УИД 78RS0№-61
Дело № 2-2531/2025 20 февраля 2025 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Даниленко А.А.,
при секретаре Яковлевой А.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,
установил:
Истец ФИО1 обратился в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 7 570 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 718 233,71 рубля, а также до момента фактического исполнения обязательства, расходов на оплату услуг представителя в размере 70 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 49 641 рубль.
В обоснование требований указано, что ответчиком от истца на основании расписок получены денежные средства на общую сумму 7 570 000 рублей, а именно: ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 000 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 000 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 000 000 рублей и ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 570 000 рублей. Денежные средства переданы ответчику в качестве учредительных взносов, на открытие, в развитие обществ с ограниченной ответственностью «Файнвуд», «НерудТрансСервис», «Нерудтранс». Однако, вышеуказанные общества фактически свою деятельность не вели, сдавали нулевую отчетность и в результате исключены из ЕГРЮЛ, в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Все перечисленные компании никогда не вели реальной хозяйственной деятельности, а лишь были организованы с целью создания видимости осуществления некой деятельности для привлечения денежных средств. Содержание расписок свидетельствует о получении ответчиком денежных средств от истца. Доказательств направления денежных средств на указанные в расписках нужды ответчиком истцу не представлено. Отсутствие в расписке условия о возврате денежных средств не может свидетельствовать о том, что данные денежные средства передаются в дар или в целях благотворительности, а потому подлежат возврату. Полученные ФИО2 денежные средства в общем размере 7 570 000 рублей являются неосновательным обогащением последнего.
Истец в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, право на участие в судебном заседании реализовал через своего представителя ФИО3, которая исковые требования поддержала в полном объеме.
Ответчик в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, реализовал свое право через представителя ФИО4, которая просила отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в письменных возражениях, которые свела к тому, что между сторонами были партнерские отношения по ведению бизнеса, переданные денежные средства были использованы для ведения деятельности обществ, указанных истцом, коммерческие риски по которых не могут рассматриваться в качестве неосновательного обогащения. Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности.
Суд, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.
В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса (пункт 1).
Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).
В силу подп. 3 ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.
Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.
Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.
Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Подпунктом 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Таким образом, названная норма Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение), либо с благотворительной целью.
В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как указывает истец, ответчиком от истца на основании расписок получены денежные средства на общую сумму 7 570 000 рублей, а именно: ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 000 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 000 000 рублей, ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 000 000 рублей и ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 570 000 рублей. Денежные средства переданы ответчику в качестве учредительных взносов, на открытие, в развитие обществ с ограниченной ответственностью «Файнвуд», «НерудТрансСервис», «Нерудтранс». Однако, вышеуказанные общества фактически свою деятельность не вели, сдавали нулевую отчетность и в результате исключены из ЕГРЮЛ, в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Все перечисленные компании никогда не вели реальной хозяйственной деятельности, а лишь были организованы с целью создания видимости осуществления некой деятельности для привлечения денежных средств. Содержание расписок свидетельствует о получении ответчиком денежных средств от истца. Доказательств направления денежных средств на указанные в расписках нужды ответчиком истцу не представлено.
В подтверждение своих доводов истцом в материалы дела представлены вышеуказанные расписки.
Так, из расписок следует, что ФИО2 получил от истца денежные средства: ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 000 000 рублей в качестве учредительного взноса в ООО «Файнвуд», ДД.ММ.ГГГГ - 2 000 000 рублей, - ДД.ММ.ГГГГ – 1 000 000 рублей под развитие ООО «НерудТрансСервис», ДД.ММ.ГГГГ – 2 570 000 рублей на расходы фирмы, в качестве взноса ООО «НерудТранс» и ООО «НерудТрансСервис».
Не отрицая получение вышеуказанных денежных средств, ответчик возражал против исковых требований, указав, что между сторонами имелись партнерские отношения по ведению коммерческой деятельности в вышеуказанных обществах, при этом в ООО «Файнвуд» истец являлся генеральным директором общества и единственным учредителем.
Как следует, из выписки из ЕГРЮЛ ООО «Файнвуд» общество зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, в качестве генерального директора указан ФИО1, он же в качестве единственного участника со 100% размером доли в уставном капитале, деятельность общества прекращена ДД.ММ.ГГГГ путем исключения из ЕГРЮЛ, в связи с наличием недостоверных сведений.
Из выписки ЕГРЮЛ ООО «НерудТрансСервис» следует, что общество зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, в качестве генерального директора указан ФИО2, в качестве участников указаны ФИО2 с размером доли в уставном капитале – 51% и ФИО5 – 49%, деятельность общества прекращена ДД.ММ.ГГГГ путем исключения из ЕГРЮЛ, в связи с наличием недостоверных сведений.
Из выписки из ЕГРЮЛ ООО «Нерудтранс» следует, что общество зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ, в качестве генерального директора указан ФИО2, в качестве участников указаны ФИО2 с размером доли в уставном капитале – 51% и ФИО5 – 49%, деятельность общества прекращена ДД.ММ.ГГГГ путем исключения из ЕГРЮЛ, в связи с наличием недостоверных сведений.
Таким образом, из пояснений сторон следует, что между ними действительно существовали партнерские отношения по созданию и ведению коммерческой деятельности.
При этом, вопреки доводам истца об отсутствии доказательств со стороны ответчика о расходовании денежных средств на указанные в расписках нужды, последние не содержат конкретных условий их расходования, содержащиеся в расписках указания «на учредительный взнос», «развитие» имеют общие понятия создания и ведения коммерческой деятельности посредством общества с ограниченной ответственностью. Кроме того, расписки не содержат условий возвратности денежных средств.
Ссылки истца на отсутствие реальной хозяйственной деятельности, наличие только ее видимости, сдача нулевых отчетностей и как итог прекращения деятельности обществ по причине внесения недостоверных сведений, суд расценивает критически, поскольку генеральным директором и единственным учредителем ООО «Файнвуд» являлся сам истец и не мог не знать тех обстоятельств ведения деятельности общества на которые ссылается в настоящем иске, в том числе обстоятельства отсутствия реальной хозяйственной деятельности, поскольку являясь руководителем и единственным участником, мог и должен был руководить деятельностью по своему усмотрению. Руководителем ООО «Нерудтранс» и ООО «НерудТрансСервис» являлся ответчик, все три общества созданы в короткий временной промежуток, то есть с учетом представленных расписок деятельность всех трех обществ велась сторонами совместно, до прекращения деятельности обществ прошло от 4 до 7 лет, спорные денежные средства истец передавал ответчику на протяжении двух лет с 2016 по 2018 года, то есть сомнения в их реализации с момента первой расписки отсутствовали.
В настоящее время доводы истца по сути сводятся к несогласию с действиями ответчика при ведении деятельности обществ и конкретных действий при расходовании денежных средств, приведших в итоге к прекращении деятельности обществ.
Таким образом, судом установлено, что между сторонами имелись предпринимательские отношения, в связи с чем, суд приходит к выводу, что денежные средства переводились истцом в связи с договорными отношениями сторон и суммой неосновательно сбереженной ответчиком признаны быть не могут. Истец не мог не знать о наличии возможных коммерческих рисков, которые не могут являться предметом неосновательного обогащения.
Доказательств обратного сторона истца, на которую возложена обязанность доказать неосновательность сбережения ответчиком за счет истца денежных средств, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представила.
Более того, истец ранее обращался с требованиями к ответчику о взыскании сумм по спорным распискам, указывая в обоснование на наличие заемных отношений. Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ требования истца были удовлетворены. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное решение суда отменено, в связи с недоказанностью стороной истца заемных отношений. При этом, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции ответчик также ссылался на партнерские отношения по реализации ряда бизнес-проектов, что усматривается из содержания его расписок, не предполагающих возврат истцу полученных денежных средств.
Анализируя представленные в материалы дела документы, учитывая объяснения сторон, суд приходит к выводу, что спорные денежные средства передавались истцом ответчику добровольно и намеренно во исполнение договорных обязательств, при этом истец знал о цели передачи указанных денежных средств и не мог не знать и не понимать, что денежные средства передавались им ответчику для совместной реализации деятельности обществ.
С учетом вышеизложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании неосновательного обогащения.
Кроме того, разрешая ходатайство ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.
В соответствии со ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.
Как было указано выше, денежные средства были переданы истцом ответчику в период с 2016 по 2018 года на основании четырех расписок.
В обоснование требований истец сослался на обстоятельства отсутствия определения момента возврата денежных средств, в связи с чем в данном случае течение срока исковой давности должно определяться моментом их истребования у ответчика, а именно направлением истцом ДД.ММ.ГГГГ претензии.
Однако, как следует из решения Невского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, которым разрешались требования истца о взыскании с ответчика задолженности по договорам займа со ссылкой на спорные расписки, истец предъявляя требования определил момент нарушения его прав моментом возврата денежных средств в срок до ДД.ММ.ГГГГ, то есть с этого момента ему стало известно о нарушении своего права, однако с настоящим иском обратился только ДД.ММ.ГГГГ пропустив трехлетний срок на предъявление требований. При этом, суд учитывает, что ненадлежащий способ защиты права не является основанием для прерывания течения срока исковой давности или его восстановления.
Учитывая, что судом отказано в удовлетворении основных требований истца о взыскании неосновательного обогащения, оснований для удовлетворения вытекающих требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, также не имеется.
На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения – отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Невский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
Судья: Даниленко А.А.
В окончательной форме изготовлено 14.10.2025.