Решение по делу № 2-358/2025 от 28.04.2025 - о компенсации морального вреда вследствие утрат профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы.

Гражданское дело № 2-358/2025

УИД № 48RS0004-01-2025-000449-06

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 апреля 2025 года Левобережный районный суд г. Липецка в составе

судьи Старковой В.В.,

при секретаре Чуносовой Д.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Липецке гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «НЛМК» о компенсации морального вреда вследствие утрат профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «НЛМК» о компенсации морального вреда вследствие утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы, ссылаясь на обоснование своих требований на то, что с 15.07.2019 г. состоял в трудовых отношениях с ответчиком по профессии электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования 4 разряда, в соответствии с дополнительным соглашением, переведен на работу электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования 5 разряда, 02.02.2023 г. уволен по личной инициативе. 21.12.2022 г. истцом при выполнении трудовых обязанностей была получена производственная травма, в результате которой ему был поставлен диагноз – баротравма уха слева, левостороння острая сенсоневральная тугоухость постконтузионного характера, вследствие чего установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%. Возникновение морального вреда связано, по мнению истца, с причинением ему физических и нравственных страданий от полученной травмы при осуществлении трудовой функции, а именно причинением вреда здоровью легкой степени тяжести, повлекшего сильную физическую боль, длительную нетрудоспособность. Кроме того, нравственные страдания также вызваны переживаниями по поводу утраты заработка (дохода) по причине утраты профессиональной трудоспособности, необходимостью пойти на обучение для получения дополнительного профессионального образования ввиду того, что истец не может выполнять прежнюю трудовую функцию по медицинским показаниям. Обучение на новую процессию истец проходит на платной основе, что повлекло вынужденную трату дополнительных денежных средств. Истец просил взыскать с ПАО «НЛМК» компенсацию морального вреда размере 1 000 000 руб.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 заявленные требования поддержала. Пояснила, что истец в результате полученной производственной травмы утратил профессиональную трудоспособность в размере 10 %, вследствие чего полагает, что не может работать в ПАО «НЛМК» и лишился высокооплачиваемой работы. Кроме того, истец с момента получения производственной травмы и до настоящего времени не трудоустроен, поскольку с 22.12.2022 по 29.12.2022 г. находился на листке нетрудоспособности, затем проходил длительный период восстановления и нахождения на амбулаторном лечении: сначала лечил основное заболевание - баротравму уха слева, затем лечил осложнение - левостороннюю острую сенсоневральную тугоухость постконтузионного характера, в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания с 13.11.2024 года начал проходит обучение на получение другой профессии по дополнительной общеобразовательной общеразвивающей программе «Профессия Фронтенд-разработчик». За один год обучения истец оплатил 105 300 рублей. Пояснила, что акт о несчастном случае на производстве и свою вину в нем истец не оспаривает.

Представитель ответчика ПАО «НЛМК» по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражала против заявленных требований ссылаясь на то, что ФИО1 допустил нарушение нормативных требований по охране труда, нарушив п.п. 3.49, 3.50 инструкции по охране труда для электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования. Ввиду того, что в произошедшем несчастном случае виноват сам истец размер полагающейся ему компенсации в соответствии с коллективным договором составляет 25 000 руб., от заключения соглашения по которому ФИО1 отказался. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. не соответствует требованиям разумности и справедливости, поскольку истец допустил нарушения требований охраны труда, что послужило основной причиной получения им производственной травмы, им допущена грубая неосторожность, что в силу ст. 1083 ГК РФ является безусловным основанием для уменьшения размера возмещения вреда.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, доверил представление своих интересов представителю.

В силу положений ст.167 ГПК РФ, мнения представителей сторон, суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца.

Выслушав объяснения явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

На основании ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст.214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Согласно абз,2 и 9 ч.1 ст.216 ТК РФ каждый работнику имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда.

В соответствии с п.3 ст.8 Федерального Закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ « Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового оговора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба ( ст.237 ТК).

Согласно ст. 1064 ГПК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений трудовых договоров, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания или сгладить их остроту.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, честь и доброе имя, <данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п.46 постановления Пленума предусмотрено, что при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решать с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключатся присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана в исковом заявлении( п.30).

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, в гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (ст. 150 ГК РФ).

Судом установлено, что ПАО «НЛМК» является действующим юридическим лицом.

Согласно трудовому договору от 12.07.2019 года № и распоряжению № от 12.07.2019 ФИО1 был принят на работу в ПАО « НЛМК» ЦХПП электромашинное помещение № 4 непрерывного травильного агрегата № 1 травильного отделения по профессии электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования 4 разряда с дополнительным соглашением от 21.09.2021переведен на работу по 5 разряда. 02.02.2023 истец расторг трудовые отношения с ответчиком по собственному желанию ( ст. 77 ч.1 п.3 ТК РФ) по инициативе работника- распоряжение № от 02.02.2023.

Из акта № 16 от 16.10.2023 г. о несчастном случае на производстве ПАО «НЛМК» установлено, что 2112.2022 ФИО1 выполнял работу по сборке электрических схем в электропомещении № 4 в травильном отделении ЦХПП в порядке текущей эксплуатации, работал в качестве дежурного персонала в дневную смену, производил сборку электросхемы автоматического выключателя 2АС22.B2-Q.11 в 4ЭП ЦХПП. Из объяснительной ФИО1 от 21.12.2022 и протокола его опроса инспектором ГИТ в Липецкой области от 13.02.2023 г. следует, что 21.12.2022 в 14 часов 30 мин во время сборки схем НТА-1 электромонтер по ремонту оборудования ЦРПО отделения ЦХПП ФИО1 выполнял включение автоматического выключателя 2АС22.B2-Q.11 питания 0,4 кВ группы шкафов шины № 4. После неудачной попытки включить дистанционно стал включать автоматический выключатель 2AC22.B2-Q11 вручную. Для этого взял съемную рукоятку, при установке рукоятки произошло касание с шиной 0,4 кВ. Произошло короткое замыкание, сопровождающее громким хлопком и вспышкой. Во время работы истец был одет в диэлектрические перчатки, костюм, защищающий от электродуги, каску с защитным лицевым щитком, ботинки с защитным подноском, беруши не применял. С ФИО1 находился мастер ФИО4, после произошедшего короткого замыкания к ФИО1 подбежал электромонтер по ремонту электрооборудования ФИО5, который находился в том же помещении. Затем пришел начальник участка ФИО6, начальник отделения ФИО7, которые сопроводили ФИО1 в здравпункт ЦХПП, где его осмотрела фельдшер, вызвала скорую медицинскую помощь, его доставили в ГУЗ «ЛГБСМП № 1». После осмотра в ГУЗ «ЛГБСМП № 1» ФИО1 было рекомендовано обратиться к сурдологу. После осмотра в ГУЗ «ЛГБСМП № 1» начальник участка ФИО6 доставил ФИО1 на рабочее место в ПАО «НЛМК» на личном автомобиле. На следующий день 22.12.2022 ФИО1 обратился за консультацией в ГУЗ «ЛОКБ», после осмотра ФИО1 было выдано направление на госпитализацию в ГУЗ «ЛГБСМП № 1», в этот же день ФИО1 был госпитализирован в ГУЗ «ЛГБСМП № 1». Работу по сборке схем НТА-1 ФИО1 выполнял в порядке текущей эксплуатации, документарно выполнение работ не оформлял. Руководителем ФИО1 являлся сменный мастер ФИО8, который в момент короткого замыкания рядом с ФИО1 не находился, подошел в здравпункт ЦХПП во время осмотра ФИО1 фельдшером. После короткого замыкания ФИО1 снял диэлектрические перчатки, бросил в 4ЭМП, каску с защитным щитком оставил там же.

Вид происшествия--воздействие электрического тока.

Причинами несчастного случая комиссия признала необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины( нарушена ст. 214ТК РФ). Неосторожные действия ФИО1 при выполнении работ по включению автоматического выключателя 3WE22 Sitmens установленного в шкафу +J2EY51 cсерии 3WE с автоматическим приводом для дистанционного включения в помещении 4 ЭМП ЦХПП( нарушены п.п.3.49,3.50 инструкции по охране труда для электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования (ИОТ 05757665-214-0590-2022).

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны электромонтер по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО1 при выполнении работ по включению автоматического выключателя 3WE22 Sitmens установленного в шкафу +J2EY51 cсерии 3WE с автоматическим приводом для дистанционного включения в помещении 4 ЭМП ЦХПП при ручном включении автоматического автомата при установке рукоятки допустил касание с шиной 0,4 кВ, вследствие чего произошло короткое замыкание( нарушены п.п.3.49,3.50 инструкции по охране труда для электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования (ИОТ 05757665-214-0590-2022), мастер по ремонту оборудования ФИО9-не обеспечил контроля по включению автоматического выключателя 3WE22 Sitmens установленного в шкафу +J2EY51 cсерии 3WE с автоматическим приводом для дистанционного включения в помещении 4 ЭМП ЦХПП( нарушена ст.214 ТК РФ, п.2.3.4.2. должностной инструкции на должность мастера по ремонту оборудования участка по ремонту электрооборудования дежурный персонал отделение по комплексному техническому обслуживанию и ремонту оборудования, зданий и сооружений ЦХПП. Цех по ремонту прокатного оборудования).

С 22.12.2022 по 23.12.2022 ФИО1 находился на листке нетрудоспособности в АНО «НМЦ», c 24/12/2022 по 30.12.2022 в ГУЗ «БСМП № 1», с 31.12.2022 по 16.02.2023 в ГУЗ «ФИО10 № 4 «Липецкк Мед».

Согласно справки форма № от 16.05.2023, выданной ГУЗ «БСМП № 1», ФИО1 поступил в учреждение 21.12.2022 с диагнозом баротравма уха слева, левостороння острая сенсоневральная тугоухость постконтузионного характера,Н90.5. Степень тяжести повреждения здоровья-легкая.

Суд принимает представленный акт в качестве доказательства обстоятельств произошедшего несчастного случая, который никем оспаривался в судебном заседании. Обстоятельства несчастного случая с истцом никем в суде не оспаривались.

Согласно справке ФКУ «ГБ МСЭ по Липецкой области» Минтруда России № у ФИО1 10% УПТ в связи с несчастным случаем на производстве от 21.12.2022 г., срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с 20.11.2024 г. по 01.12.2025 г.

Из материалов дела усматривается, что истцу был выдан листок нетрудоспособности № в период 22.12.2022 – 23.12.2022.

Согласно выписки из истории болезни № ГУЗ «Липецкая городская больница скорой медицинской помощи № 1» ФИО1 находился в оториноларингологическом отделении с 22.12.2022 по 29.12.2022 гг. с заболеванием «баротравма уха слева», с осложнением «левостороння острая сенсоневральная тугоухость постконтузионного характера».

В соответствии с п. 7.13.3.2. Коллективного договора ПАО «НЛМК» на 2020-2025 гг. размер единовременной выплаты Работодателя в счет компенсации морального вреда определяется в зависимости от документально установленной степени утраты профессиональной трудоспособности от размера выплаты в случае гибели работника (500 тыс. рублей х процент утраты трудоспособности), но не более 100 000 рублей. Единовременная выплата выплачивается в размере 50% в случае нарушения пострадавшим требований по охране труда (пункт 7.13.7 Коллективного договора). Согласно заключению учреждения медико-социальной экспертизы в результате произошедшего с ФИО1 несчастного случая утрата им профессиональной трудоспособности установлена в размере 10%. Ввиду того, что в произошедшем несчастном случае имело место нарушение требований по охране труда со стороны истца размер полагающейся ему компенсации в соответствии с условиями Коллективного договора составил 25 000 рублей. Размер суммы компенсации морального вреда определяется в соответствии с требованиями Коллективного договора, его увеличение по обращению работника не предусмотрено. Пунктом 7.13.4 Коллективного договора определено, что в целях компенсации морального вреда на основании личного обращения пострадавшего заключается соглашение между ним и работодателем. Во исполнение указанных положений Коллективного договора со стороны работодателя было подготовлено соответствующее соглашение о компенсации морального вреда, от подписания которого истец отказался.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Положения приведенной нормы закона носят общий характер, согласно которым право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными и физическими страданиями, поэтому они применимы и тогда, когда работник просит возместить ему моральный вред вследствие установления профзаболевания, утраты профессиональной трудоспособности.

Вина работодателя в повреждении здоровья работника понимается как не обеспечение здоровых и безопасных условий труда, она может выражаться в любом нарушении правил охраны труда и техники безопасности, промышленной санитарии, отсутствии должного надзора за безопасностью работ.

Согласно ч. 2 п. 3 ст. 8 Федеральный закон № 125-ФЗ от 24.07.1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

С учетом положений п. 1 ст. 150, ст. 151, пп. 1, 2 ст. 1064, п. 1 ст. 1099, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, регулирующих вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснений по их применению, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд находит требования истца о взыскании компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что ФИО11 в результате несчастного случая на производстве причинен моральный вред, который должен быть компенсирован ответчиком.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд принимает во внимание категорию тяжести вреда здоровью -легкий, обстоятельства дела, длительность стационарного лечение- 7 дней, продолжительность нетрудоспособности с 22.12.2022 по 16.03.2023, размер снижения профессиональной трудоспособности-10%, а также учитывает характер и глубину переживаний истца и испытываемых им физических и нравственных страданий, вину истца, находящуюся в прямой причинно-следственной связи с наступлением вреда, поскольку возникновению вреда содействовало нарушение истцом, знающего п.3.48 ИОТ 05757665-214-0690-2022( операции по переключению на щитах и сборках напряжением до 1000В разрешается выполнять дежурному электромонтеру с группой по электробезопасности не ниже III единолично.). Согласно учетного журнала проверки знаний норм и правил работы в электроустановках электротехнический персонал ЦРПО (ЦХПП)( электромонтеры) ФИО1 присвоена Ш группа по электробезопасности, он допущен в качестве оперативно-ремонтного персонала, его возраст -24 года, наступившие последствия, получаемые выплаты в размере 8000 руб. ежемесячно за утрату 10% профссиональной трудоспособности и единовременную выплату в размере 40000 руб., степень вины работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, с учетом мнения стороны ответчика, в связи с чем считает достаточной суммой и взыскивает с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 200 000 рублей, которая, по мнению суда, отвечает требованиям разумности и справедливости.

Доводы стороны истца о необходимости прекращения истцом трудовых отношений с ответчиком, переобучения на новую профессию по состоянию здоровья на платной основе и иные, не опровергают выводы суда по приведенным основаниям.

С учетом положений ст.98 ГПК РФ суд считает необходимым взыскать с ответчика госпошлину в доход бюджета г.Липецка в сумме 3000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ПАО «НЛМК» о компенсации морального вреда вследствие утрат профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы удовлетворить.

Взыскать с ПАО НЛМК ИНН <***> ОГРН <***> в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда 200000 руб.

Взыскать с ПАО НЛМК в доход бюджета г.Липецка государственную пошлину в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий облсуд в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме, т.е. 07.05.2025 года через Левобережный районный суд г. Липецка.

Судья /подпись/ В.В. Старкова