УИД 86RS0014-01-2025-000639-90

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 сентября 2025 г. г. Урай

Урайский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего судьи Бегининой О.А.,

при секретаре Гайнетдиновой А.К.,

с участием старшего помощника прокурора г. Урай Насоновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-500/2025 по иску ФИО2 к ФИО4, действующему в своих интересах и интересах ФИО1, ФИО6 о признании утратившими право пользования жилым помещением,

встречному исковому заявлению ФИО4, действующего в своих интересах и интересах ФИО1, ФИО6 к ФИО2, ФИО5 о вселении, возложении обязанности не чинить препятствий, возложении обязанности выдать ключи, определении порядка оплаты за жилое помещение,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением. В обоснование требований указала, что она является нанимателем квартиры, расположенной по адресу: ХМАО <адрес>. Спорное жилое помещение было представлено в связи с расселением <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>. В указанном жилом помещении зарегистрирован ответчик, который в 2007 в квартире не проживает, бремя содержания не несет. В связи с чем просила признать ответчика утратившим право пользования спорным жилым помещением. В настоящее время ответчик зарегистрировал по месту жительства своих несовершеннолетних детей. С учетом увеличений исковых требований просила признать ФИО4, ФИО6, ФИО1 утратившим право пользования спорным жилым помещением.

ФИО4 обратился со встречным исковым заявлением, которое мотивировано тем, что ДД.ММ.ГГГГ между администрацией <адрес> и ФИО2 был заключен договор социального найма жилого помещения №/Ж-1. Он является членом семьи нанимателя, ответчик препятствует его проживанию в квартире, ключи не дает, соглашение об определении порядка участия в оплате заключать отказывается. С учетом заявления, поданного в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил вселить его и несовершеннолетних ФИО6, ФИО1 в спорное жилое помещение, возложить обязанность не чинить препятствия в пользовании, передать ключи, определить порядок участия его и ответчиков в расходах по внесению платы за наем спорным жилым помещением, установив долю каждого в размере 1/3 доли от начисляемых платежей, возложить на администрацию г. Урай обязанность разделить лицевые счета нанимателей и выдавать отдельные платежные документы на оплату жилого помещения, коммунальных услуг, ремонта и содержания жилого помещения.

В судебном заседании истец ФИО3 на требованиях настаивала, в удовлетворении встречных исковых требований просила отказать в полном объёме. В письменных пояснениях представитель истца ФИО16 просил исковое заявление ФИО3 удовлетворить, встречные исковые требования оставить без удовлетворения.

Ответчик ФИО4, действующий в своих интересах и интересах ФИО1, несовершеннолетний ФИО6 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ФИО4 дело просил рассмотреть в его отсутствие.

В судебное заседание ответчик по встречному иску ФИО9 не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в отзыве на исковое заявление указал, что ответчик ФИО4 в спорном жилом помещении не проживал с 2007, попыток вселиться не предпринимал. Со слов истца ему известно, что ответчик ФИО4 коммунальные услуги не оплачивал и после определения порядка оплаты.

Представитель третьего лица не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Администрации г.Урай о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в письменных возражениях указал, что не в праве вмешиваться в родственные отношения, притязаний по данному вопросу не имеет, дело просили рассмотреть в его отсутствие.

Представитель Управления социальной защиты населения опеки и по попечительства по г. Ураю о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие, противоречия между интересами детей и родителей не выявлены.

Кроме того, стороны, лица, участвующие в деле о времени и месте судебного заседания извещены путем направления судебных извещений, в порядке ч.7 ст.113 ГПК РФ заблаговременного размещения информации о деле на официальном интернет-сайте суда - https://uray.hmao.sudrf.ru.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора г. Урай, полагавшего исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

Согласно ст. 40 Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии с ч.4 ст.3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен вправе пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

На основании ч.1 ст. 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных Жилищного кодекса Российской Федерации, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В силу ст.60 Жилищного кодекса Российской Федерации квартира по договору социального найма предоставляется нанимателю во владение и в пользование для проживания в ней на условиях, установленных настоящим Кодексом.

В судебном заседании установлено, что в целях реализации государственной программы ХМАО – Югры «Строительство», утвержденной постановлением Правительства ХМАО – Югры от ДД.ММ.ГГГГ № – п в соответствии с постановлением администрации г. Урай от ДД.ММ.ГГГГ №, на основании заявления ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ принято решение о предоставлении истцу жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> общей площадью 80,7 кв.м., на условиях договора социального найма составом семьи 3 человека, проживающих в жилом помещении по адресу: <адрес>. Управлению по учету и распределению муниципального жилого фонда администрации г.Урай поручено подготовить договор социального найма жилого помещения по адресу: <адрес>. В договоре членами семьи нанимателя указать сын – ФИО4, внук – ФИО5, подготовить соглашение о расторжении договора социального найма жилого помещения по адресу; <адрес> <адрес>, что следует из постановления администрации г. Урай № от ДД.ММ.ГГГГ (том – 1 л.д. 103 – 106).

Данное постановление, в части включения в договор социального найма членов семьи ФИО4, ФИО5 в установленном законом порядке истцом не обжаловано.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между администрацией г. Урай с одной стороны и ФИО3, действующей с согласия проживающих совместно с ней граждан ФИО4, ФИО5 было заключено соглашение о расторжении договора социального найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ №/ж-1 по адресу: <адрес>.

Указанное соглашение было подписано истцом, ФИО5, за которого по доверенности действовала истец и ФИО4 (том – 1 л.д. 31 – 35).

Таким образом, поскольку договор социального найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ №/ж-1 был расторгнут, следовательно, с ДД.ММ.ГГГГ, как наниматель, так и члены ее семьи утратили право пользования вышеназванным жилым помещением.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом, как нанимателем, и администрацией г. Урай был заключен договор социального найма жилого помещения №/Ж-1 о передаче истцу и ее членам семьи: сын ФИО4, внук ФИО5 в бессрочное владение и пользование изолированное жилое помещение, расположенное по адресу: ХМАО – Югра, <адрес> (том – 1 л.д. 37 – 39).

Обращаясь к главе города Урай с заявлением ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении жилого помещения по договору социального найма жилого помещения, расположенного ХМАО – Югра, <адрес> ФИО3 собственноручно указала в качестве члена своей семьи ответчика ФИО4 (том – 1 л.д. 197 – 198).

Доводы истца о том, что отказ от подписания соглашения и договора социального найма отсрочит получение квартиры, объективно не чем не подтверждены.

Согласно ст. 17 Жилищного кодекса Российской Федерации жилое помещение предназначено для проживания граждан, следовательно, право пользования жилым помещением зависит от наличия принадлежности к тому или иному жилому помещению.

Поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что заключая договор социального найма №/Ж-1 от ДД.ММ.ГГГГ спорного жилого помещения, истец не возражала против включения в него ответчика и не заявляла об имеющихся обстоятельствах, препятствующих заключению договора с учетом указанного состава семьи, следовательно, право пользования спорным жилым помещением у ФИО4 возникло как у членов семьи ФИО3 по договору социального найма жилого помещения.

В соответствии с ч. 1 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство.

Частью 3 ст.83 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (ст.71 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Если отсутствие в жилом помещении нанимателя и (или) членов его семьи не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании ч.3 ст.83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Указанные положения закона подлежат применению с учетом разъяснений, содержащихся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», согласно которым, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании ч.3 ст.83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно ч.2 ст.1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Вступившим в законную силу решением Урайского городского суда ХМАО – Югры от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что ответчик ФИО4 исполнял обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, а его выезд из жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> носил вынужденный характер - конфликтные отношения в семье (том – 1 л.д. 114 – 117).

Доводы истца о том, что право пользования спорным жилым помещением производно от их права пользования жилым помещением, которое было изъято, ошибочны. Особенностью жилищных отношений является их длящийся характер, в связи с чем в рассматриваемом случае имеет значение длительность периода, в течение которого ответчик, имея возможность реализовать свои жилищные права, не делал этого, а также длительность уклонения от исполнения своих обязанностей, установленных жилищным законодательством.

Судом установлено, что ответчик ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован по адресу: <адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в спорном жилом помещении (том – 2 л.д. 19).

Из объяснений ответчика, являющихся в силу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельным средством доказывания по делу, следует, что непроживание ответчика в спорной квартире вызвано уважительными причинами, а именно невозможностью проживания ответчика совместно с истцом ввиду сложившихся между сторонами конфликтными отношениями. По прежнему адресу был определен порядок оплаты за жилое помещение, ФИО4 платил по мере возможности, в настоящее время несет расходы по уплате жилищно-коммунальных услуг спорного жилого помещения.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО3 также не оспаривала, что выезд ответчика ФИО4 был вызван тем, что последний создал семью, сожительницей возникали недопонимания. Внуки приходили.

Свидетели Свидетель №1, ФИО10, суду также показали, что ответчик с 2007 не проживал в спорном жилом помещении, отношения между истцом и ответчиком разладились после того, как ФИО4 стал сожительствовать с женщиной. Ключи от квартиры у него были, вселяться намерений не предпринимал.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО11 суду показала, что она сожительствует с ответчиком ФИО4, проживали по адресу 1Г-54-4, в 2007 выехали из – за конфликтов с истцом. ФИО4 до ДД.ММ.ГГГГ не прописывался в спорном жилом помещении по просьбе истца, так как ей было необходимо оформить субсидию.

В судебном заседании свидетель ФИО12 суду показал, что между матерью и сыном натянутые отношения, категорически пускать в квартиру ФИО3 перестала ответчика после смерти его отца.

Решением Урайского городского суда ХМАО – Югры от ДД.ММ.ГГГГ определен порядок оплаты за жилое помещение, расположенного по адресу: <адрес>, обязанность по оплате жилищно-коммунальных услуг возложена на ФИО3 в размере ? доли от общей суммы ежемесячных платежей, ФИО13 в размере ? доли от общей суммы ежемесячных платежей, ФИО4 в размере ? доли от общей суммы ежемесячных платежей (том – 1 л.д. 118 – 121).

Из материалов дела следует, подтверждается судебными приказами, сведениями, содержащимися на сайте УФССП, что с ответчика ФИО4 в принудительном порядке взыскивалась задолженность по оплате жилищно – коммунальных услуг за жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> (том – 2 л.д. 18, 20 – 29).

В ходе рассмотрения дела истец не оспаривала внесение денежных средств в размере 5000 рублей ответчиком ФИО4 в счет оплаты жилищно-коммунальных услуг за жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> (том – 1 л.д. 5).

Истцом ФИО3 также представлены доказательства несения расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг, как за прежнюю квартиру, так и за спорное жилое помещение (том – 1 л.д. 127 – 129, 133, 139, 236 – 237).

ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО4 обращался в администрацию города Урай ХМАО – Югры с заявлением, в котором просил разделить лицевые счета на оплату коммунальных услуг за жилое помещение, расположенное по адресу: ХМАО – Югра, <адрес>. Администрацией города Урай ХМАО – Югры ответчику отказано в заключении соглашения к договору социального найма об определении порядка оплаты ввиду отсутствия согласия остальных членов семьи нанимателя спорного жилого помещения, что следует из ответа от ДД.ММ.ГГГГ (том – 1 л.д. 80, 215).

ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО4 обращался в правоохранительные органы с заявлением, в котором указывал на факт чинения препятствий со стороны истца ФИО3 в пользовании спорным жилым помещением, мотивированное тем, что мать не впускает его в квартиру и не отдает ключи. Данный факт был подтвержден и истцом ФИО3 в ходе рассмотрения дела.

По данному поводу проведена проверка, по результатам которой вынесено постановление от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по сообщению ФИО4 по ст. 19.1 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения (том – 1 л.д. 154 – 163, 176).

В ходе рассмотрения дела ответчик признала, что ключи от спорной квартиры ответчику не передает (том – 1 л.д. 171).

В судебном заседании установлено, что иного жилого помещения на праве собственности на территории Российской Федерации у ответчика не имеется, что подтверждается уведомлением об отсутствии в Едином государственном реестре недвижимости запрашиваемых сведений (том – 1 л.д. 229).

Доводы ответчика о том, что после расторжения договора ею была оплачена задолженность, которая числилась за ответчиком, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку истец ФИО3 не лишена права в регрессном порядке обратиться в суд с иском о взыскании оплаченной доли начислений коммунальных платежей с ответчика. Принудительное взыскание задолженности по оплате коммунальных услуг по адресу: <адрес>, само по себе не может служить основанием для признания ответчика утратившим право пользования жилым помещением, а неоплата ФИО4 коммунальных платежей по месту его проживания, собственником которого он не является, правового значения для рассматриваемого спора значения не имеет.

Судом также установлено, следует из решения Урайского городского суда ХМАО – Югры от ДД.ММ.ГГГГ, что ФИО4 предпринимались меры по сохранению спорного жилого помещения – ДД.ММ.ГГГГ ответчиком был заключен договор энергоснабжения на предоставление коммунальных услуг (том – 1 л.д. 116).

Кроме того, ответчик ФИО4 сохранял регистрацию в квартире вплоть до предоставления иного жилья, действуя в качестве члена семьи нанимателя, совершал действия по получению нового жилья, истец не возражала против заключения договора найма именно с таким составом семьи.

Само по себе длительное отсутствие ФИО4 в спорной квартире, равно как и не представление им доказательств исполнения обязанности по регулярной оплате коммунальных платежей за жилое помещение, в котором он фактически не проживал, не свидетельствует о безусловном отказе ответчика от права пользования жилым помещением.

Указанная позиция закреплена в Постановлении Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, согласно которому любые сроки временного отсутствия гражданина не могут являться основанием для лишения гражданина права пользования жилым помещением в домах государственного и муниципального фондов.

Доводы истца ФИО3 о том, что ответчик ФИО4 приобрел право пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, суд признает необоснованными, поскольку право собственности у несовершеннолетнего ФИО6 на указанное жилое помещение возникло на основании дарения, брак между ФИО4 и ФИО11 не заключался. Согласно положениям закона, закрепленных в Семейном кодексе Российской Федерации, ребенок не имеет права на имущество родителей, а родители - на имущество ребенка. Таким образом, если квартира оформлена на ребенка, она становится его личной собственностью. При этом, право пользования этим жильем у родителей сохраняется, но связано это с их обязанностью воспитывать и содержать ребенка, поскольку ребенок не может жить один и нуждается в совместном проживании с законным представителем.

Оценив доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено и судом не добыто относимых и допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что ФИО4 отказался от права на спорную квартиру в связи с избранием им нового места жительства в качестве постоянного, а также, что у него отсутствует заинтересованность в проживании в спорном жилом помещении, суду не представлено. При этом, материалами дела достоверно подтверждено, что выезд ответчика ФИО4 из спорного жилого помещения носит вынужденный и временный, а не добровольный характер, от прав по договору социального найма он не отказывался, иного жилого помещения для постоянного проживания у него не имеется, обязанность по внесению платы за наем и оплате жилищно-коммунальных услуг им выполняется.

В судебном заседании установлено, подтверждено материалами дела, что истец является отцом несовершеннолетних ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том – 1 л.д. 172 – 173), которые были зарегистрированы в спорном жилом помещении ДД.ММ.ГГГГ (том – 1 л.д. 170).

Как следует из материалов дела, ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ принадлежит на праве собственности 1/3 доля в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: ХМАО – Югра, <адрес>, жилых помещений на праве собственности на территории Российской Федерации у ФИО1 не имеется (том – 1 л.д. 228, 230 – 234).

В силу ст.65 Семейного кодекса Российской Федерации обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

В соответствии с п.1 ст.56 Семейного кодекса Российской Федерации ребенок имеет право на защиту своих прав и законных интересов, которая осуществляется родителями.

Согласно п. 1 ст. 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Как разъяснено в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», по смыслу находящихся в нормативном единстве положений ст.69 Жилищного кодекса Российской Федерации и ч. 1 ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, лица, вселенные нанимателем жилого помещения по договору социального найма в качестве членов его семьи, приобретают равные с нанимателем права и обязанности при условии, что они вселены в жилое помещение с соблюдением предусмотренного ч.1 ст.70 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.

С целью обеспечения права несовершеннолетних детей жить и воспитываться в семье ч.1 ст.70 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и наймодателя для вселения к родителям их несовершеннолетних детей (это могут быть дети как самого нанимателя, так и других членов его семьи, проживающих в жилом помещении).

Как разъяснено в п. 10 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 2 (2022), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.10.2022, невозможность проживания несовершеннолетнего в жилом помещении, которое было определено ему соглашением родителей и в котором он зарегистрирован в установленном порядке, не может служить основанием для признания ребенка утратившим право пользования этим жилым помещением.

Из системного толкования перечисленных норм, а также положений ст. 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, следует, что право несовершеннолетних детей производно от прав их родителей, поскольку лица, не достигшие возраста 14 лет, не могут самостоятельно реализовывать свои права. Несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей. Такое соглашение выступает предпосылкой вселения ребенка в конкретное жилое помещение. При этом закон не устанавливает какого-либо срока, по истечении которого то или иное лицо может быть признано вселенным.

Таким образом, судом установлено, что родителями несовершеннолетних ФИО6 и ФИО1 определено место их проживания и регистрации в жилом помещении по адресу: <адрес>, ответчик ФИО4 право пользования указанным жилым помещением не утратил, не проживание несовершеннолетних связано с тем, что их родители фактически проживают по иному адресу.

Само по себе обращение истца ФИО3 с исковыми требованиями о признании несовершеннолетних ФИО6 и ФИО1 в суд уже свидетельствует о том, что между сторонами имеется спор относительно пользования данным жилым помещением.

Суд полагает, что истцом избран ненадлежащий способ защиты права, поскольку несовершеннолетние ФИО17 в спорном жилом помещении до настоящего времени не проживали, в квартиру не вселялись, место их проживания и регистрации в жилом помещении определено по соглашению родителями, в настоящее время поставлен вопрос об их вселении в спорное жилое помещение для проживания с отцом, следовательно, надлежащим способом защиты права могли являться требования о признании несовершеннолетних не приобретшими право пользования спорным жилым помещением.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.13 Постановлении от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия», при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция Российской Федерации предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства, а также гарантировала право на жилище (ч. 1 ст. 27, ч. 1 ст. 40).

Принимая во внимание, что право пользования жилым помещением несовершеннолетним ФИО6 и ФИО1 предоставлено родителями, которые удостоверили свое волеизъявление относительно выбора места жительства детей, зарегистрировав их в спорной квартире по месту жительства отца, пользование которым приобретено на условиях договора социального найма в установленном законом порядке, суд приходит к выводу, что у ФИО6 и ФИО1 в силу ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации возникло право пользования спорным жилым помещением и они подлежат вселению в спорное жилое помещение с отцом ФИО4

Разрешая встречные исковые требования ФИО4 о возложении обязанности не чинить препятствий, выдать ключи, суд исходит из того, что факт чинения препятствий в пользовании помещением со стороны ответчика по встречному иску ФИО2 нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела. Судом достоверно установлено, что ФИО4 не имеет возможности пользоваться спорным жилым помещением, в том числе по причине отсутствия ключей от квартиры, при этом он не намерен от него отказываться.

Следовательно, требования ФИО4 в данной части законны и обоснованны.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 153 Жилищного кодекса Российской Федерации обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает у нанимателя жилого помещения по договору социального найма с момента заключения такого договора. Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности (ч. 2 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений ч.1 ст.154 Жилищного кодекса Российской Федерации плата за жилое помещение и коммунальные услуги для нанимателя жилого помещения, занимаемого по договору социального найма или договору найма жилого помещения государственного или муниципального жилищного фонда, включает в себя, в том числе, плату за коммунальные услуги.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности», по договору социального найма жилого помещения, в том числе полученного по договору обмена жилыми помещениями, обязанность по оплате жилого помещения и коммунальных услуг у нанимателя возникает со дня заключения такого договора (п.1 ч. 2 ст. 153 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Внесение платы за жилое помещение и коммунальные услуги является обязанностью не только нанимателя, но и проживающих с ним членов его семьи (дееспособных и ограниченных судом в дееспособности), имеющих равное с нанимателем право на жилое помещение, независимо от указания их в договоре социального найма жилого помещения (п. 5 ч.3 ст. 67, ч. 2, 3 ст. 69 и ст.153 Жилищного кодекса Российской Федерации). Названные лица несут солидарную с нанимателем ответственность за невыполнение обязанности по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги (п.24).

Основание и порядок внесения платы за жилое помещение определены ст. 155 Жилищного кодекса Российской Федерации, из содержания которой следует, наниматели жилых помещений по договору социального найма жилого помещения государственного или муниципального жилищного фонда вносят плату за пользованием жилым помещением (плату за наем) наймодателю этого жилого помещения.

Наниматели жилых помещений по договору социального найма и договору найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда в многоквартирном доме, управление которым осуществляется управляющей организацией, вносят плату за содержание жилого помещения, а также плату за коммунальные услуги этой управляющей организации. Наниматель жилого помещения по договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования вносит плату за жилое помещение и коммунальные услуги наймодателю такого жилого помещения, если данным договором не предусмотрено внесение нанимателем платы за все или некоторые коммунальные услуги ресурсоснабжающим организациям. В случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, плата за коммунальные услуги вносится собственниками помещений в многоквартирном доме и нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или договорам найма жилых помещений государственного либо муниципального жилищного фонда в данном доме соответствующей ресурсоснабжающей организации и региональному оператору по обращению с твердыми коммунальными отходами.

В п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного Кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ч.4 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации установлена самостоятельная ответственность бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, продолжающего проживать в этом жилом помещении, по его обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма. Поэтому он вправе потребовать от наймодателя и нанимателя заключения с ним отдельного соглашения, определяющего порядок и размер его участия в расходах по внесению платы за наем жилого помещения и коммунальные услуги, ремонт и содержание жилого помещения. Предложение о заключении такого соглашения может также исходить и от нанимателя. Споры, возникающие в связи с отказом наймодателя и (или) нанимателя заключить такое соглашение или в связи с не достижением соглашения между сторонами по его содержанию, разрешаются в судебном порядке.

Суд, рассматривая названные споры, вправе применительно к положениям ч. 4, 5 ст.155, ст.156 Жилищного кодекса Российской Федерации определить порядок и размер участия бывшего члена семьи нанимателя в расходах на оплату жилого помещения и коммунальных услуг, исходя из приходящейся на него доли общей площади жилого помещения, с возложением на наймодателя (управляющую организацию) обязанности заключить с бывшим членом семьи нанимателя соответствующее соглашение и выдать ему отдельный платежный документ на оплату жилого помещения и коммунальных услуг. Если между лицами, проживающими в жилом помещении по договору социального найма, имеется соглашение об определении порядка пользования этим жилым помещением (например, бывший член семьи нанимателя пользуется отдельной комнатой в квартире), то вышеназванные расходы могут быть определены судом с учетом данного обстоятельства.

Согласно п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22, бывший член семьи нанимателя, сохраняющий право пользования жилым помещением, самостоятельно отвечает по обязательствам, связанным с оплатой жилого помещения и коммунальных услуг, в случае заключения с наймодателем (управляющей организацией) и нанимателем соглашения, определяющего порядок и размер его участия в расходах по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги (ч.4 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации). В случае отсутствия такого соглашения суд вправе определить размер расходов бывшего члена семьи нанимателя по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, исходя из приходящейся на него доли общей площади всего жилого помещения с учетом количества лиц, имеющих право пользования этим жилым помещением. При этом на наймодателя (управляющую организацию) возлагается обязанность заключить с бывшим членом семьи нанимателя соответствующее соглашение и выдать ему отдельный платежный документ на оплату жилого помещения и коммунальных услуг.

Таким образом, действующее жилищное законодательство не содержит запрета на распределение обязанностей по оплате жилищно-коммунальных услуг в рамках заключенного договора найма.

Наличие разногласий между сонанимателями жилого помещения по поводу оплаты услуг ЖКХ не влечет изменения их жилищных прав, но предполагает изменение порядка несения бремени расходов по уплате за жилое помещение и коммунальные услуги, а также за содержание и ремонт жилого помещения, т.е. самостоятельное исполнение обязанностей, вытекающих из договора социального найма.

Поскольку в судебном заседании было установлено, что стороны совместного хозяйства не ведут, членами одной семьи не являются, соглашение о порядке оплаты жилого помещения и коммунальных услуг между ними не достигнуто, исходя из обязанности сторон по оплате жилищно-коммунальных услуг и их права на самостоятельное исполнение указанной обязанности, принимая во внимание, что неиспользование жилого помещения ФИО5 не является основанием невнесения платы за жилое помещение и коммунальные услуги (ч. 11 ст. 155 Жилищного кодекса Российской Федерации), суд считает возможным установить порядок оплаты за жилое помещение и коммунальные услуги по <адрес>, расположенного в микрорайоне 1 <адрес>, определив ФИО4 оплату за наем жилого помещения и коммунальные услуги в размере 3/5 доли причитающихся ежемесячных платежей (с учетом несовершеннолетних детей), ФИО3 и ФИО5 по 1/5 доли причитающихся ежемесячных платежей.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (ч. 1 ст. 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), к кому предъявлять иск (п. 3 ч. 2 ст. 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом, и только в отношении тех ответчиков, которые указаны истцом, за исключением случаев, прямо определенных в законе.

Между тем, не смотря на разъяснения суда, соответствующего ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве ответчика Администрации города Урай истцом по встречному иску ФИО4 не заявлено, принимая во внимание, что третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, по смыслу ст. 38, 43 Гражданского процессуального кодекса Российский Федерации в гражданском процессе не являются лицами, привлекаемыми к ответу, к которому истец предъявляет свое исковое требование, а могут вступить в дело на стороне истца или ответчика, в случаях если вынесенное решение может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон, то правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 о возложении на администрацию г. Урай обязанности разделить лицевые счета и выдавать отдельные платежные документы на оплату жилого помещения, коммунальных услуг, ремонта и содержания жилого помещения, не имеется.

Руководствуясь ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО4, действующему в своих интересах и интересах ФИО1, ФИО6 о признании утратившими право пользования жилым помещением отказать в полном объёме.

Вселить ФИО4, ФИО1, ФИО6 в <адрес>, расположенного в микрорайоне <адрес>, обязав ФИО2 не препятствовать ФИО4, ФИО1, ФИО6 в пользовании квартирой.

Обязать ФИО2 передать ФИО4 ключи от <адрес>, расположенного в микрорайоне <адрес> ХМАО - Югры.

Установить порядок оплаты за жилое помещение и коммунальные услуги по <адрес>, расположенного в микрорайоне <адрес> ХМАО - Югры, определив ФИО4 оплату за наем жилого помещения и коммунальные услуги в размере 3/5 доли причитающихся ежемесячных платежей, ФИО3 и ФИО5 по 1/5 доли причитающихся ежемесячных платежей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в суд Ханты - Мансийского автономного округа - Югры, через Урайский городской суд.

Председательствующий судья Бегинина О.А.

Решение в окончательной форме принято 14.10.2025.