47RS0№-85

Дело № 2-754/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 июля 2022 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Дунькиной Е.Н.,

при секретаре Турицыной А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием прокурора – помощника Кингисеппского городского прокурора Федоровой Е.Л., истцов ФИО2, ФИО3, действующей также в интересах ФИО5, ее представителя ФИО6, действующей на основании доверенности 5 от ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года, ответчика ФИО7,

гражданское дело по иску ФИО3, действующей также в интересах ФИО5, ФИО2 к ФИО7 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причинных в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

30 марта 2022 года истец ФИО3, действующая в своих интересах и в интересах сына ФИО5, опекуном которого является на основании постановления главы МО «Кингисеппский район» Ленинградской области № от ДД.ММ.ГГГГ, и истец ФИО2 обратились в Кингисеппский городской суд Ленинградской области к ФИО8 с исковым заявлением о взыскании материального ущерба в пользу ФИО9 в размере 10 084 руб., компенсации морального вреда в пользу ФИО5 в размере 500 000 руб. и в пользу ФИО3 и ФИО2 в размере по 100 000 руб. в пользу каждого.

В обоснование заявленных требований указали, что по вине ФИО7, которая нарушила п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, произошло дорожно-транспортное происшествие. ФИО7, управляя автомобилем , неправильно выбрала скорость движения, не учла видимость в направлении движения, в результате чего совершила наезд на пешехода ФИО5, переходящего проезжую часть слева направо относительно движения транспортного средства.

Постановлением судьи Кингисеппского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ. В результате дорожно-транспортного происшествия потерпевшему ФИО5 были причинены телесные повреждения в виде множественных переломов голени, закрытого перелома обеих лодыжек правого голеностопного сустава со смещением отломков и подвывихов стопы кнаружи и кзади.

Названным постановлением установлено, что ФИО5 был причинен вред здоровью средней тяжести. Указанные обстоятельства свидетельствуют о причинении потерпевшему ФИО5 виновными действиями ответчика морального вреда, который выразился в физических и нравственных страданиях в виде физической боли, страха в связи с полученными травмами и проведенным лечением.

Отмечают, что ФИО5 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в ГБУЗ ЛО «Кингисеппская межрайонная больница им. П.Н. Прохорова», где перенес две операции и находился на стационарном лечении, был ограничен в движении в связи с наложенным гипсом. ДД.ММ.ГГГГ вновь был госпитализирован в больницу в травматологическое отделение, где находился на лечении до ДД.ММ.ГГГГ в связи с полученными в дорожно-транспортном происшествии травмами.

Указывают, что в процессе лечения ФИО5 заразился COVID-19, что также негативно отразилось на его здоровье. После выписки из больницы ФИО4 длительное время был ограничен в движении, испытывал сильные боли, беспричинные страхи, частые судороги.

Вместе с ФИО5 его опекун ФИО3 также была госпитализирована в больницу, так как он нуждался в постоянном внимании и уходе. В период лечения ФИО1 также перенесла COVID-19 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В домашних условиях продолжала ухаживать за сыном, выполняла все рекомендации врачей по приему лекарственных препаратов, делала перевязки.

Истец ФИО2 переживал за состояние здоровья сына, навещал его в больнице, приносил в больницу дополнительное питание и необходимые лекарства, а также заменял опекуна в период лечения потерпевшего ФИО5 на стационарном отделении, осуществлял транспортировку сына с четвертого этажа и обратно для посещения лечащего врача в период нахождения потерпевшего на амбулаторном лечении. Также в указанный период ФИО2 перенес COVID-19.

Отмечают, что в связи с длительным лечением сына более трех месяцев истцы ФИО3 и ФИО2 вынуждены были находиться постоянно при нем, в этот период были лишены возможности обрабатывать посадки на приусадебном участке, весь ожидаемый урожай утрачен.

В связи с произошедшим пережили тяжелую психологическую травму, поскольку боялись за жизнь и здоровье единственного сына, являющегося инвалидом 1 группы с детства, а также в результате перенесенного заболевания COVID-19 здоровье всех членов семьи резко ухудшилось.

В результате полученных сыном травм понесли затраты на лекарственные препараты и медицинские принадлежности на общую сумму 10 084 руб.

Перенесенные нравственные страдания всеми членами семьи оценивают в сумме 700 000 руб.

Ссылаясь на положения ст.ст. 151, 1064, 1079, 1100, 1101 ГК РФ, истцы просят судебной защиты нарушенного права и удовлетворения заявленных требований (л.д. 43-48).

В судебном заседании истец ФИО3, действующая в своих интересах и в интересах сына ФИО5, опекуном которого является на основании постановления главы МО «Кингисеппский район» Ленинградской области № от ДД.ММ.ГГГГ, с участием представителя ФИО6, поддержала заявленные требования, дав аналогичные объяснения, дополнила, что в результате дорожно-транспортного происшествия, получив травму ноги, сын длительное время был лежащим, ограничен в движении, перенес две операции, испытывая при этом физические страдания. После операций учили его ходить, сын мог передвигаться только при посторонней помощи. Отмечает, что после дорожно-транспортного происшествия у сына появилась боязнь транспортных средств. Она же в свою очередь также была госпитализирована вместе с сыном, поскольку он нуждался в ее помощи. Испытывала страх за его здоровье.

Отметила, что ФИО7 после дорожно-транспортного происшествия какое-либо участие в лечение сына не принимала, не интересовалась его состоянием здоровья и процессом лечения, извинения не принесла.

Истец ФИО2 в судебном заседании заявленные требования и позицию истца ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах сына ФИО5, поддержал по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что испытал нравственные страдания в связи полученными в результате дорожно-транспортного происшествия сыном телесными повреждениями. Вынужден был ухаживать не только за сыном, но и за супругой, которая перенесла заболевания COVID-19, находясь в больнице вместе с сыном.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поддержала доводы возражений на иск, согласно которым полагает, что опекун ФИО3 допустила неосмотрительность, поскольку оставила сына ФИО5 без присмотра, что явилось одной из причин дорожно-транспортного происшествия и как следствие, получением ФИО5 телесных повреждений. Полагает, что моральный вред подлежит возмещению лишь тому лицу, которому непосредственно причинен вред в результате дорожно-транспортного происшествия, а именно ФИО5, который исходя из степени разумности и справедливости подлежит существенному снижению. Считает, что истцами не представлено доказательств необходимости приобретения медицинских препаратов: инъектран, генитрон, крем для массажа, мазь левосин на общую сумму 2 386 руб. (л.д. 80-81).

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, изучив материалы дела об административном правонарушении № в отношении ФИО7 по части 2 статьи 12.24 КоАП РФ, заслушав заключение прокурора, полагавшего о наличии вины ответчика в причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием, в результате которого ФИО5 был причинен средней тяжести вред здоровью, суд приходит к следующему.

Генеральной Ассамблеей ООН от 10.12.1948 года и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16.12.1966 года Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН) определено, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относятся жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации (ст. ст. 20, 41).

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно пункту 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Согласно абз. 2 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу пункта 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

На основании пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что по вине ФИО7, которая управляя автомобилем двигаясь напротив , где, в нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ, не правильно выбрала скорость движения, не учла видимость в направлении движения, в результате чего не справилась с управлением транспортного средства и совершила наезд на пешехода ФИО5, переходящего проезжую часть слева направо относительно движения транспортного средства.

Постановлением судьи Кингисеппского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 руб. Постановление вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Указанным постановлением установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия потерпевшему ФИО5 были причинены телесные повреждения в виде (л.д. 9-12).

Согласно части 4 статьи 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, факт причинения средней тяжести вреда здоровью ФИО5, вследствие виновных действий ФИО7 и наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением ФИО5 морального вреда доказаны материалами дела об административном правонарушении № в отношении ФИО7 по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, в том числе заключением эксперта №-адм от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 (дело об административном правонарушении № л.д. 52-56)

Как следует из данных медицинских документов, исследованных экспертом при составлении заключения №, ФИО5 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ГБУЗ ЛО «Кингисеппская межрайонная больница им. П.Н. Прохорова» с диагнозом: автодорожная травма, закрытый перелом обеих лодыжек правового голеностопа.

В период нахождения на стационарном лечении ФИО5 проведены операции: ДД.ММ.ГГГГ – , ДД.ММ.ГГГГ - (л.д. 13-14).

В дальнейшем ФИО5 был выписан на амбулаторное лечение, которое проходил по месту жительства у ортопеда-травматолога ГБУЗ ЛО «Кингисеппская межрайонная больница им. Прохорова» (л.д. 93).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ГБУЗ ЛО «Кингисеппская межрайонная больница им. П.Н. Прохорова» с диагнозом: множественные переломы голени, в связи с проведением операции по удалению стягивающего винта, откуда был выписан на амбулаторное лечение у травматолога, болевой синдром купирован (л.д. 15-16).

При выписке врачами было рекомендовано физиотерапевтическое лечение, при болях прием лекарственных препаратов «найз», «омез» на ночь, перевязки, гель «траксевазин», «фенюльс», «прадакса», «ксантинол никотинат», «трентал», «цефотаксим», «инъектран», «генитрон» (л.д. 14, 15 оборот, 93, 94).

Как следует из объяснений истца ФИО3, в период лечения сына ею были потрачены денежные средства в размере 10 084 руб. на приобретение одноразовых пеленок в количестве 2 упаковок стоимостью 154 руб., 5 упаковок влажных салфеток на сумму 395 руб., стерильных бинтов в количестве 27 штук на сумму 663 руб., стерильных салфеток в количестве 28 штук на сумму 960 руб., мазь «левосин» в количестве 1 штуки на сумму 87 руб., крем для массажа «Нега» в количестве 1 штуки на сумму 72 руб. 50 коп., «кеторол» (уколы) на сумму 152 руб., таблетки «найс» № 20 на стоимостью 206 руб., таблетки «омез» 20 мг на стоимостью 193 руб., мазь «траксевазин» стоимостью 662 руб., таблетки «прадакс» 110 мг на сумму 3 577 руб., «трентал» стоимостью 647 руб., «инъектран» (уколы) стоимостью 1 573 руб., «генитрон» раствор № 5 на сумму 653 руб..

Однако, в ходе рассмотрения дела истец ФИО3 снизила размер исковых требований, поскольку смогла представить доказательства лишь на сумму 4 171 руб. 17 коп., а именно: на приобретение одноразовых пеленок в количестве 1 упаковки стоимостью 77 руб., 4 упаковок влажных салфеток на сумму 297 руб. 07 коп., стерильных бинтов в количестве 9 штук на сумму 498 руб. 50 коп., стерильных марлевых салфеток в количестве 10 упаковок на сумму 708 руб., мазь «левосин» в количестве 1 штуки на сумму 87 руб., крем для массажа «Нега» в количестве 1 штуки на сумму 72 руб. 50 коп., таблетки «найс» № 20 на стоимостью 206 руб., «инъектран» (уколы) стоимостью 1 573 руб., «генитрон» раствор № 5 на сумму 653 руб. (л.д. 106, 107).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Исходя из смысла вышеуказанных разъяснений, суд вправе удовлетворить исковые требования о возмещении расходов на лечение лишь в случае доказанности того, что потерпевшему был необходим конкретный вид медицинской помощи, который не мог быть получен им бесплатно, либо он фактически был лишен возможности качественно и своевременно получить требуемую помощь.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Приобретенные истцом ФИО3 лекарственные препараты и обрабатывающие материалы на общую сумму 4 171 руб. 17 коп., вопреки доводам ответчика, были назначены лечащими врачом, о чем имеется отметка в выписках из истории болезни и амбулаторной карте больного, были необходимы для излечения пострадавшего в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО5, в связи с чем требования о взыскании понесенных расходов на приобретение лекарственных препаратов и обрабатывающих материалов подлежат удовлетворению в размере 4 171 руб. 17 коп. В остальной части в сумме 5 912 руб. 83 коп. (10 084 руб. – 4 171 руб. 17 коп.) удовлетворению не подлежат, как не подтвержденные доказательствами в соответствии с правилами ст. 56 ГПК РФ.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.

В силу части 1 статьи 20, части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» № 10 от 20 декабря 1994 года, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина.

Верховный Суд РФ в пункте 8 Постановления Пленума «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» № 10 от 20 декабря 1994 года разъяснил, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» определено, что суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2).

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 4).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что причинение среднего вреда здоровью и полученные травмы при дорожно-транспортном происшествии при изложенных выше обстоятельствах по существу причиняли физические страдания ФИО5 При дорожно-транспортном происшествии неизбежен факт психологического потрясения и стресса, вызванного опасением за жизнь и здоровье. В связи с причиненным средней тяжести вредом здоровью ФИО5 оказывалась медицинская помощь и назначалось оперативное и медикаментозное лечение, в том числе с применением обезболивающих средств. ФИО5 была длительное время ограничена в движении, после каждой проведенной операций вынужден соблюдать ограничения, а как пояснил его опекун, фактически заново учился ходить. В настоящее время продолжает испытывать страх перед транспортными средствами.

Таким образом, характер полученных при дорожно-транспортном происшествии телесных повреждений и их степень, процесс их лечения и реабилитационного посттравматического лечения свидетельствует о перенесенных ФИО5 физических болях. Полученная травма длительное время ограничивала качество его жизни, а с учетом того, что после проведенного лечения по медицинским показаниям металлическая конструкция удалена не была, что в настоящее время также продолжает ограничивать его в движении и причиняя физические страдания.

Учитывая требования разумности и справедливости, исходя из степени нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями ФИО5, степени вины ответчика и иных заслуживающих внимания обстоятельств настоящего дела, суд полагает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере ., который по мнению суда является разумным и справедливым, обеспечивающим баланс прав и законных интересов сторон. Данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав ФИО5 и применяемой степенью ответственности.

При этом доводы ответчика о том, что опекун ФИО3 допустила неосмотрительность, оставляя сына ФИО5 без надзора, что явилось одной из причин дорожно-транспортного происшествия, судом отклоняются.

Как указано выше причиной дорожно-транспортного происшествия явилось несоблюдением ответчиком ФИО7 Правил дорожного движения РФ, в действиях пешехода ФИО5 нарушений Правил дорожного движения РФ в ходе рассмотрения дела № установлено не было.

Опекун в соответствии с положением ст. 36 ГК РФ обязан заботиться о подопечном и обеспечивать ему надлежащий уход. Тот факт, что ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ находился на улице без опекуна, не свидетельствует о том, что опекун не выполняет свои обязанности в соответствии со ст. 36 ГК РФ.

Разрешая требования истцов ФИО10 о взыскании компенсации морального вреда в сумме по 100 000 руб. в пользу каждого, вследствие перенесенных страданий, связанных с получением сыном ФИО5 телесных повреждений в результате дорожно-транспортного происшествия, суд учитывает следующее.

Истцы ФИО10 являются родителями пострадавшего в дорожно-транспортном происшествии ФИО5, являющегося инвалидом с детства, проживают вместе по одному адресу (л.д. 18, 19, 23).

При таких обстоятельствах, учитывая, что вред здоровью средней тяжести недееспособному сыну истцов ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был причинен в результате действий ответчика, которая не справилась с управлением автомобиля и совершила наезд на пешехода ФИО5, и вследствие которых состояние здоровья его ухудшилось, он перенес две операции, дальнейшее лечение, не может вести ту полноценную жизнь, которую вел с учетом своего состояния здоровья до дорожно-транспортного происшествия, являясь инвалидом первой группы, и поскольку указанные обстоятельства повлекли существенное изменение уклада жизни всей семьи ФИО5, его матери, отца, которые по очереди сопровождали его на стационарном лечении, ФИО5 нуждался в постоянном присмотре и уходе из-за полученной травмы; истцы, его родители, испытали сильнейшей стресс, связанный с опасением за жизнь и здоровье сына, они находятся в состоянии беспокойства и тревожности, постоянно сопереживают физическим и нравственным страданиям ФИО5, который вследствие особенностей своего развития, вынужден был вновь учиться ходить, после полученной травмы передвигался только с посторонней помощью. Суд полагает, что данные обстоятельства не могли не причинить его родителя нравственных страданий, обусловленных страхом за жизнь и здоровье близкого человека, перенесенных им физических и нравственных страданий, и при этом круг лиц, которые могут требовать взыскания денежной компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью близкого человека действующим законодательством не ограничен, и приходит к выводу, что основания для взыскания компенсации в пользу истцов ФИО10 имеются.

Удовлетворяя требования истцов ФИО10 о компенсации морального вреда, при определении размера компенсации морального вреда суд, учитывая требования разумности и справедливости, характер причиненных страданий, фактические обстоятельства дела, полагает, что с ФИО7 в пользу родителей ФИО5 - ФИО10 подлежит взысканию моральный вред в размере . в пользу каждого.

Вместе с тем, при установленных обстоятельствах, суд не находит оснований для применения положения статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как ответчиком не представлено доказательств такого своего имущественного положения, которое в силу указанной статьи может послужить основанием для уменьшения размера возмещения причиненного им вреда. Обязанность доказывания данных обстоятельств лежит на ответчике.

В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию госпошлина, от которой истцы были освобождены, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Статьей 61.1 Бюджетного кодекса РФ установлено, что, по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, государственная пошлина подлежит зачислению в бюджеты муниципальных районов.

С ответчика ФИО7 в доход МО «Кингисеппский муниципальный район» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 руб. (400 руб./имущественное требование/ + 300 руб./неимущественное требование/).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ :

Иск ФИО3, действующей также в интересах ФИО5, ФИО2 к ФИО7 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причинных в результате дорожно-транспортного происшествия - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО5 в счет возмещения компенсации морального вреда в размере ) рублей.

Взыскать с ФИО7 ( в пользу ФИО3 ) в счет возмещения компенсации морального вреда в размере рублей, материального ущерба в сумме , а всего

Взыскать с ФИО7 () в пользу ФИО2 ( в счет возмещения компенсации морального вреда в размере .

В остальной части иска ФИО3, действующей также в интересах ФИО5, ФИО2 к ФИО7 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причинных в результате дорожно-транспортного происшествия отказать.

Взыскать с ФИО7 ( в доход бюджета МО «Кингисеппский муниципальный район» Ленинградской области государственную пошлину в размере 700 (семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд Ленинградской области.

Мотивированное решение составлено 14 июля 2022 года.

Судья Дунькина Е.Н.