УИД 13RS0019-01-2023-000162-42

Судья Бардина Т.В. Дело № 2-349/2023

Докладчик Дубровина Е.Я. Дело №33-1454/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Верюлина А.В.

судей Дубровиной Е.Я., Пужаева В.А.

при секретаре Зобниной Я.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании 31 августа 2023 г. в г. Саранске гражданское дело по иску Рузаевского межрайонного прокурора Республики Мордовия, действующего в защиту прав и законных интересов Российской Федерации, к ФИО1 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности ничтожных сделок, взыскании денежных средств в доход Российской Федерации по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 24 мая 2023 г.

Заслушав доклад судьи Дубровиной Е.Я., судебная коллегия

установила:

Рузаевский межрайонный прокурор Республики Мордовия, действующий в защиту прав и законных интересов Российской Федерации, обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО1. указав, что приговором Рузаевского районного суда Республики Мордовия от <дата>, вступившим в законную силу <дата>, ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 7 статьи 204 Уголовного кодекса Российской Федерации (2 эпизода - по факту получения денег в интересах АО «Электромаш», по факту получения денег в интересах ООО «Мираж») с назначением окончательного наказания в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком на 5 лет. Из данного приговора следует, что ФИО1, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, в период с <дата> по <дата> получил от ФИО2 за обеспечение своевременной и в приоритетном порядке оплаты поставляемой продукции АО «Электрохиммаш» денежные средства в сумме 706 000 руб., а в период с <дата> по <дата> получил от ФИО3 за обеспечение своевременной и в приоритетном порядке оплаты поставляемой продукции АО «Рузхиммаш» денежные средства в сумме 303 497 руб. Поскольку совершенные ФИО1 действия по неправомерному получению денежных средств от ФИО2 и ФИО3 соответствуют понятию сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, и посягают на значимые охраняемые законом объекты, нарушают основополагающие начала российского правопорядка, истец, ссылаясь на положения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), с учетом уточнения, просил признать недействительной сделку, совершенную между ФИО1 и ФИО2, по передаче денежных средств в качестве коммерческого подкупа, осуществленного шестью электронными денежными переводами <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата> в общей сумме 706 000 руб., применить последствия недействительности ничтожной сделки, заключенной между ФИО1 и ФИО2, на сумму 706 000 руб., признать недействительной сделку, совершенную между ФИО1 и ФИО3, по передаче денежных средств в качестве коммерческого подкупа, осуществленного двадцатью четырьмя электронными денежными переводами <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата> в общей сумме 303 497 руб., применить последствия недействительности ничтожной сделки, заключенной между ФИО1 и ФИО3, на сумму 303 497 руб., взыскать с ФИО1 в доход Российской Федерации в лице Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации денежные средства в размере 706 000 руб. и 303 497 руб., а также государственную пошлину в размере 13 247 руб. 48 коп.

Решением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 24 мая 2023 г. заявленные исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО1 считает решение незаконным, указывая, что совершенные им преступления сделками не являются, и оснований для взыскания с него в доход Российской Федерации денежных средств не имелось, поскольку при рассмотрении уголовного дела положения статьи 104.1 УК Российской Федерации о конфискации имущества не применялись. Просит решение отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска.

В судебное заседание представители третьих лиц - ФССП Российской Федерации, УФССП по Республике Мордовия, третьи лица ФИО2, ФИО3 не явились, о времени и месте его проведения извещены своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили, доказательств уважительности причин неявки не представили, об отложении рассмотрения дела ходатайств не заявляли.

На основании части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения прокурора Немудрякина И.Б., представителя Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации ФИО4, ответчика ФИО1, его представителя - адвоката Дикаревой М.В., обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, рассмотрев дело в порядке статьи 327.1 ГПК Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что приговором Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 27 июля 2022 г., вступившим в законную силу 9 августа 2022 г., ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 7 статьи 204, пунктом «г» части 7 статьи 204 УК РФ, и ему назначено наказание: по пункту «г» части 7 статьи 204 УК РФ (по факту получения денег в интересах АО «Электромаш») в виде 5 лет лишения свободы, по пункту «г» части 7 статьи 204 УК РФ (по факту получения денег в интересах ООО «Мираж») в виде 5 лет лишения свободы. На основании части 3 статьи 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы. В соответствии со статьей 73 УК РФ, назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком на 5 лет.

Указанным приговором установлено, что приказом и.о. управляющего директора АО «Рузхиммаш» от <дата> <№>.1-к ФИО1 с <дата> переведен на должность коммерческого директора дирекции АО «Рузхиммаш».

Согласно должностной инструкции коммерческого директора дирекции АО «Рузхиммаш», утвержденной управляющим директором АО «Рузхиммаш» <дата>, с которой ФИО1 ознакомлен <дата>, коммерческий директор обязан: руководить деятельностью предприятия в области материально-технического обеспечения, хранения и отгрузки готовой продукции, транспортного обеспечения с целью достижения наибольшей экономической эффективности; принимать участие в подготовке планов производства материально-технического снабжения, комплектации и использования транспортных средств; принимать меры к своевременному заключению договоров на поставку необходимого для производственно-хозяйственной деятельности общества оборудования, сырья, топлива, запасных частей и других материальных ценностей; осуществлять контроль за выполнением плана по материально-техническому обеспечению завода, финансовым показателям, за правильным расходованием оборотных средств; организовать разработку мероприятий по улучшению показателей работы завода, по укреплению финансовой дисциплины и хозяйственного расчета, предупреждению образования и ликвидации излишних запасов товарно-материальных ценностей, соблюдения норм расходования материальных ресурсов; обеспечивать качественную и своевременную работу складского хозяйства, обеспечивать количественную сохранность материальных ресурсов и готовой продукции; обеспечивать своевременное предоставление достоверных отчетных и других документов, сведений, информаций о выполнении планов материально-технического снабжения, кооперации; координировать работу подчиненных ему служб, отделов, цехов; организовывать взаимодействие подчиненных работников с другими подразделениями и другие обязанности. Коммерческий директор вправе: принимать решения по вопросам производственной и управленческой деятельности, давать указания по ним и контролировать результаты их выполнения; издавать в пределах компетенции распоряжения, согласовывать и подписывать документы, вести служебную переписку, требовать от подчиненных работников подразделений выполнение возложенных на них должностных обязанностей и другие права. Коммерческий директор непосредственно подчиняется управляющему директору АО «Рузхиммаш». Коммерческому директору административно подчиняются: начальник отдела снабжения, начальник отдела транспортной логистики, начальник отдела планирования и анализа, начальник отдела реализации непрофильной продукции, начальник отдела единичного оборудования, начальник отдела сопровождения продаж, начальник цеха складского хозяйства, руководитель проектов по транспорту и логистике коммерческой дирекции.

Приказом генерального директора АО «Рузхиммаш» от <дата> <№>.1к ФИО1 с <дата> переведен на должность руководителя проекта «Аутсорсинг» дирекции АО «Рузхиммаш».

Согласно должностной инструкции руководителя проекта «Аутсорсинг» АО «Рузхиммаш», утвержденной управляющим директором АО «Рузхиммаш» <дата>, с которой ФИО1 ознакомлен <дата>, руководитель проекта «Аутсорсинг» обязан: руководить деятельностью предприятия в области аутсорсинга; принимать меры к своевременному заключению договоров на предоставление услуг; организовать разработку мероприятий по улучшению показателей работы завода, по укреплению финансовой дисциплины и хозяйственного расчета; организовывать получение материала от поставщиков; вести контроль выполнения обязательств по договорам, заказам, контролировать дебиторскую и кредиторскую задолженность перед контрагентами; осуществлять контроль оплаты за полученные материалы и другие обязанности.

Не позднее <дата>, более точная дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, находясь в своем служебном кабинете АО «Рузхиммаш», расположенном по адресу: <адрес>, между ФИО1 и ФИО2, коммерческим директором АО «Электромаш» состоялась деловая встреча, в ходе которой ФИО1 предложил ФИО2 с целью своевременной оплаты продукции в рамках договора поставки <№> от <дата> в АО «Рузхиммаш» стеклотекстолита, используемого в производственной деятельности общества, а также обеспечения приоритетного порядка оплаты продукции, поставляемой АО «Электромаш», регулярно передавать ему денежные средства, при этом, указав на определенный процент от суммы оплаты, не обговаривая конкретную сумму и количество переводов, на что ФИО2 дал свое согласие, так как перед АО «Электромаш» существовала задолженность по платежам наравне с другими контрагентами АО «Рузхиммаш». Таким образом, у ФИО1, сформировался корыстный преступный умысел, направленный на незаконное получение денег за совершение указанных незаконных действий в интересах АО «Электромаш».

Реализуя свой преступный умысел, направленный на получение незаконного вознаграждения от ФИО2, ФИО1, занимая в период с <дата> по <дата> указанные должности дирекции АО «Рузхиммаш», то есть, являясь лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, осознавая противоправный характер своих действий, с целью незаконного обогащения, находясь в АО «Рузхиммаш», расположенном по адресу: <адрес>, в период с <дата> по <дата>, более точная дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, в соответствии с возложенными на него по занимаемым должностям обязанностям, в том числе в части руководства деятельностью предприятия в области материально-технического обеспечения, принятия мер к своевременному заключению договоров на поставку необходимого для производственно-хозяйственной деятельности общества оборудования, сырья, топлива, запасных частей и других материальных ценностей, осуществления контроля за выполнением плана по материально-техническому обеспечению завода, финансовым показателям, за правильным расходованием оборотных средств, по укреплению финансовой дисциплины и хозяйственного расчета, координации работы подчиненных служб, отделов, цехов, в силу ранее достигнутой договоренности с коммерческим директором АО «Электромаш» ФИО2, способствовал своевременной и в приоритетном порядке перед другими контрагентами оплате поставленной продукции (стеклотекстолита) от АО «Электромаш», путем предоставления соответствующих сведений в финансовый отдел АО «Рузхиммаш». Указанное способствовало своевременной и в приоритетном по отношению к другим контрагентам АО «Рузхиммаш» порядке оплате поставленной продукции АО «Электромаш». При этом, ФИО1 не ставил сотрудников АО «Рузхиммаш» в известность о наличии вышеуказанной преступной договоренности по получению денежных средств в качестве коммерческого подкупа за совершение действий в пользу АО «Электромаш».

Таким образом, при непосредственном содействии и участии ФИО1, в силу ранее достигнутой преступной договоренности с ФИО2, всего за период с <дата> по <дата> по договору поставки <№> от <дата>, АО «Рузхиммаш» оплатило АО «Электромаш» за поставленную продукцию 36 482 885 руб. 18 коп.

В период с <дата> по <дата> ФИО2, действуя в рамках вышеуказанной преступной договоренности с ФИО1, за оказанное, в силу занимаемой ФИО1 должности, содействие в виде своевременной и в приоритетном порядке оплаты поставляемой продукции АО «Электромаш», руководствуясь единым умыслом, перевел с банковских карт №<№>, <№>, <№>, привязанных к банковскому счету <№>, открытых на имя ФИО2 в ПАО «Сбербанк России», и находящихся у него в пользовании, на банковские карты №<№>, <№>, привязанные к банковскому счету <№>, открытые на имя ФИО5 – родной сестры ФИО1, не осведомленной о преступном сговоре между ФИО1 и ФИО2, в дополнительном офисе <№> филиала ПАО «Сбербанк России» по адресу: <адрес>, и находящиеся в её пользовании, перечислил денежные средства в качестве коммерческого подкупа в общей сумме 706 000 руб., шестью электронными денежными переводами, которые зачислялись на банковские счета ФИО5 в дату их перечисления, а именно: <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата> После поступления, денежных средств ФИО5, не осведомленной о преступном сговоре между ФИО1 и ФИО2, ФИО5 по просьбе ФИО1 перевела денежные средства в сумме 99 000 руб., со своей банковской карты <№>, привязанной к банковскому счету <№>, открытой в ПАО «Сбербанк России», и находящейся у нее в пользовании, на банковскую карту <№>, привязанную к банковскому счету <№>, открытые на имя ФИО1, в дополнительном офисе <№> филиала ПАО «Сбербанк России» по адресу: <адрес>, а также сняла и передала наличными денежные средства, полученные от ФИО2 в размере 607 000 руб. по месту жительства ФИО1 по адресу: <адрес>.

Полученными указанным способом от коммерческого директора АО «Электромаш» ФИО2 в качестве коммерческого подкупа денежными средствами в общей сумме 706 000 руб. ФИО1 распорядился по своему усмотрению.

Кроме того, не позднее <дата>, более точная дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, находясь в своем служебном кабинете АО «Рузхиммаш», расположенном по адресу: <адрес>, между ФИО1 и коммерческим директором ООО «Мираж» ФИО3, состоялась деловая встреча, в ходе которой ФИО1 предложил ФИО3 с целью своевременной оплаты продукции в рамках договора поставки <№> от <дата> в АО «Рузхиммаш» твёрдосплавных пластин, используемых в производственной деятельности общества, а также обеспечения приоритетного порядка оплаты продукции, поставляемой ООО «Мираж», регулярно передавать ему денежные средства, при этом, указав на определенный процент от суммы оплаты, не обговаривая конкретную сумму и количество переводов, на что ФИО3 дал свое согласие, так как перед ООО «Мираж» существовала задолженность по платежам наравне с другими контрагентами АО «Рузхиммаш». Таким образом, у ФИО1 не позднее <дата>, более точная дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, сформировался корыстный преступный умысел, направленный на незаконное получение денег за совершение указанных незаконных действий в интересах ООО «Мираж».

Реализуя свой преступный умысел, направленный на получение незаконного вознаграждения от ФИО3, ФИО1, являясь с <дата> по <дата> коммерческим директором дирекции АО «Рузхиммаш», то есть лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, осознавая противоправный характер своих действий, с целью незаконного обогащения, находясь в АО «Рузхиммаш», расположенном по адресу: <адрес>, в период с <дата>, но не позднее <дата>, более точная дата и время в ходе предварительного следствия не установлены, в соответствии с возложенными на него по занимаемой должности обязанностями, в части руководства деятельностью предприятия в области материально-технического обеспечения, принятия мер к своевременному заключению договоров на поставку необходимого для производственно-хозяйственной деятельности общества оборудования, сырья, топлива, запасных частей и других материальных ценностей, осуществления контроля за выполнением плана по материально-техническому обеспечению завода, финансовым показателям, за правильным расходованием оборотных средств, по укреплению финансовой дисциплины и хозяйственного расчета, координации работы подчиненных служб, отделов, цехов, в силу ранее достигнутой договоренности с коммерческим директором ООО «Мираж» ФИО3, способствовал своевременной и в приоритетном порядке перед другими контрагентами оплате поставленной продукции (твердосплавных пластин) от ООО «Мираж», путем предоставления соответствующих сведений в финансовый отдел АО «Рузхиммаш». Указанное способствовало своевременной и в приоритетном по отношению к другим контрагентам АО «Рузхиммаш» порядке оплате поставленной продукции ООО «Мираж». При этом, ФИО1 не ставил сотрудников АО «Рузхиммаш» в известность о наличии вышеуказанной преступной договоренности по получению денежных средств в качестве коммерческого подкупа за совершение действий в пользу ООО «Мираж».

Таким образом, при непосредственном содействии и участии ФИО1, в силу ранее достигнутой преступной договоренности с ФИО3, всего за период с <дата> по <дата> по договору поставки <№> от <дата>, АО «Рузхиммаш» оплатило ООО «Мираж» за поставленную продукцию 6 270 639 руб.

В период с <дата> по <дата> ФИО3, действуя в рамках вышеуказанной преступной договоренности с ФИО1, за оказанное, в силу занимаемой ФИО1 должности, содействие в виде своевременной и в приоритетном порядке оплаты поставляемой продукции ООО «Мираж», руководствуясь единым умыслом, перевел с банковской карты <№>, привязанной к банковскому счету <№>, открытой на имя ФИО3 в ПАО «Сбербанк России», и находящейся у него в пользовании, на банковскую карту <№>, привязанную к банковскому счету <№>, открытую на имя ФИО1, в дополнительном офисе <№> филиала ПАО «Сбербанк России» по адресу: <адрес>, и находящуюся в его пользовании, перечислил денежные средства в качестве коммерческого подкупа в общей сумме 303 497 руб., двадцатью четырьмя электронными денежными переводами, которые зачислялись на банковские счета ФИО1 в дату их перечисления, а именно: <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>

Полученными указанным способом от коммерческого директора ООО «Мираж» ФИО3 в качестве коммерческого подкупа денежными средствами в общей сумме 303 497 руб. ФИО1 распорядился по своему усмотрению.

Разрешая заявление стороны ответчика о применении срока исковой давности, суд первой инстанции исчислил срок исковой давности со дня вступления приговора суда в законную силу, при этом обосновано исходил из положений статей 181, 195, 199, 200 ГК РФ, указав, что срок исковой давности подлежит исчислению с момента вступления в законную силу приговора суда.

Разрешая заявленные прокурором требования, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, руководствуясь положениями статей 153, 166, 167, 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 45, 61 ГПК РФ, принимая во внимание разъяснения, изложенные пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пришел к выводу, что действия ответчика по получению коммерческого подкупа являются сделками, совершенными с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, поскольку они посягают на значимые охраняемые законом объекты, нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои, в связи с чем заявленные истцом требования о признании спорных сделок недействительными, о применении последствий недействительности ничтожных сделок являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Между тем, с такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу части 1 статьи 14 УК РФ преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания.

Таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

Вместе с тем квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам ГК РФ и как преступления по нормам УК РФ влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных УК РФ, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по не реабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему справедливого наказания по нормам УК РФ сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

ГК Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

Однако если сделка совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу статьи 169 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 8 июня 2004 г. № 226-0, статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Вместе с тем статьей 169 ГК РФ предусмотрено, что такая сделка влечет последствия, установленные статьей 167 данного кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании статьи 169 ГК РФ влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

Однако в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы УК РФ о конфискации имущества.

Так, в силу статьи 2 УК РФ задачами данного кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (часть 1).

Для осуществления этих задач данный кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений (часть 2).

Согласно части 1 статьи 3 этого же кодекса (принцип законности) преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным кодексом.

Конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 УК РФ) и согласно части 1 статьи 104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных в том числе статьей 290 этого кодекса; б) денег, ценностей и иного имущества, в которые имущество, полученное в результате совершения преступлений, предусмотренных статьями, указанными в пункте «а» данной части, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы.

Согласно положениям пункта «а» части 1 статьи 104.1 УК РФ и пункта 4.1 части 3 статьи 81 УПК РФ, деньги, ценности и иное имущество, полученное в результате совершения преступления, в частности, предусмотренного частью 7 статьи 204 УК РФ, подлежат конфискации в доход государства.

В соответствии с частью 1 статьи 104.2 УК РФ, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в статье 401.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

Таким образом, в силу прямого указания закона конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании обвинительного приговора суда, постановленного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу, принятого в порядке гражданского судопроизводства.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации).

Из установленных судом первой инстанции обстоятельств настоящего дела следует, что за совершение названных выше действий по незаконному получению денежных средств в качестве коммерческого подкупа в отношении ФИО1 вынесен обвинительный приговор и ему назначено наказание в виде лишения свободы на определенный срок условно, при этом конфискацию имущества, предусмотренную УК РФ, суд в отношении него не применил.

Учитывая изложенное, разрешение вопроса о конфискации имущества, полученного в результате совершения ФИО1 преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 7 статьи 204 УК Российской Федерации, в доход государства подлежало разрешению в рамках рассмотрения уголовного дела, а поскольку суд при вынесении приговора в отношении ФИО1 не усмотрел оснований для конфискации имущества, рассмотрение данного вопроса в рамках гражданского судопроизводства не соответствует закону.

В соответствии с пунктом 4 части первой статьи 330 ГПК РФ основанием для отмены или изменения решения суда является нарушение или неправильное применение норм материального права. Неправильным применением норм материального права, в частности, является неправильное истолкование закона (пункт 3 части второй статьи 330 ГПК РФ).

Принимая во внимание допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы апелляционной жалобы ФИО1 заслуживают внимания, а решение суда первой инстанции подлежит отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении требований прокурора, действующего в интересах Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 24 мая 2023 г. отменить и принять по делу новое решение, которым исковые требования Рузаевского межрайонного прокурора Республики Мордовия, действующего в защиту прав и законных интересов Российской Федерации, к ФИО1 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности ничтожных сделок, взыскании денежных средств в доход Российской Федерации оставить без удовлетворения.

Председательствующий А.В. Верюлин

Судья Е.Я. Дубровина

В.А. Пужаев

Мотивированное апелляционное определение составлено в окончательно форме 05 сентября 2023 г.

Судья Е.Я. Дубровина