дело № 2-4787/2025
УИД: 78RS0015-01-2024-005133-28
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 апреля 2025 года Санкт-Петербург
Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Рысюк В.Ю.,
при секретаре Харченко А.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «УК «БКС» о защите прав потребителей
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «УК «БКС» о расторжении договора, взыскании денежной суммы в размере 95456 руб., неустойки в размере 95456 руб., компенсации морального вреда в размере 100000 руб., штрафа.
В обоснование иска указано, что 16.09.2020 она заключила инвестиционный договор с ПАО «Банк Уралсиб», передав в доверительное управление 1114 долларов США. Деньги инвестировали в долларовые облигации. 16.09.2023 срок действия договора закончился. Истец обратилась в банк для получения оставшихся денежных средств, в выдаче которых ей было отказано. По состоянию на 11.10.2023 остаток денежных средств составил 960 долларов, иные сведения об остатке денежных средств у истца отсутствуют.
Истец в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.
Представитель ответчика АО «УК «БКС» в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, представила письменные возражения, в которых указала, что договор расторгнут и денежные средства возвращены истцу после получения искового заявления, ранее заявлений о расторжении договора истец не подавала, оснований для взыскания неустойки, штрафа и компенсации морального вреда не имеется.
Представитель третьего лица ПАО «Банк «Уралсиб» в судебное заседание не явился, извещен о рассмотрении дела надлежащим образом.
С учетом положений статей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело при данной явке.
Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что между ФИО1 и АО «УК «БКС» возникли договорные отношения по доверительному управлению ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производные финансовые инструменты на основании заявления ФИО1 № от 26.04.2023 о присоединении к Регламенту доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производные финансовые инструменты (для физического лица) (далее - Регламент).
В соответствии с пунктом 1 статьи 1012 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).
Передача имущества в доверительное управление не влечет перехода права собственности на него к доверительному управляющему.
Осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя (пункт 2 статьи 1012 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Этим обстоятельством (устранением собственника от процесса управления своим имуществом) и обусловливается повышенная ответственность доверительного управляющего за результат доверительного управления (статья 1022 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу положений статьи 5 Федерального закона от 22 апреля 1996 года N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" деятельностью по управлению ценными бумагами признается деятельность по доверительному управлению ценными бумагами, денежными средствами, предназначенными для совершения сделок с ценными бумагами и (или) заключения договоров, являющихся производными финансовыми инструментами. Деятельность по управлению деньгами подлежит лицензированию.
На основании ст. 1023 Гражданского кодекса Российской Федерации доверительный управляющий имеет право на вознаграждение, предусмотренное договором доверительного управления имуществом, а также на возмещение необходимых расходов, произведенных им при доверительном управлении имуществом, за счет доходов от использования этого имущества.
Согласно пункту 1 статьи 1024 Гражданского кодекса Российской Федерации договор доверительного управления прекращается в случае отказа учредителя управления от договора по иным причинам, чем та, которая указана в абзаце пятом настоящего пункта, при условии выплаты доверительному управляющему обусловленного договором вознаграждения.
В судебном заседании установлено, что ФИО1 подписан пакет документов, состоящий из заявления № от 26.04.2023 о присоединении к регламенту доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производные финансовые инструменты (для физического лица), заявления о присоединении к договору доверительного управления ценными бумагами, уведомления о рисках, связанных с заключением договора доверительного управления.
При присоединении истца к Регламенту сторонами определена стандартная стратегия управления "Портфель ПИФ. Долларовые облигации", по условиям которой минимальная сумма денежных средств, подлежащих передаче в доверительное управление, составляет не менее 1000 руб. Срок действия договора - 1 год. Учредитель обязан выплачивать управляющему комиссию за управление объектами доверительного управления, а также вознаграждение.
Истцом ФИО1 на счет АО "УК "БКС" перечислены денежные средства в размере 10 руб. на основании платежного поручения № 1836 от 26.04.2023, 2245,38 руб. на основании платежного поручения № 2399 от 27.04.2023, 45 акций №, 19 акций №.
Истцом 17.10.2023 подано заявление об отказе от договора и возврате денежных средств.
Заявление истца ответчиком оставлено без удовлетворения.
Ответчиком АО "УК "БКС" представлен суду отчет о состоянии имущества, согласно которому сумма свободных денежных средств на счетах по состоянию на 17.04.2025 составила 28267,50 руб., которые были перечислены истцу согласно платежному поручению № 614 от 18.04.2025.
Поскольку ФИО1 подано заявление о прекращении договора и возврате денежных средств, в соответствии с условиями Регламента, стандартной стратегии управления "Портфель ПИФ. Долларовые облигации", возврат должен был быть произведен в течение 10 рабочих дней с даты получения заявления.
Истцом заявлены требования о возврате денежных средств в размере 95456 руб., что эквивалентно 960 долларам США, однако факт наличия указанной суммы на инвестиционном счете истца на дату расторжения договора не подтверждается материалами дела.
Согласно отчету о деятельности управляющего по состоянию на 17.10.2023 остаток денежных средств на счетах истца составил 24545 руб. Таким образом, возврату истцу подлежала указанная сумма.
Учитывая, что в ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком произведен возврат денежных средств в размере 28267,50 руб., требование о возврате денежных средств удовлетворению не подлежит.
Довод ответчика о том, что в период действия договора от истца не поступало поручение на расторжение договора, а договор расторгнут 18.04.2025 в связи с получением искового заявления, не подтверждается материалами дела.
Истцом представлено заявление, поданные в АО "УК "БКС", а также ответ АО "УК "БКС" от 16.11.2023, кроме того, 07.12.2023 истцом подана досудебная претензия и ответ на нее от 29.12.2023. Из заявлений следует, что истец просила расторгнуть договор и вернуть денежные средства.
Истцом также заявлены требования о взыскании неустойки за период с 17.10.2023 по 18.04.2025 в размере 95456 руб.
Разрешая указанное требование, суд исходит из того, что договор расторгнут по инициативе истца 17.10.2023.
По смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора, в связи с чем оснований для начисления неустойки, установленной на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности после даты прекращения обязательства не имеется, соответственно, неустойка за просрочку в выполнении работы не подлежит начислению за период после расторжения договора.
Требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам ст. 395 ГК РФ, истцом не заявлено.
Разрешая требования истца в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. п. 1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей", другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Таким образом, необходимым условием для признания стороны обязательства потребителем является приобретение им товаров (услуг) для личных нужд, и при отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей необходимо определять не только субъектный состав участников договора, но и то, для каких нужд он был заключен.
В такой ситуации сам по себе факт присоединения к договору доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производные финансовые инструменты юридического значения для признания отношений, регулируемыми или не регулируемыми Законом о защите прав потребителей, положения ст. 15 и п. 6 ст. 13 которого предусматривают взыскание с исполнителя в пользу потребителя компенсацию морального вреда и штрафа в случае нарушения прав потребителя и не добровольном удовлетворении требований потребителя, не имеет.
Наименование договора само по себе не свидетельствует, что при заключении названной сделки действительная воля истца была направлена на возникновение правоотношений по профессиональному инвестированию.
Как следует из пояснений истца, она обратилась в ПАО «Банк Уралсиб» с целью открытия счета для сохранности принадлежащих ей денежных средств.
Доказательств того, что присоединение к договору доверительного управления осуществлено истцом для предпринимательской деятельности, в материалы дела не представлено, при этом истец является физическим лицом.
Следовательно, к спорным правоотношениям, подлежит применению Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей".
В соответствии со ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.
Ввиду того, что ответчик осуществил возврат денежных средств только 18.04.2025, то есть через полтора года после подачи истцом заявления об отказе от исполнения договора, права истца как потребителя были нарушены.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.
В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В силу разъяснения, содержащегося в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона).
На основании п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 14772,50 руб. ((24545+5000):2). Оснований для снижения размера штрафа суд не усматривает.
В силу положений ч. 1 ст. 103 и ст. 98 ГПК РФ с ответчика в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина, размер которой с учетом положений статьи 333.19 НК РФ составляет 1236 руб.
На основании изложенного, и руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.
Взыскать с АО УК «БКС» (ИНН №) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф в размере 14 772,50 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.
Взыскать с АО УК «БКС» (ИНН №) в доход бюджета государственную пошлину в размере 1 236 руб.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья В.Ю. Рысюк
Мотивированное решение изготовлено 27.06.2025