УИД 37RS0020-01-2025-000535-48

Дело 2-489/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тейково 27 мая 2025 года

Тейковский районный суд Ивановской области в составе

председательствующего судьи Димитриенко Т.А.,

при секретаре Ломоносовой Т.А.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Жилищно-строительному кооперативу «Восход» о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в Тейковский районный суд Ивановской области с вышеназванным иском к Жилищно-строительному кооперативу «Восход», указав в его обоснование, что с 20 июня 2014 года он осуществлял трудовую деятельность в <адрес> в качестве председателя правления на основании трудового договора. Первоначально трудовой договор с ним был заключен на срок 2 года, впоследствии в соответствии протоколами заседания правления и решениями общего собрания каждые 2 года трудовой договор продлевался еще на 2 года. 22 апреля 2024 года истец написал заявление об увольнении по собственному желанию и 2 мая 2024 года трудовой договор с ним был расторгнут. За весь период работы правом на использование ежегодного отпуска он не воспользовался ни разу, поскольку специфика его работы не позволяла ему отсутствовать на рабочем месте, компенсации за неиспользованный отпуск он не получал. При увольнении окончательный расчет с ним произведен не был, а именно не произведена выплата компенсации за неиспользованный отпуск за период с февраля 2014 года по 2 мая 2024 года. Истец полагает, что данная компенсация должна быть выплачена ответчиком за все неиспользованные отпуска с 2014 года. Согласно произведенному им расчету с учетом стажа работы, среднедневного заработка и количества неиспользованных дней отпуска размер компенсации составит 113983,87 рублей. Поскольку компенсация за неиспользованный отпуск выплачена работодателем при увольнении своевременно не была, в его пользу также подлежит взысканию компенсация за задержку выплат при увольнении в размере 46839,77 рублей. Кроме того, действиями работодателя ему причинен моральный вред, который он оценивает в 10 000 рублей.

На основании изложенного, с учетом уменьшения исковых требований, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за неиспользованные отпуска в размере 105700 рублей; компенсацию за невыплату компенсации за неиспользованные отпуска при увольнении в размере 47878 рублей; компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей (л.д. 146-147).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске, дополнительно пояснив, что с 20.06.2014 года он был трудоустроен в должности председателя правления <адрес> на срок 2 года с должностным окладом равным 5000 рублей в месяц. Каждые 2 года на заседаниях правления ЖСК его полномочия продлевались, оклад индексировался и составлял с 2016 по 2018 год 6000 рублей, с 2018 по 2020 год – 10 000 рублей, с 2020 года – 12 000 рублей, каких-либо премий ему не выплачивалось. График работы у него был ненормированный, но в силу необходимости и занятости он практически ежедневно находился на работе, в том числе мог бывать в вечерние и ночные часы, а также в выходные дни. Делопроизводством в ЖСК всегда занималась бухгалтер, в том числе, она составляла графики отпусков, вела табели учета рабочего времени. Поскольку его присутствие на работе требовалось постоянно, заместителя у него не было, ввиду производственной необходимости он не мог отсутствовать длительное время на работе, то за все время работы он ни разу не обращался с заявлением о предоставлении ему отпуска, такой вопрос правлением не инициировался и не разрешался, отпуск ему не предоставлялся, компенсации за неиспользованные отпуска он ни разу не получал.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске и дополнительных пояснениях. Дополнительно пояснила, что работодателем для ФИО1 являлось Правление <адрес> обязанностью которого являлось составление графика отпусков и их предоставление работнику. Однако эти обязанности выполнены Правлением Кооператива не были, в связи с чем, именно на ответчика должны быть возложены негативные последствия не предоставления отпусков работнику в виде выплаты компенсации. Полагала, что недобросовестность со стороны работника отсутствует, поскольку имелась производственная необходимость его постоянного участия в деятельности <адрес> Доказательств фактического использования отпуска истцом не имеется. Обязанности постоянного нахождения на рабочем месте у него не имелось, поскольку трудовым договором рабочее место определено не было, график работы у истца был ненормированный, у него было 2 выходных дня в неделю, кроме того, он выполнял свои обязанности вне рабочего места путем участия в совещаниях, заключении договоров.

Представитель ответчика Жилищно-строительного кооператива «Восход» по доверенности ФИО3 в судебном заседании полагал иск не подлежащим удовлетворению по доводам, изложенным в письменном отзыве. Полагал, что истец, являясь руководителем <адрес>», сам обязан был соблюдать трудовое законодательство в отношении самого себя, осуществлять руководство работой Правления, вместе с тем, табеля учета рабочего времени не велись, графики отпусков не составлялись, истец не был лишен возможности в период своей работы пользоваться предоставленным ему правом на ежегодный отпуск, специфика его работы не предусматривала необходимости постоянного нахождения на работе. Более того, полагает, что фактически ФИО1 отпуск регулярно использовал без надлежащего его оформления, имели место периоды его длительного отсутствия на рабочем месте, также имели место факты недобросовестного исполнения обязанностей, что повлекло возникновение задолженностей перед контрагентами, вынесение Предписания службой ГЖИ Ивановской области о необходимости размещения сведений в системе ГИС ЖКХ, а впоследствии решения суда по нарушениям, допущенным в период работы ФИО1. Указанные обстоятельства, по его мнению, свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны работника. Также обратил внимание, что <адрес> является некоммерческой организацией, доходы которой состоят исключительно из платежей ее членов - собственников помещений в МКД, в связи с чем, в случае удовлетворения иска расходы по выплате компенсации станут бременем для проживающих в доме лиц, которые с этим не согласны.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании 19.05.2025 года против удовлетворения иска возражал. Пояснил, что он с 1978 года проживает в МКД по адресу: <адрес>, с мая 2024 года является председателем <адрес> работает по совместительству на 0,25 ставки. Одним из органов управления ЖСК является Правление, которое состоит из 8 человек, каждый из которых является старшим по подъезду, заместитель председателя в период его работы не избирался, в период работы ФИО1 заместителем председателя была избрана ФИО5, которая работала в ЖСК и исполняла обязанности паспортиста до 2020 года. Специфика работы председателя не предполагает необходимости постоянного присутствия и невозможности использования ежегодного отпуска, так как на период отсутствия полномочия председателя могут быть возложены на любого из членов правления. Кроме того, имеют место периоды сезонного затишья, когда никакие работы не проводятся, так, в 1 полугодии обычно денежные средства, имеющиеся в кооперативе, выплачиваются поставщикам, в связи с чем, другие работы не проводятся в виду отсутствия финансовых средств.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, представленные сторонами доказательства, приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации, закрепляя в числе прав и свобод человека и гражданина, которые в Российской Федерации как правовом государстве признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием (статья 1, часть 1; статья 2; статья 17, часть 1; статья 18), право каждого на отдых, одновременно гарантирует работающему по трудовому договору установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (статья 37, часть 5).

Право каждого человека на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск, провозглашено в статье 24 Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года).

Основным законодательным актом, определяющим продолжительность, условия и порядок предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков с сохранением места работы (должности) и среднего заработка, является Трудовой кодекс Российской Федерации.

Как следует из данного Кодекса, продолжительность ежегодного основного оплачиваемого отпуска составляет 28 календарных дней, а для отдельных категорий работников - более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) (статьи 114 и 115).

Оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно; право на его использование за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев непрерывной работы у данного работодателя, а отпуск за второй и последующие годы работы может предоставляться в любое время рабочего года в соответствии с очередностью предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков, определяемой графиком отпусков, который утверждается работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации и является обязательным как для работодателя, так и для работника (части первая, вторая и четвертая статьи 122, части первая и вторая статьи 123).

Перенесение отпуска на следующий рабочий год допускается в исключительных случаях, когда предоставление отпуска работнику в текущем рабочем году может неблагоприятно отразиться на нормальном ходе работы организации, индивидуального предпринимателя, и при соблюдении определенных условий, в частности с согласия работника; отпуск должен быть использован не позднее 12 месяцев после окончания того рабочего года, за который он предоставляется; непредоставление ежегодного оплачиваемого отпуска в течение двух лет подряд запрещается (части третья и четвертая статьи 124).

Часть ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающая 28 календарных дней, может быть заменена денежной компенсацией, но только по письменному заявлению работника и только в отношении части соответствующего отпуска, а при суммировании ежегодных оплачиваемых отпусков или перенесении ежегодного оплачиваемого отпуска на следующий рабочий год - в отношении части каждого ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающей 28 календарных дней, или любого количества дней из этой части (части первая и вторая статьи 126).

Приведенное правовое регулирование направлено на обеспечение реализации каждым работником права на ежегодный оплачиваемый отпуск путем непрерывного отдыха гарантированной законом продолжительности для восстановления сил и работоспособности, что отвечает целям трудового законодательства и согласуется с основными направлениями государственной политики в области охраны труда, к числу которых относится приоритет сохранения жизни и здоровья работников (часть первая статьи 1 и часть первая статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Для случаев увольнения работников, не использовавших по каким-либо причинам причитающиеся им отпуска, федеральный законодатель предусмотрел в статье 127 Трудового кодекса Российской Федерации выплату работнику денежной компенсации за все неиспользованные отпуска (часть первая), а также допустил возможность предоставления неиспользованных отпусков по письменному заявлению работника с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия), определив в качестве дня увольнения последний день отпуска (часть вторая).

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 5 февраля 2004 года N 29-О, от 29 сентября 2015 года N 1834-О, выплата денежной компенсации за все неиспользованные отпуска служит специальной гарантией, обеспечивающей реализацию особым способом конституционного права на отдых теми работниками, которые прекращают трудовые отношения по собственному желанию, по инициативе работодателя или по иным основаниям и в силу различных причин не воспользовались ранее своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск. При этом часть первая статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации не устанавливает ни максимальное количество неиспользованных увольняемым работником дней отпуска, взамен которых ему должна быть выплачена денежная компенсация, ни ее предельные размеры, ни какие-либо обстоятельства, исключающие саму выплату, ни иные подобные ограничения. Напротив, прямо и недвусмысленно указывая на необходимость выплаты денежной компенсации за все неиспользованные отпуска, данная норма тем самым предполагает безусловную реализацию работником права на отпуск в полном объеме, что согласуется как с предписаниями статьи 37 (часть 5) Конституции Российской Федерации, так и со статьей 11 Конвенции МОТ N 132, в силу которой работнику, проработавшему минимальный период, дающий ему право на ежегодный оплачиваемый отпуск, после прекращения трудовых отношений с работодателем предоставляется оплачиваемый отпуск, пропорциональный продолжительности периода его работы, за который отпуск ему не был предоставлен, либо выплачивается денежная компенсация или предоставляется эквивалентное право на отпуск в дальнейшем.

Материалами дела подтверждается, что на основании протокола заседания правления <адрес> № 2 от 17.06.2014, трудового договора № 1 от 20 июня 2014 года ФИО1 был трудоустроен в <адрес> должности председателя правления (л.д. 8-11, 61).

Согласно п.2.1 трудового договора указанный трудовой договор был заключен на срок 2 года, до 20.06.2016 года. Впоследствии в соответствии с протоколами заседания правления и решениями общего собрания каждые 2 года трудовой договор продлевался на очередные 2 года, что подтверждается протоколом № 7 от 30.06.2016 года, протоколом № 2 от 21.06.2020 года, сведениями о состоянии индивидуального лицевого счета ФИО1 и не оспаривалось сторонами (л.д. 13-20, 158-159).

В соответствии с п. 5 трудового договора размер должностного оклада работника составил 5000 рублей в месяц, согласно пояснений сторон оклад увеличивался каждые 2 года при переизбрании председателя и на момент увольнения составил 12130 рублей в месяц. Каких-либо премий, иных выплат не производилось.

Согласно п. 6.4 трудового договора работнику предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней. Отпуск предоставляется в соответствии с графиком отпусков.

Приказом № 5 от 02.05.2024 года трудовой договор с ФИО1 был расторгнут по инициативе работника на основании п. 3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (л.д.12, 118-119).

При увольнении ФИО1 произведены следующие выплаты:

- <данные изъяты> – заработная плата за апрель 2024 года;

- <данные изъяты> - компенсация за неиспользованный отпуск за последний календарный год работы (л.д. 120-121, 218-219).

Как следует из части первой статьи 140 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с частями третьей и четвертой его статьи 84.1, выплата работнику денежной компенсации, предусмотренной частью первой статьи 127 данного Кодекса, - наряду с прочими денежными суммами, причитающимися ему от работодателя при прекращении трудового договора, - должна быть произведена в день увольнения (в день прекращения трудового договора), которым, по общему правилу, является последний день работы работника; если же в день увольнения работник фактически не работал, но за ним в соответствии с данным Кодексом или иным федеральным законом сохранялось место работы (должность), то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления им требования о расчете.

В случае невыплаты или неполной выплаты указанной денежной компенсации работник имеет право обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 25 октября 2018 г. N 38-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО6, ФИО7 и других" признал часть первую статьи 127 и часть первую статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку содержащиеся в них положения - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - не ограничивают право работника на получение при увольнении денежной компенсации за все неиспользованные отпуска и, если данная компенсация не была выплачена работодателем непосредственно при увольнении, не лишают работника права на ее взыскание в судебном порядке независимо от времени, прошедшего с момента окончания рабочего года, за который должен был быть предоставлен тот или иной неиспользованный (полностью либо частично) отпуск, при условии обращения в суд с соответствующими требованиями в пределах установленного законом срока, исчисляемого с момента прекращения трудового договора.

Вместе с тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в названном постановлении, федеральный законодатель вводил в правовое регулирование компенсационную по своей сути выплату исходя прежде всего из необходимости обеспечения работнику возможности реализации конституционного права на отдых, а не в качестве замены ею отпуска, что не позволяет рассматривать часть первую статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации - с учетом ее действительного смысла и предназначения - как правомерный способ накопления, в том числе по обоюдному согласию работника и работодателя, причитающихся работнику отпусков полностью либо частично с целью последующего (при увольнении работника) получения денежной компенсации за них. Соответственно, суд, устанавливая в ходе рассмотрения индивидуального трудового спора о выплате работнику денежной компенсации за неиспользованные отпуска основания для удовлетворения заявленных требований, должен оценить всю совокупность обстоятельств конкретного дела, включая причины, по которым работник своевременно не воспользовался своим правом на ежегодный оплачиваемый отпуск, наличие либо отсутствие нарушения данного права со стороны работодателя, специфику правового статуса работника, его место и роль в механизме управления трудом у конкретного работодателя, возможность как злоупотребления влиянием на документальное оформление решений о предоставлении работнику ежегодного оплачиваемого отпуска, так и фактического использования отпусков, формально ему не предоставленных в установленном порядке.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" при рассмотрении споров, связанных с применением законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации, судам следует исходить из того, что руководителем организации является работник организации, выполняющий в соответствии с заключенным с ним трудовым договором особую трудовую функцию (часть первая статьи 15, часть вторая статьи 57 ТК РФ). Трудовая функция руководителя организации в силу части первой статьи 273 ТК РФ состоит в осуществлении руководства организацией, в том числе выполнении функций ее единоличного исполнительного органа, то есть в совершении от имени организации действий по реализации ее прав и обязанностей, возникающих из гражданских, трудовых, налоговых и иных правоотношений (полномочий собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, правообладателя исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации, прав и обязанностей работодателя в трудовых отношениях с иными работниками организации и т.д.)

Как следует из материалов дела истец являлся председателем правления <адрес> согласно выписке из ЕГРЮЛ он же являлся лицом, имеющим право действовать от имени юридического лица без доверенности.

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 119 Жилищного кодекса Российской Федерации председатель правления жилищного кооператива обеспечивает выполнение решений правления кооператива, без доверенности действует от имени кооператива, в том числе представляет интересы и совершает сделки, осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Кодексом или уставом кооператива к компетенции общего собрания членов кооператива (конференции) или правления кооператива.

Согласно п. 12.9 Устава ЖСК «Восход» в обязанности Правления Кооператива входит наем рабочих и служащих в аппарат Правления и их увольнение, ведение списка членов Кооператива, собственников помещений, а также делопроизводства, бухгалтерского отчета и отчетности, хранение документации.

В соответствии с п. 13.1 Устава председатель Правления избирается сроком на 2 года из числа членов Правления.

Согласно пунктам 13.3.4, 13.3.8, 13.3.13 Устава председатель Правления без доверенности действует от имени кооператива, подписывает финансовые документы, созывает и ведет заседания Правления Кооператива, лично принимает меры и отвечает за выполнение решений Правления и Общего собрания, определяет компетенцию своего заместителя и секретаря Правления.

В соответствии с положениями должностной инструкции председателя правления <адрес> председатель обеспечивает выполнение решений Правления, имеет право давать указания и распоряжения всем должностным лицам <адрес> исполнение которых для указанных лиц обязательно (пункт 3); несет персональную ответственность за организацию делопроизводства в правлении <адрес> учета и хранения документов собственников помещений, самого ЖСК, правильность заключения договоров и соглашений, своевременность и полноту уплаты налогов, сдачи отчетности в налоговую службу, банки, фонды (пункт 9), организовать и направлять деятельность членов правления и должностных лиц <адрес>» в соответствии с действующим законодательством (пункт 2.1.4).

Как следует из материалов дела, пояснений представителя ответчика и подтверждается показаниями допрошенных в качестве свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, не доверять которым у суда оснований не имеется, табеля учета рабочего времени в отношении ФИО1, графики отпусков, заявления на предоставление отпуска, приказы об отпуске в документах <адрес> за период его работы с июня 2014 года отсутствуют.

Доводы истца об обратном какими-либо допустимыми доказательствами не подтверждены и опровергаются представленным в материалы дела актом приема-передачи документов и дел от 02.05.2024 года, согласно которому в процессе передачи документов и дел выявлено отсутствие документов по начислению заработной платы (расчетные ведомости, платежные документы, табеля учета рабочего времени за последние 10 лет) (л.д. 75-76).

Единичные табели учета рабочего времени за февраль и март 2023 года, март и апрель 2024 года о надлежащем исполнении обязанностей по их ведению не свидетельствуют, поскольку данные табели составлены в отношении выборочных сотрудников <адрес> а также за короткий период работы (л.д. 156-157, 160-162). Доказательств наличия табелей учета рабочего времени за иные периоды с 2014 года не имеется.

Свидетели ФИО8, ФИО12, ФИО13, являвшиеся членами правления в период работы ФИО1, пояснили, что за период его работы с заявлением о предоставлении ему отпуска он никогда не обращался, как и за получением компенсации за неиспользованный отпуск, поскольку фактически график работы у него был свободный, он появлялся на рабочем месте по мере необходимости, при проведении каких-либо плановых работ в отношении дома либо по аварийным заявкам, у него имелся рабочий кабинет, но он там постоянно никогда не находился, его никто не контролировал, бывали случаи его длительного отсутствия на работе, в том числе, на протяжении 1-2 недель подряд. С учетом занятости председателя и отсутствием от него заявлений о предоставлении отпуска Правление кооператива полагало, что отпуск им фактически использовался.

Аналогичные показания, касающиеся фактической занятости председателя <адрес> ФИО1 в период его работы, специфики его работы и возможности использования права на ежегодный отпуск, дали свидетели ФИО9, ФИО10, ФИО14.

Анализируя обстоятельства конкретного дела, а именно, то, что ФИО1 являлся Председателем Правления <адрес> руководителем юридического лица, на него была возложена обязанность по организации и направлению деятельности членов правления и работников <адрес> (в том числе бухгалтера, на которую согласно пояснений истца была возложена обязанность по ведению табелей учета рабочего времени, составления графиков отпусков), организацию делопроизводства, учета и хранения документов ЖСК, в том числе, ведение бухгалтерского учета и предоставление отчетности в налоговые органы, при этом истец при увольнении не передал ответчику документацию, связанную с оплатой труда, суд находит действия истца недобросовестными. В указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Истец, будучи руководителем, нес персональную ответственность за исполнение трудового законодательства, в том числе в отношении самого себя, в связи с чем в силу общеправового принципа ex injuria jus non oritur (нарушение права не может быть источником права) истец не может ссылаться на собственное нарушение трудового законодательства как на основание своих требований. Истец, осуществляя трудовую деятельность, обязан был контролировать составление графика отпусков (как в отношении себя, так и остальных штатных работников), не был лишен возможности обращения с заявлением о предоставлении отпуска и его использовании, однако указанных действий не совершал.

Довод истца о невозможности использования ежегодного отпуска ввиду служебной занятости и невозможности оставления рабочего места, судом отклоняется, поскольку как следует из выписки из протокола заседания правления <адрес> от 17.06.2014 года №2 одновременно с избранием председателем ФИО1 был избран его заместитель – ФИО5, сведения о прекращении полномочий которой отсутствуют, в связи с чем, на период отпуска истца исполнение его полномочий могло быть возложено на его заместителя, а в случае его отсутствия на иного сотрудника или члена правления ЖСК. Доказательств невозможности исполнения одним из членов Правления обязанностей Председателя на период отсутствия последнего суду не представлено, доказательств того, что такой вопрос выносился на обсуждение Правления и был получен отказ также не имеется.

Более того, как установлено судом в ходе рассмотрения дела, Положение о работе Правления в <адрес> не утверждалось, персональные обязанности каждого из членов Правления распределены не были. В связи с чем, истец, сам являясь одним из членов Правления и его Председателем, обязан был контролировать ведение кадровой документации и соблюдение трудовых прав работников.

При этом, тот факт, что в <адрес> имеет место практика подписания документов Председателем Правления от имени работодателя (Правления кооператива) нашел свое отражение в представленной в материалы дела копии приказа об увольнении ФИО1 № 5 от 02.05.2024 года, где содержится подпись как руководителя организации – председателя правления ФИО1, так и ФИО1 как работника (л.д. 12), а также в копии приказа о предоставлении отпуска председателю правления ФИО4 от 12.05.2025 года № 2 (л.д. 220).

Доводы истца о его постоянной занятости и невозможности в силу специфики работы отсутствия на рабочем месте в течение нескольких дней подряд опровергаются показаниями допрошенных свидетелей, указанных выше, а также сведениями, содержащимися в коллективном обращении, составленном жителями МКД и адресованном суду в связи с рассмотрением настоящего дела (л.д. 208-211).

Довод представителя истца о наличии у истца безусловного права на оплату неиспользованного отпуска за 2-летний период со ссылкой на абзацы 6,7 ст. 124 Трудового кодекса РФ судом отклоняется, поскольку материалами дела не подтверждено как наличие исключительных обстоятельств для переноса истцу отпуска, предусмотренного графиком отпусков на 2022-2023 г., составления таких графиков, так и достижение между сторонами спора договоренности о переносе отпуска. Приказ о перенесении отпуска на следующий рабочий год с обоснованием наличия исключительных обстоятельств, предусмотренных ч. 3 ст. 124 Трудового кодекса РФ, не издавался, доказательств обратного не имеется.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" даны разъяснения о том, что при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.

Указанный конституционный принцип запрета злоупотребления правом в трудовых отношениях проявляется в соблюдении сторонами трудового договора действующего законодательства, добросовестности их поведения, в том числе и со стороны работника.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" также разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

При таких обстоятельствах, оценив действия истца как руководителя с точки зрения добросовестности, принимая во внимание специфику правового статуса ФИО1 как председателя Правления <адрес> его непосредственное вовлечение в механизм управления трудом в Кооперативе, наличие у него возможности реализации права на ежегодный оплачиваемый отпуск, учитывая то, что достоверно зная о том, что его право на предоставление ежегодного отпуска нарушено, с заявлениями о предоставлении отпуска в Правление он ни разу не обращался, при этом, препятствия в предоставлении отпуска со стороны работодателя отсутствовали, при увольнении предъявил требование о взыскании компенсации за период работы, составляющий 10 лет, при этом компенсация за неиспользованный отпуск за последний год работы ФИО1 была выплачена, суд оснований для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации за задержку ее выплаты не усматривает.

Принимая решение об отказе в удовлетворении иска, суд также учитывает, что утверждение бюджета Кооператива, сметы расходов и штатного расписания, с указанием размера оплаты труда, в том числе Председателя и членов Правления, согласно Устава относится к компетенции Общего собрания Кооператива (л.д. 58).

Из представленных в материалы дела документов следует, что ежегодно за весь период работы ФИО1 с 2014 по 2024 год Общим собранием членов <адрес> утверждалась смета доходов и расходов <адрес> содержащая, в том числе, расходы на фонд оплаты труда согласно штатного расписания, который должен был включать в себя и планируемые расходы на выплату отпускных либо компенсаций за неиспользованные отпуска работникам, при этом сметы содержат подписи как председателя Правления, так и бухгалтера Кооператива (л.д. 163-182).

Планирование бюджета ЖСК – важный процесс, который начинается с составления сметы доходов и расходов на год, утверждения её на общем собрании членов кооператива и дальнейшего мониторинга и анализа фактических затрат с целью обеспечения финансовой устойчивости ЖСК, эффективного использования средств, собранных от членов кооператива, расчета размера платежей и равномерного распределения финансовой нагрузки на собственников помещений МКД.

При таких обстоятельствах, учитывая, что основную часть доходов Кооператива как некоммерческой организации составляют взносы членов кооператива, суд усматривает в действиях руководителя юридического лица очевидное отклонение от разумного, подлежащего судебной защите, поведения. Действия по неиспользованию своевременно права на отпуск и получение соответствующих компенсаций в плановом порядке, повлекшее накопление неиспользованных отпусков за длительный период, а также последующее предъявление требований о взыскании компенсации за 10-летний период, влекут неблагоприятные последствия для собственников помещений МКД в виде увеличения на них финансовой нагрузки и не соответствуют принципу добросовестности.

Ввиду отсутствия нарушений трудовых прав истца со стороны <адрес>», основания для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда также отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Жилищно-строительному кооперативу «Восход» о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Тейковский районный суд Ивановской области в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.

Председательствующий: Димитриенко Т.А.

Мотивированное решение суда изготовлено 03.06.2025 года