означало бы нарушение принципа правовой определенности и вело бы к произволу налоговых органов (определение Конституционного Суда РФ от 12 июля 2006 года № 267-О).

Превышение налоговыми органами (их должностными лицами) своих полномочий либо использование их вопреки законной цели и охраняемым правам и интересам граждан, организаций несовместимо с принципами правового государства (ст. ст. 1, 17 Конституции РФ, Постановление Конституционного Суда РФ от 16 июля 2004 года № 14-П).

Таким образом, при выборе системы налогообложения доходов, полученных от реализации объекта недвижимого имущества гражданином, зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя, принципиальное значение имеет совокупность обстоятельств, касающихся назначения данного имущества, целей его приобретения, использования и реализации.

Бремя доказывания обстоятельств, указывающих на фактическое вступление гражданина в оборот в качестве субъекта предпринимательской деятельности и дающих основания для квалификации полученного физическим лицом дохода как связанного с предпринимательской деятельностью, лежит на налоговом органе.

Кроме того, вопрос законности доначисления налога по УСН от продажи объектов недвижимости, как с предпринимательской деятельности, напрямую зависит от того, имел ли налоговый орган достаточную информацию в период получения дохода для того, чтобы квалифицировать данную деятельность, как предпринимательскую и воспользовался ли он данной информацией для того, чтобы предложить предпринимателю уплачивать налоги с учетом такого характера деятельности. При ином подходе нарушается требование защиты правомерных ожиданий предпринимателя.

Соответствующей правовой позиции, в том числе придерживается Верховный Суд РФ (определение судебной коллегии по экономическим спорам от дд.мм.гггг. №).

Давая при таком положении дела оценку решениям, принятым налоговыми органами в рассматриваемом случае, суд исходит из следующего.

Из материалов дела усматривается, что 12 спорных земельных участков, расположенных в Милославском районе Рязанской области, с кадастровыми номерами: <данные изъяты>, а также земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, впоследствии в результате раздела образовавший спорный земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, относились к категории земель «земли сельскохозяйственного назначения» с видом разрешенного использования «ведение сельского хозяйства» и «ведение сельскохозяйственного производства», находились в собственности ФИО1 с 2011, 2012 года.

Очевидно, что все указанные земельные участки были приобретены ФИО1 до момента юридической регистрации статуса индивидуального предпринимателя (то есть до дд.мм.гггг.), что свидетельствует об отсутствии у их собственника изначального намерения использовать их с целью получения прибыли.

Среди кодов ОКВЭД, имеющих отношение к осуществляемой налогоплательщиком с 2017 года предпринимательской деятельности, какие-либо виды деятельности, которые бы могли иметь отношения к эксплуатации, сдачи в аренду и (или) реализации земельных участков (иных объектов недвижимости) отсутствовали, поскольку основным видом деятельности предпринимателя являлось «производство изделий из бетона и использование в строительстве» (код 23.61).

Для ведения деятельности, связанной с размещением на данных земельных участках производства, складских помещений и (или) под обслуживание производства земельные участки не использовались.

Согласно выписки от дд.мм.гггг. из похозяйственной (домовой) книги, выданной Администрацией муниципального образования – Качуровское сельское поселение Милославского муниципального района Рязанской области, на дату дд.мм.гггг. 12 земельных участков, обшей площадью 1 119 га, находились в собственности ФИО1, использовались для личного подсобного хозяйства.

В соответствии со ст. 78 ЗК РФ, в редакциях, действовавших в спорный период с 2011 года по 2019 год, земли сельскохозяйственного назначения (каковыми являются спорные земельные участки) могли использоваться для ведения сельскохозяйственного производства и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей, в том числе гражданами, ведущими крестьянские (фермерские) хозяйства, личные подсобные хозяйства, садоводство, животноводство, огородничество.

Таким образом, законодатель прямо предусмотрел возможность использования земель сельскохозяйственного назначения для личного пользования.

Вопреки заведомо ошибочной позиции налоговых органов, положения ст. 79 ЗК РФ о том, что находящиеся в составе земель сельскохозяйственного назначения - сельскохозяйственные угодья (пашни, сенокосы, пастбища, залежи, земли, занятые многолетними насаждениями (садами, виноградниками и другими), имеющие приоритет в использовании и подлежащие особой охране, не могут включаться в границы территории ведения гражданами садоводства для собственных нужд, а также использоваться для строительства садовых домов, жилых домов, хозяйственных построек и гаражей на садовом земельном участке, были введены только Федеральным законом от 29 июля 2017 года № 217-ФЗ, а вступили в силу с 1 января 2019 года, а потому к спорным правоотношениям не применимы.

В свою очередь, такие наименования видов разрешенного использования земельных участков (которые наличествовали у спорных земельных участков), в классификаторах видов разрешенного использования земельных участков, как утвержденном приказом Минэкономразвития России от 1 сентября 2014 года № 540, так и впоследствии утвержденном приказом Росреестра от 10 ноября 2020 года № П/0412, отсутствовали.

Соответственно, при отсутствии оснований для применения аналогий права, ссылки налогового органа в решении (абз. 8 л. 14) на такой классификатор с указанием на то, что вид разрешенного использования земельного участка – ведение сельского хозяйства включает в себя, в том числе размещение зданий и сооружений для хранения и переработки сельскохозяйственной продукции, являлись заведомо недопустимыми.

Причем, земельные участки, проданные в 2019 году, находились в собственности ФИО1 на протяжении 8 лет, а земельный участок, проданный в 2020 году, несмотря на то, что юридически с учетом положений ст. 11.2 ЗК РФ считается образованным с возникновением на него права с 2019 года, фактически находился в его собственности также не менее 7 лет.

При этом, ФИО6, при наличии цели получения прибыли от распоряжения земельными участками, имел возможность реализовывать свои права на сдачу земельных участков в аренду на протяжении всего времени титульного владения ими, но земельные участки, проданные в 2019 году, находились в аренде у ООО «Дубасово» всего лишь на протяжении 2-х лет (договор аренды от 17 августу 2017 года), а земельный участок, реализованный в 2020 году, в аренду не сдавался.

Что касается обстоятельств реализации спорных земельных участков, также очевидно, что они в 2019 и 2020 годах были проданы не поэтапно, а разово, без проведения каких-либо работ, приводящих к их разделу, выделу, то есть без преследования цели в получении значительной выгоды при реализации либо их целевом отчуждении, в том числе и относительно земельного участка, проданного в 2020 году, поскольку его предшествовавший раздел был следствием исключительно нахождения данного земельного участка в долевой собственности нескольких лиц (административному истцу принадлежали 58/112 долей земельного участка).

Помимо этого, в действиях налогоплательщика отсутствовала множественность операций по приобретению и реализации объектов недвижимости, а все сделки являлись единоличными сделками, в том числе и сделки по их отчуждению, как имеющие под собой единственное волеизъявление на прекращение владения.

При желании использовать земельные участки в предпринимательской деятельности (с целью получения действительной прибыли), административному истцу было бы экономически выгоднее сдавать их в аренду, получая стабильный, значительный доход, нежели чем прекращать свои правомочия собственника.

Из объяснений налогоплательщика, как данных в рамках налоговой проверки, так и подтвержденных в суде, следовало, что целью приобретения спорных земельных участков являлось именно использование их для удовлетворения личных, семейных и бытовых нужд – сельское хозяйство в подсобных целях, а сдача в аренду осуществлена не для получения прибыли, как таковой, а в целях культивации и сохранения функционального предназначения земельных участков, обязанность проведения каковых мероприятий лежало на собственнике земельного участка в силу требований ст. 13 ЗК РФ, но по материальными и иным причинам, в том числе достижения им пенсионного возраста, не могла быть реализована им своими силами.

Каких-либо документальных и (или) иных доказательств, которые бы с учетом положения ст. 105.1 НК РФ и письма Минфина России от дд.мм.гггг. № могли быть охарактеризованы, как подтверждающие наличие между ФИО1 и юридическими лицами (арендатор, покупатель земельного участка) отношений, оказывающих влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, а потому могли бы быть положены в основу выводов о том, что данные лица являлись взаимозависимыми, в материалах налоговой проверки и в материалах судебного дела также не имеется.

Все перечисленные обстоятельства, как в отдельности, так и в совокупности, не дают суду достаточных оснований для вывода о том, что в действиях налогоплательщика по приобретению земельных участков, по их использованию и (или) в конечном счете по их продаже, имелись безусловные признаки предпринимательской деятельности, доходы от которой было необходимо декларировать и учитывать при УСНО, а, напротив, свидетельствуют о правильности выбора налогоплательщиком системы налогообложения данных доходов, как доходов физического лица.

Во всяком случае, относимых, допустимых и достоверных доказательств обратного, в материалах налоговой проверки не имеется и в суд налоговым органом представлено не было.

Суд также считает необходимым отметить, что налоговому органу было изначально известно о временном распоряжении налогоплательщиком принадлежащими ему земельными участками, путем их сдачи в аренду, но никаких мер для корректировки налогового режима налоговым органом не предпринималось.

Как было указано выше, в период с 2017 года по 2019 год все спорные земельные участки, за исключением одного, находились в аренде ООО «Дубасово», которое в силу положений ст. 24 НК РФ являясь налоговым агентом ФИО1, на протяжении всего срока аренды удерживало из арендных платежей и оплачивало за него налог на доходы физических лиц.

В то время как ставка УСН составляет 6 % и ее уплата освобождала бы налогоплательщика от уплаты НДФЛ по ставке 13 % в полном объеме.

Более по сделке купли продажи земельного участка с кадастровым номером 62:07:004-312:502 (выделенного из земельного участка с кадастровым номером 62:07:0040312:326) также был оплачен НДФЛ в размере 250 544 руб., каковое действие было совершено дд.мм.гггг. непосредственно на основании письменного требования самой МИФНС России № 2 по Рязанской области.

Ранее ФИО1 получил требование № от дд.мм.гггг. о представлении пояснений по вопросу отражения в декларации по УСН дохода, полученного по сделке купли-продажи данного земельного участка, в ответ на которое представил свою правовую позицию относительно отсутствия оснований для квалификации дохода, как предпринимательского.

По результатам рассмотрения его доводов, уведомлением № от дд.мм.гггг. до сведения налогоплательщика была доведена информация о необходимости предоставления налоговой декларации по форме 3-НДФЛ за 2020 год в связи с занижением налога на сумму 250 544 руб., тем самым налоговый орган согласился с квалификацией дохода, как полученного физическим лицом, и не связанного с предпринимательской деятельностью.

Однако, получив, соответствующий налоговый платеж в августе 2021 год, налоговый орган в решении от декабря 2021 года, пересмотрев свою правовую позицию, вновь потребовал оплаты данного дохода как предпринимательского по УСН, тем самым допустив задвоение налогового бремени налогоплательщика (уплаченный НДФЛ составил 250 544 руб., а истребуемый УСН составляет 121 800 руб.).

Таким образом, как в период действия договоров аренды, так и после совершения сделок купли-продажи, налоговому органу была известна правовая природа правоотношений, в которые вступал и в которых находился налогоплательщик, но сомнений в правильности уплаты НДФЛ с данного дохода налоговый орган изначально не выражал, продолжая принимать налоговые декларации по НДФЛ и соответствующие налоговые платежи.

Ссылки налогового органа на то, что акт и решение по камеральным проверкам в отношении одних налоговых деклараций и (или) действий (бездействия) налогоплательщика не исключали возможности пересмотра налоговым органом объема нарушений и ответственности налогоплательщика по результатам выездной проверки, не могут быть приняты судом во внимание, так как несоответствие результатов разных типов налоговых проверок само по себе ведет к искажению основных принципов налогового законодательства.

Напротив, указанные действия и (или) бездействие налогового органа, давали налогоплательщику право предполагать правильность уплаты налога и выбранного налогового режима, а иное толкование означало бы нарушение принципа правовой определенности и допущение произвола налоговых органов, что (как указывалось выше) заведомо недопустимо.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение, как не соответствующее действующему законодательству, в том числе непосредственно требованиям налогового законодательства, и, одновременно, нарушающее права, свободы и законные интересы административного истца, подлежит признанию незаконным с восстановлением прав административного истца, путем отмены данного решения, как это предусмотрено п. 14 ст. 101 НК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 175 - 180, 227-228 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 к Межрайонной ИФНС России № 2 по Рязанской области, УФНС России по Рязанской области о признании незаконным решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения – удовлетворить.

Решение Межрайонной ИФНС России № 2 по Рязанской области № от дд.мм.гггг. о привлечении ФИО1 к ответственности за совершении налогового правонарушения – признать незаконным и отменить.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по административным делам Рязанского областного суда через Советский районный суд г. Рязани в течение месяца со дня изготовления решения в мотивированной форме.

Судья /подпись/