Дело № 2 – 532/2025

УИД: 56RS0010-01-2025-000472-98

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

2 декабря 2025 года г. Гай Оренбургской области

Гайский городской суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Волоховой Е.А., при секретаре Балдиной Г.В., с участием помощника Гайского межрайонного прокурора Соколовой Е.В., истца ФИО1, представителя истца Морозовой К.А., представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница г. Гай» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец обратился в суд с вышеназванным иском к ответчику, указывая, что она является дочерью <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ года ее мама заболела: поднялась температура, появилась слабость и кашель с мокротой и кровяными прожилками. ДД.ММ.ГГГГ года она обратилась на прием <данные изъяты> ФИО4, поскольку состояние здоровья ухудшилось: продолжала повышаться температура, усилился кашель. По результатам приема было рекомендовано на следующий день пройти рентгенографию грудной клетки. Назначено лечение: <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ года проведена рентгенограмма легких, на которой якобы не было выявлено отклонений. Температура тела повышалась до 37,4.

ДД.ММ.ГГГГ года врачом ФИО4 выдано направление в процедурный кабинет на уколы.

Состояние здоровья <данные изъяты> не улучшилось, а наоборот ухудшилось: температура тела стала повышаться до 38,5, появилась сильная слабость: мама перестала ходить, в основном проводила время лежа в постели, пропал аппетит. В связи с чем ДД.ММ.ГГГГ года они самостоятельно обратились в приемный покой ГБУЗ «Гайская районная больница».

По результатам обращения у мамы были изъяты анализы крови, мочи, проведена рентгенограмма легких. Мама была осмотрена врачом терапевтом, которым выставлен диагноз: <данные изъяты>. При этом направления на КТ не выдали и не рекомендовали его пройти. Врач приемного покоя на ее просьбы госпитализировать маму ответила отказом. Рекомендовано обратиться к врачу-инфекционисту.

В этот же день ДД.ММ.ГГГГ года <данные изъяты> в ее сопровождении самостоятельно обратились в инфекционное отделение ГБУЗ «Гайская районная больница», прием осуществляла <данные изъяты> ФИО4 По результатам обращения назначено лечение: <данные изъяты>. На ее настойчивые просьбы госпитализировать в инфекционное отделение – отвечено отказом. Рекомендовано проходить лечение дома.

ДД.ММ.ГГГГ года состояние <данные изъяты> ухудшилось. Она вызвала бригаду скорой медицинской помощи. Бригадой скорой медицинской помощи маму доставили в инфекционное отделение ГБУЗ «Гайская районная больница» и она была госпитализирована.

Так же хочет добавить, что <данные изъяты> каждое утро по назначению врача терапевта измеряла давление и принимала препараты, снижающие давление. ДД.ММ.ГГГГ года мама позвонила ей и сказала, что чувствует себя очень плохо и просила принести в инфекционное отделение лекарства для снижения давления. Она спросила какое у нее давление, на что мама пояснила, что давление ей никто не измерял, медсестра сказала принести препараты для снижения давления из дома и принимать их самостоятельно. После этого она пошла в приемный покой инфекционного отделения, чтобы поговорить с врачом. Во время ожидания врача она находилась на связи с мамой по телефону и обратила внимание, что у нее появилась сильная одышка. Мама сказала, что очень хочет пить, однако воды в палату принести некому. Она обратилась к медицинской сестре, которая пояснила, что воды в отделении нет и необходимо принести свой чайник и воду. Через 40-45 минут (около 10.50 часов) в приемное отделение спустилась врач ФИО4 у которой она спросила почему маме не измеряют давление, на что она ответила: в 13.00 часов придет лечащий врач и назначит необходимое лечение. Она сказала ФИО4, что у мамы началась сильная одышка, на что та повторила ту же фразу. После этого врач покинула приемное отделение, она вынуждена была уйти из больницы.

ДД.ММ.ГГГГ года ей сообщили, что <данные изъяты> переводят в реанимационное отделение ГБУЗ «Гайская районная больница», поскольку состояние здоровья резко ухудшилось.

ДД.ММ.ГГГГ года врач реанимационного отделения просил ее подписать какие-то документы, на что она ответила отказом. Ею данные документы были сфотографированы.

ДД.ММ.ГГГГ года <данные изъяты> скончалась в отделении анестезии реанимации.

В результате некачественного оказания медицинской помощи, из-за халатного отношения медицинских работников к своей работе и к пациенту <данные изъяты>, причинен вред здоровью и жизни ее мамы, из-за чего она претерпела и продолжает испытывать моральные, нравственные страдания и переживания.

Просит суд взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» г. Гай в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда 2 500 000 руб., расходы по оплате юридических услуг.

Истец ФИО3, ее представитель адвокат Морозова К.А. в судебном заседании исковые требования поддержали, просили удовлетворить, в обоснование привели доводы, указанные в исковом заявлении. Кроме того, истец пояснила, что лечебный режим в период амбулаторного лечения <данные изъяты> соблюдался. Она лично делала маме уколы, в случае невозможности, по причине нахождения на работе, она просила об этом соседку <данные изъяты>.

Из письменного отзыва на исковое заявления главного врача Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Гайская районная больница» ФИО5 следует, что пациентка <данные изъяты> обратилась ДД.ММ.ГГГГ года к участковому терапевту с жалобами на состояние здоровья. Врач ее осмотрела и назначила необходимое обследование и лечение. Повторный прием назначили ДД.ММ.ГГГГ года, но пациентка на прием не пришла. ДД.ММ.ГГГГ года <данные изъяты> обращается в приемный покой, где ей провели обследование. По результатам обследования показаний к госпитализации не выявлено, рекомендовано обратиться к лечащему врачу.

ДД.ММ.ГГГГ года <данные изъяты> бригадой скорой медицинской помощи доставлена в инфекционное отделение, где ей назначено лечение, ДД.ММ.ГГГГ года переведена в реанимационное отделение, ДД.ММ.ГГГГ года скончалась.

Пациентке <данные изъяты> оказано лечение в полном объеме, проведены все исследования.

Просит суд в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, в обоснование привела доводы, указанные в вышеуказанном письменном отзыве.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Министерство здравоохранения Оренбургской области, администрация Гайского муниципального округа Оренбургской области, муниципальное казенное учреждение Комитет по управлению имуществом администрации Гайского муниципального округа Оренбургской области, Правительство Оренбургской области, Министерство природных ресурсов, экологии и имущественных отношений Оренбургской области, акционерное общество Страховая компания «СОГАЗ-Мед», ФИО6, ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11

Представители третьих лиц Министерства здравоохранения Оренбургской области, администрации Гайского муниципального округа Оренбургской области, муниципального казенного учреждения Комитет по управлению имуществом администрации Гайского муниципального округа Оренбургской области, Правительства Оренбургской области, АО Страховая компания «СОГАЗ-Мед», третьи лица ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом.

Представитель третьего лица Министерство природных ресурсов, экологии и имущественных отношений Оренбургской области ФИО12, действующая на основании доверенности, в судебное заседании не явился, просил рассмотреть дело без его участия, в письменном отзыве указал, что Министерство не является главным распорядителем средств бюджета субъекта Российской Федерации по вопросам здравоохранения. Просит вынести решение исходя из представленных сторонами доказательств и требований, предусмотренных действующим законодательством.

Представитель АО Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО13, действующая на основании доверенности, в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв, в котором полагает требования ФИО3 к ответчику о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере, соответствующем принципу разумности и справедливости.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть гражданское дело без участия неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что истец ФИО3 является дочерью <данные изъяты>, что подтверждается свидетельством о рождении, справкой Отдела ЗАГС администрации Гайского муниципального округа Оренбургской области о заключении брака (т. 1 л.д. 15, 16).

В ходе судебного разбирательства исследована медицинская карта амбулаторного больного на имя <данные изъяты>., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ года она обратилась в ГБУЗ «Городская больница г. Гай» с жалобами на кашель с мокротой, боль в грудной клетке. Диагноз: <данные изъяты> Рекомендовано: <данные изъяты>. Явка ДД.ММ.ГГГГ года к участковому терапевту.

ДД.ММ.ГГГГ года рентгенограмма легких. <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ года рентгенограмма легких №. <данные изъяты>. Диагноз: <данные изъяты>

Согласно медицинской карты стационарного больного № ГБУЗ «Городская больница г. Гай» ДД.ММ.ГГГГ года <данные изъяты> поступила в инфекционное отделение ГБУЗ «Городская больница г. Гай». При поступлении проявляет жалобы на общую слабость, недомогание, сухой кашель, субфебрильную температуру, боль в грудной клетке.

ДД.ММ.ГГГГ года <данные изъяты> умерла, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1 л.д. 18).

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО3 обращается в АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» о некачественном оказании медицинской помощи ее матери <данные изъяты> (т. 1 л.д. 181).

По результатам проведенной ЭКМП (заключения по результатам № и № от ДД.ММ.ГГГГ года и № от ДД.ММ.ГГГГ года, экспертами качества медицинской помощи в соответствии с Приложением № 9 к Тарифному соглашению в системе ОМС Оренбургской области на 2025 год выявлены следующие нарушения (дефекты) при оказании медицинской помощи <данные изъяты> в ГБУЗ «ГБ» г. Гай:

<данные изъяты>;

<данные изъяты>, а именно:

- <данные изъяты>,

- <данные изъяты>;

- <данные изъяты>.

С целью установления причинно-следственной связи между оказанием лечебным учреждением медицинской помощи <данные изъяты> и наступившими последствиями, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам Государственного учреждения здравоохранения «Бюро судебно - медицинской экспертизы Саратовской области» на разрешение которой поставлены вопросы:

1) Правильно и своевременно ли был выставлен диагноз при осмотре и лечении <данные изъяты> врачами ГБУЗ «Гайская районная больница»? Если нет, то чем объясняется объективные возможности для установления правильного диагноза? Правильно ли было организовано обследование и лечение <данные изъяты> с учетом сопутствующих заболеваний? В полном ли объеме использованы методы диагностирования врачами ГБУЗ «Гайская районная больница» имеющегося у <данные изъяты> заболевания?

2) Правильно ли, своевременно и в полном объеме была оказана медицинская помощь <данные изъяты> в ГБУЗ «Гайская районная больница»?

3) Имеются ли какие- либо дефекты и недостатки медицинской помощи, оказанной <данные изъяты> в ГБУЗ «Гайская районная больница»? Если имеются, то в чем они заключаются и к каким последствиям привели?

4) Находится ли смерть <данные изъяты> в прямой причинно - следственной связи с действиями врачей ГБУЗ «Гайская районная больница» и неправильно оказанной медицинской помощью?

5) Указать причину наступления смерти <данные изъяты>?

6) При своевременной постановке диагноза, приведшего к смерти <данные изъяты> и проведении необходимого лечения был ли возможен благоприятный исход?

7) Привели ли неквалифицированные действия врачей ГБУЗ «Гайская районная больница» к смерти <данные изъяты>, либо смерть наступила в результате необратимых процессов в её организме? Возможно ли было предотвратить неблагоприятный исход?

8) Возможно ли установить причину заболевания <данные изъяты> на стадии обращения на прием к терапевту ГБУЗ «Гайская районная больница»? Было ли оно выявлено своевременно, надлежаще ли последней была оказана медицинская помощь? Соответствует ли оказанная медицинская помощь состоянию <данные изъяты>? Нуждалась ли <данные изъяты> в стационарном лечении, если да, то в какой период возникла необходимость в стационарном лечении?

9) Нарушены ли медицинскими работниками ГБУЗ «Гайская районная больница» при оказании медицинской помощи <данные изъяты> действующие законы, приказы, инструкции и правила, регулирующие оказание медицинской помощи гражданам? Если да, то к каким последствиям привели эти нарушения?

10) Правильно ли были произведены назначения врачами ГБУЗ «Гайская районная больница» в инфекционном отделении при наличии заболевания у <данные изъяты> «<данные изъяты>»?

11) Своевременно ли и в полном объеме было диагностировано действительное заболевание <данные изъяты> «<данные изъяты>», если да, то какие методы лечения были предприняты, и были ли они сделаны в полном объеме? Достаточно ли обоснованно была выбрана тактика лечения?

12) Могло ли привести к ухудшению состояния здоровья <данные изъяты> нарушение лечебного режима в период амбулаторного лечения со стороны пациента?

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ года – ДД.ММ.ГГГГ года:

Выводы, сделанные ФИО14, врачом-рентгенологом высшей квалификационной категории ГУЗ «Областная клиническая больница»:

На представленных на бумажном носителе рентгенограммах органов грудной клетки в прямой проекции на имя <данные изъяты> выявлено: <данные изъяты>.

На представленной на диске рентгенограмме органов грудной клетки в прямой проекции на имя <данные изъяты> выявлено: <данные изъяты>

Выводы, сделанные ФИО15, ассистентом кафедры инфекционных болезней ФГБОУ ВО «Саратовский государственный медицинский университет им. ФИО16» МЗ РФ, врачом инфекционистом первой квалификационной категории:

1. Правильно и своевременно ли был выставлен диагноз при осмотре и лечении <данные изъяты> врачами ГБУЗ «Гайская районная больница»? Если нет, то чем объясняется объективные возможности для установления правильного диагноза? Правильно ли было организовано обследование и лечение <данные изъяты> с учетом сопутствующих заболеваний? В полном ли объеме использованы методы диагностирования врачами ГБУЗ «Гайская районная больница» имеющегося у <данные изъяты> заболевания?

2. Правильно ли, своевременно и в полном объеме была оказана медицинская помощь <данные изъяты> в ГБУЗ «Гайская районная больница»?

3. Имеются ли какие- либо дефекты и недостатки медицинской помощи, оказанной <данные изъяты> в ГБУЗ «Гайская районная больница»? Если имеются, то в чем они заключаются и к каким последствиям привели?

4. Находится ли смерть <данные изъяты> в прямой причинно-следственной связи с действиями врачей ГБУЗ «Гайская районная больница» и неправильно оказанной медицинской помощью?

10. Правильно ли были произведены назначения врачами ГБУЗ «Гайская районная больница» в инфекционном отделении при наличии заболевания у <данные изъяты> «<данные изъяты>»?

11. Своевременно ли и в полном объеме было диагностировано действительное заболевание <данные изъяты> «<данные изъяты>», если да, то какие методы лечения были предприняты, и были ли они сделаны в полном объеме? Достаточно ли обоснованно была выбрана тактика лечения?

Ответ: <данные изъяты>.

Однако стоит отметить следующие недостатки ведения пациентки в инфекционном отделении:

- несоответствие назначений в плане лечения во время осмотра больной

<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ года и листа назначений от ДД.ММ.ГГГГ года, а именно в осмотре указан <данные изъяты>, данных препаратов в листе назначения нет, а присутствуют следующие препараты: <данные изъяты>;

- диагноз от ДД.ММ.ГГГГ года сформулирован не полностью, а именно не указаны сопутствующие и фоновые заболевания (тогда как анамнестически вынесено: <данные изъяты>

- отсутствует лист назначения с лечением от ДД.ММ.ГГГГ года (после совместного осмотра с и.о.заведующей отделением ФИО4), таким образом невозможно оценить проведенное лечение после ДД.ММ.ГГГГ года и до ДД.ММ.ГГГГ года перед поступлением в реанимационное отделение ГБУЗ «Городская больница» г.Гай;

- в осмотрах врачей от ДД.ММ.ГГГГ года в 10:30, от ДД.ММ.ГГГГ года (время не указано), от ДД.ММ.ГГГГ года в 09.50 и 10.00 нет данных о клинических признаках нарушения <данные изъяты>;

- в осмотре дежурного врача (ФИО7) ДД.ММ.ГГГГ года от 09.50 и 10.00 часов не указан способ <данные изъяты>;

- в дневниковых записях врач-инфекциониста от ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года нет интерпретации полученных результатов лабораторного обследования (минимальные цитолитические изменения, гипергликемия, азотемия, повышение СРБ);

- по листу назначения на ДД.ММ.ГГГГ года назначена ЭКГ, однако описание отсутствует от данной даты в карте стационарного больного №;

- нет рекомендаций о коррекции гипергликемии, данных о консультации эндокринолога.

Выявленные недостатки по профилю инфекционные болезни в большинстве своем являются недостатками оформления медицинской документации, их влияния на исход заболевания не имеется.

Смерть <данные изъяты> не находится в прямой причинно-следственной связи с действиями врачей ГБУЗ «Гайская районная больница» и оказанием медицинской помощи.

6. При своевременной постановке диагноза, приведшего к смерти <данные изъяты> и проведении необходимого лечения был ли возможен благоприятный исход?

Ответ: Диагнозы <данные изъяты> выставлены в соответствии с данными клинико-лабораторных и инструментальных данных своевременно.

7. Привели ли неквалифицированные действия врачей ГБУЗ «Гайская районная больница» к смерти <данные изъяты>., либо смерть наступила в результате необратимых процессов в её организме? Возможно ли было предотвратить неблагоприятный исход?

10. Правильно ли были произведены назначения врачами ГБУЗ «Гайская районная больница» в инфекционном отделении при наличии заболевания у <данные изъяты> «<данные изъяты>»?

11. Своевременно ли и в полном объеме было диагностировано действительное заболевание <данные изъяты> «<данные изъяты>», если да, то какие методы лечения были предприняты, и были ли они сделаны в полном объеме? Достаточно ли обоснованно была выбрана тактика лечения?

Ответ: <данные изъяты>.

9. Нарушены ли медицинскими работниками ГБУЗ «Гайская районная больница» при оказании медицинской помощи <данные изъяты> действующие законы, приказы, инструкции и правила, регулирующие оказание медицинской помощи гражданам? Если да, то к каким последствиям привели эти нарушения?

Ответ: При оказании медицинской помощи пациентке <данные изъяты> по профилю инфекционные болезни соблюдены действующие нормативные документы, регулирующие оказание медицинской помощи гражданам

12. Могло ли привести к ухудшению состояния здоровья <данные изъяты> нарушение лечебного режима в период амбулаторного лечения со стороны пациента?

Ответ: Могло, учитывая длительность не обращения за медицинской помощью и отягощающие сопутствующие заболевания. Также учесть ответ на вопрос 7.

Выводы, сделанные ФИО17, доцентом кафедры внутренних болезней Медицинский университет «РЕАВИЗ», кандидатом медицинских наук, врачом терапевтом, врачом кардиологом высшей квалификационной категории:

8. Возможно ли установить причину заболевания <данные изъяты> на стадии обращения на прием к терапевту ГБУЗ «Гайская районная больница»? Было ли оно выявлено своевременно, надлежаще ли последней была оказана медицинская помощь? Соответствует ли оказанная медицинская помощь состоянию <данные изъяты>.? Нуждалась ли <данные изъяты> в стационарном лечении, если да, то в какой период возникла необходимость в стационарном лечении?

Ответ: См. обоснование вывода. Назначенное лечение, тактика ведения пациента <данные изъяты>. на стадии обращения на прием к терапевту ГБУЗ «Гайская районная больница» были обоснованными и правильными, медицинская помощь в полном объеме. Соответствовала состоянию пациентки, заболевание <данные изъяты> выявлено своевременно. Необходимость в стационарном лечении возникла ДД.ММ.ГГГГ года при обнаружении рентгенографически <данные изъяты>.

Выводы, сделанные ФИО18, заведующим Саратовским межрайонным отделением ГУЗ «БСМЭ МЗ СО», врачом судебно-медицинским экспертом высшей квалификационной категории:

Вопрос 5. Указать причину наступления смерти <данные изъяты>.?

Ответ: Согласно патологоанатомическому исследованию трупа <данные изъяты> установлено, что основным заболеванием явилась <данные изъяты>.

Проанализировав содержание заключения № от ДД.ММ.ГГГГ года – ДД.ММ.ГГГГ года суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Судебная медицинская экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы, в соответствии с требованиями Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о проведении экспертизы экспертам данной организации в соответствии с профилем деятельности. Заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, которые являются последовательными, не допускают неоднозначного толкования. В обоснование сделанных выводов члены комиссии приводят соответствующие данные из имеющихся в их распоряжении документов - материалов гражданского дела, медицинский карт, рентгеновских снимков, дополнительных результатов исследований, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе.

На основании вышеизложенного судом отказано в удовлетворении ходатайства стороны истца о назначении по делу повторной судебной комплексной медицинской экспертизы, поскольку сомнений в правильности или обоснованности заключения № не имеется.

Кроме того, как следует из данного заключения, члены комиссии были предупреждены по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, обладают специальными познаниями, имеют высшее медицинское образование, соответствующий стаж работ, в связи с чем, оснований не доверять выводам членов комиссии у суда не имелось. Таким образом, вышеуказанное заключение получено в предусмотренном законом порядке, соответствует требованиям, позволяющим принять его в качестве доказательства по делу.

При этом, доказательств, опровергающих выводы экспертов, изложенные в заключении, участниками процесса представлено не было.

Результатами ЭКМП, которые сторона истца просит положить в основу решения суда, выявлены нарушения (дефекты) при оказании медицинской помощи <данные изъяты> в ГБУЗ г. Гай.

При этом причинно-следственная связь между оказанием лечебным учреждением медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти <данные изъяты> ЭКМП не устанавливалась.

Кроме того, при проведении экспертизы качества медицинской помощи не рассматривался вопрос о возможном нарушении лечебного режима в период амбулаторного лечения со стороны пациента, которое могло привести к ухудшению состояния здоровья <данные изъяты>

В этой связи положить в основу решения суда экспертизу качества медицинской помощи является невозможным.

В судебном заседании исследованы кассовые чеки, представленные истцом и свидетельствующие о приобретении ею медицинских препаратов ДД.ММ.ГГГГ года – <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года – <данные изъяты>.

В ходе судебного разбирательства допрошена свидетель <данные изъяты> показавшая, что имеет среднее образование по специальности участковая медицинская сестра. <данные изъяты> ее соседка, с которой продолжительный период времени проживали на одной лестничной площадке, общались ежедневно. <данные изъяты> страдала <данные изъяты>

Вышеназванные доказательства свидетельствуют о том, что <данные изъяты> при наличии отягчающих сопутствующих заболеваний длительное время не обращалась за медицинской помощью после того, как почувствовала себя больной. И это могло привести к ухудшению состояния ее здоровья, что подтверждается так же выводами, изложенным в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ года – ДД.ММ.ГГГГ года.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на охрану здоровья и медицинскую помощь), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Пункт 49 вышеназванного Постановления гласит, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация, в данном случае ГБУЗ «Городская больница» г. Гая должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО3 смертью матери <данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства установлено, что во время амбулаторного и стационарного наблюдения в ГБУЗ «Городская больница» г.Гай больной <данные изъяты> диагноз выставлен правильно и своевременно, согласно данным клинического осмотра, результатов лабораторного и инструментального обследования, а также в соответствии с действующими клиническими рекомендациями «<данные изъяты>» (редакция от 2021г.), «<данные изъяты>» (утв. МЗ РФ от 2024г.). Обследование пациентки <данные изъяты> проведено в объеме, предусмотренными действующими нормативными документами на момент заболевания пациентки, с учетом сопутствующей патологии (<данные изъяты>) и возможных осложнений в конкретной клинической ситуации. Лечение пациентки <данные изъяты> на догоспитальном этапе определено выставленным диагнозом (<данные изъяты>) от ДД.ММ.ГГГГ года, и включило в себя антибактериальное (<данные изъяты>) и противокашлевое/муколитическое (<данные изъяты>) лечение.

Однако, выводами заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ года – ДД.ММ.ГГГГ года отмечено, что препаратами выбора среди антибактериальных препаратов в данной клинической ситуации должны быть следующие: <данные изъяты>.

Кроме того, ГБУЗ «Городская больница» г.Гая допущены иные дефекты оказания медицинской помощи, которые в большинстве своем являются недостатками оформления медицинской документации, их влияния на исход заболевания не имеется.

При этом смерть <данные изъяты>., как следует из вышеназванного заключения судебно-медицинской экспертизы Государственного учреждения здравоохранения «Бюро судебно - медицинской экспертизы Саратовской области», не находится в прямой причинно-следственной связи с действиями врачей ГБУЗ «Гайская районная больница» и оказанием медицинской помощи.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Презумпция вины причинителя вреда, предусмотренная ст. 1064 ГК РФ, предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший (в данном случае истец) представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда здоровью, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что именно ответчики являются причинителями вреда.

Доказательств надлежащего оказания медицинской помощи <данные изъяты> со стороны медицинских работников ГБУЗ «Городская больница» г. Гая, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Сомнений в перенесении ФИО1 нравственных страданий и моральных переживаний, в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи врачами ГБУЗ «Городская больница» г. Гая ее матери <данные изъяты>., не имеется, в связи с чем, суд приходит к выводу о законности требований истца в части причинения ей морального вреда.

Обстоятельств, с которыми закон связывает освобождение ответчика от ответственности за причиненный истцу вред, судом не установлено.

С учетом обстоятельств, при которых ФИО3 были причинены нравственные страдания, их объем и характер, отсутствие причинно-следственной связи между ненадлежащим оказанием медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти <данные изъяты>., при наличии ряда дефектов оказания медицинской помощи, учитывая степень вины ответчика, наличие у ГБУЗ «Городская больница» г. Гая возможности избежать дефектов медицинской помощи, в случае оказания врачебной помощи надлежащего качества, а также требования разумности и справедливости, суд определяет подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда равной – 20 000 рублей.

Суд считает, что указанный размер компенсации морального вреда отвечает принципу разумности и справедливости, характеру причиненных истцу физических и нравственных страданий.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 указанного кодекса к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы, на оплату услуг представителя.

Согласно статье 98 названного кодекса стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного кодекса. Если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (часть 1).

Разрешая требования ФИО19 о взыскании с ПАО «Гайский ГОК» расходов на оплату услуг представителя, суд исходит из положений ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ, в соответствии с которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требований ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 20 октября 2005 года № 355-О, взыскание расходов на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является обязанностью суда, вместе с тем, суд не вправе уменьшать размер сумм взыскиваемых расходов произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Из материалов дела следует, что истец понес расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, что подтверждается представленной в материалы дела квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ года, соглашением об оказании юридической помощи, отчетом по исполнению соглашения об оказании юридической помощи (т. 1 л.д. 39-42).

Определяя размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание категорию и сложность рассматриваемого спора, объем выполненной представителем работы, время, затраченное на оказание юридической помощи, и, приходит к выводу о том, что заявленные ФИО3 требования подлежат частичному удовлетворению, в сумме 20 000 руб.

Руководствуясь ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

требования иска ФИО3 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница» г. Гай о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» г. Гай в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг 20 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» г. Гай в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Гайский городской суд Оренбургской области путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца с даты составления мотивированного решения – 16 декабря 2025 года.

Судья Волохова Е.А.