Дело № 2-235/2023

УИД: 55RS0018-01-2023-000269-82

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 сентября 2023 года р.п. Марьяновка

Марьяновский районный суд Омской области: в составе председательствующего Емашовой Е.В., при секретаре Бочаровой Г.В., при подготовке судебного процесса помощником судьи Михайленко Ж.А., с участием старшего помощника прокурора Марьяновского района Омской области Митиной Н.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к муниципальному унитарному предприятию жилищно-коммунального хозяйства «Лесногорское» Марьяновского муниципального района Омской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Лесногорскому муниципальному унитарному предприятию жилищно-коммунального хозяйства Марьяновского муниципального района Омской области о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что истец был принят на работу к ответчику в должности слесаря по ремонту и обслуживанию тепловых сетей. С 01.11.2022 был направлен на работу в котельную № в <адрес>. 03.12.2022 на котельной произошел взрыв, в результате которого причинен тяжкий вред здоровью истца. Исходя из Акта о несчастном случае на производстве от 13.02.2023 основной причиной возникновения аварийной ситуации стали недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившееся в не проведении дублирования истцу, не проведении противоаварийной и противопожарной тренировки, а также допуск истца к самостоятельной работе без прохождения дублирования и не проведении противоаварийной и противопожарной тренировки. Истец оценивает размер компенсации причиненного ему морального вреда в сумме 2 000 000 рублей.

Просил взыскать с Лесногорского МУП ЖКХ Марьяновского района Омской области в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

Истец ФИО1 при надлежащем извещении о времени и месте судебного разбирательства, в судебном заседании участие не принимал.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал, суду пояснил, что факт причинения вреда не вызывает сомнения, при компенсации морального вреда просит учесть степень тяжести вреда, то, что последствия вызвали установление инвалидности. Истец перенес физические и нравственные страдания и будет переносить в дальнейшем. Он оказался под завалами после взрыва, что травматично психологически и психически. У истца родолжительное время отмечалось нарушение речи, спутанность сознания. В числе повреждений имеются ожоги, что достаточно мучительно. Такая травма вызывает продолжительные и болезненные последствия. Вина истца отсутствует, он действовал, как его научили. Обучение было не надлежащим. Нарушения в эксплуатации данного объекта привели к произошедшим последствиям.

Представитель ответчика МУП ЖКХ «Лесногорское» ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования признал частично, не отрицая факт причинения вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве, ссылаясь на виновное поведение потерпевшего, не надлежащее использование доверенного ему оборудования, поскольку экспертиза указала, что подрывной клапан не был в эксплуатационном состоянии, тогда как в журнале своей подписью истец подтверждал, что проверял работу подрывного клапана. Кроме того, ссылается на то, что в момент аварийной ситуации на котельной, после подачи электроэнергии истец не нажал на кнопку насоса, либо не дожал её. Истец был обучен, проходил переобучение, получил удостоверение кочегара. Обучался у других кочегаров, смены проходили под контролем. Учитывая виновное поведение Ильминского, его халатное отношение к служебным обязанностям, полагал, что необходимо удовлетворить требования о компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании частично признал свою вину в том, что не провел дублирование кочегаров как положено, не правильно указал действия Ильминскому при аварийной ситуации.

Третье лицо ФИО9 при надлежащем извещении о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки не сообщила.

Старший помощник прокурора Марьяновского района Омской области Митина Н.К. в судебном заседании полагала исковые требования удовлетворить, поскольку в связи с произошедшим на производстве несчастном случае имеется увечье, установлена инвалидность, размер компенсации морального вреда оставила на усмотрение суда, указав на принцип разумности и справедливости.

Выслушав процессуальные позиции сторон по делу, третье лицо, свидетелей, заключение старшего помощника прокурора, исследовав материалы гражданского дела, проверив фактическую обоснованность и правомерность исковых требований в пределах заявленных истцом требований, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 18.10.2022 между Лесногорским муниципальным унитарным предприятием жилищно-коммунального хозяйства Марьяновского района Омской области (в настоящее время - муниципальное унитарное предприятие жилищно-коммунального хозяйства «Лесногорское» Марьяновского муниципального района Омской области, далее – МУП ЖКХ «Лесногорское») и ФИО1 был заключен трудовой договор № от 18.10.2022, согласно которому ФИО1 был принят на должность слесаря по ремонту и обслуживанию тепловых сетей с 18.10.2022 (т. 1 л.д. 19-21).

Срок действия трудового договора устанавливается на период отопительного сезона 2022-2023 год (п. 1.5 Трудового договора).

Согласно дополнительному соглашению к трудовому договору № от 18.10.2022, заключенному сторонами 01.11.2022, ФИО1 переведен на должность машиниста котельной на угле. Дата начала работы – 01.11.2022 (т. 1 л.д. 22).

Факт трудовых отношений между истцом и ответчиком также подтверждается записью в трудовой книжке (т. 1 л.д. 23-27).

Наряду с трудовым договором, трудовые права и обязанности определены должностной инструкцией по занимаемой истцом должности машиниста котельной (на угле). В числе прочих обязанностей предусмотрено знать все случаи аварийной остановки котла и очередность действий при этом, согласно типовой инструкции, принять все возможные меры не допуская аварии котлоагрегатов в случаях отключения воды, эл. энергии, перепитки котла, отпуска воды и т.п. (т. 1 л.д. 77-79).

В материалы дела предоставлены программы стажировки на рабочем месте и дублирования на рабочем месте операторов (машинистов) котельной, утвержденных директором Лесногорского МУП ЖКХ.

Из программы стажировки усматривается, что в процессе стажировки работнику необходимо: усвоить правила устройства и безопасной эксплуатации паровых и водогрейных котлов; обслуживание паровых и водогрейных котлов; проверку контрольно-измерительных приборов, автоматических защит, арматуры и питательных насосов; аварийную остановку котла; организацию ремонта котла; изучить схему, инструкции по эксплуатации и инструкции по охране труда; отработать четкое ориентирование на своем рабочем месте; приобрести необходимые практические навыки в выполнении производственных операций; изучить приемы и условия безаварийной, безопасной и экономической эксплуатации обслуживаемого оборудования (т.1 л.д.152).

03.12.2022 на рабочем месте при исполнении трудовых обязанностей ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, как указано в акте расследования тяжелого несчастного случая, произошедшего 03.12.2022 (т. 1 л.д. 80-89): приблизительно около 12-27 (время местное) 03.12.2022 со стороны электроснабжающей организации произошло внеплановое отключение электрической энергии на котельной № <адрес>. На момент отключения электрической энергии в работе на котельной находилось следующее оборудование: котел КВр-0,6, сетевой насос № 2 HF-5ВМ и дымосос. Остальное основное и вспомогательное оборудование котельной находилось в резерве. При прекращении электроснабжения на котельной произошел останов работающего оборудования, а также отключилось освещение и другое электрооборудование котельной. Включение резервного источника электроснабжения (генератора бензинового) персоналом не производилось. Вследствие останова циркуляционного (сетевого) насоса, циркуляция (расход) сетевой воды в контуре работающего котла прекратилась. Процесс горения топлива (угля), находящегося на водяной колосниковой решетке топки котла, с учетом остановившегося дымососа, продолжался. Машинист котельной ФИО1 не произвел действия по немедленному аварийному останову (расхолаживанию) работающего водогрейного котла (при снижении расхода воды через водогрейный котел ниже минимально допустимого значения), что установлено комиссией по расследованию аварийной ситуации при теплоснабжении с участием представителя следственного комитета при осмотре котла 14.12.2022 и исходя из объяснений данных персоналом организации (мастер ФИО4, машинист ФИО1). Машинист котельной ФИО1 не произвел отключение котла по сетевой воде (запорная арматура на входе и выходе котла не закрывалась, после аварии осталась в открытом состоянии). В 12-38 мастер котельной ФИО4 позвонил машинисту (кочегару) котельной ФИО1 и дал распоряжение закидать пламя в топке котла углем, закрыть поддув и оставить топку котла открытой. При разговоре машинист сообщил, что электроэнергию в котельной восстановили. Мастер ФИО4 дал распоряжение машинисту ФИО1 работать в штатном режиме, включить сетевой насос и смотреть за процессом. В 13-01 машинист (кочегар) котельной ФИО1 позвонил мастеру котельной ФИО4 и доложил, что растет давление в котлоагрегате, а также он не может выключить «подкачку», затем сказал, что выключил. В 13-02 произошло раскрытие «водяной рубашки» верхней части, боковых сторон и передней фронта котла (по сварным шва) и разрушение здания котельной. Вероятной причиной возникновения аварийной ситуации при теплоснабжении стало следующее: при отключении электроэнергии на котельной и останове сетевого насоса прекратилась циркуляция воды через работающий котлоагрегат. Процесс горения в топке котлоагрегата машинистом котельной не был прекращен, а был скорее инициирован путем добавления свежего топлива в топку котлоагрегата. При возобновлении подачи электроэнергии, машинистом не были выполнены действия по восстановлению циркуляции сетевой воды через котлоагрегат, сетевой насос не был включен. В течение времени с момента останова циркуляции воды через котлоагрегат и до момента разрыва котлоагрегата (ориентировочно 32 минуты) происходил разогрев поверхностей нагрева котлоагрегата. Автоматическая станция подпидки котельной была в работе вплоть до момента разрыва котлоагрегата, продолжая подавать подпиточную воду в контур котельной. Температура и давление в котле повышались. Произошла утечка теплоносителя (нарушилась герметичность сетевого контура) и вследствие чего мгновенное понижение внутреннего давления в котле, температура кипения воды понизилась и произошло взрывное вскипание всего водяного объема в верхней части котла. Установленные предохранительные клапана, возможно не сработали (или не смогли пропустить образовавшийся пар), что привело к раскрытию «водяной рубашки» верхней части, боковых сторон и передней фронта котла (по сварным швам) и к разрушению здания котельной.

Основными причинами в вышеуказанном акте указаны: недостатки в организации и проведения подготовки работников по охране труда, выразившиеся в не проведении дублирования работнику ФИО1, в не проведение противоаварийных и противопожарной тренировок, а также допуск машиниста (кочегара) к самостоятельной работе без прохождения дублирования и проведения противоаварийных и противопожарных тренировок. Сопутствующие причины: выражены в ошибочных или неправильных действиях машиниста (кочегара) ФИО1, а именно: машинист ФИО1 не включил циркуляционный (сетевой) насос, не осуществил проверку работоспособности предохранительных клапанов, не остановил процесс горения в топке котла при отключении электроэнергии. Следствием указанных нарушений явился ненадлежащий контроль инженеро-технического персонала, а именно: мастер котельной производственного участка <адрес> ФИО4 неправильно выдал устное распоряжение (по телефону) по остановке процесса горения в топке котла при отключении электроэнергии (аварийная остановка котла), а также недостатки в обучении/подготовке работника ФИО1

Лицами, ответственными за допущенные нарушения законодательства и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, указаны:

директор МУП ЖКХ Лесногорское ФИО9 – не в полной мере обеспечила возложенные на неё обязанности в части проведения подготовки работников по охране труда, а именно: не проведении обучения по противоаварийной и противопожарной тренировке работнику ФИО1, допуск ФИО1 не прошедшего дублирование при эксплуатации тепловых энергоустановок;

ФИО1 машинист (кочегар) котельной на угле МУП ЖКХ Лесногорское – не обеспечил должный контроль возложенных на него обязанностей;

ФИО4 мастер котельной МУП ЖКХ Лесногорское – не обеспечил должный контроль за безопасностью выполнения работ машинистом (кочегаром) ФИО1, а также допустил машиниста (кочегара) к исполнению трудовых обязанностей без дублирования и проведения противоаварийных и противопожарных тренировок.

Согласно выводам, содержащимся в акте о расследовании тяжелого несчастного случая, несчастный случай произошёл с ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей, выполнении работ в интересах работодателя в рабочее время. Данный тяжелый несчастный случай, происшедший с ФИО1 квалифицируется как «несчастный случай на производстве», признан страховым, подлежит оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в Лесногорское муниципальное унитарное предприятие жилищно-коммунального хозяйства Марьяновского муниципального образования Омской области.

Кроме указанного акта в материалах дела также имеется акт о несчастном случае, составленный ДД.ММ.ГГГГ, в котором указаны причины: нарушения требований производственных инструкций; лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указан ФИО1 – машинист (кочегар) котельной на угле (т. 1 л.д. 228-231).

По факту получения травмы на производстве сотрудником Лесногорского муниципального унитарного предприятия жилищно-коммунального хозяйства Марьяновского муниципального образования Омской области ФИО1 03.12.2022 возбуждено уголовное дело, которое находится в производстве Любинского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Омской области.

В соответствии с актом №/ИТЭ о расследовании причин аварийной ситуации при теплоснабжении (т. 1 л.д. 90-100) причинами аварийной ситуации, произошедшей ДД.ММ.ГГГГ на котельной по адресу: <адрес>А, стало не соблюдение требований нормативно-технических документов и производственных инструкций об аварийной остановке котла, а именно:

в нарушение пункта 9.3 Инструкции по эксплуатации отопительных водогрейных отлов типа КВр на угле на твердом топливе (далее - Инструкция по эксплуатации), пункта 5.2 Инструкции по охране труда для машиниста, машинист не остановил процесс горения в топке игла (не очищена колосниковая водяная решетка от горящего топлива) при отключении электроэнергии (аварийная остановка котла), пункты 2.10.4, 2.8.4, 2.3.13, 5.3.67, 5.3.68 Правил Технической эксплуатации тепловых энергоустановок.

При осмотре котла 14.12.2022 комиссией по расследованию аварийной ситуации при теплоснабжении с участием представителя следственного комитета установлено наличие большого количества золы в топке котла;

в нарушение пункта 6.3 Инструкции по эксплуатации машинистом ФИО1 не ключей циркуляционный (сетевой) насос при включении электроэнергии в котельной, пункты 18.4,2.3.13,5.3.67 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок.

Машинистом ФИО1 не были выполнены действия по восстановлению циркуляции сетевой воды через котлоагрегат, сетевой насос не был включен, давление в гадающем и обратном трубопроводах сетевой воды было равно статическому. В течение времени с момента останова циркуляции воды через котлоагрегат и до момента разрыва котлоагрегата (ориентировочно 32 минуты) происходил разогрев поверхностей нагрева ютлоагрегата. В течение времени с момента останова циркуляции воды через котлоагрегат и до момента разрыва котлоагрегата (ориентировочно 32, минуты) происходил разогрев поверхностей нагрева котлоагрегата. Автоматическая станция подпитки котельной была в работе вплоть до момента разрыва котлоагрегата, продолжая подавать подпиточную воду в контур котельной. Температура и давление в котле повышались. Произошла утечка теплоносителя (нарушилась герметичность сетевого контура) и вследствие чего мгновенное понижение внутреннего давления в котле, температура точки кипения воды понизилась, и произошло взрывное вскипание всего водяного объема в верхней части котла. Установленные предохранительные клапана, возможно не сработали (или не смогли пропустить образовавшийся пар), что привело к раскрытию «водяной рубашки» верхней части, боковых сторон и передней фронта котла и смещению (выбросу) части ограждающих стен котельной наружу и обрушения перекрытия внутрь котельного зала;

- в нарушение пункта 5.2.17 Правил устройства и безопасной эксплуатации паровых котлов с давлением пара 0,07 МПа (0,7 кгс/см2), водогрейных котлов и водоподогревателей с температурой нагрева воды не выше 388 К (115°С), утвержденных приказом Минстроя России от 28.08.1992 №205, пункта 5.3.66 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденных приказом Минэнерго Российской Федерации от 24.03.2003 №115, зарегистрированным в Минюсте Российской Федерации 02.04.2003 № 4358, и пункта 7.6 Инструкции по эксплуатации, машинист ФИО1 не проводил проверку исправности действия предохранительных клапанов.

В соответствии указанных требований машинист ФИО1 должен не реже одного раза в смену осуществлять проверку работоспособности предохранительных клапанов, так как предохранительные клапана обеспечивают защиту котла при его работе от превышения давления.

При опросе ФИО1 указал, что проверку работоспособности предохранительных клапанов раз в смену не осуществлял.

- в нарушение пункта 5.3.26 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, пункта 9.2 Инструкции по эксплуатации и пункта 4.7 Инструкции по охране труда для машиниста котельной, машинист (кочегар) ФИО1 осуществлял эксплуатацию котлов с недействующим предохранительным устройством.

При опросе ФИО1 указал, что предохранительные клапана находились в не рабочем состоянии.

- в нарушение пункта 2.10 Инструкции по охране труда для машиниста котельной ФИО1 не сообщил ответственному лицу за исправное состояние и безопасную эксплуатацию тепловых энергоустановок (мастеру, главному инженеру) о неисправности предохранительных клапанов (оборудования), а также не сделал запись в сменном журнале о неисправности предохранительных клапанов (оборудования), а также не сделал запись в сменном журнале о неисправности предохранительных клапанов, пункт 5.3.64 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок.

При опросе ФИО1 указал, что делал записи в сменный журнал об исправности предохранительных клапанов фиктивно.

- в нарушение пунктов 2.3.26, 2.3.30 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок ФИО1 не прошел дублирование и не принял участие в противоаварийных и противопожарных тренировках;

- в нарушение пункта 2.3.8.4 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, мастером ФИО4 не в полном объеме проведены обязательные формы работы с машинистом (кочегаром) ФИО1, а именно: не проведены дублирование в соответствии с пунктами 2.3.26-2.3.29 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок; противоаварийная и противопожарная тренировки на основании пункта 2.3.30 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок.

Вследствие всего вышеуказанного возникла аварийная ситуация, которая привела к разрушению котельной по адресу: <адрес> А.

Согласно выписке из истории болезни № ФИО1 находился на лечении в нейрохирургическом отделении БУЗОО ГК БСМП № 1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На момент поступления: <данные изъяты> (т. 1 л.д.29).

В соответствии с выпиской от 20.01.2023 ФИО1 находился на лечении в ожоговом центре БУЗОО ГК БСМП № 1 с 09.01.2023 по 20.01.2023 с диагнозом: <данные изъяты> (т.1 л.д.30).

Согласно выписке из медицинской карты от 20.03.2023 ФИО1 обращался за медицинской помощью в БУЗОО «Омская клиническая больница», был установлен диагноз: <данные изъяты> (т. 1 л.д.33).

С 11.04.2023 по 05.05.2023 ФИО1 находился в ФБУ Центр реабилитации СФР «Омский (т. 1 л.д.242-243).

На основании приказа директора Лесногорского МУМ ЖКХ № 88 от 28.12.2022 машинисту (кочегару) котельной на угле ФИО1 начислена единовременная материальная помощь в размере 22 500 рублей (т.1 л.д.226), приказом №8 от 18.01.2023 начислена единовременная материальная помощь в размере 5 001 рублей (т. 1 л.д. 221), приказом № 57 от 21.06.2023 начислена единовременная материальная помощь в размере 8 914,26 рублей (т. 1 л.д. 221).

Согласно заключению эксперта БУЗОО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" № 2293 от 10.05.2023, проведенной в рамках уголовного дела, возбужденного по факту получения травмы на производстве сотрудником Лесногорского муниципального унитарного предприятия жилищно-коммунального хозяйства ФИО1: на момент поступления в стационар БСМП № 1, 03.12.2022 в 15:59 у ФИО1 имелись повреждения, подтвержденные клиническими данными и дополнительными методами исследования: <данные изъяты>.

Из заключения эксперта БУЗОО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" № от 23.05.2023 (дополнительной экспертизы), проведенной в рамках уголовного дела, следует, что <данные изъяты> (т. 1 л.д.190-191).

ФИО1 установлена третья группа инвалидности 22.06.2023, причина инвалидности – трудовое увечье, инвалидность установлена до 01.07.2024, что подтверждается справкой серии МСЭ-2023 № 0467159 (т. 3 л.д.1).

По причине несчастно случая на производстве ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 60% на период с 22.06.2023 по 01.07.2024, дата очередного переосвидетельствования – 03.06.2024 (т. 3 л.д.2).

Согласно заключению эксперта № от 07.09.2023 Автономной некоммерческой организацией Западно-Сибирский Экспертно-Правовой Центр, назначенной по ходатайству представителя ответчика, подписи от имени ФИО1 в Сменном (вахтенном) журнале в качестве 21 шт. (в графе «Смену принял» от 12.11.22, 14.11.22, 16.11.22,18.11.22, 20.11.22, 22.11.22, 24.11.22, 26.11.22, 28.11.22, 30.11.22, 02.12.22, а также в графе «Смену сдал»: от 13.11.22, 14.11.22, 17.11.22, 18.11.22, 21.11.22, 22.11.22, 25.11.22, 26.11.22, 29.11.22,30.11.22) выполнены ФИО1. Подпись от имени ФИО1 в дополнительном соглашении к трудовому договору № 668 от 18 октября 2022 года выполнена не ФИО1, а другим лицом (лицами) с подражанием подписи ФИО1. В должностной инструкции машиниста котельной (на угле), в том числе занятый на удалении золы (по тексту машинист (кочегар) котельной на угле) подписи от имени ФИО1 отсутствуют. В приложении к должностной инструкции машинист котельной на угле, подпись от имени ФИО1 от 01.11.2022, расположенная на 20-й строке, выполнена не ФИО1, а другим лицом (лицами) с подражанием подписи ФИО1. В приложении к должностной инструкции машиниста котельной на угле, подпись от имени ФИО1 от 17.10.2022, расположенная на 3-й строке, выполнена ФИО1. Подпись от имени ФИО1 в Журнале проверки знаний правил техники эксплуатации тепловых энергоустановок выполнена не ФИО1, а другим лицом (лицами), с подражанием подписи ФИО1. Подпись от имени ФИО1 в журнале регистрации инструктажа на рабочем месте по Т.Б. и пожарной безопасности на Пикетинском участке выполнена ФИО1.

Кроме того, в рамках уголовного дела, возбужденного по факту получения травмы на производстве сотрудником Лесногорского муниципального унитарного предприятия жилищно-коммунального хозяйства ФИО1, проведена судебная экспертиза, объектом обследования которого явился водогрейный котёл КВр-0,6КБ (Титан-0,6-95ТР) зав. № 111, год изготовления 2014, завод – изготовитель «Бийский котельный завод». Оборудование до аварии было установлено в здании котельной по адресу: <адрес>

Из вышеуказанного заключения эксперта усматривается, что причиной разрушения водогрейного котла КВр-0,6 КБ послужило отсутствие циркуляции воды в котле и её отсутствие и подачи питательной воды в раскалённый котёл, что привело к созданию в котле избыточного давления, свыше норм для данного типа котла. Защитные средства безопасности (предохранительный клапан) находится в не пригодном для работы с оборудованием водогрейного котла КВр-0,6 КБ. Аварийный котёл КВр-0,6 КБ является контрафактной продукцией, собственник котла использовал паспорт другого котла. Применять котёл для нужд отопления социально значимых объектов не допустимо. Котёл был установлен и эксплуатировался в нарушении требований законодательства Российской Федерации. При остановке циркуляции воды в котле, которое было вызвано отключением питательных насосов по причине отсутствия эл. энергии, необходимо было закрыть шибер на газоходе, для установления тяги в котле, выгрести горящий уголь из топки котла. При подаче эл. энергии в котельную необходимо открыть шибер на газоходе, произвести проветривание топки, убедиться, что котел остыл, загрузить уголь в топку, включить питательный насос, убедиться, что циркуляция воды в котле устойчивая, разжечь уголь. В аварийные случаи достаточно было выгрести горящий уголь из топки котла, а когда циркуляция в котле восстановилась, загрузить уголь и поджечь. При любых случаях необходимо следить за исправность предохранительных клапанов, манометров и приборов измерения температуры теплоносителя.

В материалы дела предоставлен паспорт готовности к отопительному периоду 2022/2023 г.г. из которого усматривается, что в котельной <адрес> было произведено гидравлическое испытание котлов и присоединенной к ним арматуры на прочность и плотность 20.09.2022, при наружном и внутреннем осмотре котлов трещин, течей, слезок, потений на основном метле и в сварных соединениях, остаточных деформаций и признаков разрыва не обнаружено.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО17 суду показала, что приходится супругой истцу. Сразу после взрыва она была на котельной, помогла Ильминскому выбраться, позвонила жене слесаря ФИО18. Позже подъехал Кожедуб и ФИО16. Мастер вызвал «скорую». «Скорая» привезла мужа в Марьяновскую ЦРБ, а оттуда отправили в <адрес>, где сделали операцию. <данные изъяты>. В настоящее время супруг обслуживает себя сам, но стал слабым, ходить тяжело, в больницу самостоятельно не может съездить. Муж 20 лет назад работал на котельной, потом на железной дороге. Обучался два года назад от биржи, после трудоустройства на котельную обучение не проходил. От мужа ей известно, что на котельной не работал насос, кочегар ФИО19 в журнале делала об этом запись 22.11.2022. Кроме того, ей известно, что в предыдущий отопительный сезон разорвалась водяная рубашка котла в смену ФИО14

Допрошенный в качестве свидетеля главный инженер Лесногорского МУП ЖКХ ФИО5 суду показал, что насосы в котельной были новые, один 2018 года, другой 2020 года. Срок службы котлов 10 лет. Через 10 лет проводится диагностика и продляется срок эксплуатации на какое-то время. Взорвавшийся котел выпущен в 2014 году, срок службы не вышел. Претензий к работе котельной не было. Если в насос попадает окалина, он начинает свистеть. Резервный насос был в рабочем состоянии. В 2021 году был порыв котла, но его заварили. Полагает, что причиной взрыва котла могло послужить отсутствие циркуляции в котле. Насос не был включен. Когда электричество отключили, истец закидал топку, после того как свет дали, прошло около 20 минут до взрыва. Считает, что он не включил циркуляцитю, а дымосос включил и котел начал раскочегариваться.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО6 суду пояснил, что на данной котельной отработал в ноябре три смены. График работы: день, ночь, два дня дома. Ночью работали два кочегара. Ильминский уже ранее работал на этой котельной. Без учебы его бы не взяли на работу. Он показал ему все кнопки, насос, вентилятор, подрывной клапан, объяснил как нужно подрывать. Клапан проверяли каждую смену. Когда были замечания записывали в журнал. С Ильминским отработал 2-3 смены. Он самостоятельно выходил в дневную смену, когда Ильминский просил, он выходил помогал ему. По экстремальным ситуациям обсуждали каждую смену с мастером. Вместо выгребания жара из топки, закидывают его углем, это снижает температуру в котле. Стажировка и обучение проходили ранее, до того, как Ильминский заступил на смену. Автономный агрегат электроснабжения имеется, рубильник находится в соседнем помещении. Чтобы запустить генератор, нужно затушить котел. Имеются инструкции, все знакомятся, читают их, подписывают.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО7 суду показал, что в котельной работает с 2000 года. С Ильминским немного работал. Мастер позвал, сказал, чтобы Ильминскому все показали. Показали, он все понимал, подрывной клапан показали. Он приходил, смотрел, как они работают. Если имеются неисправности, то записывают в журнал. Обычно в насосах имеются лишние шумы, неисправность устраняли. Ильминский после него принимал смену, замечаний не имелось, перед сдачей проверяли подрывной клапан. Инструкции имеются, они расписываются. Инструкции лежат в столе в котельной. При отключении света надо остановить котел, открыть дверку, подсос воздуха перекрыть, по инструкции нужно жар выгребать, но они закидывают углем. Резервный источник питания имеется, но пользоваться не приходилось.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО8 суду показал, что работает кочегаром пять лет. Кожедуб сказал, что Ильминский придет на работу. Он показал Ильминскому датчики и все остальное, рассказал ему, что делать в аварийной ситуации. При отключении света необходимо закидать топку и перекрыть воздух. Генератор на котельной имеется, им пользуются. Указание включить генератор дает мастер, либо он принимает решение сам. За пять лет своей работы он пользовался генератором два раза. Подрывной клапан Ильминскому показывал.

Возражая по заявленному иску, представитель ответчика указал, что причиной несчастного случая на производстве явилось виновное поведение самого работника, не надлежащее использование доверенного ему оборудования.

Разрешая спор, суд исходит из следующего.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

В соответствии с абзацем 2 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 8 статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

На основании части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с абзацем 1 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзацем 2 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из анализа положений статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее Постановление от 15.11.2022 N 33), причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно абз. 1 п. 25 Постановления от 15.11.2022 N 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановлению от 15.11.2022 N 33).

Как указано в абз. 1 п. 27 Постановления от 15.11.2022 N 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления от 15.11.2022 N 33).

В соответствии с п. 30 Постановления от 15.11.2022 N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 5 п. 46 Постановления от 15.11.2022 N 33).

Согласно разъяснениям в п. 47 Постановления от 15.11.2022 N 33, размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Основываясь на приведенном выше фактическом и правовом анализе, суд приходит к убеждению о наличии в материалах дела достаточной совокупности доказательств, отвечающих требованиям ст.ст. 59, 60 ГПК РФ, подтверждающих, что основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ, а также допуск работодателем к производству работ повышенной опасности работника без прохождения дублирования в соответствии с Правилами технической эксплуатации тепловых энергоустановок, а также противоаварийной и противопожарной тренировки на основании Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок. Аварийная ситуация была обусловлена и тем, что мастер МУП ЖКХ «Лесногорское» ФИО4 выдал Ильминскому противоречащее установленным Правилам устное распоряжение (по телефону) по остановке процесса горения в топке котла при отключении электроэнергии (аварийная остановка котла).

Кроме того, суд принимает во внимание заключение эксперта, проведенного в рамках уголовного дела, которым установлено, что аварийный котёл КВр-0,6 КБ является контрафактной продукцией. Применять котёл для нужд отопления социально значимых объектов не допустимо. Котёл был установлен и эксплуатировался в нарушении требований законодательства Российской Федерации.

Факт причинения вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве по вине работодателя, равно как и факт причинения вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве, достоверно подтвержден материалами дела и не оспаривался стороной ответчика.

Руководствуясь вышеприведенным правовым регулированием, оценив, представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что вред здоровью истца был причинен в результате несчастного случая на производстве, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика МУП ЖКХ «Лесногорское» компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд также учитывает заключение судебной экспертизы, подготовленное БУЗОО "Бюро судебно-медицинской экспертизы" в рамках расследования уголовного дела.

Устанавливая характер и степень причиненных истцу нравственных и физических страданий, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства причинения вреда, степень вины работодателя, действия самого истца, которым были не соблюдены требования должностной инструкции, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий в связи с травмированием на производстве, тяжесть полученной травмы (тяжкий вред), сопряженного с оперативным вмешательством, последствия травмы для истца, в том числе, боли во время травмирования и после него, значительный реабилитационный период, отсутствие полного выздоровления у истца, установление истцу инвалидности третьей группы и 60% утраты профессиональной трудоспособности, вследствие чего, безусловно, изменился привычный для истца образ жизни, а также индивидуальные особенности истца, как возраст, частичное принятие ответчиком мер к заглаживанию своей вины в несчастном случае (выплата материальной помощи), суд считает, что сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей будет соразмерна причиненным ФИО1 физическим и нравственным страданиям, и отвечать требованиям разумности и справедливости.

В остальной части исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты>) к муниципальному унитарному предприятию жилищно-коммунального хозяйства «Лесногорское» Марьяновского муниципального района Омской области (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия жилищно-коммунального хозяйства «Лесногорское» Марьяновского муниципального района Омской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (Один миллион) рублей.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Марьяновский районный суд Омской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В Емашова

Мотивированное решение составлено 06 октября 2023 года.