Дело № 2-8887/2025
77RS0018-02-2025-010166-87
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
адрес 12 сентября 2025 года
Никулинский районный суд адрес
в составе председательствующего судьи ....,
при ведении протокола помощником судьи фио,
рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи гражданское дело № 2-8887/2025 по иску первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО2, ФИО3 об обращении имущества в доход Российской Федерации, взыскании денежных средств,
установил:
Истец обратился в суд с иском к ответчикам ФИО1, ФИО2, ФИО3 об обращении имущества в доход Российской Федерации, мотивируя свои требования тем, что при осуществлении надзора за расследованием Главным следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации (далее – ГСУ СК России) уголовного дела по обвинению бывшего старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел следственного управления по адрес ГСУ СК России по адрес ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 210, ч. 3 ст. 30, ч. 6 ст. 290 (3 эпизода), ч. 2 ст. 299 (3 эпизода), ч. 3 ст. 301 (3 эпизода) УК РФ, Генеральной прокуратурой Российской Федерации выявлены нарушения ФИО1 установленных запретов и ограничений. ФИО1 проходил службу в федеральном государственном органе, являющуюся в особым видом федеральной государственной службы. До назначения в указанный орган расследования проходил службу в период с 2000 по 2011 гг. в ГУ МВД России по адрес. Будучи сотрудником ГСУ СК России по адрес, ФИО1 являлся лицом, последовательно замещавшим должности государственной службы, обязанным представлять сведения о доходах и расходах, а равно соблюдать установленные законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции для данной категории работников запреты и ограничения. В указанный период ФИО1 предоставлялись в ГСУ СК России по адрес сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также аналогичные сведения об имущественном положении членов семьи – супруги ФИО3 и их несовершеннолетних детей. Проверка материального состояния ответчика выявила явные несоответствия расходов названных лиц полученным доходам. Истец полагает, что ФИО1 нарушен запрет получать доход из незаконных источников (заниматься другой оплачиваемой деятельностью, в том числе предпринимательской как лично, так и через доверенных лиц, получать от физических и юридических лиц вознаграждения, ссуды, подарки и услуги), а также не исполнена возложенная на него названной правовой нормой обязанность по декларированию имущества, обладателем которого он является.
В частности, ФИО1 в декларационные периоды указывал о наличии у него в собственности земельного участка и дома, расположенных по адресу: адрес, адрес, приобретенных в 2016 году, общей стоимостью сумма. В дальнейшем, как установлено материалами уголовного дела, ФИО1 23.07.2018 приобрел квартиру по адресу: адрес, площадью 136,2 кв.м., стоимостью сумма, и 25.05.2020 в этом же доме два машино-места № ..., стоимостью сумма, всего его расходы составили сумма. С целью сокрытия своего реального имущественного положения, право собственности на объекты недвижимости он оформил на ФИО2
Согласно сведениям налогового органа, родители ФИО1 с 2012 по 2021 гг., с учетом удержанного подоходного налога, получили официальный доход из всех законных источников в размере сумма, без учета их активных расходов на повседневную жизнедеятельность, а также приобрели транспортные средства на сумму сумма.
Кроме того, ФИО1 совершил финансовые операции на сумму сумма, а именно: с января 2020 по декабрь 2024 гг. внесено им наличными на свои банковские карты сумма; с июля по сентябрь 2021 г. осуществлены им переводы на сумму сумма на счета супруги – ФИО3, впоследствии которые ею размещены на брокерских счетах «Тинькофф Инвестмент»; с июля 2021 по октябрь 2022 гг. перечислены им на счета супруги – ФИО3 в ПАО «ТБанк» (Тинькофф) сумма. Расходование ФИО3 средств, находящихся в ПАО «ТБанк» (Тинькофф), связано со следующими банковскими операциями: в 2021 г. снятием ею доходов от брокерских сделок в размере сумма; в 2021-2022 гг. перечислениями на счета ФИО2 суммарно сумма; с октября 2021 по февраль 2022 гг. совершены хозяйственно-бытовые операции на сумму сумма. Таким образом, ФИО1 нарушен запрет получать доход из незаконных источников (заниматься другой оплачиваемой деятельностью, в том числе предпринимательской как лично, так и через доверенных лиц, получать от физических и юридических лиц вознаграждения, ссуды, подарки и услуги), закрепленный в ст. 11 Федерального закона от 31.07.1995 № 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации» (ст. 17, 18, 20 Федерального закона от 27.07.2004 № 79 «О государственной гражданской службе Российской Федерации», положения которых в силу ст. 17 Федерального закона от 28.12.2010 № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» распространяются на сотрудников СК России), а также не исполнена возложенная на него названной правовой нормой обязанность по декларированию имущества, обладателем которого он является.
Истец просил обратить в доход Российской Федерации следующее имущество:
- помещение, кадастровый номер 77:07:0013003:29583, по адресу: адрес, зарегистрированное на ФИО2;
- машино-место, кадастровый номер 77:07:0013003:28178, по адресу: адрес, м/м 181, зарегистрированное на ФИО2;
- машино-место (кадастровым номером 77:07:0013003:28176) по адресу: адрес, м/м 180, зарегистрированное на фио ФИО2;
взыскать солидарно с ФИО1, ФИО3 денежные средства размере сумма в пользу Российской Федерации, как имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
В ходе рассмотрения дела к участию в нем в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена фио
В судебном заседании представители истца по доверенностям фио, фио поддержали заявленные исковые требования в полном объеме, ссылаясь на изложенные в иске обстоятельства.
Ответчик, участвующий в судебном заседании посредством систем видеоконференц-связи, исковые требования не признал, на иск представил письменные возражения (т. 8 л.д. 187-190), в которых ссылался на приобретение спорного имущества за счет средств и сбережений ФИО2, доводы истца не основанными на первичных документах, отсутствие документального подтверждения переводов на счета супруги в размере сумма
Ответчики ФИО2, фио, представитель ответчиков ФИО2, ФИО3 по доверенности адвокат Титова О.Н., по доверенности ФИО5, третье лицо фио иск не признали, письменной позиции не представили, пояснив о консолидированном бюджете семей ФИО2, ФИО6 и ФИО1 и ФИО3, декларативности высказываний и вероятностных выводах истца, не основанных ни на обстоятельствах дела, ни на расчетах, фактической продаже квартиры 61 по адрес адрес за сумма, то есть за большей от указанной в основном договоре цены, представили документы о трудовой деятельности ФИО2, ФИО6, о приобретении ФИО2 в период с 1996 по 2000 годы долларов США, о внесении денежных средств по договору долевого участия в строительстве, договор банковского счета, сведения о доходах, о состоянии индивидуального лицевого счета, об отнесении ответчика ФИО3 и ее детей к категории малообеспеченной семьи.
Выслушав пояснения представителей истца, ответчиков, представителей ответчиков, третьего лица, изучив материалы дела, оценив представленные в материалах дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Необходимость борьбы с коррупцией вытекает из основополагающих положений Конституции Российской Федерации, определяющих Российскую Федерацию в качестве правового государства (ч. 1 ст. 1).
Как следует из ст. 1 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – Закон № 273-ФЗ), акты коррупции посягают на законные интересы общества и государства.
Противодействие коррупционным проявлениям направлено на защиту публичных интересов всего общества и государства, предметом которых выступает обладающее социальной востребованностью общее благо, а не субъективные интересы отдельных участников гражданского оборота.
Публично-правовой характер такой деятельности с очевидностью следует из установленной законом обязанности всех государственных и муниципальных органов, коммерческих и некоммерческих организаций, их должностных лиц противодействовать коррупции (ст. 5, 13.3 Закон № 273-ФЗ). Наряду с этим данная обязанность возложена на институты гражданского общества, а также физических лиц (п. 2 ст. 1). Тем самым законодатель придал ей всеобъемлющий и общеобязательный характер, что свойственно для публично-правовых, а не частно-правовых отношений.
Таким образом, в данном случае не преследуется цель защиты субъективных благ конкретных участников хозяйственного оборота, а реализуется публичная задача по защите основ конституционного строя и правовой демократии от коррупционных проявлений, на которые они посягают (Постановление Конституционного Суда РФ от 10.10.2013 № 20-П).
По этой категории дел прокурор не имеет субъективного интереса, не защищает чье-либо частное право, не преследует экономическую выгоду и не ставит задачи по извлечению дохода. Заявленные им требования направлены на пресечение коррупционных проявлений, то есть защиту нематериальных благ. В рамках же гражданского судопроизводства исследуются обстоятельства происхождения выявленного у должностного лица актива, наличие у него правомерных источников приобретения имущественного благосостояния, а не ведется спор о праве.
В связи с этим Генеральная прокуратура РФ в рамках предоставленных процессуальным законодательством полномочий обратилась с настоящим искомв суд за защитой публичных интересов государства и общества в целом.
Незаконное приобретение должностными лицами личного состояния, против чего в данном иске выступает прокурор, наносит ущерб, как отмечено в Конвенции ООН против коррупции (принята 31.10.2003 Резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи ООН), демократическим институтам, национальной экономике и правопорядку, порождает угрозы стабильности и безопасности общества, подрывает демократические и этические ценности.
Иными словами, коррупция наносит ущерб тем ценностям, которые статьями 1, 2, 8, 17-19, 21, 751 Конституции Российской Федерации отнесены к числу фундаментальных, неотъемлемых и нематериальных благ.
При этом требования о прекращении права собственности на определенное имущество конкретных лиц в данном случае не могут свидетельствовать о материальном характере спора. Применение указанного юридического последствия не является результатом нарушения ответчиками частноправовых норм, которые устанавливают правила поведения хозяйствующих субъектов в гражданском обороте. В данном случае применяются антикоррупционные нормы, в связи с нарушением публично-правовой обязанности должностного лица не допускать злоупотребления своим служебным положением. Названное юридическое последствие может быть применено только после установления судом состава коррупционного правонарушения, то есть констатации факта отсутствия у должностного лица законного основания для владения коррупционно приобретенным имуществом.
Таким образом, изъятие имущества выступает правовым последствием нарушения должностным лицом законодательства о противодействии коррупции. Разрешение его судьбы вытекает из выводов о наличии в действиях ответчика состава коррупционного правонарушения.
В соответствии с п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производится, в том числе обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не предоставлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
Законом № 273-ФЗ установлены основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных нарушений. Под самой коррупцией в ст. 1 Закона № 273-ФЗ понимаются действия о злоупотреблению служебным положением, даче взятки, получению взятки, злоупотреблению полномочиями, коммерческому подкупу либо иному незаконному использованию физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды другими физическими лицами, в том числе за совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица.
Противодействие коррупции – деятельность федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, организаций и физических лиц в пределах их полномочий: а) по предупреждению коррупции, в том числе по выявлению и последующему установлению причин коррупции (профилактика коррупции); б) по выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию коррупционных правонарушений (борьба с коррупцией); в) по минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений (п. 2 ст. 1 Закона № 273-ФЗ)
Согласно п. 4 ст. 6 Закона № 273-ФЗ профилактика коррупции осуществляется в том числе, путем установления в качестве основания для освобождения от замещаемой должности и (или) увольнения лица, замещающего должность государственной или муниципальной службы, включенную в перечень, установленный нормативными правовыми актами Российской Федерации, с замещаемой должности государственной или муниципальной службы или для применения в отношении его иных мер юридической ответственности непредставления им сведений, представления заведомо неполных сведений, за исключением случаев, установленных федеральными законами, либо представления заведомо недостоверных сведений о своих доходах, расходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, а также представления заведомо ложных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.
Из положений ч.ч. 1, 2 ст. 8.1 Закона № 273-ФЗ следует, что лица, замещающие (занимающие) должности, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, обязаны представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей в случаях и порядке, которые установлены Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации.
Контроль за соответствием расходов лиц, указанных в ч. 1 ст. 8.1 Закона № 273-ФЗ, а также расходов их супруг (супругов) и несовершеннолетних детей общему доходу лиц, указанных той же ч. 1 ст. 8.1 того же закона, и их супруг (супругов) за три последних года, предшествующих совершению сделки, осуществляется в порядке, предусмотренном этим же Федеральным законом и Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации.
Согласно п.п. «д» пункта 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», указанный Закон устанавливает контроль над расходами, в том числе лиц, замещающих (занимающих) должности федеральной государственной службы, осуществление полномочий по которым влечет за собой обязанность представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.
Согласно ст. 3 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» лицо, замещающее (занимающее) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. названного Федерального закона, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений, если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки.
В силу ч. 3 ст. 16 данного Федерального Закона в случае, если в ходе осуществления контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 этого же Закона, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов данного лица, а также расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, материалы, полученные в результате осуществления контроля за расходами, в трехдневный срок после его завершения направляются лицом, принявшим решение об осуществлении контроля за расходами, в органы прокуратуры Российской Федерации.
В соответствии с ч. 1 ст. ст. 17 указанного Федерального Закона Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в течение четырех месяцев со дня получения материалов, предусмотренных ч. 3 ст. 16 данного Федерального закона, рассматривают их в пределах своей компетенции, установленной Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации», после чего в порядке, предусмотренном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего Федерального закона, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход Российской Федерации денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход Российской Федерации невозможно.
Статья 17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», во взаимосвязи с другими его положениями предполагает, что подлежащее изъятию имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не предоставлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, может принадлежать как самому государственному (муниципальному) служащему, так и членам его семьи – супруге (супругу) и несовершеннолетним детям, которые тем самым претерпевают неблагоприятные последствия призюмируемого нарушения им антикоррупционного законодательства.
Такое правовое регулирование обусловлено налагаемыми государственного (муниципального) служащего ограничениями, вытекающими из его правового статуса, и признано минимизировать риск злоупотреблений при оформлении того или иного имущества в собственность, а потому не может рассматривается как несоразмерное ограничение конституционных прав членов семьи государственного (муниципального) служащего, тем более что федеральный законодатель в целях соблюдения баланса публичных и частных интересов ограничил круг лиц, за чьими расходами осуществляется контроль, теми членами семьи государственного (муниципального) служащего, которые, как правило, ведет с ним общее хозяйство, а именно супругой (супругом) и их несовершеннолетними детьми (п. 2 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).
Аналогичные требования поддерживаются Конвенцией Организации Объединенных Наций против коррупции, принятой в адрес 31.10.2003 Резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи ООН, признающей изъятие имущества, имеющего незаконное происхождение, правомерным вмешательством государства в осуществление прав, которое преследует законную цель – борьбу с коррупцией в системе государственной службы. В соответствии с постановлением Межпарламентской Ассамблеи государств – участников от 23.11.2012 № 38-17 (далее – Рекомендации), необходимыми и действенными мерами противодействия коррупции признаются предъявление специальных требований к лицам, претендующим на занятие должностей по выполнению государственных функций и предоставлению государственных услуг, установление законодательных ограничений, а также иных, мер, направленных на выявление фактов незаконного обогащения (пп. 3, 4.2 Рекомендаций). Страны участники Ассамблеи обязались конфисковывать незаконно полученные деньги, ценности и иное имущество, признавать недействительными правовые акты, решения, сделки и другие действия, принятые (совершенные) в результате коррупционных правонарушений; констатировали ничтожность сделки, заключенной вследствие коррупционного правонарушения (п. 4.8 Рекомендаций).
Категории лиц, в отношении которых осуществляется контроль за расходами и порядок осуществления такого контроля установлены Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».
Как следует из судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не предоставлено в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017, в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ прокурор обязан представить доказательства приобретения ответчиком (ответчиками) в отчетном периоде движимого и недвижимого имущества на сумму, превышающую его (их) общий доход за три последних года, предшествующих отчетному периоду. В частности, прокурор обязан предоставить доказательства принадлежности спорного имущества кому-либо из ответчиков, приобретения его в отчетном периоде, доказательства, подтверждающие действительную стоимость имущества, факт превышения стоимости этого имущества по отношению к совокупному доходу ответчиков за три последних года, предшествующих отчетному периоду, а также материалы, свидетельствующие о соблюдении при осуществлении контроля за расходами процедуры, установленной Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».
При этом следует учитывать, что действующее законодательство не предусматривает возможности учета в числе расходов лица, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, и членов его семьи прожиточного минимума, затрат на оплату коммунальных услуг, алиментных выплат и других, не относящихся к расходам на приобретение имущества, предусмотренного ч. 1 ст. 4, ст. 17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам». Бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволяющих приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков). При этом суд вправе принимать любые допустимые ГПК РФ доказательства, предоставленные как лицом, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, так и его супругой (супругом) и – с особенностями, установленными данными Кодексом, - несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества, независимо от того, когда эти средства были получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или были обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий. Ответчиками могут быть, в частности представлены доказательства, получения ими денежных средства по гражданско-правовым сделкам (например, по договору займа, дарения).
Как установлено судом и следует из материалов дела, Генеральной прокуратурой Российской Федерацией при осуществлении надзора за расследованием ГСУ СК России уголовного дела № 42402007703001644 по обвинению бывшего старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел следственного управления по адрес ГСУ СК России по адрес ФИО1 в совершении уголовно наказуемых деяний, предусмотренных ч. 3 ст. 210, ч. 3 ст. 30, ч. 6 ст. 290 (3 эпизода), ч. 2 ст. 299 (3 эпизода), ч. 3 ст. 301 (3 эпизода) УК РФ, выявлены нарушения ФИО1 установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений.
ФИО1 проходил федеральную государственную службу в ГСУ СК России по адрес, являющуюся в соответствии со ст. 1 и 15 Федерального закона от 28.12.2010 № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» и ст. 2 Федерального закона от 27.05.2003 № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» особым видом федеральной государственной службы, ему присваивались специальные звания. До трудоустройства в названный территориальный следственный орган ответчик ФИО1 проходил службу в ГУ МВД России по адрес.
С 2012 года по 2021 гг. ФИО1, являясь лицом, последовательно замещавшим должности государственной службы и обязанным представлять сведения о доходах и расходах, а равно соблюдать установленные законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции для данной категории работников запреты и ограничения.
ФИО1 предоставлял в кадровое подразделение ГСУ СК России по адрес сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также аналогичные сведения об имущественном положении членов семьи – супруги ФИО3 и их несовершеннолетних детей, согласно которым их совокупный доход с 2012 по 2021 гг. составил сумма. Супруга ответчика ФИО1 - фио, трудовую деятельность не осуществляла, задекларированный ее доход в анализируемый период составил сумма, несовершеннолетние дети доходов не имели.
ФИО1 в декларационные периоды указывал о наличии у него в собственности земельного участка и дома, расположенных по адресу: адрес, адрес, приобретенных в 2016 году, общей стоимостью сумма.
При этом установлено, что заработная плата являлась не единственным источником дохода ФИО1, а сведения, отраженные в представленных справках по месту службы, не соответствовали действительности. Поступив на следственную службу в Следственный комитет Российской Федерации ФИО1 использовал свои полномочия не в законных ее интересам, а во вред обществу и государству с целью незаконного личного обогащения как своего, так и своих родственников.
Согласно материалам ФИО1 23.07.2018 приобрел квартиру по адресу: адрес, площадью 136,2 кв.м., стоимостью сумма, и спустя два года - 25.05.2020, по этому же адресу два машино-места № 180 и 181, совместной стоимостью сумма. Таким образом период с 2018 по 2020 гг. его расходы составили сумма.
Вместе с тем, с целью сокрытия своей противоправной деятельности и реального имущественного положения его и членов семье, право собственности на вышеназванные спорные объекты недвижимости ответчик ФИО1 оформил на близкое лицо - ФИО2
Совокупный официальный доход с 2012 по 2021 гг. ФИО2 и ФИО6, согласно письменным доказательствам, предоставленным суду сторонами в обоснование позиций, составил сумма, без вычетов расходов на повседневную их жизнедеятельность, приобретение транспортных средств на сумму сумма и трех объектов недвижимости с кадастровыми номерами 77:07:0013003:29583, 77:07:0013003:28178, 77:07:0013003:28176, общей стоимостью сумма.
Таким образом, установлено, что с целью ухода от необходимости декларирования и сокрытия имущественного положения, право собственности на квартиру, два машино-места, расположенных по адресу: адрес, фактически принадлежащие ФИО1, им приобретенные на неподтвержденные доходы, регистрировалось на ФИО2 (...).
Данные обстоятельства подтверждают допрошенные в качестве свидетелей по уголовному делу фио и фио, осуществлявшие юридическое сопровождение сделок с указанной выше недвижимостью.
В соответствии со ст.ст. 59, 60, 67 ГПК РФ суд оценивает вышеприведенные протоколы допросов как относимые и допустимые доказательства, поскольку они отвечают требованиям закона и имеют значение для разрешения дела. Оснований сомневаться в достоверности полученных от допрошенных лиц сведений у суда не имеется. Они носят последовательный и не противоречивый характер.
Также установлено, что ФИО1 в рассматриваемы период совершил банковские операции на сумму сумма, а именно:
с января 2020 по декабрь 2024 гг. внесено им наличными на свои банковские карты сумма;
с июля по сентябрь 2021 г. осуществлены им переводы на сумму сумма на счета супруги – ФИО3, впоследствии которые ею размещены на брокерских счетах «Тинькофф Инвестмент»; с июля 2021 по октябрь 2022 гг. перечислены им на счета супруги – ФИО3 в ПАО «ТБанк» (Тинькофф) сумма.
Расходование ФИО3 средств, находящихся в ПАО «ТБанк» (Тинькофф), связано со следующими банковскими операциями:
в 2021 г. снятием ею доходов от брокерских сделок в размере сумма;
в 2021-2022 гг. перечислениями на счета ФИО2 суммарно сумма;
с октября 2021 по февраль 2022 гг. совершены хозяйственно-бытовые операции на сумму сумма.
Доводы ответчиков и их представителей о том, что спорные объекты недвижимости ФИО2, ФИО6 и ФИО1 в 2018 и 2020 года приобретались на собственные сбережения с 1995 года суд находит не состоятельными, поскольку ФИО1 о дополнительных источниках поступления денежных средств по месту прохождения службы не заявлял, ФИО2 с 2012 года какой-либо трудовой деятельности не осуществлял, а официальный доход ФИО6 значительно ниже стоимости приобретенного имущества.
Кроме того, установлено, что в рассматриваемый период ответчики ФИО1 и фио многократно совершали банковские операции на общую сумму сумма. Однако доказательств приобретения данного имущества на законные их доходы суду не предоставили.
При таких установленных по делу обстоятельствах, совокупный доход ответчиков несоизмеримо меньше понесенных ими расходов, то есть доходы ответчиков не позволили им приобрести спорные объекты недвижимости стоимостью сумма и денежные средства в размере сумма. Приобретены на неподтвержденные доходы ФИО1, ему же фактически принадлежат.
Установленные судом обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что в период занятия должностей государственной службы ФИО1 систематически нарушались установленные для данной категории работников запреты и ограничения. Им нарушен запрет получать доход из незаконных источников (заниматься другой оплачиваемой деятельностью, в том числе предпринимательской как лично, так и через доверенных лиц, получать от физических и юридических лиц вознаграждения, ссуды, подарки и услуги), изначально закрепленный в ст. 11 Федерального закона от 31.07.1995 № 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации» (ст. 17, 18, 20 Закона № 79, положениях которых в силу ст. 17 Закона № 403 распространяются на сотрудников СК России), а также не исполнена возложенная на него названной правовой нормой обязанность по декларированию имущества, обладателем которого он является. ФИО1 не соблюдал антикоррупционное законодательство. Продолжительное время скрывал от службы и общества свои реальные доходы и их поступление из незаконных источников.
Возражая против удовлетворения иска, ответчики, в том числе ссылались на недопустимость протоколов допросов, полученных в рамках уголовного дела, приговор по которому не вынесен.
Суд отклоняет эти доводы как не основанные на законе, поскольку ст. 71 ГПК РФ позволяет принимать в качестве письменного доказательства акты, договоры, справки, иные документы и материалы, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий.
Приобщенные представителем истца протоколы допросов свидетелей, как следует из их содержания, составлены по правилам ст. 166 УПК РФ и в силу прямого указания гражданского процессуального закона являются протоколами совершения процессуальных действий. Происхождение документов из уголовного дела, где они имеют аналогичный статус, не изменяет их правовой природы и не отменяет названное положение по настоящему делу.
Суд учитывает, что протоколы составлены уполномоченным законом должностным лицом, который несет ответственность, в том числе уголовную за правильность и достоверность их составления. Допрошенным лицам разъяснены их процессуальные права и обязанности. Заявлений и замечаний от автора показаний на протокол и порядок проведения допроса не поступило.
В соответствии со ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ суд оценивает вышеприведенные протоколы допросов по уголовному делу как относимые и допустимые доказательства, поскольку они отвечают требованиям закона и имеют значение для разрешения дела. Оснований сомневаться в достоверности полученных из протоколов сведений у суда не имеется, они имеют последовательный и непротиворечивый характер.
Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что ответчики в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не предоставили в материалы дела относимые, допустимые, достоверные и достаточные доказательства о законности происхождения денежных средств, за счет которых было приобретено вышеназванное спорное имущество, и совершены финансовые операции, что их трудовая деятельность приносила им доход, позволяющий совершать покупку спорного имущества и банковские сделки, в связи с чем суд приходит к выводу об обращении в доход государства вышеуказанных объектов недвижимого имущества, зарегистрированное на ФИО2, а также считать необходимым взыскать с ФИО1 и ФИО3 солидарно денежные средства в размере сумма в пользу Российской Федерации, как имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
Из системного толкования положений п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ и правовых норм антикоррупционного законодательства Российской Федерации, в том числе ст. 3, ст. 17 Закона № 230-ФЗ от 03.12.2012, следует, что поскольку в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции не представлены доказательства приобретения ответчиками спорного имущества на законные доходы, то по решению суда данное имущество может быть обращено в доход государства.
В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 26-П «По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи с запросом Верховного Суда Российской Федерации» указано на презумпцию незаконности доходов, возможность применения такой особой меры государственного понуждения как безвозмездное изъятие имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным служащим неправомерного деяния коррупционной направленности.
Кроме того, из Обзора судебной практики по делам по заявлению прокуроров об обращении в доход Российской Федерации, имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017, прямо следует, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволяющих приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков).
Федеральными законами от 25.12.2008 № 273-ФЗ (ред. от 26.05.2021) «О противодействии коррупции» и от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», иными нормативно правовыми актами обязательный досудебный порядок разрешения споров не предусмотрен.
В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокуратура Российской Федерации призвана осуществлять надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих, в том числе законодательства о государственной и муниципальной службе. При этом, как следует из указанной нормы, прокуроры уполномочены осуществлять надзор за исполнением законов и соблюдением прав гражданина как органами власти и их должностными лицами, так и коммерческими и некоммерческими организациями, их руководителями и органами управления.
К числу законов, за соблюдением которого обязаны осуществлять надзор органы прокуратуры, относится Федеральный закон от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», устанавливающий принципы противодействия коррупции и возлагающий на Генерального прокурора Российской Федерации, а также подчиненных ему прокуроров функции по координации деятельности правоохранительных органов в борьбе с коррупцией.
При этом положения Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», распространяются не только на лиц, замещающих должности в органах государственной и муниципальной власти, но и на физических лиц и юридических лиц, которые в случае совершения коррупционного правонарушения привлекаются к уголовной, административной, гражданско-правовой и дисциплинарной ответственности в соответствии с законодательством.
Следовательно, компетенция прокурора при осуществлении деятельности по противодействию коррупции, как и сфера действия законодательства о противодействии коррупции, не ограничены лицами, замещающими государственную либо муниципальную должность, их супругами и несовершеннолетними детьми.
Суд принимает во внимание, что правоотношения по заявленным требованиям регулируются не только положениями Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», но и п.п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ, п.п. 2 ст. 1, ст.ст. 6,8 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».
Доводы стороны ответчиков о том, что имущество приобретено на законные доходы, суд не может принять во внимание, поскольку стоимость приобретенного и поступившего в распоряжение ответчиков имущества в несколько раз превышает размер их совокупного и законного дохода.
Доказательства о законности происхождения денежных средств, за счет которых было приобретено спорное имущество и денежные средства, что трудовая деятельность ответчиков приносила им доход, позволяющий приобрести указанное спорное имущество не предоставлено.
При этом, доводы стороны ответчиков о недопустимости использования в качестве доказательств материалов уголовного дела, поскольку виновным ФИО1 не признан, приговор не постановлен, являются не состоятельными, поскольку в силу ч. 1 ст. 71 ГПК РФ – письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).
Согласно же ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
При этом тот факт, что судебное разбирательство по уголовному делу по обвинению ФИО1 не завершено, приговор не постановлен, не может, по мнению суда, являться основанием полагать, что имеющиеся в материалах уголовного дела документы, не могут служить доказательствами по настоящему гражданскому делу, поскольку при рассмотрении исковых требований представленные доказательства не оцениваются в качестве доказательств причастности/непричастности ФИО1 к совершению инкриминируемых ему деяний, а равно в качестве доказательств виновности/невиновности в совершении преступлений в рамках уголовного дела.
Доводы ответчиков ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО6 о том, что они самостоятельно приобрели спорные объекты недвижимости, на совместные сбережения, отклоняются судом, поскольку объективных доказательств наличия сбережений и доходов, позволяющих приобрести спорные объекты и денежные средства, суду не представлено. Суд отклоняет доводы стороны ответчиков о хранении приобретенных в девяностые годы прошлого столетия долларов США наличными, поскольку уже в 2006 году ФИО2 счел возможным заключение договора банковского счета. Доказательств обмена валютных накоплений в период, приближенный к спорным сделкам, стороной ответчиков не представлено. Соглашение от 04.06.2012 года о продаже квартиры по адресу: адрес, за сумма, то есть за цену, существенно превышающую от указанной в основном договоре купли-продажи, в качестве доказательства приобретения спорных объектов суд также принять не может, поскольку иных доказательств движения денежных средств стороной ответчиков также не представлено.
Отклоняя доводы ФИО1 о том, что представленные в материалы дела данные Росфинмониторинга носят информационный характер и требуют проверки, суд учитывает, что сторона ответчиков самоустранилась от представления соответствующих первичных документов, предоставления соответствующих доказательств законности сделок.
При оценке доводов ответчиков о наличии у них законных доходов от трудовой и иной деятельности суд учитывает, что согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 29.11.2016 № 26-П, имущество, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, подлежит изъятию в целом, независимом от того, что в какой-то части затраты на его приобретение могли быть произведены из законных источников.
Из системного толкования положений п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ и правовых норм антикоррупционного законодательства Российской Федерации, в том числе ст. 3, ст. 17 Закона № 230-ФЗ от 03.12.2012, следует, что поскольку в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции не представлены доказательства приобретения ответчиками спорного имущества на законные доходы, то по решению суда данное имущество подлежит обращению в доход государства.
Учитывая установленные судом обстоятельства, руководствуясь приведенными выше положениями закона, суд приходит к выводу о том, что заявленные прокурором исковые требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.
В силу ст. 103 ГПК РФ, в доход бюджета адрес с ответчиков ФИО1, ФИО2 и ФИО3 солидарно подлежит взысканию государственная пошлина, от которой истец освобожден в силу закона.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования Генерального прокурора Российской Федерации, ИНН <***>, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, паспортные данные, ИНН <***>, ФИО2, паспортные данные, ИНН <***>, ФИО3, паспортные данные, ИНН <***>, об обращении имущества в доход Российской Федерации, взыскании денежных средств - удовлетворить.
Обратить в доход Российской Федерации следующее имущество:
- помещение, кадастровый номер 77:07:0013003:29583, по адресу: адрес, зарегистрированное на ФИО2;
- машино-место, кадастровый номер 77:07:0013003:28178, по адресу: адрес, м/м 181, зарегистрированное на ФИО2;
- машино-место (кадастровым номером 77:07:0013003:28176) по адресу: адрес, м/м 180, зарегистрированное на фио ФИО2.
Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО3 денежные средства размере сумма в пользу Российской Федерации, как имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО2, ФИО3 в доход бюджета адрес государственную пошлину в размере сумма, взыскать солидарно с ФИО1, ФИО3 в доход бюджета адрес государственную пошлину в размере сумма
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья Е.В. Юдина
Решение изготовлено в окончательной форме: 17.09.2025 года
Судья Е.В. Юдина