№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> 20 мая 2025 года

Висаитовский районный суд <адрес> Республики в составе:

председательствующего судьи Татхаджиевой З.Г.,

при секретаре судебного заседания ФИО8,

с участием представителя истца по доверенности ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Департамента жилищной политики Мэрии <адрес> к ФИО3, ФИО1 и ФИО2 о признании недействительными договоров купли-продажи жилого помещения и аннулировании записи о регистрации права в ЕГРН, встречному иску ФИО3 к Департаменту жилищной политики Мэрии <адрес> о признании добросовестным приобретателем жилого помещения,

УСТАНОВИЛ:

Департамент жилищной политики Мэрии <адрес> (далее по тексту – ДЖП Мэрии <адрес>) обратился в суд с иском, позже уточнённым и дополненным в порядке ст.39 ГПК РФ, к ФИО3, ФИО1 и ФИО2 о признании недействительными договоров купли-продажи жилого помещения, аннулировании записи о регистрации права в ЕГРН и аннулировании лицевого счёта в ООО «ЖКХ» на имя ФИО6. В обоснование заявленных требований истец указал, что у ФИО3 в собственности без законных оснований находится жилое помещение, расположенное по адресу: ЧР, <адрес> (бывшая Ялтинская), <адрес>. Право собственности зарегистрировано на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Однако по данным, имеющимся в ДЖП Мэрии <адрес>, оспариваемое жилое помещение значится в списках жилья, за которое на территории Кабардино-Балкарской Республики ФИО5 получена компенсация в размере 124 568 рублей в соответствии с постановлением Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, которым утверждён порядок выплаты компенсации за утраченное жильё и/или имущество гражданам, пострадавшим в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике и покинувшим её безвозвратно. Таким образом, по мнению истца, оспариваемая квартира не могла стать объектом купли-продажи между кем-либо. Жилое помещение перешло в собственность ДЖП Мэрии <адрес>, но выбыло из его собственности, в связи с чем истец лишен права распоряжения им.

ФИО3, не согласившись с исковыми требованиями, обратилась в суд со встречными исковыми требованиями о признании её добросовестным приобретателем оспариваемой квартиры. В иске ссылается на то, что она приобрела квартиру у ФИО1 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. При приобретении оспариваемой квартиры ею осматривалась квартира, продавцом ФИО1 были предъявлены правоустанавливающие документы на нее. Квартира на момент сделки находилась в свободном, не вызывающем подозрения, пользовании продавца. Сделка по покупке квартиры была возмездной, цена квартиры соответствовала рыночной стоимости. С целью проверки и чистоты будущей сделки ФИО3 обратилась к услугам нотариуса Грозненского городского нотариального округа ЧР ФИО9, который проверил все необходимые и юридически важные документы, статус квартиры и др. Нотариус подтвердил факт того, что квартира принадлежит продавцу ФИО1, каких-либо обременений на квартире не имелось, права третьих лиц не были затронуты. Данный договор удостоверен нотариусом, прошел государственную регистрацию в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чеченской Республике, переход права собственности был зарегистрирован в установленном законом порядке. ФИО3 просила суд удовлетворить её исковые требования и отказать в удовлетворении исковых требований ДЖП Мэрии <адрес> в связи с истечением срока исковой давности.

Представитель истца по первоначальному иску из ДЖП Мэрии <адрес> по доверенности ФИО10 в судебном заседании поддержал исковые требования своего доверителя и просил удовлетворить их в полном объёме. Встречные исковые требования ФИО3 просил оставить без удовлетворения за необоснованностью.

Ответчик и истец по встречному исковому заявлению ФИО3 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела без её участия. Встречные исковые требования подержала, и просила суд отказать в удовлетворении иска ДЖП Мэрии <адрес> за истечением срока исковой давности и признании добросовестным приобретателем жилого помещения удовлетворить.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве ответчиков привлечены предыдущие собственники оспариваемого жилого помещения ФИО2 и ФИО1, которые в судебное заседание не явились, будучи извещёнными о месте и времени рассмотрения дела. Причина неявки суду не известна.

Третьи лица по делу из Управления Росреестра по ЧР, ООО «ЖКХ» о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении не предоставили.

Привлечённый по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО5 в судебное заседание не явился, будучи извещённым о месте и времени рассмотрения дела.

В силу ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел настоящее дело в отсутствии не явившихся участников процесса.

Суд, выслушав мнение представителя истца, исследовав материалы настоящего дела, приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 40, ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации граждане имеют право на жилище, никто не может быть произвольно лишён жилища, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими правовыми актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Среди оснований возникновения прав и обязанностей данной статьей предусмотрены такие основания как акты государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 ГК РФ установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010г. № (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что, по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

При предъявлении иска к гражданину органом государственной власти следует также учитывать, что в соответствии с пунктом 2 статьи 124 Гражданского кодекса Российской Федерации к Российской Федерации, ее субъектам и муниципальным образованиям применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 16-П "По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО11", при регулировании гражданско-правовых отношений между публично-правовым образованием (его органами) и его добросовестным приобретателем справедливым было бы переложение неблагоприятных последствий в виде утраты имущества на публично-правовое образование, которое могло и должно было предпринимать меры по его установлению и надлежащему оформлению своего права.

Из приведенных выше норм материального права в их взаимосвязи с учетом разъяснений следует, что добросовестность участников гражданского оборота и достоверность сведений государственного реестра прав собственности на недвижимое имущество предполагаются.

Для истребования имущества из чужого незаконного владения необходимо установить наличие у истца права на это имущество, факт владения этим имуществом ответчиком и незаконность такого владения.

Кроме того, для истребования имущества у лица, приобретшего его возмездно и добросовестно, необходимо установление факта утраты этого имущества собственником помимо его воли.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 16-П "По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО11", неприкосновенность собственности и свобода договора являются необходимыми гарантиями беспрепятственного использования каждым своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, реализации иных прав и свобод человека и гражданина и надлежащего исполнения соответствующих обязанностей («собственность обязывает») на основе принципов юридического равенства и справедливости и вытекающего из них критерия добросовестности участников правоотношений, в том числе в сфере гражданского оборота. Следовательно, под действие указанных конституционных гарантий подпадают имущественные права лица, владеющего вещью на законных основаниях, включая ее добросовестного приобретателя (пункт 2 постановления).

Добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права (пункт 3 постановления).

Когда с иском об истребовании недвижимого имущества к добросовестному приобретателю, который в установленном законом порядке указан как собственник имущества в Едином государственном реестре недвижимости, обращается публично-правовое образование, не может не учитываться специфика интересов, носителем которых оно является. Особенности дел этой категории, исходя из необходимости обеспечения баланса конституционно значимых интересов, могут обусловливать иное распределение неблагоприятных последствий для собственника и добросовестного приобретателя, нежели установленное в статье 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Собственник имущества несет бремя содержания принадлежащего ему имущества (статья 210 Гражданского кодекса Российской Федерации), что предполагает и регистрацию им своего права, законодательное закрепление необходимости которой, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, является признанием со стороны государства публично-правового интереса в установлении принадлежности недвижимого имущества конкретному лицу. Бездействие же публично-правового образования как участника гражданского оборота, не оформившего в разумный срок право собственности, в определенной степени создает предпосылки к его утрате.

Государство в лице уполномоченных законом органов и должностных лиц, действующих при осуществлении процедуры государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра (абзац второй пункта 1 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), подтверждает тем самым законность совершения сделки по отчуждению объекта недвижимости. Проверка же соблюдения закона при совершении предшествующих сделок с недвижимым имуществом со стороны приобретателя этого имущества - в отличие от государства в лице органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, - зачастую существенно затруднена или невозможна.

Из указанного выше постановления Конституционного суда следует, что судебными инстанциями на граждан, не может быть возложена обязанность доказывания достоверности публичного реестра собственности; не может быть признано отсутствующим право собственности, основанное на зарегистрированных в государственном реестре возмездных сделках и правах; риск ошибки и просчетов в регистрации права со стороны публично-правового образования и государственных органов не может быть возложен на гражданина.

Согласно п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Согласно п. 2 указанной статьи собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что собственником жилого помещения, расположенного по адресу: ЧР, <адрес>, корпус 46, <адрес>, является ФИО3.

Право собственности зарегистрировано в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ за № на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 (Продавец) продал ФИО3 (Покупатель) квартиру, общей площадью 27,9 кв.м., в том числе жилой площадью 16,4 кв.м., с кадастровым номером 20-20-04/004/2012-130, расположенную по адресу: ЧР, <адрес>. Договор подписан сторонами сделки, удостоверен ФИО12, временно исполняющей обязанности нотариуса Грозненского городского нотариального округа Чеченской Республики ФИО9, зарегистрирован в реестре за №.

Согласно п.2 Договора отчуждаемая квартира принадлежала Продавцу на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в ЕГРН 21.05.2012г. за №.

Из материалов дела следует, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 (Продавец) произвёл отчуждение в пользу ФИО1 (Покупатель) квартиру, общей площадью 27,9 кв.м., в том числе жилой площадью 16,4 кв.м., с кадастровым номером 20-20-04/004/2012-130, расположенную по адресу: ЧР, <адрес>. Договор подписан сторонами сделки, удостоверен ФИО12, временно исполняющей обязанности нотариуса Грозненского городского нотариального округа Чеченской Республики ФИО9, зарегистрирован в реестре за №.

Согласно п.2 Договора отчуждаемая квартира принадлежала Продавцу ФИО2 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в ЕГРН 07.02.2012г. за №.

Из материала, представленного по запросу суда из Филиала ППК «Роскадастр» по ЧР, следует, что первоначальным собственником оспариваемой квартиры на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ являлся ФИО13, который ДД.ММ.ГГГГ произвёл отчуждение жилья в пользу ФИО14 на основании договора купли-продажи, которая, в свою очередь, продала квартиру ФИО2 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Первоначальная государственная регистрация права владения оспариваемой квартирой в ЕГРН произведена ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ.

Из представленной ДЖП Мэрии <адрес> справки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по имеющимся у Истца по первоначальному иску сведениям квартира, расположенная по адресу: ЧР, <адрес>, значится в списках жилья, за которое выплачена компенсация в соответствии с Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № на имя ФИО5 на территории Кабардино-Балкарской Республики в размере 124 568 рублей.

Согласно материалу, поступившему по запросу суда из МВД по Кабардино-Балкарской Республике, ФИО5 действительно ДД.ММ.ГГГГ подано заявление во Временную комиссию при Администрации КБР на получение компенсации в соответствии с «Порядком выплаты компенсаций за утраченное жильё и/или имущество гражданам, пострадавшим в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике и покинувшим её безвозвратно», утверждённым Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, за утраченное жильё и имущество на семью, состоящую из трех человек. В качестве правоустанавливающего документа на утраченное жильё представлено регистрационное удостоверение от ДД.ММ.ГГГГ за № на двухкомнатную квартиру, полезной площадью 55,1 кв.м., жилой площадью 32,4 кв.м., расположенную по адресу: ЧР, <адрес>, выданное на имя ФИО5

Однако решение комиссии о выплате ФИО5 компенсации суду не представлено.

Кроме того, наличие разночтений в адресе оспариваемого объекта недвижимости (рег. удостоверение на квартиру, расположенную по адресу: ЧР, <адрес>, а также в площади жилого помещения (полезной площадью 55,1 кв.м., жилой площадью 32,4 кв.м.) препятствует суду в идентификации предмета спора.

Как следует из п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу п. 2 ст. 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Таким образом, ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ возмездно приобрела оспариваемое жилое помещение за разумную цену у предшествующего собственника ФИО1, в отсутствие каких-либо ограничений, обременении и притязаний со стороны третьих лиц. У неё отсутствовали какие-либо обоснованные и разумные сомнения в том, что продавец жилого помещения не является лицом, имеющим законное право отчуждать его.

Следовательно, ответчик не знал и не мог знать, что в действительности предшествующие собственники возможно не имели права распоряжаться указанным жилым помещением.

Одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию при обращении в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, является установление факта выбытия имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ истец должен доказывать выбытие имущества из его владения помимо воли.

Ответчик - добросовестный приобретатель вправе предъявить доказательства выбытия имущества из владения собственника по его воле.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав"остановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

В обоснование своих требований истец ссылается на то, что оспариваемая квартира значится в списках жилья, за которое выплачена компенсация в соответствии с Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, что препятствовало данному жилому помещению быть предметом сделок купли-продажи.

Однако истцом суду не представлено достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих выплату ФИО5 компенсации за оспариваемое жильё.

Кроме того, суд находит, что ФИО3 на законном основании приобрела оспариваемое жилое помещение, не предполагая, что оно могло находиться в незаконном владении кого-либо из предшествующих собственников. ФИО3 добросовестно владеет указанным жилым помещением, несет бремя содержания квартиры, оплачивает коммунальные услуги, что подтверждается материалами дела.

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № от 29.04.2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества.

В то же время, как разъяснено в п. 38 указанного постановления, ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена не управомоченным отчуждателем.

В абзаце втором пункта 39 вышеназванного постановления указано, что недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, сама по себе не свидетельствует о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли.

О недобросовестности приобретателя могут свидетельствовать обстоятельства, подтверждающие, что он знал или при проявлении разумной осмотрительности должен был знать о приобретении имущества у лица, не имевшего права его отчуждать. Так, судами признаются разумными и осмотрительными действия, свидетельствующие об ознакомлении со сведениями из ЕГРП, подтверждающими право собственности лица, отчуждающего жилое помещение, выяснение наличия обременений, в том числе правами пользования лиц, сохраняющих право пользования жилым помещением, непосредственный осмотр жилого помещения, приобретение его по цене, приближенной к рыночной стоимости.

Исходя из изложенных разъяснений и установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что ФИО3 может быть признана добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой она приобрела владение спорным имуществом, отвечает признакам действительности во всем, за исключением того, что она совершена не управомоченным отчуждателем.

В нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчик по встречному иску о признании добросовестным приобретателем не опроверг возражения приобретателя ФИО3 о её добросовестности, доказательств наличие оснований у последней при совершении сделки сомнений в праве продавца на отчуждение имущества не представил.

Кроме того, истцом по первоначальному иску не указаны обстоятельства, которые могли взывать у ответчика сомнения в праве продавца на отчуждение спорного имущества, каковы также не возникли ни у сотрудников Управления Росреестра по ЧР, неоднократно проводивших регистрацию права на данный объект недвижимости, ни у истца, обладающих соответствующим административным ресурсом.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о законности и обоснованности встречных исковых требований ФИО3 признании добросовестным приобретателем оспариваемого жилого помещения

Ответчиком по первоначальному иску было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начиналось со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.Пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснялось, что течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Аналогичная правовая позиция нашла отражение и в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 43 (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".

Согласно разъяснению, содержащемуся в указанном выше пункте, при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

В обязанности муниципального образования в соответствии со статьей 14 Федерального закона от 06.10.2003г. №131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» входит, в частности, владение, пользование и распоряжение имуществом, находящимся в муниципальной собственности, а также осуществление муниципального земельного контроля в границах поселения.

Таким образом, срок исковой давности по требованиям об истребовании недвижимого имущества (жилого помещения) в пользу публичных образований подлежит исчислению с момента, когда его исполнительно-распорядительный орган (истец) узнал или должен был узнать о нарушении прав и выбытии недвижимого имущества из муниципальной собственности (иного вида владения).

Спорный объект недвижимого имущества поставлен на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ с присвоением кадастрового номера 20:17:0000000:102129, физические лица производили регистрацию своего права собственности, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, статус объекта «ранее учтенный». Таким образом, орган местного самоуправления располагал или имел возможность располагать полной информацией о жилом помещении с даты постановки его на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ, которую суд признает началом исчисления срока исковой давности. Истец по первоначальному иску обратился в суд с настоящим иском ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении первоначальных исковых требований.

В фактическом владении и пользовании истца по первоначальному иску или уполномоченного им органа оспариваемое жилое помещение не находилось, а какие-либо иные физические лица самостоятельных требований в отношении данного объекта недвижимости к ответчику, иному лицу не предъявляют и о факте пользования данным имуществом не заявляют.

Исходя из изложенных материальных норм права и установленных обстоятельств, судом не усматривается оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований, а встречные исковые требования суд находит обоснованными, подлежащими удовлетворению.

При разрешении первоначальных исковых требований в части аннулирования лицевого счёта в ООО «ЖКХ» на имя ФИО6 на жилое помещение, расположенное по адресу: ЧР, <адрес> (бывшая Ялтинская), <адрес>, суд, принимая во внимание то обстоятельство, что ФИО6 Л-А.А. является собственником жилого помещения с кадастровым номером 20:17:0000000:102141, расположенного по адресу: ЧР, <адрес> (бывшая Ялтинская), <адрес>, на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, считает правомерным прекратить производство по делу в этой части в силу ст.220 ГПК РФ по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части первой статьи 134 настоящего Кодекса.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Департамента жилищной политики Мэрии <адрес> к ФИО3, ФИО1 и ФИО2 о признании недействительными договоров купли-продажи жилого помещения и аннулировании записи о регистрации права в ЕГРН оставить без удовлетворения.

Прекратить производство по иску Департамента жилищной политики Мэрии <адрес> в части аннулирования лицевого счёта на жилое помещение, расположенного по адресу: ЧР, <адрес> (бывшая Ялтинская), <адрес>, в ООО «ЖКХ» на имя ФИО6.

Встречные исковые требования ФИО3 к Департаменту жилищной политики Мэрии <адрес> о признании добросовестным приобретателем жилого помещения удовлетворить.

Признать ФИО3 добросовестным приобретателем жилого помещения, с кадастровым номером 20:17:0000000:102129, расположенного по адресу: ЧР, <адрес> (бывшая Ялтинская), <адрес>, корпус 46, <адрес>.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Верховный Суд Чеченской Республики, через Висаитовский районный суд <адрес> ЧР в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья (подпись) З.<адрес>

Подлинник решения хранится в деле №

Копия верна:

Судья З.<адрес>