Мировой судья судебного участка № 5
Тамбовского района Тамбовской области
Челнокова Е.В.
Дело № 12-388/2023
РЕШЕНИЕ
16 ноября 2023 г. г. Тамбов
Судья Тамбовского районного суда Тамбовской области Дюльдина А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 5 Тамбовского района Тамбовской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, в отношении ФИО1,
УСТАНОВИЛ:
ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.
Определением мирового судьи судебного участка № 68 Каширского судебного района Московской области от 11 августа 2023 г. удовлетворено ходатайство ФИО1 о рассмотрении дела по месту его жительства, дело передано на рассмотрение мировому судье судебного участка № 5 Тамбовского района Тамбовской области.
Постановлением мирового судьи судебного участка № 5 Тамбовского района Тамбовской области от 11 октября 2023 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 5000 рублей.
Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 обратился в Тамбовский районный суд Тамбовской области с жалобой, в которой просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить.
Жалоба мотивирована тем, что решение о виновности заявителя в совершениии правонарушения сложилось у мирового судьи еще до начала рассмотрения дела по существу, принимая во внимание, что в судебной повестке ФИО1 был поименован в качестве правонарушителя. Все дальнейшее рассмотрение дела свелось к поиску аргументов для обоснования этого решения и игнорированию доводов и доказательств, которые в это клишированное решение не вписываются. Суд считает, что отсутствие в протоколе об административном правонарушении указания на свидетелей является несущественным процессуальным нарушением, что на представленной видеозаписи видно, что автомобиль заявителя расположен так, что водитель имел возможность видеть знак 3.20 «Обгон запрещен», расположенный справа от проезжей части. При этом на данной видеозаписи автомобиль заявителя сначала представлен задними габаритными огнями и подсветкой номерного знака, а сам государственный регистрационный знак не идентифицируется. Если предположить, что это и есть автомобиль заявителя, то между ним и знаком 3.20 находится фура, которая создает для водителя физическую невозможность видеть запрещающий знак. Дублирующего знака, расположенного с левой стороны от проезжей части, на данном участке дороги нет, что прямо противоречит требованиям п. 5.1.6 ГОСТ Р 52289-2019 «Технические средства организации дорожного движения. Правила применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств». Такая дорожная ситуация способствует совершению правонарушения. Контроль за состоянием дорог и технических средств организации дорожного движения входит в компетенцию ГИБДД. Инспекторы ГИБДД используют недостатки в оборудовании данного участка дороги для собирания штрафов, не заботясь о безопасности дорожного движения. Суд необоснованно принял в качестве доказательства видеозапись патрульного автомобиля, припаркованного на обочине с выключенными спецсигналами, что делает патрульный автомобиль невидимым для участников движения, и является нарушением административного регламента ГИБДД. При допросе должностным лицом ФИО2 даны ложные показания относительно того, что они двигались на патрульной машине в потоке позади автомобиля заявителя. При сложившихся дорожных условиях заявитель не имел физической возможности увидеть окончание разметки 1.11 и ее переход в 1.1, не имел физической возможности увидеть знак 3.20, завершая обгон без резкого торможения, выстраиваясь в поток движущихся на большой скорости транспортных средств, заявитель руководствовался именно требованиями осторожности и безопасности.
Срок обжалования постановления мирового судьи не пропущен, принимая во внимание, что жалоба на постановление от 11 октября 2023 года подана 17 октября 2023 года.
В судебном заседании ФИО1 и его защитник по ходатайству Денисов И.И. доводы жалобы поддержали по основаниям, изложенным в ней.
Заявитель ФИО1 пояснил, что событие допущенного нарушения им не оспаривается. Основанием к прекращению производства по делу является признание правонарушения совершенным в состоянии крайней необходимости, принимая во внимание, что органами исполнительной власти не были созданы условия, предусмотренные действующим законодательством, для соблюдения водителем правил дорожного движения.
Защитник Денисов И.И. обратил внимание на существенный недостаток протокола об административном правонарушении, выразившийся в неверном описании вменяемого ФИО1 правонарушения. Так, в протоколе об административном правонарушении указано, что ФИО1 нарушил п. 1.3 ПДД РФ, между тем, указанный пункт является общим, представляет собой требование знать и соблюдать требования Правил и знаков, и такая ссылка не свидетельствует о четком и верном описании существа допущенного нарушения.
Должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, в судебное заседание не явилось, будучи извещенным о времени и месте рассмотрения жалобы.
Выслушав ФИО1 и его защитника, исследовав материалы дела и доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.
Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - ПДД РФ), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.
В соответствии с Приложением 2 к ПДД РФ линия разметки 1.11 разделяет транспортные потоки противоположных или попутных направлений на участках дорог, где перестроение разрешено только из одной полосы; обозначает места, где необходимо разрешить движение только со стороны прерывистой линии (в местах разворота, въезда и выезда с прилегающей территории).
Как установлено в ходе рассмотрения дела мировым судьей, 5 августа 2023 года в 23 часа 50 минут в районе 135 км + 800 м автодороги Р22 «Каспий» (Московская область, г.о. Кашира), управляя автомобилем Рено Дастер с государственным регистрационным знаком №, в нарушение п. 1.3 ПДД РФ, ФИО1 совершил обгон впереди движущегося транспортного средства с выездом на полосу встречного движения, при завершении маневра обгона пересек линию разметки 1.1, разделяющую транспортные потоки в противоположных направлениях, в зоне действия знака 3.20 (обгон запрещен).
Данные обстоятельства послужили основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 12.15 КоАП РФ.
Факт совершения административного правонарушения подтверждается собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ, составленным в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ; схемой места совершения административного правонарушения, письменными показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4, показаниями допрошенного в качестве свидетеля инспектора ДПС ФИО2, видеозаписью, и другими материалами дела.
С учетом разъяснений, содержащихся в абзаце 3 п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», протокол об административном правонарушении существенных недостатков, влекущих признание его недопустимым доказательством по делу, не содержит. Данный протокол содержит описание события административного правонарушения в соответствии с диспозицией части 4 статьи 12.15 КоАП РФ, что позволяет ФИО1 реализовать право на защиту. В протоколе об административном правонарушении описана объективная сторона правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.
Ссылка в жалобе на Постановление Верховного Суда РФ от 29 февраля 2016 г. N 12-АД16-1 не имеет ни преюдициального, ни правоприменительного значения при рассмотрении настоящего дела, учитывая, что предметом судебной проверки Верховного Суда РФ являлись иные обстоятельства.
События, зафиксированные в материалах дела, заявителем ФИО1 не оспаривались.
Оценив представленные доказательства всесторонне, полно, объективно, в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, мировой судья обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении указанного административного правонарушения.
Согласно Приложению 2 к Правилам дорожного движения Российской Федерации (утв. постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. N 1090) горизонтальная разметка 1.1 разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен; обозначает границы стояночных мест транспортных средств.
Согласно п. 9.1.1 ПДД РФ на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева.
Дорожная разметка на указанном участке дороги была доступна для обозрения участников дорожного движения, что подтверждается представленной в материалы дела видеозаписью.
Доводы ФИО1 о том, что он действовал в состоянии крайней необходимости подлежат отклонению.
В силу ст. 2.7 КоАП РФ не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.
Объективная сторона правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, заключается в выезде в нарушение Правил дорожного движения на полосу, предназначенную для встречного движения.
Как следует из пояснений ФИО1, выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, был осуществлен им с целью обгона впереди движущихся транспортных средств – грузовых автомобилей, и не был связан с наличием опасности при продолжении движения за движущимися впереди транспортными средствами. То обстоятельство, что ФИО1 завершил обгон транспортных средств с пересечением сплошной линии разметки, не свидетельствует об отсутствии состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ.
Действия водителя, связанные с нарушением требований ПДД РФ, а также дорожных знаков или разметки, повлекшие выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, либо на трамвайные пути встречного направления (за исключением случаев объезда препятствия (пункт 1.2 ПДД РФ), которые квалифицируются по части 3 данной статьи), подлежат квалификации по части 4 статьи 12.15 КоАП РФ.
При этом действия лица, выехавшего на полосу, предназначенную для встречного движения, с соблюдением требований ПДД РФ, однако завершившего данный маневр в нарушение указанных требований, также подлежат квалификации по части 4 статьи 12.15 КоАП РФ. Указанная правовая позиция изложена в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. N 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».
Доводы жалобы о том, что, начиная маневр обгона, ФИО1 не имел возможности видеть ни дорожную разметку, ни дорожные знаки, не свидетельствуют о наличии оснований для освобождения его от административной ответственности.
Так, согласно положениям п. 11.1 и п. 11.2 ПДД РФ, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.
Довод жалобы об отсутствии вины заявителя в нарушении Правил дорожного движения, поскольку в месте фиксации правонарушения в нарушение требований ГОСТ отсутствовал дублирующий дорожный знак 3.20 «Обгон запрещен», также не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава вменяемого правонарушения, поскольку отсутствие дублирующего дорожного знака 3.20 «Обгон запрещен» не отменяет действие такого знака, установленного в попутном направлении движения транспортного средства, а также не исключает обязанность водителя по его соблюдению (пункт 1.3 Правил). Кроме того, указанная обязанность была продублирована соответствующей разметкой 1.1 Приложения N 2 к Правилам дорожного движения.
Противоправный выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, представляет повышенную опасность для жизни, здоровья и имущества участников дорожного движения, так как создает реальную возможность лобового столкновения транспортных средств, сопряженного с риском наступления тяжких последствий, в связи с чем ответственности за него, по смыслу части 4 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации во взаимосвязи с его статьями 2.1 и 2.2, подлежат лица, совершившие соответствующее деяние как умышленно, так и по неосторожности.
Доводы жалобы о том, что представленной в материалы дела видеозаписью не зафиксированы все обстоятельства, связанные с административным правонарушением, основаны на неверном толковании норм права, поскольку в данном случае видеозапись не является единственным способом выявления и фиксации события правонарушения, и единственным доказательством по делу об административном правонарушении.
Из материалов дела усматривается, что правонарушение не было зафиксировано с применением фото или видеоматериалов с применением в автоматическом режиме специальных технических средств. Административное правонарушение было выявлено должностными лицами ГИБДД в ходе несения службы визуально.
Выявление должностными лицами административного правонарушения с помощью визуального наблюдения соответствует п. 2 Приказа МВД России от 2 мая 2023 г. N 264 «Об утверждении Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения».
При этом вопреки доводам заявителя в силу указанного Порядка надзор осуществляется как с использованием транспортных средств органов внутренних дел, оснащенных цветографическими схемами и устройствами для подачи специальных световых и звуковых сигналов, так и с использованием оперативно-служебных транспортных средств без цветографической схемы.
Порядок ведения видеосъемки, также как и порядок приобщения к делу диска с видеозаписью, нормами КоАП РФ не регламентирован.
Административное наказание назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1. 4.1 КоАП РФ в пределах санкции ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, оснований для отмены постановления не имеется.
Доводы о том, что мировым судьей в постановлении не указан срок, в течение которого административный штраф может быть уплачен в размере половины суммы наложенного административного штрафа, не свидетельствуют о существенном процессуальном нарушении, влекущем отмену постановления. Не является основанием к отмене постановления мирового судьи и освобождению ФИО5 от административной ответственности и текст судебной повестки, учитывая, что повестка, направленная ФИО1 секретарем мирового судьи, содержит наименование и адрес мирового судьи, указание времени и места судебного заседания; наименование адресата; наименование дела, по которому направлено извещение, ФИО1 была обеспечена реализация его права на личное участие в рассмотрении дела.
Заявленные в ходе рассмотрения дела ходатайства были рассмотрены мировым судьей, с вынесением мотивированного определения.
По смыслу ст. 24.4 КоАП РФ судья вправе как удовлетворить, так и отказать в удовлетворении заявленных ходатайств в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Как отмечено мировым судьей в определении об отклонении ходатайства о повторном допросе инспекторов ДПС в режиме видеоконференц-связи, заявленное ходатайство было мотивировано несогласием с пояснениями свидетелей, что также отражено в жалобе на постановление мирового судьи. Между тем, при направлении судебного поручения о допросе свидетелей ФИО1 было реализовано его право на постановку своих вопросов, а мировым судьей в оспариваемом постановлении дана оценка показаниям свидетелей.
Несогласие заявителя с собранными по делу доказательствами и выводами мирового судьи, изложенными в постановлении, не является основанием к отмене судебного акта, постановленного с соблюдением требований КоАП РФ.
Каких-либо неустранимых сомнений по делу, которые в соответствии со ст. 1.5 КоАП РФ должны быть истолкованы в пользу ФИО1, не усматривается.
Руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,
решил:
Постановление мирового судьи судебного участка № 5 Тамбовского района Тамбовской области от 11 октября 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, в отношении ФИО1, оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.
Решение вступает в силу с момента оглашения и может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции с соблюдением требований ст. 30.14 КоАП РФ.
Судья А.И. Дюльдина