33-1903/2023 (2-373/2023) судья Гущина И.А.

УИД 62RS0004-01-2022-002700-33

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 июля 2023 года г. Рязань

Судебная коллегия по гражданским делам Рязанского областного суда в составе:

председательствующего Споршевой С.В.,

судей Сафрошкиной А.А., Царьковой Т.А.,

с участием прокурора Морозовой В.В.,

при секретаре Лагуткиной А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Советского районного суда г. Рязани от 28 февраля 2023 года, которым постановлено:

Исковые требования ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) к ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации серии №) о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО1 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Сафрошкиной А.А., объяснения сторон и их представителей, заключение прокурора Морозовой В.В., судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Требования мотивированы тем, что 03 июня 2020 года в 20 часов 50 минут водитель ФИО1, управляя мотоциклом <скрыто>, двигаясь по автодороге, проходящей по <адрес> в направлении <адрес>, на запрещающий сигнал светофора въехал на регулируемый перекресток, расположенный напротив <адрес>, где совершил наезд на истца, когда он пересекал проезжую часть по пешеходному переходу на разрешающий сигнал светофора для пешеходов. В результате дорожно-транспортного происшествия истец получил телесные повреждения и был госпитализирован в ГБУ Рязанской области «Областная клиническая больница». 23 июня 2021 года по данному факту было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ. 10 июня 2022 года Советским районным судом г. Рязани было вынесено постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1 в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Согласно заключению судебной медицинской экспертизы № от 11 июня 2021 года в условиях данного дорожно-транспортного происшествия истец получил телесные повреждения: <скрыто>, которые по своему характеру по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3, независимо от исхода оказания (неоказания) медицинской помощи, относятся к категории тяжкого вреда, причиненного здоровью человека. Действиями водителя ФИО1 и принадлежащим ему источником повышенной опасности ему был причинен моральный вред, который истец оценивает в размере 700 000 руб.

Просит взыскать с ответчика в свою пользу 700 000 руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Суд, постановив обжалуемое решение, частично удовлетворил заявленные исковые требования.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение Советского районного суда г. Рязани от 28 февраля 2023 года изменить в части размера компенсации морального вреда, принять новое решение о взыскании с него компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.

Считает решение незаконным и необоснованным, поскольку при его принятии судом первой инстанции были неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, также имеет место недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, судом нарушены нормы материального и процессуального права.

Апеллятор указывает, что судом не были учтены обстоятельства того, что при пересечении проезжей части ФИО2 не убедился в безопасности выполняемого перехода. Пересекал проезжую часть практически бегом, как только загорелся разрешающий сигнал светофора, в то время как другие пешеходы стояли на месте. Полагает, что при пересечении проезжей части, не убедившись в безопасности ее пересечения, истец допустил грубую неосторожность. При должной осмотрительности со стороны истца негативных последствий можно было избежать.

Также указывает, что телесные повреждения, полученные истцом в результате дорожно-транспортного происшествия, не стали основанием для установления инвалидности. Полагает, что медицинская помощь после указанного дорожно-транспортного происшествия ФИО2 была оказана некачественно.

Апеллятор указывает, что решение суда нарушает его права и законные интересы, поскольку ФИО1 просил учесть, что на его иждивении находится мать, а также то, что он осуществляет уход за несовершеннолетним ребенком – инвалидом.

Считает, что исковые требования являются завышенными, не отвечают принципам разумности и справедливости.

Кроме того указывает, что в настоящий момент он выплатил истцу в счет возмещения морального вреда за причинение физических и нравственных страданий в результате ДТП денежные средства в размере 100 000 руб.

Полагает, что с учетом признания вины, компенсации морального вреда, характера телесных повреждений, а также сложившейся судебной практике по данной категории дел взысканная сумма является чрезмерно завышенной.

Возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В суде апелляционной инстанции апеллятор ФИО1 и его представитель ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержали по основаниям, указанным в жалобе, просили апелляционную жалобу удовлетворить, изменив решение районного суда, снизив размер взысканной компенсации морального вреда с ответчика в пользу истца до 300 000 руб.

Истец ФИО2 и его представитель ФИО4 в суде апелляционной инстанции против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика возражали, полагая решение суда законным, обоснованным и не подлежащем отмене и изменению, а апелляционную жалобу- не подлежащей удовлетворению.

Прокурор Морозова В.В. в суде апелляционной инстанции указала, что считает апелляционную жалобу ответчика не подлежащей удовлетворению, а решение районного суда- законным, обоснованным и не подлежащим отмене и изменению.

Исследовав и проанализировав материалы гражданского дела в пределах доводов жалобы, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены либо изменения постановленного решения, считая его законным и обоснованным по следующим основаниям.

Ст. 327.1 ГПК РФ предусмотрено, что суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части. Суд апелляционной инстанции в интересах законности вправе проверить решение суда первой инстанции в полном объеме. Вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью четвертой статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда первой инстанции (ч. 3).

В силу правовых позиций, изложенных в п. 2, 3 Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции достоверно и правильно установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применил положения действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения.

Законность и обоснованность решения суда проверена судебной коллегией по гражданским делам Рязанского областного суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в обжалуемой части в пределах доводов апелляционных жалобы и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 ст. 1064 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии с п.3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда, в том числе, вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно положений, содержащихся в ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в п.п. 1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснения содержащимся в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что, учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 03 июня 2020 года в 20 часов 51 минуту водитель ФИО1, управляя личным технически исправным мотоциклом <скрыто>, двигаясь по правой половине проезжей части <адрес> в направлении <адрес>, на запрещающий движение сигнал светофора выехал на регулируемый пешеходный переход, расположенный напротив <адрес>, нарушив п.п. 1.3, 1.5, 6.2, 6.13 и 10.1 ПДД РФ, где совершил наезд на пешехода ФИО2, когда он пересекал проезжую часть по пешеходному переходу на разрешающий сигнал светофора для пешеходов.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО2 получил следующие телесные повреждения, как отражено в заключении ГБУ РО «Бюро СМЭ им. <скрыто>» № от 11 июня 2021 года, подкожное кровоизлияние (гематома мягких тканей) в глазничной и в бровной области слева; травма левого коленного сустава, включающая в себя закрытый внутрисуставной оскольчатый перелом латерального (наружного) и медиального (внутреннего) мыщелков большеберцовой кости со смещением костных отломков, травматический отек мягких тканей области коленного сустава. Данные телесные повреждения могли образоваться в течение нескольких часов до поступления пострадавшего в стационар ГБУ Рязанской области «Областная клиническая больница» 03 июня 2020 года; образовались от воздействия тупого твердого предмета (предметов). Образование рассматриваемых телесных повреждений у ФИО2 в срок и при обстоятельствах, указанных в описательной части постановления, а именно в 20 часов 50 минут 03 июня 2020 года в результате дорожно-транспортного происшествия («наезда» мотоцикла), не исключается.

Травма левого коленного сустава, включающая в себя закрытый оскольчатый внутрисуставной перелом мыщелков большеберцовой кости со смещением костных отломков, травматический отек мягких тканей области сустава у ФИО2 не являлась опасной для жизни, по своему характеру по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3 независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи относится к категории тяжкого вреда, причиненного здоровью человека.

Подкожное кровоизлияние (гематома мягких тканей) в глазничной и в бровной области слева у ФИО2 не являлось опасным для жизни, не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья, либо незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, в связи с чем, расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека.

После указанного дорожно-транспортного происшествия истец был госпитализирован в ГБУ Рязанской области «Областная клиническая больница».

Действия ФИО1, выразившиеся в нарушении пунктов 1.3, 1.5, 6.2, 6.13 и 10.1 ПДД РФ находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2

Уголовное дело, возбужденное в связи с вышеназванным происшествием в отношении ответчика ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, и уголовное преследование 10 июня 2022 года постановлением Советского районного суда г. Рязани было прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Гражданский иск ФИО2 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда оставлен без рассмотрения.

Из выписного эпикриза ГБУ РО ОКБ от 08 июня 2020 года и выписки из истории болезни от 06 июля 2020 года следует, что ФИО2 была выполнена операция о/синтез б/берцовой кости пластиной.

Согласно выписки из истории болезни № от 01 сентября 2020 года ФИО2 26 августа 2020 года была проведена операция по удалению металлоконструкции с левой б/берцовой кости.

Согласно заключению мультиспиральной компьютерной томографии, проведенной Медицинским диагностическим центром МРТ и КТ ООО «Нью МРТ и КТ на Зубковой» 24 сентября 2021 года, КТ картина посттравматической деформации левого коленного сустава, консолидированный перелом медиального мыщелка со смещением. Сформированные посттравматические/постоперационные полости эпиметафиза б/берцовой кости. Артроз коленного сустава II ст.

Согласно заключениям магнитно-резонансной томографии, проведенной Медицинским диагностическим центром МРТ и КТ ООО «Нью МРТ и КТ на Зубковой» 19 октября 2022 года МР-картина <скрыто>.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 151, 1100, 1101, 1064, 1079, 1083 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая факт и события дорожно-транспортного происшествия, исходя из наличия вины водителя ФИО1, управлявшего мотоциклом <скрыто>, нарушившего правила дорожного движения и совершившего наезд на истца ФИО2, переходившего дорогу на регулируемом пешеходном переходе на разрешающий сигнал светофора, принимая во внимание получение истцом ФИО2 в результате дорожно-транспортного происшествия повреждения, относящиеся к категории тяжкого вреда здоровью, учитывая отсутствие доказательств наличия непреодолимой силы и умысла потерпевшего при причинении ему тяжкого вреда здоровью в результате дорожно- транспортного происшествия, пришел к правомерному выводу об обоснованности требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий возмещению ответчиком ФИО1 истцу ФИО2, суд первой инстанции, исходя из характера причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий, степени полученных телесных повреждений, тяжести причиненного вреда здоровью, перенесенную боль, личность и возраст истца, срока прохождения лечения, проведение операций <скрыто>, учитывая поведение ответчика непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, что ответчиком в счет компенсации морального вреда ФИО2 добровольно было выплачено 100 000 руб., материальное и имущественное положение ответчика, степень его вины, тот факт, что ответчик проживает с нетрудоспособными родителями, официально как на момент ДТП, так и в настоящий момент не работает, занимаясь ремонтом мотоскутеров и имея непостоянный доход, получателем пенсии, иных выплат не является, за ответчиком зарегистрированы мотоцикл и автомобиль, а недвижимого имущества в собственности не имеется, принимая во внимание обстоятельства совершенного дорожно-транспортного происшествия, а также принципы разумности и справедливости, взыскал с ФИО1 в пользу истца ФИО2 в счет компенсации морального вреда 600 000 руб.

Удовлетворив частично исковые требования ФИО2, в силу положений ст. 103 ГПК РФ, районный суд с ответчика ФИО1 взыскал в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и мотивами, положенными в основу этих выводов, полагая, что они основаны на правильно установленных фактических обстоятельств дела и верно примененных нормах материального права.

Выводы суда первой инстанции достаточно мотивированны, основаны на всестороннем и объективном исследовании доказательств, соответствуют фактическим обстоятельствам и требованиям закона.

Доводы апелляционной жалобы о том, что размер компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным, не может являться основанием к отмене или изменению решения суда в указанной части, поскольку он определен судом с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, которые подробно отражены в обжалуемом судебном постановлении, характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, материального положения ответчика, наличия у него нетрудоспособных родителей, факта частичной выплаты ответчиком истцу компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., исходя из принципа разумности и справедливости. В связи с чем оснований для уменьшения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не находит.

Ссылки апеллятора на то, что судом не было учтена грубая неосторожность самого истца, который при пересечении проезжей части не убедился в безопасности выполняемого перехода, пересекал проезжую часть практически бегом, как только загорелся разрешающий сигнал светофора, в то время как другие пешеходы стояли на месте, а при должной осмотрительности со стороны истца негативных последствий можно было избежать, являются необоснованными, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства виновных действий ФИО2, нарушения им каких-либо правил дорожного движения при совершении ДТП, в связи с чем оснований для признания в его действиях грубой неосторожности у районного суда обоснованно не имелось.

Не свидетельствует о незаконности постановленного по делу решения и довод апелляционной жалобы о том, что телесные повреждения, полученные истцом в результате дорожно-транспортного происшествия, не стали основанием для установления ему инвалидности, поскольку основанием для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда является причинение ответчиком истцу тяжкого вреда здоровью, несения им физических и нравственных страданий в результате дорожно-транспортного происшествия, вина ответчика в котором была установлена в ходе судебного разбирательства, именно он управлял мотоциклом, являлся владельцем источника повышенной опасности.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истцу ФИО2 после дорожно-транспортного происшествия была оказана некачественно медицинская помощь не являются основанием для освобождения или уменьшения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика ФИО1, поскольку именно в результате виновных действий ответчика произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором истцу был причинен тяжкий вред здоровью, понесены физические и нравственные страдания, подлежащие компенсации ответчиком истцу.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, оформление ухода за ребенком-инвалидом не свидетельствует об изменении в связи с этим материального положения ответчика и не влияет на размер компенсации морального вреда, поскольку в данном случае ребенок не находится на иждивении ответчика ФИО1 Более того, в ходе рассмотрения дела было установлено, что ответчиком оформлен уход за ребенком-инвалидом сестры своей девушки ФИО9, согласно показаний последней, допрошенной в ходе судебного заседания в качестве свидетеля, данный уход оформлен ответчиком, так как он не работает, с целью получения матерью ребенка денежных средств, а из пояснений самого ответчика, данных в ходе рассмотрения дела как в суде первой, так и апелляционной инстанций, уход за ребенком заключается в том, чтобы в случае необходимости помочь увезти и привезти ребенка, материально он его не содержит, покупает что-то по мелочи, например, мороженое.

Довод апелляционной жалобы о том, что суду следовало учесть, что ответчик ФИО1 выплатил истцу в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 100 000 руб., не может служить основанием для отмены или изменения постановленного по делу решения, поскольку судом был учтен данный факт, о чем отражено в решении суда. Кроме того, вопреки доводу апелляционной жалобы судом учтен и отражен в решении суда факт проживания ответчика ФИО1 с нетрудоспособными родителями, подразумевая, что ответчик помогает им, в том числе материально.

Позиция стороны ответчика-апеллятора об отсутствии вины ФИО1 в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии опровергается материалами дела, в том числе постановлением Советского районного суда г. Рязани от 10 июня 2022 года о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования по нереабелитирующим основаниям.

В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы суда первой инстанции, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, в связи с чем не могут служить основанием для отмены или изменения решения суда.

Иных доводов, имеющих правовое значение и способных повлиять на законность и обоснованность решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований для отмены решения суда первой инстанции, а также обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции либо опровергали выводы судебного решения.

Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, применены нормы материального права к спорным правоотношениям, доказательствам, представленным сторонами, дана надлежащая правовая оценка. Нарушений норм процессуального права, которые могли повлечь отмену решения суда, допущено не было. Оснований сомневаться в объективности оценки и исследования доказательств не имеется.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Рязани от 28 февраля 2023 года - оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 21 июля 2023 года.