Судья Сейдешева А.У.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

уголовное дело № 22-1938/2023

г. Астрахань 12 октября 2023 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе: председательствующего Маревского Н.Э., при ведении протокола секретарем Хверось Т.Ю., с участием государственного обвинителя прокурора отдела прокуратуры Астраханской области Давлетовой Э.Р., осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Денисова Д.А., представителя потерпевшего ФИО 8., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката Денисова Д.А. на приговор Советского районного суда г.Астрахани от 11 августа 2023 г., которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, не судимый,

осужден по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием ежемесячно из заработной платы 10% в доход государства.

Взыскано ФИО1 в пользу ФИО 7, в счет возмещения материального ущерба 58090 рублей, кроме того, с ФИО1 взысканы процессуальные издержки в размере 152000 рублей, связанные с выплатой представителю потерпевшего, за счет средств федерального бюджета, вознаграждения.

Выслушав осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Денисова Д.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение государственного обвинителя Давлетовой Э.Р. и представителя потерпевшего ФИО 8, полагавших приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором ФИО1 признан виновным в краже, то есть в тайном хищении чужого имущества, совершенного с причинением значительного ущерба потерпевшему ФИО 7

Преступление совершено в Советском районе г. Астрахани, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Денисов Д.А., в интересах осуждённого ФИО1, считая приговор незаконным и необоснованным, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в нем, фактическим обстоятельствам дела, а также существенного нарушения норм уголовно-процессуального закона и не отвечающим разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. №55 «О судебном приговоре», противоречащим требованиям ст.ст.14, 302 УПК РФ, просит его отменить, а осужденного оправдать. В обоснование своих доводов, полагает, что выводы суда о том, что ФИО1 похитил имущество, принадлежащее ФИО 7. не нашли своего подтверждения в ходе разбирательства. В судебном заседании не было установлено наличие в квартире, принадлежащей ФИО 2, имущества ФИО 7 в объеме, указанном в обвинении ФИО1 и приговоре суда. Изложенные в приговоре доказательства подтверждают лишь факт прибытия 25 декабря 2020 г. в вечернее время ФИО1 по просьбе ФИО 2 в квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, а также состоявшийся в подъезде разговор между ФИО1, ФИО 2 и ФИО 7, выполнявшим ремонтные работы в указанной квартире, из-за которых возникли разногласия между ФИО 2 и ФИО 7 Кроме того, в судебном заседании ФИО1 пояснил, что вину в совершении данного преступления не признает и, что имущество потерпевшего ФИО 7 он не похищал, мотивов совершать подобное у него не было, 25 декабря 2020 г. в вечернее время он находился во втором подъезде <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>, где состоялся разговор между собственником квартиры ФИО 2 и ФИО 7, получившим денежные средства от ФИО 2 за работы, которые в оговоренные сроки выполнены не были. 20 января 2021 г. ФИО1 участвовал в осмотре данной квартиры по просьбе участкового инспектора полиции, в ходе которого было изъято оставленное ФИО 7 имущество.

Как считает защитник, судом в основу доказательств виновности ФИО1 положены сомнительные показания потерпевшего ФИО 7, а также показания свидетелей обвинения ФИО 14 ФИО 13, ФИО 9, ФИО 10, ФИО 11 и ФИО 12, содержание которых не подтверждает вывод суда о совершении инкриминируемого ФИО1 деяния. Согласно показаниям потерпевшего ФИО 7 было похищено принадлежащее ему имущество, которое находилось в квартире, собственником которой является ФИО 2 При этом его утверждения о том, что данное имущество похитил именно ФИО1, являются предположением. Полагает, что судом оставлены без внимания и оценка показаниям потерпевшего ФИО 7, которые являются противоречивыми, непоследовательны и не согласуются с первичными заявлениями, направленными им в правоохранительные органы, где он не заявлял о похищении имущества, а указал о невыплаченных ему 60000 рублей за выполненные работы. Приводя подробно показания свидетелей защиты ФИО 2, ФИО 1, ФИО 3, ФИО 4, допрошенных в судебном заседании, которые, по мнению защитника, опровергают выводы суда о виновности ФИО1 в совершении данного преступления, судом необоснованно не были приняты во внимание, тогда как указанные им показания свидетелей ФИО 14., ФИО 9, ФИО 10, ФИО 13, ФИО 11 и ФИО 12, выводы суда о совершении ФИО1, указанного выше преступления не подтверждают.

Как полагает защитник, обвинительное заключение не соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, т.к. в нем и в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1, отсутствует точное время совершения преступления, в котором обвиняется ФИО1, а лишь указан длительный период времени – с 19 час. 45 мин. 25 декабря 2020г. по 12 час. 25 мин. 20 января 2021 г., в который, по версии обвинения, ФИО1 якобы похитил данное имущество, при этом каким образом ФИО1 совершил данное преступления (механизм хищения), а также как распорядился похищенным имуществом, не указано. Таким образом, обвинение, предъявленное ФИО1, не конкретизировано и препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ, что ущемляет гарантированное обвиняемому ФИО1 право знать, в чем он конкретно обвиняется. Кроме того, по мнению защитника, обвинение в отношении ФИО1 содержит противоречивые формулировки, в одном случае сделан вывод об удержании ФИО1 имущества ФИО 7, далее указано о похищении данного имущества ФИО1, при этом способ совершения данного преступления в обвинении не указан.

Допущенные следователем существенные нарушения УПК РФ исключали возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании обвинительного заключения в отношении ФИО1, на что обращала внимание защита в ходе рассмотрения дела, однако эти обстоятельства судом оставлены без должного внимания и оценки.

На ряду с этим, как считает защитник, в ходе рассмотрения дела судом в основу обвинительного приговора положены недопустимые доказательства, а именно: заключение эксперта № от 2 февраля 2021г., выполненное сотрудником ООО «Агентство независимой оценки и судебных экспертиз» ФИО 5 с нарушением требований ст. 25 ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», ст. 204 УПК РФ, поскольку в нем отсутствуют содержание и результаты исследований с указанием примененных методик; источники, которыми пользовался эксперт; обоснование выводов о рыночной стоимости имущества по состоянию на 25 декабря 2020г. (дата изготовления и приобретения вещи, процент износа, анализ рынка и цен и т.д.), а в исследовательской части заключения отсутствует описание и методика проведения исследования, что не дает возможность проверить алгоритм расчета и правильность его проведения экспертом. Также из содержания данного заключения следует, что эксперту ФИО 5 не были представлены на исследование документы и чеки, которые фигурируют в постановлении о назначении оценочной экспертизы от 28 января 2021г. Экспертное заключение не содержит сведений, на основании чего было поручено именно эксперту ФИО 5 проведение указанной экспертизы руководителем ООО «Агентство независимой оценки и судебных экспертиз». Также в заключении эксперт ФИО 5 ссылается на Федеральный закон от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ», а также на Федеральные стандарты оценки, утвержденные приказами Минэкономразвития России, однако вопреки содержанию указанных нормативно-правовых актов, в заключении эксперта, анализу рынка вещей (товаров) не отведен ни один из разделов, что не дает возможности проверить информацию о состоянии рынка, стоимости исследованных объектов экспертизы. Таким образом, из содержания заключения невозможно определить, на основании чего экспертом ФИО 5 сделан вывод о стоимости каждого объекта экспертного исследования. Ссылаясь на ст. 7 ФЗ от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», ст.57 УПК РФ, указывает, что из материалов уголовного дела следует, что заключение эксперта не было в установленном законом порядке направлено экспертом ФИО 5 дознавателем, а было получено потерпевшим ФИО 7, которым впоследствии было заявлено ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела заключение данного эксперта и которое было удовлетворено дознавателем ФИО 6 Кроме того, в нарушение п. 25 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда РФ, дознавателем ФИО 6 было напрямую оплачено проведение данной экспертизы в сумме 3000 рублей, о чем свидетельствует копия квитанции к приходному кассовому ордеру № от 2 февраля 2021г. Также на момент проведения данной экспертизы 2 февраля 2021г., по результатам рассмотрения заявления ФИО 7 УУП ОП № УМВД России по г. Астрахани ФИО 6 1 февраля 2021г. было принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и данная экспертиза была проведена за рамками процессуальной проверки, срок проведения которой был продлен до 1 февраля 2021 г. При этом судом не было принято во внимание, что в судебном заседании потерпевший ФИО 7 пояснил, что делал экспертизу за свой счет, то есть, являясь заинтересованной стороной по делу, поскольку оплачивал данную экспертизу.

Как отмечает защитник, копии чеков и гарантийных талонов не были изъяты в установленном УПК РФ порядке, в ходе следствия эти документы не были признаны и вещественными доказательствами, не были они осмотрены и приобщены к материалам уголовного дела, по этому установить происхождение этих документов, а также принадлежность потерпевшему ФИО 7 невозможно, в связи с чем, они, по мнению защитника, являются не допустимыми доказательствами, так же как и протокол осмотра предметов (документов) с фототаблицей от 16 августа 2021г., в ходе которого произведен осмотр предмета - компакт-диска - DVD-RW, представленного ФИО 7; протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 12 апреля 2022 г. с фототаблицей, в ходе которого был осмотрен и прослушан компакт-диск, изъятый у ФИО 7; протокол осмотра и прослушивания видеозаписи от 2 июля 2022 г. с фототаблицей с участием подозреваемого ФИО1 и его защитника, и поэтому не могут быть положены в основу обвинения. Осмотренный следователем компакт-диск не был изъят у потерпевшего ФИО 7, в порядке, установленном УПК РФ. В постановлении об удовлетворении ходатайства ФИО 7 от 16 августа 2021 г., резолютивная часть не содержит принятия следователем решения о приобщении к материалам уголовного дела компакт-диска, который не является первоисточником содержащейся на нем информации, с какого носителя произведено копирование данных записей, когда, кем и при каких обстоятельствах, установить из материалов уголовного дела невозможно. Заявленное защитой ходатайство об исключении указанных доказательств, как отмечает защитник, в нарушение ст.121 УПК РФ не было рассмотрено по существу непосредственно после его заявления. При этом, как считает защитник, не рассмотрены указанные доводы защиты судом и в совещательной комнате при вынесении приговора.

Кроме того, судом в нарушении ст. ст. 299, 307 УПК РФ не дана оценка доводов ФИО1 о невиновности и не изложены мотивы, по которым отвергнуты его доводы в свою защиту. В нарушение ч.ч. 2, 2.1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО 13, чьи показания оспорить, путем проведения очной ставки, ФИО1 не была предоставлена возможность и в приговоре не указано, по каким основаниям, с учетом позиции защиты, возражавшей в их оглашении, они были оглашены. Указывает, что суд, приняв решение об отложении судебного заседания в связи с необходимостью выяснения обоснованности заявления потерпевшего ФИО 7 о возмещении расходов на представителя, вместе с тем, продолжил рассмотрение уголовного дела в отсутствие представителя потерпевшего ФИО 8 и самого потерпевшего ФИО 7, оставив данный вопрос невыясненным. Судом, по мнению защитника, необоснованно отказано в ходатайствах ФИО1, о приобщении к материалам уголовного дела обезличенного в отношении потерпевшего ФИО 7 приговора, который бы подтвердил привлечение последнего к уголовной ответственности и о запросе соответствующих сведений на ФИО 7 в ИЦ УМВД РФ по Астраханской области, а также о приобщении к материалам уголовного дела сведений с сайта УФССП по Астраханской области о наличии крупной задолженности представителя потерпевшего ФИО 8, якобы получившего, согласно договору об оказании юридических услуг, от потерпевшего ФИО 7 по расписке 152 000 рублей.

Как считает защитник, судом необоснованно удовлетворено заявление потерпевшего ФИО 7 о возмещении расходов на представление его интересов на стадии процессуальной проверки, предварительного следствия и в суде, указывая, что заявление ФИО 7 о возмещении судебных расходов не конкретизировано, доказательств выполнения представителем ФИО 8 процессуальных действий в интересах ФИО 7 в объеме, который изложен в акте приема-сдачи выполненных работ от 27 июня 2023 г. по договору от 26 декабря 2020 г., в судебном заседании представлено не было. Представитель ФИО 8 не является адвокатом. Каких-либо сведений о том, что ФИО 8 имеет статус индивидуального предпринимателя в области оказания юридических услуг либо имеет статус самозанятого юриста, в судебном заседании представлено не было. Бесспорных доказательств передачи ФИО 7 денежных средств ФИО 8 в размере 152 000 рублей в судебном заседании представлено не было. Представленная ФИО 7 расписка от 27 июня 2023 г., по мнению защитника, вызывает сомнения в получении ФИО 8 указанной суммы, поскольку, как было установлено в судебном заседании ФИО 8 27 июня 2023 г. находился в г. Москве, о чем пояснил сам потерпевший ФИО 7 Однако, местом написания расписки указано - «г. Астрахань». В судебное заседание, отложенное на 10 августа 2023г. для выяснения вышеуказанных обстоятельств обоснованности и правомерности подачи заявления о возмещении расходов, ни потерпевший ФИО 7, ни его представитель ФИО 8 не явились. Таким образом, доказательств понесенных ФИО 7 расходов на оплату услуг представителя в судебном заседании представлено не было.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, оправдать по основанию, предусмотренному п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления.

В возражениях, государственный обвинитель Винник Е.Ю. и потерпевший ФИО 7, полагая, что приговор является законным и обоснованным, просят оставить его без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит, что приговор не подлежит отмене по доводам апелляционных жалоб.

В соответствии с нормой ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора суда первой инстанции.

В силу ч. 2 ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Однако по данному уголовному делу вышеизложенные требования закона судом соблюдены не в полной мере.

Согласно приговору ФИО1 признан виновным в совершении, при обстоятельствах указанных в приговоре, в период времени с 19 часов 45 минут 25 декабря 2020 г. по 12 часов 25 минут 20 января 2021 г., кражи, т.е. тайного хищения, указанного в приговоре имущества потерпевшего ФИО 7, на общую сумму 58090 рублей, чем причинил ему значительный ущерб.

Как явствует из приговора, суд первой инстанции, свои выводы о признании ФИО1 в совершении указанного преступления основывает на показаниях потерпевшего ФИО 7 и его заявлениях, свидетельских показаниях ФИО 14., ФИО 9, ФИО 10, ФИО 11, ФИО 12, ФИО 13, а также заключении эксперта-товароведа и указанных им в приговоре протоколах осмотров предметов и прослушивания фонограммы.

Между тем в этих показаниях, в заключение эксперта-товароведа и указанных в приговоре протоколах осмотров предметов и прослушивания фонограммы отсутствуют данные, прямо и определенно указывающие на наличие у ФИО1 умысла на хищение подробно указанного в приговоре имущества потерпевшего и на то, что в своих действиях он руководствовался именно корыстной целью.

Напротив, согласно зафиксированным в материалах уголовного дела и отраженным в приговоре показаниям потерпевшего ФИО 7 - ФИО1 и ФИО 2, на его просьбу пройти в квартиру последней, где они до этого работали и оставили его и других работников имущество и забрать его, отказав, сообщил, что заберет с решением суда. Как следует из содержания протокола осмотра и прослушивания, с участием потерпевшего ФИО 7 12 апреля 2022 г., ранее представленной им на компакт-диске фонограммы, последний неоднократно обращается к ФИО1 с просьбой попасть в квартиру и забрать личные вещи и рабочие инструменты, на что ФИО1 отвечает отказом, указывая на то, что разрешит это сделать лишь, при наличии судебного решения, в соответствии с которым ему будет разрешено проникнуть в квартиру. Из чего следует, что, несмотря на противоправные действия ФИО1, умысел у него на завладение с корыстной целью указанного в приговоре имущества, отсутствовал, а это имущество потерпевший сможет забрать при наличии судебного решения, в соответствии с которым тому будет разрешено проникнуть в квартиру.

При этом ни осужденный ФИО1, ни потерпевший ФИО 7, равно как и свидетели: ФИО 14., ФИО 9, ФИО 10, ФИО 11, ФИО 12, ФИО 13, не привели в своих показаниях каких-либо фактов, свидетельствующих о намерении ФИО1, изложенное в приговоре имущество ФИО 7, обратить в свою собственность. Отсутствуют такие данные и в других материалах уголовного дела, положенных судом в основу его выводов о совершении ФИО1 указанного в приговоре преступления.

Тогда как, в соответствии с п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 N 29 (в ред. от 15.12.2022) "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", если противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом, совершены не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество, то они не образуют состава преступления - кражи или грабежа и в зависимости от обстоятельств дела данные действия при наличии к тому оснований подлежат квалификации по ст. 330 УК РФ (самоуправство) или другим статьям УК РФ.

Данному обстоятельству судом надлежащая оценка не дана и как видно из приговора, суд, признавая ФИО1 виновным в совершении им кражи имущества потерпевшего ФИО 7, исходил исключительно из самого факта незаконного завладения им указанного в приговоре имущества ФИО 7, но при этом не дал анализ и оценку цели и мотива поведения ФИО1, обстоятельствам, предшествующим преступному событию, поведению потерпевшего ФИО 7 вызвавшему у ФИО1 недовольство и агрессивность по отношению к потерпевшему, а также указанным выше показаниям потерпевшего в их сопоставлении с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, исходя из совокупности которых, явствует, что 25 декабря 2020 г. ФИО1, действуя, вопреки установленному законом порядку, с правомерностью совершения действий которого не соглашался потерпевший ФИО 7, не позволил последнему 25 декабря 2020 г. забрать, указанное в приговоре его имущество, вследствие чего ФИО 7, был причинен существенный вред, на сумму 58090 рублей.

Доводы же защиты и осужденного ФИО1, об отсутствии 25 декабря 2020 г., в квартире ФИО 2, указанного потерпевшим в приговоре его имущества, опровергаются следующими доказательствами.

Показаниями самого потерпевшего ФИО 7, указавшего в судебном заседании на наличие подробно изложенного в приговоре его имущества, которое 25 декабря 2020 г. находилось в квартире ФИО 2, где он совместно с ФИО 9, ФИО 10 и ФИО 13, до этого производили ремонт. Кроме того, как он сообщил, в связи с тем, что ключ от машины остался в квартире, а без него он не мог использовать свой автомобиль, он был вынужден заказать другой, восстановление которого ему обошлось в 7000 рублей.

Оглашенными в порядке п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО 13, полностью подтверждающие показания потерпевшего ФИО 7, данные им в суде, и изложившего перечень инструментов и другого имущества потерпевшего ФИО 7, полностью соответствующий указанным последним и в приговоре. Кроме того, он сообщил, что от ФИО 7 он узнал, что в квартире остались его ключи от автомобиля, банковская карта ФИО 14 и деньги в сумме 1300 рублей, которые он оставил кармане его куртки для покупки автомобильной резины. Ни на следующий день, когда он вместе с ФИО 7, ФИО 9 и ФИО 10 приехали к квартире ФИО 2, с целью забрать свои вещи, инструмент и деньги за выполненные ими в ней работы, ни позже, ни с ним, ни потерпевшим, ни ФИО 10, ФИО1 и ФИО 2 за выполненные ими работы, не рассчитались. В этой квартире осталась и его рабочая одежда.

Свидетеля ФИО 9 указавшего, что когда они приступили к работе в вышеуказанной квартире были инструменты, перфораторы, болгарки, правила, уровни, которые они использовали в работе. 25 декабря 2020 г., когда пришли работники полиции и ФИО1, как он понял, с супругой, их попросили выйти из квартиры, а затем ФИО1 запер дверь, а инструменты потерпевшего остались в квартире. Кроме того, в квартире осталась карточка ФИО 7 и ключи. ФИО 7, просил осужденного пройти в квартиру и забрать свой инструмент и вещи, но ФИО1 отказывал ему в этом.

Свидетеля ФИО 10, который сообщил, что приехав 25 декабря 2020 г. по изложенному в приговоре адресу в квартиры ФИО 2, увидел, что дверь данной квартиры была закрыта, и ФИО 7 не мог попасть в неё. От ФИО 7 он узнал, что в квартире остались его ключи от машины. Куртка синяя и деньги в размере 12000 рублей.

Показаниями свидетеля ФИО 14., указавшей в судебном заседании, что от потерпевшего ФИО 7 ей стало известно, что 25 декабря 2020 г. осужденный ФИО1 выгнал его из квартиры, где они делали ремонт и запер дверь. В результате чего в квартире остались его вещи: куртка, брюки, обувь, кепка, деньги в сумме 13000 рублей, ключи от машины, инструменты и её банковская карта. Так же её указано, что вскрытие двери автомашины и восстановление ключа от неё потерпевшему обошлось в 10000 рублей.

Свидетельскими показаниями ФИО 12, указавшей, что от ФИО 7, ране осуществлявшего в её квартире ремонт, узнала, что их хозяин квартиры, в которой они делали ремонт, выгнал из неё и запер дверь и теперь он не может попасть в неё и забрать оставшиеся в ней инструменты, деньги и ключи от машины. Знает, что он работал в её доме в квартире на 6 этаже, куда она заходила и видела там, лежавшие на полу вещи и инструменты.

Показаниями, допрошенного в суде в качестве свидетеля, работника полиции ФИО 11, который совместно с ФИО 15 25 декабря 2020 г., были по вызову, направлены в квартиру ФИО 2, указавшего, что на момент их прибытия к указанной квартире в ней находились ФИО 7 и еще два человека. Прибывший ФИО1 сразу же попросил потерпевшего, который просил того отдать ему вещи, карточку и инструмент, выйти из квартиры. После того как все вышли из квартиры ФИО1, закрыл дверь. Со слов потерпевшего, в квартире также остались ключи от машины и деньги около 20000 рублей. ФИО1 же им сообщил, что те не выполнили в срок свою работу. В саму квартиру, ни он, ни его напарник не проходили, находились в прихожей, но он видел в квартире перфоратор и оштукатуренные стены. Они предлагали ФИО1 открыть дверь квартиры, но тот отказал.

Кроме того и другими доказательствами: протоколом осмотра предметов от 16 августа 2021 г., согласно которого участвовавший в осмотре потерпевший ФИО 7 сообщил, что осмотренное имущество: перфораторы - один из которых без названия, два других «Интерскол» и «Бош», уровень, правило, чемодан с аппаратом для сварки труб, пластиковое ведро, тачка-строительная, коробка с находящимся в ней, со слов потерпевшего, лазерным уровнем, углошлифовальной машина с отрезным диском, соответствующие по названиям инструментам, указанным в приговоре и находившихся 25 декабря 2020 г. в квартире ФИО 2, как указал потерпевший ФИО 7, принадлежит ему.

- протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 12 апреля 2022 г., из которой следует, что ФИО 7, неоднократно обращается к ФИО1 с просьбой попасть в квартиру и забрать личные вещи и рабочии инструменты, на что ФИО1 отвечает отказом и перекрывает ему доступ в неё, удерживая дверь, не давая возможности от туда забрать вещи;

Осмотром следователем указанных в протоколе изображений, установлено, что на одном из них изображён ФИО 7 в куртке, доступ к которой, как пояснил последний в ходе осмотра, был пресечен осужденным 25 декабря 2020 г., на других 33 проделанная потерпевшим и его напарниками ремонтная работа в квартире ФИО 2, на 19 видеозаписях, также выполненная работа и строительный инструмент, которым было произведена данная работа.

Согласно заключению эксперта-товароведа № от 2 февраля 2021 г., определена, с учетом износа на 25 декабря 2020 г., рыночная стоимость, изложенного в приговоре имущества потерпевшего, оставшегося 25 декабря 2020 г. в квартире ФИО 2, суммарная стоимость которого составила 43390 рублей, с учетом 3 пик для перфоратора, стоимостью 300 рублей, не вмененных осужденному, но без учета лазерной рулетки, стоимостью 2000 рублей и денежных средств в сумме 13000 рублей, находившихся в куртке потерпевшего, оставленной 25 декабря 2020 г., вместе изложенным в приговоре имуществом, в квартире ФИО 2

Вопреки доводам защитника и осужденного, выводы суда о допустимости положенных в основу приговора доказательств надлежащим образом мотивированы, а приведенные аргументы убедительны и сомнений в своей объективности не вызывают, этим доказательствам, судом первой инстанции дана надлежащая и правильная оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела

Оснований сомневаться в показаниях потерпевшего и указанных свидетелей не имеется, поскольку они являются последовательными, логичными, не противоречивыми и подтверждаются иными доказательствами, приведенными выше и в приговоре.

Суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, достаточно полно, всесторонне и объективно исследовал доказательства по делу, дав им в приговоре в целом, надлежащую оценку, как каждому в отдельности, так и в их совокупности. Имевшиеся по делу существенные противоречия, судом устранены, и им дан соответствующий требованиям закона анализ. Показаниям осужденного, потерпевшего и свидетелей, судом, вопреки доводам апелляционной жалобы, дана верная правовая оценка.

Доводы же защитника о недопустимости указанных в апелляционной жалобе доказательств, о противоречиях и недоказанности виновности осужденного, аналогичны ранее приведенным осужденным и его защитником в ходе судебного разбирательства, являлись предметом тщательной проверки судом первой инстанции, которые с учетом анализа и оценки всех установленных им обстоятельств, в целом, были обоснованно отвергнуты по мотивам, приведенным в приговоре, с которыми нет оснований не согласиться. Указанные же защитником убедительные обстоятельства, которые, по его мнению, повлияли на допустимость приведенных им доказательств и как следствие на выводы суда о виновности осужденного, с учетом исследованного в судебном заседании, таковыми не являются.

Как видно из приговора и материалов дела, в целом, судом все обстоятельства, имеющие значение по делу, в приговоре изложены, исследованы и оценены в соответствии с законом.

Имеющиеся в показаниях потерпевшего и свидетелей неточности, как явствует из материалов дела, с учетом конкретных обстоятельств установленных по делу, не являются основанием для оправдания осужденного.

Нарушений норм УПК РФ, при расследовании и судебном рассмотрении уголовного дела, являющиеся основанием для отмены данного приговора и оправдании осужденного, не имеется, не являются таковыми и доводы, указанные в апелляционной жалобе.

Условия для исследования на основании п. 4 ч. 2 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО 13, предусмотренные ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ, судом первой инстанции соблюдены в полной мере, так как на стадии досудебного производства ФИО1 неоднократно, с участием защитников по соглашению Денисова Д.А. и Убушаева П.С. предоставлялась возможность, ознакомившись с протоколом допроса свидетеля ФИО 13 и сформулировать дополнительные вопросы, заявить ходатайство о проведении с ним очной ставки, изложить свою позицию по вопросу достоверности показаний либо иным предусмотренным законом способом оспорить данные доказательства. Однако, каких-либо ходатайств о проведении с ним следственных действий, направленных на оспаривание его показаний, которые при этом не противоречат показаниям иных указанных выше потерпевшего и свидетелей и совпадают с ними по фактическим обстоятельствам в деталях, стороной защиты заявлено не было (т. 3, л.д. 62-67, 182-187).

Несмотря на вышеизложенные и указанные защитником в апелляционной жалобе недостатки заключения эксперта-товароведа № от 2 февраля 2021 г., оно, как полагает суд апелляционной инстанции, не подлежит исключению из числа допустимых доказательств.

Как вытекает из материалов уголовного дела, данное заключение эксперта приобщено к материалам уголовного дела на основании ходатайства потерпевшего ФИО 7, что не противоречит нормам уголовно-процессуального закона. С данным заключением эксперта, надлежащим образом ознакомились, как потерпевший и его представитель, так и на тот момент подозреваемый ФИО1, с его защитником Убушаевым П.С. (т.1 л.д.66 -69), при этом согласно соответствующих протоколов, от них каких-либо заявлений не поступило и в апелляционной жалобе защитник, указывая, на невозможность проверки обоснованности стоимости указанного в приговоре имущества, вместе с тем, по сути, не оспаривает саму его стоимость.

Доводы же защитника об отсутствии в исследовательской части заключения описания и методики проведения исследования, противоречат фактическим обстоятельствам, поскольку в заключении указано, что расчёты производились сравнительным подходом, т.е. совокупностью методов оценки стоимости объекта оценки, основанных на сравнении объекта оценки с объектами - аналогами объекта оценки, в отношении которых имеется информация о ценах. В заключении указан и источник информации, что, при необходимости, не исключает возможность проверки стоимости исследованных объектов.

Как явствует из заключения эксперта, основанием для проведения данной экспертизы явилось постановление от 28 января 2021 г. о её назначении ВрИО дознавателя ОП № УМВД России по г.Астрахани, в рамках материала проверки КУСП № от 22 января 2021 г., что не противоречит норме ч.4 ст.195 УПК РФ.

В соответствии с указанным постановлением в распоряжение эксперта предоставлены документы и чеки на перфораторы, болгарку, куртку, кроссовки и о восстановлении автомобильного ключа. Также в нем эксперту ФИО 5 разъяснены права и обязанности, и он предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за заведомо ложное заключение. С учетом изложенного и других доводов осужденного и его защитника, изложенных в апелляционной жалобе последнего, оснований ставящих под сомнение выводы указанной экспертизы, не имеется. Объективных данных свидетельствующих о не соответствии выводов эксперта фактическим обстоятельствам, материалы дела не содержат, не представлено таковых и стороной защиты.

Как вытекает из текста постановления об удовлетворении ходатайства потерпевшего от 16 августа 2021г., ( т.1 л.д.155), в его описательно-мотивировочной части указано на ходатайство потерпевшего о приобщении компакт-диска - DVD-RW, которое было удовлетворено и в дальнейшем, имевшаяся на нем информация, с участием потерпевшего надлежаще была исследована, а диск приобщен к материалам уголовного дела.

Отсутствие же в резолютивной части постановления об удовлетворении ходатайства ФИО 7, указания на решение следователя о приобщении к материалам уголовного дела компакт-диска, с учетом вышеизложенного, само по себе, не влечет исключения данного диска и содержащейся на нем информации, из числа допустимых доказательств.

Заявленное защитой ходатайство об исключении указанных им доказательств, с учетом обстоятельств дела, обосновано, разрешено в совещательной комнате, а решение суда по указанному ходатайству изложено им в приговоре.

Обоснованно суд, по мотивам указанным в протоколе судебного заседания, отказал и в удовлетворении ходатайства осужденного о приобщении к материалам уголовного дела приговора в отношении потерпевшего ФИО 7, сведений с сайта УФССП по Астраханской области о наличии у представителя потерпевшего ФИО 8 крупной задолженности и о запросе в ИЦ УМВД РФ по Астраханской области соответствующих сведений на ФИО 7

Вред, причиненный ФИО 7 на указанную выше сумму, как вытекает из его показаний и свидетеля ФИО 14., проживающей совместно с потерпевшим и ведущей с ним общее хозяйство, по изложенным в их показаниях обстоятельствам, является для него существенным.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции, считает, что действия ФИО1, судом первой инстанции не верно квалифицированы по п. «в» ч. 2 ст.158 УК РФ и в этой связи, они подлежат переквалификации на ч.1 ст.330 УК РФ, по которой, с учетом совокупности обстоятельств, обоснованно указанных судом в приговоре, влияющих на вид и размер наказания, назначить ФИО1 наказание в виде исправительных работ сроком на 6 месяцев, с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

Вместе с тем, ФИО1, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, от назначенного ему судом по ч.1 ст.330 УК РФ наказания, подлежит освобождению.

Как явствует из п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности по истечении двух лет после совершения преступления небольшой тяжести. Срок давности исчисляется со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.

Совершенное ФИО1 преступление, предусмотренное ч.1 ст.330 УК РФ, в силу ст. 15 УК РФ, относится к преступлению небольшой тяжести. Сведения о том, что он уклонялся от следствия и суда, в материалах дела отсутствуют. Указанный срок истек 20 января 2023 г., до рассмотрения данного уголовного дела судом апелляционной инстанции 12 октября 2023 г., то есть до вступления приговора в законную силу.

При таких обстоятельствах, приговор Советского районного суда г.Астрахани от 11 августа 2023 г. в отношении ФИО1, подлежит изменению, а его действия, квалифицированное по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, переквалификации на ч.1 ст.330 УК РФ, по которой назначить наказание в виде исправительных работ сроком на 6 месяцев, с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства и на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, от назначенного наказания ФИО1 освободить. В остальном же оставив данный приговор, без изменения.

Доводы же защитника о необоснованности удовлетворения заявления потерпевшего ФИО 7 о возмещении ему расходов на представление его интересов на стадии процессуальной проверки, предварительного следствия и в суде, со ссылкой на отсутствие необходимых, по мнению защитника, доказательств выполнения представителем ФИО 8 процессуальных действий в интересах ФИО 7 в объеме, который изложен в акте приема-сдачи выполненных работ от 27 июня 2023 г. по договору от 26 декабря 2020 г., являются не обоснованными и противоречат указанным, в исследованном судом, акте приема-передачи выполненных представителем потерпевшего работ, которые в полном объеме нашли свое подтверждение в материалах уголовного дела.

Как вытекает из п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 г. N 17 (в ред. от 16.05.2017) "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", по смыслу ч. 1 ст. 45 УПК РФ, представителями потерпевшего, могут выступать не только адвокаты, но и иные лица, способные, по мнению этих участников судопроизводства, оказать им квалифицированную юридическую помощь. Полномочия таких лиц подтверждаются доверенностью, оформленной надлежащим образом, либо заявлением потерпевшего, гражданского истца, частного обвинителя в судебном заседании.

Таким образом, указание защитника, на невозможность участия в качестве представителя потерпевшего ФИО 8, который не является адвокатом и имеет статус индивидуального предпринимателя в области оказания юридических услуг, а также статус самозанятого юриста, не является препятствием для участия его в качестве представителя потерпевшего, его полномочия ФИО 8 подтверждены доверенностью, оформленной надлежащим образом и заявлением потерпевшего в судебном заседании суда первой инстанции.

В судебном заседании апелляционной инстанции, представитель потерпевшего ФИО 8, подтвердил, что имеющаяся в материалах уголовного дела расписка составлена им и деньги, в указанном в ней размере, им получены.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, с учетом времени, затраченного ФИО 8 на участие в качестве представителя потерпевшего ФИО 7 связанных с представительством его интересов, на досудебной стадии, судебного разбирательства, в суде апелляционной инстанции и при составлении соответствующих процессуальных документов, а также на осуществление других действий по оказанию потерпевшему квалифицированной юридической помощи, обоснованно пришел к выводу, что указанные в заявлении потерпевшего расходы и связанные с выплатой им вознаграждения представителю, являлись оправданными и подтверждены соответствующими документами, в связи с чем, подлежат возмещению в полном объеме, за счет средств федерального бюджета, со взысканием с осужденного ФИО1, в доход федерального бюджета, процессуальных издержек связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, в размере 152000 рублей.

Указанная суммы вознаграждения не противоречит и рекомендуемым Решением №7.1 Совета Адвокатской палаты Астраханской области от 22 февраля 2017 г.

Объективных данных о имущественной не состоятельности осужденного, не имеется, он является трудоспособным лицом и, как он сам указал в судебном заседании, достаточно обеспечен, обладает, как движимым, так и не движимым имуществом, на иждивении лиц не имеет.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда г.Астрахани от 11 августа 2023 г. в отношении ФИО1, изменить:

- действия ФИО1 переквалифицировать с п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 330 УК РФ, по которой назначить наказание в виде исправительных работ сроком на 6 месяцев с удержанием 10% из заработной платы в доход государства.

На основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ освободить ФИО1 от назначенного ему наказания за преступление, предусмотренное ч.1 ст.330 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24, ч.8 ст.302 УПК РФ;

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Денисова Д.А., без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции, в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии данного постановления. При этом, осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Маревский Н.Э.