Решение по делу № 2-127/2023 от 11.04.2023 - о признании договора купли-продажи автомобиля ничтожной сделкой и применении последствий недействительности сделки.

УИД 24RS0026-01-2023-000096-79

Дело № 2-127/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 апреля 2023 года с.Каратузское

Каратузский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего - судьи Чугунникова Е.В.,

при секретаре судебного заседания Улеевой С.Г.,

с участием прокурора Кулешова А.О.,

ответчиков ФИО1, ФИО2 и её представителя Андронович А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Каратузского района в интересах Российской Федерации к ФИО1, ФИО2 о признании договора купли-продажи автомобиля ничтожной сделкой и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Каратузского района обратился в суд в интересах Российской Федерации с рассматриваемым исковым заявлениям к ФИО1 и ФИО2, мотивировав заявленные требования тем, что 26.11.2022г. в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, по факту управления им в состоянии опьянения автомобилем марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с государственным регистрационным знаком <...>. В рамках уголовного дела указанный автомобиль был изъят у ФИО1, осмотрен и приобщен в качестве вещественного доказательства, с последующим возвращением 02.12.2022 года ФИО1 на хранение.

В соответствии со ст. 104.1 УК РФ, конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества, в том числе транспортного средства, принадлежащего обвиняемому и использованного им при совершении преступления, предусмотренного ст.ст.264.1, 264.2, 264.3 УК РФ.

08.12.2022г. дознавателем по указанному выше уголовному делу составлено обвинительное постановление по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, которое утверждено заместителем прокурора Каратузского района 16.12.2022г. В справке к обвинительному постановлению также указано, что указанный автомобиль возвращен ФИО1 на ответственное хранение.

ФИО1, зная, что за совершенное им преступление судом указанный выше принадлежащий ему автомобиль будет конфискован, и что конфискация возможна только лишь имущества, принадлежащего подозреваемому (обвиняемому, подсудимому), не смотря на то, что автомобиль передан ему для хранения и является вещественным доказательством по делу, решил формально перерегистровать автомобиль на свою мать ФИО2, что и сделал, заключив с последней 14.12.2022г. договор купли-продажи указанного автомобиля, согласно которому ФИО2 купила автомобиль по цене 100000 руб. (согласно общедоступным источникам, рыночная цена подобного автомобиля на момент сделки составляет свыше 700000 руб.). В договоре купли-продажи указано, что «до заключения настоящего договора ТС никому не продано, ни заложено, в споре и под арестом не состоит».

26.01.2023г. Каратузским районным судом вынесен приговор в отношении ФИО1, которым он признан виновным в совершении указанного выше преступления. Разрешая вопрос об автомобиле, как о вещественном доказательстве, суд учел, что спорный автомобиль находится в собственности матери подсудимого, и, поскольку он перестал принадлежать подсудимому, передал его по принадлежности ФИО2 Иск государственного обвинителя - заместителя прокурора района о признании сделки по отчуждению автомобиля между подсудимым и ФИО2 недействительной, суд в судебном заседании не принял.

Ссылаясь на положения ст.ст.167,169, 170 ГК РФ и 45 ГПК РФ, прокурор просил:

- признать сделку от 14.12.2022 г., совершенную между ответчиками по купле-продаже автомобиля марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером <...>, <...> года выпуска, государственный регистрационный знак <...>, ничтожной;

- применить последствия недействительности ничтожной сделки - взыскать в доход Российской Федерации все полученное сторонами (ответчиками) по этой сделке - изъять (конфисковать) указанный выше автомобиль, взыскать с ФИО1 полученные по сделке 100000 руб.

В судебном заседании прокурор Кулешов А.О. заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что в виду близких родственных отношений, а также исходя из цены, указанной в оспариваемом договоре купли-продажи, ответчик ФИО2, приобретая автомобиль у сына, в отношении которого возбуждено уголовное дело за управление автомобилем в состоянии опьянения, не могла не знать о незаконности совершаемой сделки. Также просил учесть, что исходя из общедоступных источников сети - Интернет, спорный автомобиль на продажу не выставлялся.

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Андронович А.А. полагала исковые требования прокурора не подлежащими удовлетворению, указав, что обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, надуманы и не подтверждаются материалами гражданского дела. При совершении сделки по продаже автомобиля ФИО2 действовала добросовестно, а именно стороны подписали договор купли-продажи лично, покупателем обязанность по оплате товара исполнена в полном объеме, фактическая передача автомобиля покупателю произошла, ФИО2 после оформления права собственности в установленном законом порядке пользовалась автомобилем, несла бремя содержания транспортного средства. Понятие ответственного хранения ФИО1 не разъяснялось, последнему также не разъяснялись его обязанности в отношении спорного автомобиля, он не предупреждался об уголовной ответственности за последствия распоряжения хранимым имуществом. При передаче автомобиля ФИО1 также не присутствовал адвокат, который мог бы разъяснить обязанности по хранению транспортного средства. Стоимость спорного автомобиля, указанная прокурором, в размере 700000 руб. не подтверждена соответствующими доказательствами, является предположительной без учета фактического состояния транспортного средства. Также обратила внимание на то, что судьба спорного автомобиля как вещественного доказательства разрешена судом при постановлении приговора в отношении ФИО1 и не может разрешаться в порядке гражданского судопроизводства.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала, дополнительно пояснила, что ей было известно о возбуждении в отношении её сына ФИО1 уголовного дела в связи с управлением автомобилем в состоянии алкогольного опьянения. После задержания сына сотрудниками ДПС автомобиль забирала именно она, так как вписана в полис страхования гражданской ответственности. Поскольку сын был лишен прав управления, то она решила приобрести данный автомобиль для своего личного пользования. Она имеет соответствующее водительское удостоверение, в собственности у неё также находится автомобиль подобного класса. Однако, она проживает с мужчиной, одного автомобиля недостаточно для нужд семьи. Автомобиль был оценен в 100000 руб. с учетом его фактического состояния, так как он нуждался в значительном ремонте, который был ей выполнен, согласно представленному акту. После совершения сделки она передала ФИО1 100000 руб., автомобиль надлежаще зарегистрировала в органах ГИБДД на свое имя, пользовалась им, застраховала свою гражданскую ответственность. О том, что спорным автомобилем сын не мог распоряжаться, ей не было известно, об этом её никто не предупреждал, в том числе, при перерегистрации автомобиля в органах ГИБДД. Также она приняла во внимание тот факт, что сын уже привлекался к ответственности за управление тем же автомобилем в состоянии опьянения, при этом автомобиль остался в собственности у ФИО1

Ответчик ФИО1 исковые требования не признал, пояснил, что в рамках рассмотренного в отношении него уголовного дела он действительно расписался в постановлении дознавателя о передаче ему вещественного доказательства –принадлежащего ему спорного автомобиля на хранение. Он не имеет юридического образования, понятие вещественного доказательства и порядка их хранения ему не разъяснялись. Еще после лишения его водительских прав в апреле 2022 года он и его мать – ФИО2 договорились о приобретении последней указанного автомобиля. При этом ФИО2 вложила значительные денежные средства в его ремонт до приобретения, поэтому была определена цена автомобиля в размере 100000 руб. Фактически автомобиль у него не изымался на период дознания, поэтому его ремонт проводился в <...>. О том, что он нарушил закон при продаже автомобиля ФИО2, ему стало известно только после подачи искового заявления прокурором.

Судом установлено и не оспаривается сторонами по делу, что 26.11.2022г. отделом дознания МО МВД России «Курагинский» в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело <...> по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, по факту управления им в состоянии опьянения принадлежащим ему на праве собственности автомобилем марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером <...>, <...> года выпуска с государственным регистрационным знаком <...>. При проведении дознания данному уголовному делу 02.12.2022г. у ФИО1 произведена выемка данного автомобиля, который в последующем осмотрен с составлением протокола осмотра предметов, признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела в качестве такового. Также 02.12.2022 года дознавателем принято постановление о возвращении автомобиля ФИО1, как собственнику, на хранение.

Частями 1-3 стати 81 УПК РФ установлено, что вещественными доказательствами признаются любые предметы, которые служили орудиями, оборудованием или иными средствами совершения преступления. Указанные предметы осматриваются, признаются вещественными доказательствами и приобщаются к уголовному делу, о чем выносится соответствующее постановление. При вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах. При этом орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются.

Согласно п.1 ч.2 ст.82 УПК РФ вещественные доказательства в виде предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, возвращаются законным владельцам.

Таким образом, дознавателем решен вопрос о судьбе вещественного доказательства до принятия судом окончательного решения о его судьбе в соответствии с требованиями действующего законодательства, а именно - автомобиль передан для хранения ФИО1

08.12.2022г. по указанному выше уголовному делу составлено обвинительное постановление по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, которое утверждено заместителем прокурора Каратузского района 16.12.2022 г.

14.12.2022г. между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи спорного автомобиля, согласно которому ФИО2 купила автомобиль марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером <...>, по цене 100000 руб.

Факт передачи автомобиля ФИО2 и получения ФИО1 денежных средств в обозначенном размере сторонами не оспаривается, как и не оспаривается то обстоятельство, что ответчики приходятся друг другу близкими родственниками (сын и мать).

26.01.2023г. Каратузским районным судом ФИО1 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст.264.1 УК РФ. Разрешая вопрос о спорном автомобиле, как о вещественном доказательстве, суд учел, что автомобиль находится в собственности ФИО2 и передал его по принадлежности последней. Иск государственного обвинителя - заместителя прокурора района о признании сделки по отчуждению автомобиля между подсудимым и ФИО2 недействительной, суд в рамках рассматриваемого уголовного дела не принял.

Обращаясь в суд с рассматриваемым иском, прокурор полагал, что сделка в недействительна в силу требований ст.169 ГК РФ, а кроме того, в силу ст.170 ГК РФ с учетом фактической стоимости автомобиля и его покупной цены, указанной в договоре от 14.12.2022 является также мнимой, то есть совершенной лишь для вида и избежания конфискации имущества, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

В свою очередь ответчик ФИО1 мотивировал свои действия по продаже автомобиля отсутствием у него юридических познаний, не разъяснением ему положений, касающихся понятия вещественного доказательства по уголовному делу и порядка его хранения. Ответчик ФИО2 полагала себя добросовестным приобретателем спорного автомобиля по заключённому с ФИО1 договору купли-продажи, поскольку у неё отсутствовали сведения о невозможности совершения сделки.

Выслушав объяснения участвующих сторон и исследовав материалы дела, установив изложенные выше обстоятельства, суд признает заявленные требования обоснованными, в связи с чем, считает необходимым их удовлетворить по следующим основаниям.

Положениями статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Как следует из положений статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации направлена на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения соответствующих антисоциальных сделок (определения от 23 октября 2014 г. N 2460-О, от 24 ноября 2016 г. N 2444-О и др.) и позволяет судам в рамках их полномочий на основе фактических обстоятельств дела определять цель совершения сделки (определение от 25 октября 2018 г. N 2572-О, определение от 20 декабря 2018 г. N 3301-О).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 8 июня 2004 г. N 226-О, статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации особо выделяет опасную для общества группу недействительных сделок - так называемые антисоциальные сделки, противоречащие основам правопорядка и нравственности, признает такие сделки ничтожными и определяет последствия их недействительности: при наличии умысла у обеих сторон такой сделки - в случае ее исполнения обеими сторонами - в доход Российской Федерации взыскивается все полученное по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного; при наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации.

Статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Из разъяснений, содержащихся в п. 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации" следует, что согласно статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно. Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Взыскание на основании взаимосвязанных положений статей 167 и 169 Гражданского кодекса Российской Федерации в доход Российской Федерации имущества, полученного в результате такой, не является наказанием за совершенное преступление, а обусловлено недействительностью сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности.

Применительно к вышеизложенному, для разрешения заявленных прокурором исковых требований, подлежащими установлению юридически значимыми обстоятельствами являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что цель сделки, права и обязанности, которые стороны были намерены установить при ее совершении, либо желали изменить или прекратить существующие права и обязанности, как это указано в законе, заведомо противоречили основам правопорядка и нравственности.

Суд полагает, что именно вышеуказанные обстоятельства, свидетельствующие о совершении ФИО1 сделки, заведомо противоречащей основам правопорядка и нравственности, нашли свое подтверждение при рассмотрении дела.

Так, как уже указывалось выше в рамках проводимого дознания по уголовному делу, возбужденному в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст.264.1 УК РФ, должностным лицом органа дознания, принадлежащий на праве собственности ответчику автомобиль марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером <...>, являющийся средством совершения преступления, признан вещественным доказательством, хранить которое постановлено у подозреваемого ФИО1 С вынесенным постановлением от 02.12.2022г. о передаче указанного вещественного доказательства на хранение собственнику, ФИО1 ознакомился лично.

Какой-либо неопределённости, позволяющей трактовать постановление дознавателя от 02.12.2022 года в ином смысле, кроме как необходимости хранения вещественного доказательства – спорного автомобиля его собственником, не содержит и не требует наличия юридического образования. Обязательное участие защитника при совершении процессуального действия – передаче вещественного доказательства на хранение уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрено.

Кроме этого, в составленном 08.12.2022г. обвинительном постановлении по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264.1 УК РФ, с которым обвиняемый ознакомился 12.12.2022 г., дознавателем также указывается, что вещественное доказательство автомобиль марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером <...> находится на ответственном хранении у обвиняемого.

Таким образом, подозреваемому и обвиняемому ФИО1 на стадии дознания было с достоверностью известно, что принадлежащий ему автомобиль марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером <...> является вещественным доказательством, переданным ему на хранение. При этом ФИО1 по вопросу возможности распоряжения данным автомобилем в пользу третьих лиц, сроках его хранения к дознавателю не обращался.

Согласно ст.243 ГК РФ, в случаях, предусмотренных законом, имущество может быть безвозмездно изъято у собственника по решению суда в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения (конфискация).

В соответствии со ст. 104.1 УК РФ под конфискацией имущества понимается принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора имущества, в том числе транспортного средства, принадлежащего обвиняемому и использованного им при совершении преступления, предусмотренного ст.ст.264.1, 264.2, 264.3 УК РФ.

Как указано в постановлении Конституционного суда РФ от 07.03.2017 г. №5-П, конфискация орудий и иных средств совершения преступления представляет собой - в контексте уголовного законодательства - публичноправовую санкцию, структурно обособленную (и, как следствие, автономную) от наказания; как мера уголовно-правового характера, выражающаяся в возложении на обвиняемого (осужденного) обязанности претерпеть дополнительные (по отношению к наказанию) правоограничения уголовно-превентивного свойства.

С учетом приведённых норм, ФИО1, достоверно зная, что за совершенное им преступление, предусмотренное ч. 1 ст.264.1 УК РФ, принадлежащий ему автомобиль марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером <...> подлежит конфискации в пользу государства и конфискация возможна только лишь имущества, принадлежащего подозреваемому (обвиняемому, подсудимому), преследуя цель, избежать данной публичноправовой санкции путем перерегистрации автомобиля на нового собственника и получения от этого выгоды, то есть, действуя антисоциально с целью противной основам правопорядка, 14.12.2022 года заключил со своим близким родственником – матерью ФИО2 договор купли-продажи спорного автомобиля.

При таком положении дела, в силу ст. 169 ГК РФ, заключенный 14.12.2022 года между ФИО1 и ФИО2 договор купли – продажи автомобиля марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером (VIN) <...>, <...> года выпуска с государственным регистрационным знаком <...> суд признает недействительным, а сделку, совершенной сторонами, ничтожной.

Рассматривая вопрос о применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной 14.12.2022 года между ответчиками, суд учитывает, что по общему правилу, установленному п. 5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При этом суд учитывает, что в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ убедительных доказательств недобросовестности действий ответчика ФИО2 при приобретении автомобиля марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером (VIN) <...> не представлено, а сам по себе факт родственных отношений об этом не свидетельствует.

Так, в деле отсутствуют доказательства, что ФИО2 было с достоверностью известно, что спорный автомобиль является вещественным доказательством и не может быть отчужден ФИО1 Об этом свидетельствуют и фактические действия ФИО2, имеющей право на управление транспортным средством, которая после подписания договора от 14.12.2022 года обратилась в органы ГИБДД для совершения регистрационных действий, которые не были запрещены или ограничены, заключила договор страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства. Стоимость автомобиля по рассматриваемой сделке также не свидетельствует об ином, поскольку рыночная стоимость автомобиля с учетом его технического состояния не установлена, кроме этого, до совершения сделки ФИО2 понесены значительные расходы на ремонт указанного автомобиля, что следует из акта приема-передачи работ от 02.12.2022 года, который истцом не оспорен и недостоверным не признан.

Таким образом, с учетом доказанности умысла только лишь у ФИО1 на совершение противоправной сделки, суд определяет последствия недействительности ничтожной сделки в виде обязанности ФИО1 возвратить денежные средства по договору от 14.12.2022 ФИО2 и взыскании с последней полученного по сделке автомобиля в доход Российской Федерации. Изложенное также не будет препятствовать ФИО2 в возмещении убытков, связанных с ремонтом спорного автомобиля со второй стороны по сделке.

Доводы представителя ответчика ФИО2 в части того, что суд в рамках рассматриваемого гражданского дела, вопреки приговору суда от 26.01.2023 года, распоряжается вещественным доказательством, судьба уже которого разрешена, основаны на неверном толковании норм права, так как в доход Российской Федерации взыскивается имущество, обусловленное недействительностью сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности.

Согласно ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации.

Поскольку в результате заведомо противоправной сделки, совершенной ответчиками, государство (Российская Федерация) лишилось возможности приобрести права собственности на спорный автомобиль, то в данном случае нарушены имущественные интересы Российской Федерации. При таких обстоятельствах, суд находит обоснованным обращение прокурора с рассматриваемым иском.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчиков подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины, от уплаты которых прокурор освобожден, в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-196 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Удовлетворить исковое заявление прокурора Каратузского района.

Признать недействительным заключенный 14.12.2022 года между ФИО1 и ФИО2 договор купли – продажи автомобиля марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером (VIN) <...>, <...> года выпуска с государственным регистрационным знаком <...>.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки:

- взыскать с ФИО1 (<...>) в пользу ФИО2 (<...>) 100000 руб.;

- взыскать с ФИО2 (<...>) в доход Российской Федерации автомобиль марки «Nissan Qashqai 2.0 SE» с идентификационным номером (VIN) <...>, <...> года выпуска с государственным регистрационным знаком <...>.

Взыскать с ФИО1 (<...>) и ФИО2 <...>) в доход бюджета муниципального образования «Каратузский район» государственную пошлину в размере по 150 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в мотивированном виде в апелляционном порядке, через суд постановивший решение.

Председательствующий Е.В. Чугунников

Мотивированное решение изготовлено 12.04.2023г.