Решение по делу № 2-2-30/2023 от 29.05.2023 - о возложении обязанности не чинить препятствия в газификации жилого дома и взыскании компенсации морального вреда.

Дело №2-2-30/2023 57RS0015-02-2023-000024-03

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

пос.Красная Заря 29 мая 2023 года

Новодеревеньковский районный суд Орловской области в составе:

председательствующего судьи Артёмова А.А., при секретаре Тарасовой О.В., с участием истца ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Новодеревеньковского районного суда Орловской области гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о возложении обязанности не чинить препятствия в газификации жилого дома и взыскании компенсации морального вреда,

установил :

ФИО3 обратился в Новодеревеньковский районный суд Орловской области с иском к ФИО4, в котором просит обязать ответчика не чинить истцу препятствий в газификации жилого дома, расположенного по адресу: (...адрес...) д.4 и обеспечить доступ к газопроводу, а также взыскать государственную пошлину в размере 300 рублей.

В обоснование своих требований со ссылкой на положения ст.209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) ФИО3 указано, что ему принадлежат на праве собственности земельный участок, площадью 5700 кв.м. с кадастровым номером 57:21:(...номер...) и размещенный на нем жилой дом, общей площадью 48,1 кв.м., с кадастровым номером 57:21:(...номер...), расположенные по адресу: (...адрес...) д.4, который был приобретен на основании договора купли-продажи 15 ноября 2019 года и к менту покупки был газифицирован. 19 февраля 2019 года между АО «Газпром газораспределение Орел» пгт.Верховье и ФИО3 был заключен договор на техническое облуживание и ремонт внутридомового газового оборудования. 27 октября 2022 года сотрудниками ООО ВДПО Орловской области было проведено обследование газового оборудования, в ходе которого были выявлены нарушения, которые следовало устранить. Было принято решение о замене и переносе газоиспользующего оборудования, в связи с чем возникла необходимость временного отключения дома истца от газопровода. После завершения работ по замене и переносу газового оборудования стало необходимо вновь подключить жилой дом к газопроводу. При обращении истца к ФИО4 за согласием на подключение его дома к общему газопроводу при наличии технической возможности, ФИО4, являясь собственником жилого дома и земельного участка, по которому проходит общая газовая труба, запрещает сотрудникам газовой службы зайти на ее территорию, чтобы подключиться к общему газопроводу. В адрес ФИО6 была направлена претензия, которая осталась без ответа.

В ходе производства по гражданскому делу истец ФИО3 дополнил исковые требования и просил взыскать в его пользу с ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, причиненного в результате создания ответчиком препятствий в газификации принадлежащего истцу жилого дома, а также уточнил первоначальные исковые требования путем указания местоположения газопровода на территории земельного участка ответчика по адресу: (...адрес...), д.2.

Определением суда от 26 апреля 2023 года к участию в деле в качестве соответчика привлечён ФИО5, являющийся вместе с ФИО4 долевым собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: (...адрес...), д.2.

Письменных возражений и отзывов на исковые требования ФИО3 от ответчиков и третьих лиц не поступило.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержал окончательные исковые требования в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении и заявлении об увеличении исковых требований. Дополнительно пояснил, что газопровод к двум жилым домам обеих сторон проходит по меже между их смежными земельными участками. ФИО4 произвела межевание своего земельного участка, после чего общий газопровод оказался на её территории. Газоснабжение принадлежащего истцу жилого дома было прекращено 27 октября 2022 года сотрудниками АО «Газораспределение Орёл» по его заявлению и во время отключения газа препятствий со стороны ответчиков не было. Все недостатки в газификации дома были устранены к 7 ноября 2022 года и через неделю после отключения газа ФИО4 объявила, что это её земельный участок и труба, которая по нему проходит тоже принадлежит ей и согласия на подключение газа она не даст. Сотрудники газовой службы обращались к ФИО4 по вопросу подключения, попросили доступ к газопроводу, но ФИО4 не пустила их на территорию домовладения, не предоставив им доступ к газовой трубе. Возможность сооружения нового газопровода в обход участка ответчика нецелесообразна, поскольку центральная магистраль газопровода находится в 200 метрах от дома. Сооружение нового газопровода по стоимости более 300000 рублей. Обратное подключение к газопроводу, проходящему через участок ответчиков обойдётся в 2000 рублей. Газопровод, который проходит по территории ответчиков им не принадлежит, является общим, был протянут при финансовой помощи администрации Краснозоренского района Орловской области с привлечением средств собственников двух домов.

Ответчики ФИО4 и ФИО5 о дате, времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом по адресу места жительства и регистрации, судебные извещения оставили невостребованными (л.д.147-150), возражений на исковое заявление не представили.

Представители третьих лиц – администрации Краснозоренского района Орловской области и АО «Газпром газораспределение Орёл» о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, ранее представили суду письменные ходатайства, в которых просили рассмотреть гражданское дело в отсутствие их представителей, при вынесении решения положились на усмотрение суда (л.д.142,145).

При изложенных обстоятельствах неявка в судебное заседание ответчиков, третьих лиц и их представителей в силу ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) не является препятствием к рассмотрению гражданского дела по существу в их отсутствие, поскольку в силу предусмотренного ст.12 ГПК РФ принципа состязательности гражданского процесса лица, участвующие в деле, самостоятельно определяют необходимость своего участия в рассмотрении гражданского дела.

С учетом изложенного, в условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав, суд, посчитав неявку ответчиков ФИО4 и ФИО5, третьих лиц и их представителей, извещенных судом в предусмотренном законом порядке, их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, а также принимая во внимание наличие в иске позиции представителя истца, на основании ст.167 ГПК РФ, определил о рассмотрении гражданского дела в отсутствие представителей истца, ответчиков, третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований по предмету спора, и их представителей.

Изучив содержание искового заявления и заявления об увеличении исковых требований, доводы и объяснения истца ФИО3, данные в ходе производства по делу, оценив заявленные ФИО3 окончательные исковые требования, отсутствие возражений ответчиков ФИО4 и ФИО5, исследовав материалы гражданского дела, допросив свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В пункте 1 статьи 209 ГК РФ закреплено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В соответствии со ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений права, хотя эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В п.45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что применяя статью 304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее.

В силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Статьей 3 Федерального закона от 31 марта 1999 года № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» предусмотрено, что законодательное и правовое регулирование газоснабжения в Российской Федерации основывается, в том числе на принимаемых в соответствии с настоящим федеральным законом нормативных правовых актов Российской Федерации и нормативных правовых актов муниципальных образований.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 13 сентября 2021 года №1547 утверждены Правила подключения (технологического присоединения) газоиспользующего оборудования и объектов капитального строительства к сетям газораспределения, из содержания п.п.28,30 которых следует, что пересечение строящейся (реконструируемой) сети газораспределения с принадлежащими иным лицам объектами инфраструктуры (инженерными коммуникациями) или строительство сети газораспределения сетей на земельных участках, принадлежащих третьим лицам на праве собственности или на ином предусмотренном законом праве и не находящихся в государственной и муниципальной собственности подлежит согласованию с указанными лицами.

Техническая возможность подключения (технологического присоединения) к сетям газораспределения объекта капитального строительства существует, если при подключении (технологическом присоединении) объекта капитального строительства заявителя сохранятся условия газоснабжения для потребителей газа, объекты капитального строительства которых на дату подачи заявки о подключении (технологическом присоединении) подключены к сети газораспределения исполнителя, а также для заявителей, которым ранее были выданы технические условия, на указанную дату не утратившие силу, и которые на дату рассмотрения заявки о подключении (технологическом присоединении) не завершили подключение.

При этом, исходя из содержания п.4 вышеуказанных Правил согласование с собственником земельного участка требуется при строительстве сети газораспределения, необходимой для подключения объекта капитального строительства заявителя, в случае строительства сети газораспределения на земельных участках, находящихся в собственности третьих лиц.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами гражданского дела, что истцу ФИО3 на праве собственности принадлежат земельный участок с кадастровым номером 57:21:(...номер...), площадью 5700 кв.м., вид разрешенного использования для ведения личного подсобного хозяйства, с жилым домом площадью 48,1 кв.м с кадастровым номером 57:21:(...номер...), расположенные по адресу: (...адрес...) д.4. Указанное недвижимое имущество было приобретено истцом 15 ноября 2019 года у ФИО7 на основании договора купли-продажи земельного участка с жилым домом (л.д.13), что также следует из выписок из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 6 октября 2022 года (л.д.9-10) и от 15 ноября 2019 года (л.д.11-12), а также от 5 апреля 2023 года (лд.106-108, 109-111).

Ответчикам ФИО4 и ФИО5, согласно выписок из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 10 апреля 2023 года, на праве общей долевой собственности принадлежат земельный участок с кадастровым номером 57:21:(...номер...), площадью 3500 кв.м. с жилым домом с кадастровым номером 57:(...номер...), расположенные по адресу: (...адрес...), д.2 (л.д.99-102, 95-98).

На основе копии лицевых счётов хозяйств №4 из похозяйственных книг администрации Россошенского сельского поселения (л.д.36-38) судом установлено, что ФИО3 с 21 января 2020 года проживает в (...адрес...) д.4 (...адрес...), а с 26 ноября 2020 года совместно с женой ФИО2 и сыном ФИО1.

На основе копии лицевых счётов хозяйств №2 из похозяйственных книг администрации Россошенского сельского поселения (л.д.39-41) судом установлено, что ФИО4 с 9 октября 2020 года проживает (...адрес...), д.2, (...адрес...) а с 26 ноября 2020 года совместно с сыном ФИО5

19 февраля 2019 года между АО «Газпром газораспределение Орел» пгт.Верховье и ФИО3 был заключен договор на техническое облуживание и ремонт внутридомового газового оборудования (л.д.14-15).

Согласно акта технического обследования дымоходов и вентканалов на объектах для газификации от 27 октября 2022 года сотрудниками ООО ВДПО Орловской области было проведено обследование газового оборудования, в ходе которого были выявлены нарушения, которые необходимо устранить (л.д.16), в связи с чем возникла необходимость временного отключения жилого дома истца от газопровода.

Как следует из акта №608 от 3 ноября 2022 года о техническом состоянии вентиляционных и дымовых каналов (л.д.17) недостатки были устранены, в связи с чем появилась необходимость вновь подключить жилой дом к газопроводу.

При обращении истца за согласием на подключение его дома к общему газопроводу при наличии технической возможности, ответчики, являясь долевыми собственниками жилого дома и земельного участка, граничащих с участком истца, запретили сотрудникам газовой службы зайти на территорию, чтобы подключиться к общему газопроводу, который проходит по их участку. Письменная претензия ФИО3 (л.д.22) оставлена без удовлетворения.

Из информации АО «Газпром газораспределение Орел» от 10 апреля 2023 года №01/24/06/44 с приложением технической документации (л.д.43-68) следует, что администрацией Краснозоренского района Орловской области в 2002 году был заключен договор подряда с АОЗТ фирма «Газ» на строительство подводящего газопровода низкого давления к жилым домам ФИО10 и ФИО7 и их газификацию (л.д.67-68, 81-82).

Согласно представленных документов, были разработаны и утверждены проекты газификации жилых домов ФИО10 и ФИО7 (л.д.55-68), после чего произведено подключение жилых домов указанных собственников к сети газораспределения путём подведения от общей газовой магистрали с подземным расположением полиэтиленовой газовой трубы диаметром 63 мм и длиной 199 м, выходом из-под земли металлической трубы диаметром 57 мм с установкой отключающего устройства и последующей разводкой труб к двум жилым домам диаметром по 25 мм.

Представленная АО «Газпром газораспределение Орел» и заявителем ФИО3 техническая документация в виде технических условий, строительного паспорта газопровода и рабочих проектов газификации жилых домов сторон (л.д.43-68,71-82) свидетельствует о том, что жилой дом истца, ранее принадлежавший ФИО7, фактически был газифицирован в 2002 году путём подключения вместе с жилым домом Лантковских к общему газопроводу, строительство которого осуществлялось при участии органа местного самоуправления.

Таким образом, техническая возможность подключения (технологического присоединения) объекта капитального строительства, расположенного по адресу: (...адрес...), д.4., была проверена и подтверждена в момент газификации жилого дома истца и существует по настоящее время от распределительного газопровода низкого давления диаметром 63 мм, на настоящий момент проходящего по земельному участку Лантковских.

Поскольку земельный участок, по которому проходит общий газопровод, по адресу: (...адрес...), д.2, находится в общей долевой собственности ответчиков Лантковских, для обратного подключения специалистами АО «Газпром газораспределение Орел» к сети газораспределения жилого дома ФИО3 необходим доступ на земельный участок ФИО4, ФИО5, чему безосновательно препятствуют указанные лица.

Как следует из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО7 и ФИО8, полностью согласующихся с объяснениями истца ФИО3, семья Лантковских и ФИО7 в 2002 году совместно проводили газ в принадлежащие им жилые дома. Затраты на подведение газовой трубы к домам указанных лиц распределялись между собственниками жилых домов при финансовой поддержке администрации Краснозоренского района Орловской области.

Свидетель ФИО7 также пояснила, что при подведении общей газовой трубы половину стоимости материалов и работ оплатила администрация Краснозоренского района, а вторую половину оплачивали ФИО7 и ФИО11. Газопровод подземный проходил по общей меже, у ответчиков за участке только выходит труба с краном, а далее разводка над каждым домом идёт надземная. Отключение и подключение газа происходило на территории земельного участка ответчиков. Расстояние от основной газовой магистрали до выхода трубы 210 метров.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что ФИО7 и ФИО4 газ проводили в 2002 году на два дома. За общую трубу половину стоимости оплачивали собственники жилья, а половину – администрация (...адрес...). В 2019 году ФИО7 продала ФИО3 полностью газифицированный жилой дом. ФИО3 в связи с необходимостью реконструкции аварийной стены дома был вынужден отключить дом от газопровода, но обратно подключить его ФИО4 не разрешила.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля начальник Краснозоренского газового участка ФИО9 пояснил, что газопровод низкого давления является распределительным диаметром 63 мм, идёт под землёй на двух абонентов с выходом металлической трубы диаметром 57 мм и отключающего устройства на участке Лантковских. Охранная зона газопровода составляет по 2 метра в обе стороны от газопровода, должен быть доступ в обязательном порядке к отключающему устройству, чему препятствуют ответчики. По исполнительной документации 50% стоимости строительства газопровода оплачено администраций Краснозоренского района, а по 25% оплачивали жильцы домов. Осенью 2022 года по заявлению ФИО3 было произведено отключение жилого дома от сети газопровода, временно приостановлена подача газа с установкой заглушки, без препятствий со стороны Лантковских. Впоследствии сотрудники газовой службы во главе с ФИО9 дважды по заявкам истца выезжали на место для снятия заглушки и возобновления подачи газа к жилому дому с привлечением участкового уполномоченного полиции, однако ФИО11 отказали в доступе на участок к отключающему устройству. Газификация жилого дома истца, минуя распределительный газопровод, не возможна, поскольку дом уже был газифицирован.

Показания указанных свидетелей согласуются между собой и с содержанием материалов дела, не противоречат друг другу, являются достоверными и отражают все действительные обстоятельства дела, в связи с чем суд принимает их при принятии решения гражданскому по делу.

Таким образом, факт необоснованного отказа ответчиков в предоставлении согласия и беспрепятственного прохода специалистов газовой службы к отключающему устройству с целью подключения наземного газопровода, подходящего к жилому дому истца, к общему газопроводу, который проходит по участку ответчиков, суд считает установленным.

При этом, недостижение между сособственниками земельных участков соглашения о порядке пользования общим имуществом не является заслуживающим внимание обстоятельством и основанием для ограничения права истца на обратное подключение жилого дома к сети газораспределения.

Отсутствие согласия ответчиков на обратное подключение жилого дома к общему газопроводу и создание препятствий сотрудникам газовой службы в исполнении заявки ФИО3 на осуществление пуска газа нарушает право истца на пользование принадлежащим ему жилым домом по назначению и не обусловлено при этом нарушением со стороны истца каких-либо прав ответчиков, не являющихся индивидуальными собственниками сооружения – газопровод, в связи с чем суд приходит к выводу об обоснованности предъявленного ФИО3 иска об устранении препятствий в газификации жилого дома.

При этом, стороной ответчиков не представлено и судом в ходе производства по делу не выявлено доказательств наличия права собственности ФИО4 и ФИО5 на сооружение – подземный газопровод, соединяющий общую газовую магистраль и надземные газопроводы, идущие к домам семьи Лантковских и ФИО3, что также исключает индивидуальное распоряжение ответчиками данным газопроводом и указывает на необоснованность отказа ответчиков в доступе к газопроводу сотрудников газовой службы, обеспечивающих обслуживание сети газораспределения и обратное подключение к газопроводу жилого дома ФИО3.

При установленных судом обстоятельствах строительства общего газопровода, подводящего газ к жилым домам семьи Лантковских и ФИО7, за счёт средств администрации Краснозоренского района и собственников указанных жилых домов, и из расчёта потребления газа двумя абонентами одновременно, индивидуальное распоряжение общим газопроводом кем-либо из указанных лиц невозможно.

Ограничение доступа к газопроводу и отключающему устройству со стороны ответчиков Лантковских препятствует не только осуществлению пуска газа к жилому дому истца, но и создаёт угрозу возникновения чрезвычайной ситуации в случае утечки газа либо аварии как на общем газопроводе, так и на газопроводах, подводящих газ к домам каждого абонента, что недопустимо.

Учитывая всё вышеизложенное, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 с возложением на ответчиков обязанности не чинить истцу препятствий в газификации жилого дома, расположенного по адресу: (...адрес...), д.4 и обеспечить доступ к газопроводу и отключающему устройству, расположенным на земельном участке ответчиков по адресу: (...адрес...), д.2.

В отношении исковых требований ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

Истец в своём заявлении об увеличении исковых требований просит взыскать с ФИО6 компенсацию за причинение морального вреда в размере 50000 рублей и указывает, что в его семье имеются двое малолетних детей, один их которых грудной. В виду добровольного отказа в даче согласия на подключение жилого дома к существующему газопроводу ответчиками нарушены его права, как собственника жилого дома, в результате семья ФИО3 испытывала неудобства, нравственные и моральные страдания.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда относится к способам защиты гражданских прав.

В силу положений ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Нормами ст. 150 ГК РФ определен перечень и признаки нематериальных благ: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 ГК РФ, и для возложения ответственности за причинение морального вреда необходимо установление состава правонарушения, за исключением случаев, предусмотренных законом (ст. 1100 ГК РФ).

Обстоятельствами, подлежащими доказыванию при рассмотрении споров о компенсации морального вреда относятся: факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Таким образом условиями, порождающими обязательства по возмещению морального вреда, являются незаконность действий (бездействия), посягательство данными действиями на личные неимущественные права потерпевшего, наличие вреда и доказанность его размера, причинная связь между действием (бездействием) и наступившим результатом (причинение вреда). Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Истцы по требованию о компенсации морального вреда не освобождены от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для дела, и в соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ обязаны представить доказательства самого факта причинения морального вреда, а также наличия обстоятельств, обосновывающих размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий, переживаний.

Аналогичную правовую позицию сформулировал Конституционный Суд РФ в своем определении от 18 января 2011 г. N 47-О-О, указав, что установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав предоставляет гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

Как следует из материалов дела, истец не доказал наличие в действиях ответчиков совокупности элементов, необходимых для привлечения к гражданско-правовой ответственности и возложения на них обязанности по компенсации морального вреда.

Материалы дела не содержат доказательств того, ФИО4 и (или) ФИО5 были совершены незаконные действия (бездействие), которые посягали бы на личные неимущественные права ФИО3.

Первоначально заявленный гражданско-правовой спор вытекает исключительно из имущественных прав истца по владению и пользованию недвижимым имуществом и никоим образом не связан с личными неимущественными правами ФИО3 и членов его семьи.

Таким образом, требования ФИО3 о взыскании с ответчиков морального вреда удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Из материалов дела следует, что истцом ФИО3 при подаче искового заявления в суд оплачена государственная пошлина в соответствии с требованиями пп.3 п.1 ст.333.19 Налогового кодекса РФ в размере 300 рублей за требование не чинить препятствия в газификации жилого дома, которое судом подлежит удовлетворению.

Учитывая содержание данных норм процессуального и налогового законодательства, а также совместную ответственность ответчиков перед истцом, не определяемую долями, суд считает необходимым взыскать с ответчиков солидарно в пользу истца судебные расходы по уплате государственной пошлины в заявленном размере 300 рублей.

Поскольку исковые требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, уплаченная за указанное требование государственная пошлина истцу не возмещается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил :

Исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о возложении обязанности не чинить препятствия в газификации жилого дома и взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Обязать ФИО4 (паспорт серии (...номер...) (...номер...)), ФИО5 (паспорт серии (...номер...) (...номер...)) не чинить препятствий ФИО3 (паспорт серии (...номер...) (...номер...)) в газификации жилого дома, расположенного по адресу: (...адрес...), д.4, обеспечить доступ к газопроводу и отключающему устройству, расположенным на земельном участке с кадастровым номером 57:21:(...номер...) по адресу: (...адрес...) д.2, с целью возобновления подачи газа.

В части исковых требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО4 (паспорт серии (...номер...) (...номер...)), ФИО5 (паспорт серии (...номер...) (...номер...)) солидарно в пользу ФИО3 (паспорт серии (...номер...) (...номер...)) судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Орловского областного суда через Новодеревеньковский районный суд (...адрес...) в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение составлено 5 июня 2023 года.

Судья А.А.Артёмов