УИД: 66RS0052-01-2022-000838-65

<данные изъяты>

Гражданское дело 2-684/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сухой Лог 11 октября 2022 года

Сухоложский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Васьковой О.Н.,

при секретаре Махневой Е.А.,

с участием:

истца – ФИО1 ФИО10

представителя истца – ФИО2 ФИО11

представителя третьего лица - старшего помощника Сухоложского городского прокурора Петухова ФИО12

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению

ФИО1 ФИО13 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда причиненного незаконным уголовным преследованием,

установил:

ФИО1 ФИО14 обратилась с иском к ответчику, просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации денежную сумму 2 млн. руб. в качестве компенсации морального вреда, причинённого незаконным привлечением к уголовной ответственности.

В обоснование иска указано, что 23.07.2020 Богдановичским межрайонным следственным отделом СУ СК России было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ). 25.07.2020 отделом дознания ОМВД России по Сухой Лог возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 127 УК РФ. 26.07.2020 уголовные дела соединены в одно производство. 23.11.2020 отделом дознания ОМВД России по Сухой Лог было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ. 01.12.2020 уголовные дела соединены в одно производство.

24.07.2020 истец была задержана в порядке ст.91,92 УПК РФ. 26.07.2020 Сухоложским городским судом в отношении истца была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий. 03.08.2020 истцу было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 127 УК РФ. 18.01.2021 истцу было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111, ч. 3 ст. 127 УК РФ.

Срок предварительного следствия составил 5 месяцев 27 суток.

Приговором Сухоложского городского суда от 22.03.2021 ФИО1 ФИО15 была признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 3 ст. 127 УК РФ, было назначено наказание по п. «в» ч. 2 ст. 115 - в виде 300 часов обязательных работ; по ч. 3 ст. 127 УК РФ - в виде 5 лет лишения свободы. По совокупности преступлений путём частичного сложения было назначено наказание в виде 5 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима, под стражу была взята в зале суда.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 25.05.2021 приговор от 22.03.2021 был отменён с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, при этом в отношении истца была сохранена мера пресечения в виде содержания под стражей с её продлением до 25.07.2021.

27.10.2021 в отношении истца был вновь постановлен обвинительный приговор по п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 3 ст. 127 УК РФ, было назначено наказание по совокупности преступлений в виде 5 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 25.01.2022 приговор суда 1 инстанции был изменён в части осуждения истца по ч. 3 ст. 127 УК РФ, приговор отменён в связи с отсутствием состава преступления, в итоге истца было постановлено считать осужденной по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ к наказанию в виде 300 часов обязательных работ. В связи с назначением наказания, не связанного с лишением свободы, истец была освобождена из-под стражи.

Таким образом, истец ФИО1 ФИО16 была задержана с 24.07.2020 по 26.07.2020; находилась под стражей с 22.03.2021 по 25.01.2022 в качестве меры пресечения.

Постановлением Сухоложского городского суда от 30.03.2021 на основании ч. 3 ст. 72 УК РФ наказание в виде 300 часов обязательных работ было зачтено в счёт периода содержания под стражей из расчёта 1 день содержания под стражей за 8 часов обязательных работ, что соответствует 1 месяцу и 8 дням содержания под стражей. Истец фактически находилась под стражей 10 месяцев.

Истец считает, что факт незаконного уголовного преследования органами предварительного следствия по обвинению в совершении особо тяжкого преступления и фактического осуждения обоими приговорами Сухоложского городского суда по обвинению в тяжком преступлении является основанием для возмещения причинённого морального вреда.

Фактом незаконного уголовного преследования истцу причинены длящиеся нравственные страдания: на протяжении 10 месяцев находилась под стражей, будучи подвергнутой уголовному преследованию по особо тяжкому обвинению, в полной мере осознавая его необоснованность и незаконность, что вызывало у истца соответствующие негативные эмоции и сопровождалось постоянными переживаниями. С момента заключения под стражу у истца обострились хронические заболевания, она была лишена возможности получения в полной мере квалифицированной медицинской помощи, что фактически причиняло ей физические страдания. Дискомфортность состояния усугублялась угрозой утраты личного имущества, в отношении которого в порядке исполнения приговора мог быть наложен арест, в связи с удовлетворением гражданского иска. Частный дом истца, в котором она проживала до ареста, фактически остался без присмотра и был разграблен в период её отсутствия. Причинённый моральный вред истец оценивает в 2 млн. руб.

Ответчик Министерство финансов Российской Федерации представил письменное возражение на иск (л.д.33-34), считают, что требования не подлежат удовлетворению. Ссылаются на п. 3. ст.133, ст. 134 Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации, на п.4 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17. Считают, что уменьшение объема обвинения в отношении ФИО1 ФИО17 не является основанием для ее реабилитации и компенсации морального вреда, поскольку не исключило обвинение полностью. Указали, что в порядке ст.125 УПК РФ действия сотрудников правоохранительных органов незаконными не признаны. Суд апелляционной инстанции не усмотрел законных оснований для признания права на реабилитацию за ФИО1 ФИО18 Законодательство, регулирующее порядок возмещения вреда, причиненного гражданам действиями (бездействием) государственных органов и их должностных лиц, преследует цель максимально возместить причиненный вред, а не допустить их неосновательное обогащение. Просили в удовлетворении заявленного требования отказать. Просили рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены следователь Следственного комитета ФИО6, Прокуратура Свердловской области.

Третье лицо Прокуратура Свердловской области представила письменные возражения на иск (л.д. 47-51), указала, что при рассмотрении данного спора следует установить, причинен ли реально вред заявителю в результате уголовного преследования по обвинению в преступлении, виновность в совершении которого, в конечном счете, не доказана, имеются либо отсутствуют основания для возмещения вреда. ФИО1 ФИО19 обязана доказать как факт причинения ей физических и нравственных страданий, так и обстоятельства, влияющие на размер возможной компенсации морального вреда. Относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о причиненных истцу физических и нравственных страданиях и позволяющих взыскать заявленную сумму возмещения морального вреда, в нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено. Доводы истца о существенном ухудшении состояния ее здоровья в результате незаконного уголовного преследования относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены. Само по себе обращение ФИО1 ФИО20 в медицинские учреждения после оправдания ее судом и освобождения из-под стражи не свидетельствует об ухудшении состояния ее здоровья ввиду незаконного уголовного преследования. Кроме того, каких-либо доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между ухудшением здоровья истца и действиями правоохранительных органов, не представлено. Считает, что с учетом конкретных обстоятельства дела, согласно ч. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 ФИО21 в результате незаконного уголовного преследования по ч. 3 ст. 127 УК РФ, подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 50 000 рублей.

В судебном заседании истец настаивала на удовлетворении иска, пояснила, что во время нахождения под следствием у неё ухудшилось состояние здоровья, началась <данные изъяты>. По прибытию в СИЗО <адрес> сразу <данные изъяты>, хотя до этого никогда давление не поднималось, ходила к врачу, прописали таблетки. На протяжении всего времени нахождения под стражей пила таблетки. Сразу после освобождения обратилась к терапевту, состоит на учете <данные изъяты>. Моральный вред выразился в ухудшении состояния здоровья, некачественном медицинском лечении, угрозе утраты имущества. Дом остался без присмотра, ключи были только у <данные изъяты>, она за ним ходила. Во время отсутствия из дома пропали вещи, животные. По данному факту обращалась в ОМВД России по г. Сухой Лог, было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В мае 2022 года вновь писала заявление в ОМВД России по г. Сухой Лог, но результат не известен.

Представитель истца поддержал требования по доводам, изложенным в иске, указал, что истец привлекалась к уголовной ответственности за совершение особо тяжкого преступления. На протяжении длительного времени истец находилась под стражей, окончательное наказание не связано с лишением свободы. Считает заявленную сумму компенсации морального вреда обоснованной и приемлемой.

Представитель третьего лица Прокуратуры Свердловской области поддержал позицию, изложенную в письменных возражениях. Пояснил, что истцом не представлено доказательств существенного нарушения состояния здоровья, не подтвержден довод о существенном переживании за свое имущество. Считает заявленную сумму чрезмерно завышенной, просил удовлетворить требования частично, в размере 50000 рублей.

Третье лицо следователь Следственного комитета ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен о дате и времени судебного заседания, об отложении не ходатайствовал, письменной позиции не представил.

Суд на руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав стороны, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Из материалов дела следует, что 23.07.2020 старшим следователем Богдановичского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Свердловской области старшим лейтенантом юстиции ФИО6 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ (уг. дело № т.1 л.д.1).

24.07.2020 ФИО1 ФИО22 задержана в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ так как она подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ (уг. дело № т.4 л.д.1-6).

25.07.2020 старшим дознавателем ОД ОМВД России майором полиции ФИО7 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 127 УК РФ в отношении ФИО1 ФИО23 (уг. дело № т.1 л.д.4).

26.07.2020 указанные уголовные дела соединены в одно производство, уголовному делу присвоен номер №, производство предварительного следствия поручено старшему следователю Богдановичского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Свердловской области ФИО6 (уг. дело № т.1 л.д.9).

В этот же день Сухоложским городским судом ФИО1 ФИО24 избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, она освобождена из-под стражи в зале суда. На ФИО1 ФИО25 возложены запреты: не покидать территорию Сухоложского района Свердловской области без разрешения следователя или суда; общаться с участниками уголовного судопроизводства по данному делу, за исключением следователя или суда (уг. дело № т.4 л.д.50).

03.08.2020 ФИО1 ФИО26 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 127 УК РФ (уг. дело № т.4 л.д.16-18).

23.11.2020 старшим дознавателем ОД ОМВД России майором полиции ФИО7 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ в отношении ФИО1 ФИО27 (уг. дело № т.1 л.д.27).

01.12.2020 уголовные дела № и № соединены в одно производство, уголовному делу присвоен номер №, производство предварительного следствия поручено старшему следователю Богдановичского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Свердловской области ФИО6 (уг. дело № т.1 л.д.32).

17.01.2021 ФИО1 ФИО28 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.111, ч.3 ст.127 УК РФ (уг. дело № т.4 л.д.35-41).

22.03.2021 приговором Сухоложского городского суда Свердловской области ФИО1 ФИО29 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст. 115, ч.3 ст. 127 УК РФ, назначено наказание по п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ в виде в виде 300 часов обязательных работ; по ч.3 ст.127 УК РФ в виде 5 лет лишения свободы. В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ с применением п. «б» ч. 1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 5 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. Мера пресечения ФИО1 ФИО30 изменена с запрета определенных действий на заключение под стражу, ФИО1 ФИО31 взята под стражу в зале суда. В качестве компенсации морального вреда с ФИО1 ФИО32 в пользу потерпевшей взыскано 600 000 рублей (уг. дело № т.6 л.д.33-49).

25.05.2021 апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда приговор Сухоложского городского суда Свердловской области от 22.03.2021 в отношении ФИО1 ФИО33 отменен. Уголовное дело передано на новое рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства в ином составе суда. Мера пресечения ФИО1 ФИО34 в виде заключения под стражу оставлена без изменения, срок содержания под стражей продлен на 2 месяца, до 25.07.2021 (уг. дело № т.6 л.д.128-133).

21.07.2021 постановлением Сухоложского городского суда Свердловской области продлен срок содержания ФИО1 ФИО35 под стражей на 01 месяц 28 суток, до 22.09.2021 (уг. дело № т.7 л.д.19-22).

21.09.2021 постановлением Сухоложского городского суда Свердловской области продлен срок содержания под стражей ФИО1 ФИО36 на 3 месяца, до 22.12.2021 включительно (уг. дело № т.7 л.д.154-157).

27.10.2021 приговором Сухоложского городского суда Свердловской области ФИО1 ФИО37 признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст. 115, ч.3 ст. 127 УК РФ, назначено наказание по п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ в виде в виде 300 часов обязательных работ; по ч.3 ст.127 УК РФ в виде 5 лет лишения свободы. В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ с применением п. "б" ч. 1 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено наказание в виде 5 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима. Мера пресечения ФИО1 ФИО38 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней – в виде содержания под стражей. В качестве компенсации морального вреда с ФИО1 ФИО39 взыскано 600 000 рублей (уг. дело № т.8 л.д.36-56).

25.01.2022 апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда приговор Сухоложского городского суда Свердловской области от 27.10.2021 в отношении ФИО1 ФИО40 отменен по ч.3 ст. 127 УК РФ, уголовное преследование в этой части прекращено на основании п.2 ч.2 ст.24, п.3 ч.2 ст.302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в деянии состава преступления, за ФИО1 ФИО41 в этой части признано право на частичную реабилитацию, предусмотренную главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием. Исключено из резолютивной части приговора решение о назначении ФИО1 ФИО42 наказания по совокупности преступлений по правилами ч.3 ст.69 и п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ, определено считать её осужденной указанным приговором по п. «в» ч.2 ст. 15 УК РФ за умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, к наказанию в виде 600 часов обязательных работ. В связи с назначением осужденной наказания, не связанного с лишением свободы, ФИО1 ФИО43 освобождена из-под стражи. Приговор в части решения о взыскании с ФИО1 ФИО44 в пользу потерпевшей ФИО8 компенсации морального вреда и компенсации расходов на погребение отменен (уг. дело № т.8 л.д.157-170).

Таким образом, ФИО1 ФИО45 содержалась под стражей с 22.03.2021 по 25.01.2022.

Согласно ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Главой 18 и статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право на реабилитацию, которое включает в себя, в том числе право на устранение последствий морального вреда.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в том числе, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

На основании пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать или осуществлять имущественные и личные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (пункт 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Взаимосвязанные положения статей 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены на реализацию положений Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 52 и 53, и, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, не препятствуют возмещению вреда, в том числе морального, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, при наличии общих и специальных условий, необходимых для наступления деликтной ответственности данного вида.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Статья 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает основания возникновения права на реабилитацию (под которой понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда, - пункт 34 статьи 5 того же Кодекса), называя в частях второй и второй, итоговые процессуальные решения, в связи с принятием которых признается данное право, а также закрепляя в части третьей право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 "Реабилитация" Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, любого лица, незаконно подвергнутого мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Частью 2 ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации регламентировано, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, требование истца о компенсации морального вреда, заявленное в порядке гражданского судопроизводства (п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), является основанным на законе.

Оценив представленные в материалы дела доказательства на основании их полного и всестороннего исследования в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив юридически значимые обстоятельства суд приходит к выводу о том, что истец имеет право на возмещение вреда, а именно, на денежную компенсацию морального вреда в соответствии с положениями п. 1 ст.1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как ФИО1 ФИО46 длительное время находилась под стражей, апелляционным определением Свердловского областного суда от 25.01.2022 за ФИО1 ФИО47. признано право на частичную реабилитацию в связи с отменой приговора по ч.3 ст.127 УК РФ, ФИО1 ФИО48 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ, и ей назначено наказание не связанное с лишением свободы в виде 600 часов обязательных работ.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъясняется, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в городе Риме 04.11.1950 с изменениями от 13.05.2004) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30.03.1998 N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

В силу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц.

В силу пунктов 2 и 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с временным ограничением или лишением каких-либо прав.

Факт причинения истцу морального вреда в результате её незаконного уголовного преследования нашел свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства. Данное обстоятельство свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав истца, поскольку в данном случае было нарушено её право не быть обвинённой в совершении тяжкого преступления.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

ФИО1 ФИО49 по данному уголовному делу в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации была задержана 24.07.2020, 26.07.2020 была избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, мера пресечения в виде заключения под стражу ей не избиралась. Была взята под стражу в зале суда 22.03.2021 после оглашения приговора.

Обосновывая требования о компенсации морального вреда, истец ссылался на нравственные переживания, понесенные ей в результате незаконного содержания под стражей. Так же истец ссылался на то, что в процессе нахождения в СИЗО у неё ухудшилось состояние здоровья, она переживала за свое имущество, которое фактически осталось без присмотра.

Суду представлена медицинская справка, выданная врачом травматологом-ортопедом 11.03.2022, поставлен диагноз <данные изъяты>, <данные изъяты> (л.д.11); медицинская справка врача психиатра от 17.05.2022, поставлен диагноз <данные изъяты>, врачом неврологом прописывалось лечение (л.д.12).

Согласно амбулаторной карте ФИО1 ФИО50 15.02.2022 ФИО1 ФИО51 поставлен диагноз <данные изъяты>, <данные изъяты>. Также в листе приема отмечено, что ФИО1 ФИО52 принимает уже лекарственные препараты от <данные изъяты>. В жалобах на приеме ДД.ММ.ГГГГ отмечено, что после нахождения в местах лишения свободы отмечает <данные изъяты>.

Доводы представителя третьего лица о том, что истцом не представлено доказательств существенного ухудшении состояния здоровья в результате незаконного уголовного преследования, суд находит несостоятельными. Из представленной амбулаторной карты ФИО1 ФИО53 следует, что заведена она 15.02.2022, ранее ФИО1 ФИО54 за медицинской помощью в связи <данные изъяты> болезнью не обращалась, к психиатру обратилась в феврале 2022 года, врачом-психиатром поставлен диагноз «<данные изъяты>».

Истцом предъявлено требование о компенсации морального вреда в размере 2 млн. рублей.

Вместе с тем, заявленную истцом сумму компенсации морального вреда суд находит завышенной.

Доводы истца о том, что она переживала за свое имущество, которое находилось без присмотра, когда она содержалась под стражей, суд находит несостоятельными. Материалами дела не подтверждается, что ФИО1 ФИО55 обращалась к суду с ходатайством о сохранности имущества.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает положения ст. ст.150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь приведенными выше нормами права, приняв во внимание фактические обстоятельства дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на предмет их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи, учитывая, что истец, являясь невиновной в совершении тяжкого преступления, по которому она находилась под стражей, испытывала нравственные переживания в результате нахождения под стражей, длительность периода, на протяжении которого истец незаконно находилась под стражей, а также учитывая степень нравственных страданий ФИО1 ФИО56 при фактических обстоятельствах причинения морального вреда, учитывая индивидуальные особенности ФИО1 ФИО57 её состояние здоровья и другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных ФИО1 ФИО58 страданий, учитывая личность истца, которая ранее не привлекалась к уголовной ответственности, в связи с чем, незаконное уголовное преследование ФИО1 ФИО59, в отношении которой был дважды вынесен обвинительный приговор по ч.3 ст. 127 УК РФ, была взята под стражу в зале суда, явились существенными психотравмирующими для неё факторами. При нахождении под стражей ФИО1 ФИО61 вынуждена была испытывать ряд ограничений её прав, обусловленных этим статусом. Незаконное содержание под стражей повлекло нарушение личных неимущественных прав истца на достоинство личности, честь и доброе имя, право на неприкосновенность частной жизни, а также ухудшение состояние здоровья. Также судом учтено, что содержание под стражей по обвинению в совершении тяжкого преступления не могло не оказать отрицательного влияния на моральное и психологическое состояние ФИО1 ФИО62, а именно: в связи с незаконным содержанием под стражей изменился привычный образ жизни истца, она был лишена возможности вести привычный ей образ жизни. Такое нарушение прав истца, вопреки доводам ответчика и третьих лиц, ссылающихся на отсутствие оснований для удовлетворения требований истца, не может оставаться без соответствующей соразмерной компенсации, а потому суд, исходя из требования разумности и справедливости, принимая во внимание обстоятельства восстановления баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности государства, определяет размер компенсации морального вреда в сумме 520 000 рублей. Суд полагает, что именно названная денежная сумма будет являться эффективным средством правовой защиты нарушенных прав.

В связи с чем, требования истца подлежат частичному удовлетворению, с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца в счет компенсации морального вреда подлежит взысканию 520 000 рублей.

На основании п. 19 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации Министерство финансов Российской Федерации освобождается от уплаты государственной пошлины. В связи с чем, государственная пошлина не подлежит взысканию с ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковое заявление ФИО1 ФИО63 (паспорт №) к Министерству финансов Российской Федерации (ОГРН №) о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации, в пользу ФИО1 ФИО64 в качестве компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием – 520 000 рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Сухоложский городской суд в месячный срок со дня принятия решения в окончательном виде.

Мотивированное решение изготовлено 18.10.2022.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Судья Сухоложского городского суда

Свердловской области О.Н. Васькова