КОПИЯ

Дело № 2-94/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

село Октябрьское 30 марта 2023 года

Октябрьский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Столбовой О.А.,

при секретаре Титовой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2 гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о наложении обязательства,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском и уточнением к нему (л.д.9) о наложении обязательства, в обоснование указав, что 25 января 2019 года между ним и ФИО3 был заключен договор аренды жилого помещения, расположенного в <адрес>, сроком на 5 лет с момента заключения. В течение действия договора аренды 03 марта 2019 года по вине ФИО2 данный жилой дом получил повреждения в результате пожара. Поскольку срок действия договора аренды истекает в 2024 году, истец просил обязать ответчиков предоставить ему жилой дом согласно санитарным требованиям в срок до 01 февраля 2024 года.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержал.

Ответчик ФИО2 иск признала.

Ответчик ФИО3, представитель УСЗН в суде не участвовали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежавшим образом, причина неявки неизвестна (л.д.116, 118). В предыдущем судебном заседании 13 марта 2023 года ФИО3 иск не признал (л.д.107-111).

Суд с учетом мнения сторон считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования с учетом их уточнения не подлежат удовлетворению.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 является собственником жилого дома по адресу: <адрес> (л.д.11, 51-56).

ФИО3 является собственником <адрес> (л.д.57-58).

25 января 2019 года между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор аренды спорного жилого дома, по условиям которого ФИО1 предоставил ФИО3 за плату во временное владение и пользование указанный жилой дом сроком на 5 лет, а ФИО3, в свою очередь, обязался своевременно вносить арендную плату за пользование помещением, пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды и его целевым назначением и поддерживать помещение в надлежащем состоянии, производить за свой счет текущий и капитальный ремонт, а также в аварийных ситуациях (л.д.13-15, 97-101).

Одновременно 25 января 2019 года ФИО3 заключил с ФИО1 договор найма жилого помещения по адресу: <адрес> <адрес>, по условиям которого наймодатель предоставил нанимателю за плату во владение и пользование спорную квартиру, а наниматель в лице ФИО1 обязался использовать ее только для проживания, обеспечивать сохранность жилого помещения и поддерживать его в надлежащем состоянии, своевременно вносить плату за жилое помещение, самостоятельно вносить коммунальные платежи (л.д.16-17, 102-105).

В результате возгорания, произошедшего 03 марта 2019 года, жилой <адрес> получил повреждения. Приговором Октябрьского районного суда Челябинской области от 24 января 2020 года ФИО4 (после вступления в брак - ФИО5, л.д.49) С.В. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.109 УК РФ (л.д.19-25, 78-91).

Заключением межведомственной комиссии от 10 января 2023 года указанный жилой дом был признан непригодным для проживания (л.д.26-29).

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст.210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором. Бремя содержания принадлежащего ему имущества включает в себя содержание имущества в надлежащем состоянии, в том числе, соблюдение в отношении него правил пожарной безопасности.

Из положений абз.3 ст.34, абз.2 ст.38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» следует, что граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством; ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 14 от 05 июня 2002 года «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п.п.11-13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством (п.11).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (п.12).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (п.13).

Как следует из приговора Октябрьского районного суда Челябинской области от 24 января 2020 года, заключением пожарно-технической экспертизы было установлено, что очаг пожара, вследствие которого произошло возгорание жилого <адрес>, находился на диване, расположенном в юго-восточной части спальной комнаты № 1; причиной пожара послужило горение (тление) горючих материалов в спальной комнате № 1 указанного жилого дома от источника зажигания малой мощности (тлеющего табачного изделия); основных (квалификационных) признаков поджога не усмотрено.

Кроме того, указанным приговором было признано доказанным, что в результате неосторожных действий ФИО6, допустившей бесконтрольное нахождение малолетних детей без присмотра, произошел пожар, причиной которого послужило горение (тление) горючих материалов дивана, располагавшегося в спальной комнате, в которой спали старшие мальчики, от источника зажигания малой мощности, к которому эксперт отнес тлеющее табачное изделие. При этом эксперт пришел к единственному выводу о том, что причиной задымления и последующего горения в жилом помещении явился именно источник зажигания малой мощности в виде тлеющего табачного изделия и иные источники возгорания в данном случае исключены. Исходя из всех установленных в суде обстоятельств дела, процесс задымления начался после ухода ФИО6 из дома утром 03 марта 2019 года, поскольку в противном случае он был бы обнаружен ею до того, как она ушла на работу, что, по мнению суда, свидетельствовало о том, что подсудимая действительно курила в доме утром 03 марта 2019 года, что в конечном итоге, с учетом отсутствия иных источников возгорания, а также посторонних лиц в доме, и явилось причиной задымления и пожара.

В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствия действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, суд полагает установленными и доказанными те обстоятельства, что повреждение жилого дома, принадлежащего истцу, произошло исключительно по вине ответчика ФИО2 Оснований полагать, что к возгоранию данного жилища и, как следствие, - к причинению вреда истцу мог быть причастен ответчик ФИО3, который на момент пожара отсутствовал дома, что было также установлено при рассмотрении судом уголовного дела, в настоящем судебном заседании не имеется.

У суда отсутствуют основания для возложения на ФИО3 обязанности по удовлетворению заявленных истцом требований и в рамках заключенного между ними договора аренды от 25 января 2019 года, поскольку условия данного договора не предусматривали обязанность арендатора по возмещению ущерба арендодателю. Кроме того, сам договор аренды не отвечал положениям гражданского законодательства, поскольку в нем отсутствовало такое существенное условие, оговоренное сторонами, как арендная плата, которая фактически арендатором не вносилась, что стороны в суде не отрицали; сам договор не был зарегистрирован в установленном законом порядке в нарушение п.2 ст.609 ГК РФ. Риск случайной гибели имущества по договору аренды на арендатора не возлагался, в связи с чем в соответствии с положениями ст.211 ГК РФ его несет собственник имущества. При таких обстоятельствах у ФИО3 отсутствует обязанность по возмещению ФИО1 ущерба и исходя из условий договора аренды жилого помещения. При этом истец не вправе требовать от ФИО3 и продления срока действия договора аренды, поскольку условия договора и положения ст.621 ГК РФ предусматривают лишь преимущественное право арендатора на заключение аренды на новый срок при условии уведомления об этом арендодателя; данных о том, что истец обращался с таким уведомлением к ответчику и получил от него отказ, суду представлено не было, соответствующих исковых требований ФИО1 заявлено не было.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении требований ФИО1, заявленных к ФИО3, следует отказать.

Таким образом, единственным лицом, чьи виновные действия находятся в прямой причинной связи с наступлением вредных для истца последствий в виде причинения имущественного ущерба, является ответчик ФИО2

Вместе с тем, в силу приведенных выше положений закона возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки. Определение их размера требует специальных познаний посредством назначения судебной оценочной экспертизы, которая тем более необходима, поскольку, как следует из протокола осмотра места происшествия от 03 марта 2019 года, на момент осмотра жилой дом, принадлежащий ФИО1, существенно пожаром поврежден не был, в комнатах и на предметах одежды и мебели имелись следы закопчения, незначительные следы прогара были обнаружены на диване в комнате, где спали старшие дети ФИО6, в которой произошло задымление и в последующем, во время поиска детей, - возгорание дивана, когда было разбито окно и обеспечен доступ кислорода к продуктам тления (л.д.78-91).

Кроме того, начиная с 03 марта 2019 года, в указанном доме никто не проживал, за его сохранностью не следил, что сторонами в суде не оспаривалось. Между тем, в силу ст.210 ГК РФ бремя содержания имущества несет собственник данного имущества, который эту свою обязанность должным образом не осуществлял. Очевидно, что с марта 2019 года по настоящее время данный жилой дом во многом утратил свои качества и стал непригодным для проживания, что следует из заключения и акта осмотра межведомственной комиссии по состоянию на 10 января 2023 года. Из представленных истцом фотографий дома также следует, что по сравнению с 2019 годом его состояние ухудшилось, в дом имеется свободный доступ посторонних лиц, содержание жилища отсутствует (л.д.123-132). Таким образом, утрата полезных свойств жилища произошла не только по вине ФИО2, но и по вине собственника дома, не обеспечившего за ним должный уход и сохранность после произошедшего пожара.

При таких обстоятельствах с целью определения размера ущерба, причиненного истцу повреждением принадлежащего ему недвижимого имущества именно в результате виновных действий ФИО2, действительно требовалось проведение судебной оценочной экспертизы. Однако ФИО1 в суде категорически отказался как от проведения данной экспертизы, так и от уточнения в этой связи заявленных требований, настаивая именно на тех требованиях, которые содержатся в его первоначально поданном уточнении к исковому заявлению (л.д.9, 133). Между тем, у ФИО2 отсутствует обязанность по предоставлению истцу другого жилого помещения в том же состоянии, в котором было жилище истца до пожара, равно как и обязанность по приведению этого жилого помещения в надлежащий жилой вид, тем более что состояние данного жилища до момента пожара установлено не было и доказательств этому суду представлено не было, поскольку в силу прямого указания закона ФИО2, как уже указывалось выше, должна нести ответственность только за возмещение стоимости уничтоженного огнем имущества, а также за возмещение расходов по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества и иных вызванных пожаром убытков.

Таким образом, ФИО1, обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением и уточнением к нему, избрал ненадлежащий способ защиты своего нарушенного права, который не может быть реализован посредством удовлетворения заявленных им требований. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ФИО2, также следует отказать. При этом суд учитывает, что ФИО1 не лишен права требовать восстановления нарушенного права способом, установленным в законе, то есть посредством возмещения стоимости уничтоженного огнем имущества, расходов по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иных вызванных пожаром убытков.

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о наложении обязательства по предоставлению жилого дома согласно санитарным нормам в срок до 01 февраля 2024 года - отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Октябрьский районный суд в течение одного месяца со дня вынесения решения судом в окончательной форме.

Председательствующий подпись.

Копия верна.

Судья О.А.Столбова.

Секретарь В.А.Титова.

Мотивированное решение по делу составлено 04 апреля 2023 года.

Судья О.А.Столбова.