УИД
59RS0025-01-2023-000306-82
Дело
№ 33-10066/2023 (№2-697/2023)
Судья
ФИО1
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Ворониной Е.И.,
судей Лапухиной Е.А., Лобанова В.В.,
при секретаре Овчинниковой Ю.П.,
с участием прокурора Цилинской Ю.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 19 сентября 2023 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 о компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО6 на решение Краснокамского городского суда Пермского края от 14 июня 2023.
Заслушав доклад судьи Лапухиной Е.А., истца ФИО5, представителя истцов ФИО7, ответчика ФИО6, представителя ответчика ФИО8, заключение прокурора Пермской краевой прокуратуры Цилинской Ю.А., изучив материалы дела, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 обратились в суд с иском к ИП ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб. в пользу каждого.
В обоснование заявленных требований указано, что 02.09.2022 по вине водителя ФИО9, управлявшего автомобилем марки «Мерседес-Бенц», государственный регистрационный номер <***> регион, принадлежащего ИП ФИО6, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого водитель ФИО9 совершил столкновение с впередиидущим автомобилем марки Renault Fluence, государственный регистрационный знак <***> регион, под управлением Т., которая от удара выехала на встречную полосу движения, где допустила столкновение с двигавшейся в попутном направлении автомашиной марки MAN, государственный регистрационный знак <***> регион и автомашиной марки КАМАЗ, с государственным регистрационным номером <***> региона, движущейся во встречном направлении. В результате данного дорожно-транспортного происшествия Т. получила телесные повреждения, от которых скончалась на месте. Приговором Краснокамского городского суда Пермского края от 06.02.2023 ФИО9 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. На момент ДТП ФИО9 являлся водителем ФИО6 и находился при исполнении трудовых обязанностей. В результате указанного дорожно-транспортного происшествия истцам причинен моральный вред, выразившийся в неизгладимых нравственных страданиях и переживаниях
Определением Краснокамского городского суда Пермского края от 07.04.2023 гражданские дела по искам ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ИП ФИО6 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, объединено в одно производство.
Истец ФИО4 в судебном заседании на иске настаивал, пояснил, что до смерти мамы он проживал с ней, с бабушкой и дедушкой. В настоящее время учится в г. Перми и каждый день возвращается в д. Савино, если не успевает, то остается у отца. На дату смерти мамы ему было 18 лет, он не работает, проживает на пенсию, иногда ему помогает ФИО5, бабушка и дедушка. Мать была кормильцем семьи, у них были хорошие взаимоотношения, проживали в одной комнате, она приходила в школу на родительские собрания, интересовалась его жизнью. Мама для него была примером, ему ее очень не хватает. После смерти матери у него часто стали появляться боли в сердце, высокое давление, первые три месяца была бессонница, проходил лечение, есть страх за свою жизнь.
Истец ФИО3 в судебном заседании пояснила, что с 2016 с дочерью проживали совместно, она обеспечивала семью, так как была индивидуальным предпринимателем и возила товар. Дочь вместе с внуком проживала в отдельной комнате, жили дружной семьей, конфликтов не было. Погибшая всегда помогала им по дому, в огороде, давала денежные средства, привозила продукты. С дочерью всегда были доверительные отношения, в связи с ее смертью жизнь семьи сильно изменилась, она скучает по ней, любит, видит ее каждое утро, ждет.
Истец ФИО2 в судебном заседании на иске настаивал по доводам письменных пояснений.
Истец ФИО5 в судебном заседании на иске настаивала, указала, что взаимоотношения в семье всегда были хорошими. ФИО10 больше общалась с матерью, отец помогал в технических вопросах. С сыном у погибшей были хорошие взаимоотношения. В связи со смертью Галины вся семья испытывает нравственные страдания, родители стали чаще обращаться в поликлинику. У отца обнаружили онкологическое заболевание, из-за стресса состояние здоровье усугубляется. После смерти матери ФИО11 большую часть времени стал проживать с ней. Первые три месяца у него были панические атаки, вызывали врача, он звонил ночью и говорил, что задыхается. В связи со смертью Галины вся семья переживает, плачет, пытаются найти компромиссы, решали вопросы с ИП, со следователями, со страховыми компаниями, в связи с чем также испытывали стресс.
Представитель истцов ФИО7 в судебном заседании на иске настаивал.
Ответчик ИП ФИО6 в судебное заседание не явился.
Представитель ответчика в судебном заседании с иском не согласилась, в отзыве указала, что ответчик глубоко сочувствует и соболезнует горю истцов, просит прощение за неосторожные действия своего работника и готов возместить моральный вред в виде единовременной выплаты денежной компенсации в размере 1 000 000 руб. на всех. Требуемый размер в общем размере 8 000 000 руб. завышен и не обоснован. При определении размера компенсации морального вреда просит учесть степень родства и близости истцов с потерпевшей ФИО12 и определить размер компенсации морального вреда в размере 1000000 руб. на всех.
Третье лицо ФИО9 в судебном заседании с иском не согласился, вину в дорожно-транспортном происшествии признал. Пояснил, что его заработная плата, когда работал водителем у ИП ФИО6 была 35 000 руб., сейчас работает в должности слесаря с зарплатой 18000 - 20 000 руб. Лишен права управления транспортным средством на 2 года 6 месяцев. У него на иждивении находятся 6 детей, одна из которых приемная, 4 несовершеннолетних. Принес извинения в суде перед потерпевшими. Указал, что с похоронами не помогал, компенсацию не передавал, так как нет финансовой возможности.
Представитель третьего лица КО Тимбер в судебное заседание не явился. В письменном отзыве разрешение вопроса о взыскании компенсации морального вреда оставил на усмотрение суда.
Третье лицо ФИО13 в судебное заседание не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Третье лицо ФИО14, представители третьих лиц ПАО СК Росгосстрах, ООО «Страховая компания «Адонис» в судебное заседание не явились.
Решением Краснокамского городского суда Пермского края от 14.06.2023, с учетом определения от 19.07.2023 об исправлении описки, постановлено:
«исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 удовлетворить.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6, *** года рождения, (ИНН ***. Паспорт серии ***) в пользу ФИО4, *** года рождения компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) руб.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6, *** года рождения, (ИНН ***, паспорт серии ***) в пользу ФИО3, *** года рождения компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 (один миллион двести тысяч) руб.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6, *** года рождения, (ИНН ***, паспорт серии ***) в пользу ФИО2, *** года рождения компенсацию морального вреда в размере 1 200 000 (один миллион двести тысяч) руб.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6, *** года рождения, (ИНН ***, паспорт серии ***) в пользу ФИО5, *** года рождения компенсацию морального вреда в размере 1 100 000 (один миллион сто тысяч) руб.».
В апелляционной жалобе ответчик ИП ФИО6 просит решение суда изменить в части размера компенсации морального вреда, снизив данную сумму до 1000000 руб. Полагает размер компенсации морального вреда явно завышенным, не отвечающим принципам разумности и справедливости. Указывает, что степень физических и нравственных страданий не подтверждена надлежащими доказательствами. Дополнительные пояснения ФИО2 противоречат его пояснениям, данным в судебном заседании. Обращение в медицинское учреждение ФИО3 было уже после обращения в суд и даче пояснений. Выводы суда о теплых отношениях в семье противоречат показаниям ФИО2 в судебном заседании. Сам ФИО4 при рассмотрении уголовного дела пояснял, что после школы стал учиться в г. Перми, проживая в квартире с отцом. ФИО5 поясняла, что компенсация морального вреда решит все материальные проблемы, связанные с тем, что ей теперь придется заботиться о племяннике. Суд не дал оценку тому, что ответчик предлагал добровольно компенсировать моральный вред в размере 1000000 руб. Полагает, что взысканный размер компенсации морального вреда в пользу ФИО2, который не помнит время общения с дочерью, а также ФИО5, которая проживает в г. Перми со своей семьей, чрезмерно завышен. Суд при определении размера компенсации морального вреда не выяснил степень тяжести причиненных истцам физических и нравственных страданий, общий размер взысканной суммы компенсации морального вреда является неимоверно большим.
В возражениях на апелляционную жалобу прокуратура г. Краснокамска, представитель истцов, истец ФИО5 просят оставить состоявшееся решение без изменения.
Лица, участвующие в деле, извещались о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции. В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО5, представитель истцов ФИО7 с доводами жалобы не согласились, просили оставить решение без изменения, ответчик ФИО6 и его представитель ФИО8 на доводах жалобы настаивали, в заключении прокурор Пермской краевой прокуратуры Цилинская Ю.А. с доводами жалобы не согласилась.
Истцы ФИО2, ФИО3, ФИО4 направили в суд заявление с просьбой рассмотреть дело в их отсутствие.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело при данной явке.
Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами и при правильном применения норм материального и процессуального права.
Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии с ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
По смыслу закона под владельцем источника повышенной опасности следует понимать организацию или гражданина, осуществляющих эксплуатацию источника повышенной опасности.
Указанные правила на основании ст. 1068 ГК РФ распространяются и на гражданина (в частности - индивидуального предпринимателя), не являющееся причинителем вреда, в случае, если вред, причинен его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с положениями ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Судом установлено и следует из материалов дела, что 02.09.2022 около 15 часов 03 минут водитель ФИО9, управляя автомобилем марки «Мерседес-Бенц Актрос 4141К», с государственным регистрационным знаком <***>, принадлежащим на праве собственности ФИО6, допустил столкновение с движущимся в попутном направлении автомобилем марки Renault Fluence, государственный регистрационный знак <***>, под управлением Т.
В результате данного дорожно-транспортного происшествия Т. получила телесные повреждения, от которых скончалась на месте происшествия.
Обстоятельства произошедшего ДТП установлены приговором Краснокамского городского суда Пермского края от 06.02.2023, которым ФИО9 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, вступившим в законную силу.
Данным приговором за потерпевшими ФИО5, ФИО3, ФИО2, ФИО4 признано право на удовлетворение гражданских исков о возмещении вреда в порядке гражданского судопроизводства.
Как следует из материалов дела, ФИО2 является отцом умершей Т., ФИО3 - матерью, ФИО4 - сыном, ФИО5 - сестрой.
Согласно выписке из ЕГРИП ФИО6 является индивидуальным предпринимателем с 29.11.2000, сведения являются актуальными.
18.02.2011 между ИП ФИО6 и ФИО9 заключен трудовой договор, по условиям которого ФИО9 принят на работу к ИП ФИО6 в должности водителя, договор заключен на неопределенный срок, действует с 18.02.2011.
Согласно карточке учета транспортного средства на момент ДТП 02.09.2022 собственником автомобиля Мерседес-бенц Актрос 4141 К, государственный регистрационный номер <***> являлся ФИО6
Разрешая исковые требования, руководствуясь статьями 150, 151, 1064, 1079, 1081, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 15.11.2022 №33 «Опрактике применения судами норм о компенсации морального вреда», постановлении от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд первой инстанции, установив, что на момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем транспортного средства под управлением водителя ФИО9 - виновника данного происшествия, являлся ИП ФИО6, пришел к обоснованному выводу, что именно ИП ФИО6, как работодатель и законный владелец источника повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия, несет ответственность по возмещению вреда, причиненного истцам вследствие гибели их близкого родственника.
Решение суда в части наличия оснований для возложения ответственности по возмещению вреда на ИП ФИО6, в доводах апелляционной жалобы ответчиком не обжалуется.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов, суд первой инстанции, приняв во внимание, что вследствие смерти Т. истцам причинены значительные нравственные страдания, так как гибель близкого человека, в результате которой они продолжают испытывать глубокие нравственные страдания, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие всех членов семьи, неимущественное право на родственные и семейные связи, взыскал с ответчика ИП ФИО6, как законного владельца транспортного средства и работодателя виновника дорожно-транспортного происшествия ФИО9, компенсацию морального вреда в пользу ФИО4 в размере 1 500 000 руб., в пользу каждого из родителей ФИО3 и ФИО2 по 1 200 000 руб., в пользу ФИО5 в размере 1 100 000 руб.
Выводы суда первой инстанции у судебной коллегии сомнений в законности не вызывают, соответствуют нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, и обстоятельствам дела.
Довод апелляционной жалобы о завышенном размере взысканной в пользу истцов компенсации морального вреда судебная коллегия признает несостоятельным, поскольку определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда отвечает требованиям разумности, справедливости, достаточности и соразмерности, определен судом по основаниям, предусмотренным в статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом фактических обстоятельств дела, степени вины непосредственного причинителя вреда, соотносится с тяжестью причиненных истцам физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями их личности.
Судебная коллегия отмечает, что, вопреки доводам жалобы, при определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание значимые для дела обстоятельства, учитывал, что ФИО4 в результате дорожно-транспортного происшествия потерял мать, ее смерть с учетом его возраста повлекла для него невосполнимую утрату, бесконечные нравственные переживания, а также, что смерть дочери является для матери и отца наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие здоровье, самочувствие и настроение, а также наличия между ними близких доверительных отношений. Суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда сестре погибшей, принял во внимание семейные связи истца с умершей, невосполнимость понесенной потери, характер страданий истца, выразившихся в испытываемых ею нравственных переживаниях, необратимость утраты семейной связи, тяжелые эмоциональные переживания ФИО5, которая являлась младшей сестрой погибшей.
Кроме того, судом первой инстанции принято во внимание имущественное положение истцов и ответчика, наличие в собственности ответчика недвижимого имущества, транспортных средств в количестве 60 штук, представленные письменные извинения ответчика.
В этой связи суд признал возможным определить сумму компенсации в пользу ФИО4 в размере 1,5 млн. руб., в пользу ФИО15 и ФИО2 в размере по 1,2 млн. руб., в пользу ФИО5 в размере 1,1 млн. руб., посчитав, что заявленный размер по 2 млн. руб. в пользу каждого является завышенным и не отвечающим требованиям разумности.
Судебная коллегия находит, что при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истцов с ответчика, судом учтены принципы разумности и справедливости, оснований для уменьшения присужденной компенсации морального вреда в этой связи судебная коллегия не находит, поскольку доводы апелляционной жалобы в этой части не опровергают выводы суда, а основаны лишь на несогласии с произведенной оценкой, что не может служить основанием к изменению решения суда.
При этом судебная коллегия учитывает, что судом первой инстанции при вынесении решения с учетом установленных обстоятельств и доводов сторон, размер компенсации морального вреда был значительно снижен по сравнению с заявленной истцами в своих исковых требованиях. Достаточных оснований для его повторного уменьшения в доводах апелляционной жалобы ответчика не содержится. Доказательств того, что присужденный размер возмещения вреда является для ответчика в силу его имущественного положения крайне неисполнимым, материалы дела не содержат.
Судебная коллегия также отмечает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
В данной ситуации сам по себе факт смерти Т. свидетельствует о причинении истцам морального вреда, выразившегося в понесенных нравственных страданиях, чувстве горя, невосполнимой утраты родного человека.
Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, истцами даны подробные пояснения относительно степени и характера причиненных глубоких моральных и нравственных страданий, стороной истца представлены документы, в том числе медицинские в обоснование размера компенсации морального вреда.
Само по себе не согласие стороны ответчика с обоснованием истцами глубины и степени перенесенных переживаний и нравственных страданий, причиненных им вследствие гибели близкого человека (матери, дочери и сестры), не влечет оснований для изменения и уменьшения размера присужденной судом в пользу истцов компенсации морального вреда, которая имеет целью сгладить причиненные истцам моральные страдания.
Доводы апелляционной жалобы ответчика о несогласии с выраженными в решении выводами суда о размере взысканной компенсации морального вреда, по сути, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, не содержат указаний на новые, имеющие значение для дела обстоятельства, по мнению судебной коллегии доказательства оценены судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для переоценки судебная коллегия не усматривает.
Правовых оснований, влекущих в пределах действия ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмену постановленного по делу решения, судебной коллегией при рассмотрении жалобы не установлено, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
Руководствуясь ст. ст. 199, 328 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А:
решение Краснокамского городского суда Пермского края от 14 июня 2023 года по доводам, изложенным в апелляционной жалобе ФИО6, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Председательствующий - подпись
Судьи – подписи
Копия верна. Судья - Е.А.Лапухина
Мотивированное апелляционное определение составлено 26.09.2023