36RS0005-01-2024-004541-86 2-13/2025 (2-1231/2024)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 февраля 2025 года город Валуйки
Валуйский районный суд Белгородской области в составе:
председательствующего судьи Анохиной В.Ю.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Галыгиной Е.С.,
с участием ответчика ФИО5 и его представителя по устному заявлению ФИО6,
в отсутствие представителя истца АО «СОГАЗ», третьего лица ФИО7, представителя третьего лица ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр»,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «СОГАЗ» к ФИО5 о возмещении ущерба в порядке суброгации,
установил:
АО «СОГАЗ» обратилось в Советский районный суд г. Воронежа с вышеуказанным иском, в обоснование которого указало, что 15.06.2023 года по адресу: <адрес> по вине собственника вышерасположенной квартиры № ФИО5 произошел залив, в результате которого собственнику помещения № ФИО7 был причин ущерб. Квартира ФИО7 на момент залива была застрахована в АО «СОГАЗ» по договору страхования №.
14.07.2023 года АО «СОГАЗ» на основании дефектного акта и сметы выплатило ФИО7 страховое возмещение в размере 83100 рублей, вследствие чего предъявило иск к ФИО5 о взыскании указанной суммы в порядке суброгации.
Определением Советского районного суда г. Воронежа от 29.08.2024 года гражданское дело передано для рассмотрения по подсудности в Валуйский районный суд Белгородской области.
Определением Валуйского районного суда Белгородской области от 02.10.2024 года (т. 1 л.д. 56-57) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7 и ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр».
В возражении на иск и уточнении к нему ФИО5 просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме ввиду того, что истцом не доказан факт залития квартиры ФИО7 в период владения ею ответчиком по его вине, а также размер причиненного ущерба (т. 1 л.д. 139-142, т. 2 л.д. 13-15).
Представители истца и третьего лица, третье лицо в судебное заседание не явились, причин неявки суду не сообщили, о дате и времени рассмотрения дела были надлежащим образом извещены почтовой связью (т. 2 л.д. 9-11), а также путем размещения информации на сайте суда (т. 2 л.д. 12). Представитель истца при подаче иска ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие (т. 1 л.д. 5), третьи лица причин неявки суду не сообщили, ходатайств от них не поступало.
В силу ст. ст. 113, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.
В судебном заседании ответчик и его представитель иск не признали, поддержав доводы представленных возражений. Указывали на то, что квартиру ФИО5 приобрел в 2020 году, и с тех пор никаких протечек у него не было. В квартире ФИО7 до настоящего времени ремонт от застройщика с 2014 года, и все имеющиеся в ней следы образовались исключительно в процессе эксплуатации квартиры. При этом свою квартиру ФИО7 решил застраховать только в 2023 году за две недели до залива; а страховая компания перед заключением договора страхования не произвела осмотр квартиры ФИО7 и не убедилась в том, что в ней нет следов залития. В квитанции о внесении страховой премии отсутствует фамилия ФИО7, что в совокупности ставить под сомнение факт заключения договора страхования.
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к следующему.
Согласно ст. ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии с. ч. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.
На основании ст. ст. 387, 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, при суброгации к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходят права кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.
Из приведенных положений закона следует, что в порядке суброгации к страховщику в пределах выплаченной суммы переходит то право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имел по отношению к лицу, ответственному за убытки, то есть на том же основании и в тех же пределах, но и не более выплаченной страхователю (выгодоприобретателю) суммы.
Таким образом, при разрешении суброгационных требований суду в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует определить, на каком основании и в каком размере причинитель вреда отвечает перед страхователем (выгодоприобретателем), и сопоставить размер этой ответственности с размером выплаченной страховщиком суммы (размером страхового возмещения).
В соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
Согласно ч. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.
Часть 2 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации также включает в состав общего имущества механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.
Аналогичная норма содержится в подпункте «д» пункта 2 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 года №491 (далее - Правила).
Пунктом 5 Правил закреплено, что в состав общего имущества входят внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения и газоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях.
Пунктом 6 Правил установлено, что в состав общего имущества включается внутридомовая система отопления, состоящая из стояков, обогревающих элементов, регулирующей и запорной арматуры, коллективных (общедомовых) приборов учета тепловой энергии, а также другого оборудования, расположенного на этих сетях.
Судом установлено, что третьему лицу ФИО7 с 27.12.2014 года на праве собственности принадлежит жилое помещение по адресу: <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права и выпиской из ЕГРН (т. 1 л.д. 22 оборот, 71-73).
Собственником жилого помещения по адресу: <адрес> с 27.04.2020 года является ответчик ФИО5 (выписки из ЕГРН - т. 1 л.д. 31-33, 34-35).
Расположение квартиры ФИО5 на 5 этаже непосредственно над квартирой ФИО7 на 4 этаже жилого дома подтверждается выпиской из ЕГРН на многоквартирный жилой дом (т. 1 л.д. 76-81), схемой (т. 1 л.д. 126) и не оспаривается ответчиком.
Как следует из материалов дела, управление многоквартирным жилым домом по указанному адресу осуществляет ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр» (выписка из ЕГРЮЛ – т. 1 л.д. 61-62).
15.06.2023 года ФИО7 обратился в ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр» с заявлением о создании комиссии на предмет произошедшего 15.06.2023 года залития из вышерасположенной квартиры № с последующим составлением акта (т. 1 л.д. 127).
21.06.2023 года комиссией в составе представителей управляющей компании (инженера, мастера и сантехника) составлен акт о залитии квартиры ФИО7 (т. 1 л.д. 22, 128), согласно которому залитие квартиры произошло 15.06.2023 года из квартиры №, принадлежащей ФИО5, по вине последнего.
Указанным актом установлено, что общедомовое и инженерное сантехническое оборудование находятся в исправном состоянии. В результате залития причинен ущерб, а именно: в санузле вспучилась шпаклевка в районе прохода трубопровода, на стенах и потолке по всему периметру многочисленные желтые разводы; в кухне в углах на стене, граничащей с санузлом, на стене на обоях и на потолке желтые разводы.
29.06.2023 года ФИО7 вновь обратился в ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр» с заявлением о создании комиссии на предмет произошедшего 28.06.2023 года залития из вышерасположенной квартиры № с последующим составлением акта (т. 1 л.д. 129).
03.07.2023 года комиссией в составе представителей управляющей компании (инженера, мастера и сантехника) составлен акт о повторном залитии квартиры ФИО7 (т. 1 л.д. 130), согласно которому залитие квартиры произошло 28.06.2023 года из квартиры № принадлежащей ФИО5, по вине последнего.
Указанным актом также установлено, что общедомовое и инженерное сантехническое оборудование находятся в исправном состоянии. В результате залития причинен ущерб, а именно: в санузле на потолке имеется желтое пятно размером 20х20 см.
Суд соглашается с позицией директора ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр», отраженной в его письменных пояснениях (т. 1 л.д. 118-119), о том, что поскольку при комиссионном обследовании управляющей организацией квартиры ФИО7 было установлено исправное состояние общедомовых инженерных сетей (стояков холодного, горячего водоснабжения, канализационного стояка) в зонах эксплуатационной ответственности управляющей компании, направление залития из вышерасположенной квартиры было определено по следам залития на потолке.
При этом отсутствие сообщений в управляющую организацию из вышерасположенных квартир о нарушении работоспособности общедомового имущества в этих помещениях (журнал регистрации заявок по сантехнике – т. 1 л.д. 120-125) также свидетельствовало о том, что причиной залития явилась не аварийная ситуация на общедомовых инженерных системах, находящихся в зоне эксплуатационной ответственности управляющей организации, а действия собственника вышерасположенной квартиры при использовании инженерных систем, находящихся в зоне эксплуатационной ответственности собственника вышерасположенного помещения или иных действий в жилом помещении с водой.
Ответчик в ходе рассмотрения дела не ссылался на то, что ответственность за причиненный ФИО7 ущерб в данном случае должна нести управляющая компания.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае ответственным за причинение ущерба ФИО7 является ФИО5
Квартира ФИО7 на момент залива была застрахована в АО «СОГАЗ» по договору страхования № периодом действия с 04.06.2023 года по 03.06.2024 года (т. 1 л.д. 16-20).
30.06.2023 года ФИО7 обратился в АО «СОГАЗ» с заявлениями о наступлении страхового случая и страховой выплате (т. 1 л.д. 21, 21 оборот).
14.07.2023 года АО «СОГАЗ» на основании произведенного осмотра квартиры ФИО7 (фотоматериалы - т. 1 л.д. 105), дефектного акта от 04.07.2023 года и сметы (т. 1 л.д. 23 оборот-24, 24 оборот-27) произвело расчет (т. 1 л.д. 28) и выплатило ФИО7 по страховому акту страховое возмещение в размере 83 100 рублей (т. 1 л.д. 15 оборот, 15).
Рассматривая доводы возражения ответчика, суд приходит к следующему.
В ходе рассмотрения дела ФИО5 не оспаривал наличие в квартире ФИО7 на момент составления актов о залитии выявленных следов, однако настаивал на том, что указанные следы являются следствием эксплуатации квартиры, а не следами залития, либо образовались вследствие залития, но в период, предшествующий приобретению им квартиры.
В подтверждение своих доводов ответчик представил суду фотографии санузла и видеозапись принадлежащей ему квартиры № от 15.11.2024 года (т. 1 л.д. 143, 144), а также квартир № и № того же дома от 19.11.2024 года (т. 1 л.д. 145-147, 148, 149), квартиры № дома <адрес> (т. 1 л.д. 150) и офиса диспетчерской ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр» по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 151), в которых, по мнению ответчика, имеются аналогичные следам в квартире ФИО7 следы эксплуатации квартиры в виде вспучивания краски на стенах.
Опрошенная в судебном заседании по ходатайству ответчика в качестве свидетеля сестра ФИО5 ФИО1 подтвердила вышеприведенные доводы, указав, что проживала некоторое время в квартире ответчика, а на момент залития приходила присматривать за ней, и никаких следов протечки в квартире не было, поскольку она всегда закрывает все краны, когда уходит из квартиры. Сотрудники управляющей компании в конце июня 2023 года позвонили ей с просьбой предоставить доступ в квартиру по причине залития нижерасположенной квартиры. Она сразу же приехала и впустила в квартиру двоих сантехников и мастера управляющей компании, которые не обнаружили никаких следов в санузле. Никаких актов при этом не составлялось, фото и видео съемка не велась.
Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО1 у суда не имеется.
Вместе с тем, наличие в квартирах других собственников следов вспучивания краски не свидетельствует о том, что имевшиеся в квартире ФИО7 следы образовались не в результате залития; а отсутствие в квартире ФИО5 на момент ее осмотра представителями управляющей компании каких-либо следов не свидетельствует об их отсутствии в дни залития.
Ввиду несогласия ответчика с природой образования следов в квартире ФИО7 и размером причиненного ему залитием ущерба по ходатайству ФИО5 судом была назначена и проведена строительно-техническая экспертиза.
Согласно выводам заключения эксперта <данные изъяты> ФИО2 № от 05.02.2025 года (т. 1 л.д. 227-259), определить время образования повреждений квартиры по адресу: <адрес>, указанных в акте о залитии о 21.06.2023 года, составленном ООО «Управляющая компания «Городской Сервисцентр», и в дефектном акте № от 04.07.2023 года, составленном АО «СОГАЗ», не представляется возможным в связи с отсутствием методики.
При этом эксперт установил, что указанные в вышеприведенных актах следы в виде трещинах на стенах, вспучивания и отслоек краски в туалете, а также отслоения обоев от поверхности стены в углу над дверными проемом кухни могут относиться как к следам залития квартиры, так и к следам эксплуатации квартиры. Остальные следы, указанные в актах, относятся к следам залития квартиры.
Стоимость восстановительного ремонта помещений квартиры ФИО7 после залития по состоянию на II квартал 2023 года, в котором оно произошло, для приведения в предшествующее залитию состояние определена экспертом в размере 44602 рублей.
Оснований сомневаться в правильности и объективности выводов эксперта у суда не имеется. Заключение составлено экспертом, имеющим соответствующее образование, опыт и стаж работы, с использованием технических данных, источников и специальной литературы; обосновано, мотивировано; сделано на основании непосредственного осмотра квартиры; а также содержит все обязательные требования к заключению специалиста, предусмотренные действующими на момент составления положениями Закона РФ «Об оценочной деятельности в РФ». Указанное заключение участвующими в деле лицами не оспорено.
На основании совокупности представленных доказательств суд приходит к выводу, что ФИО5, являясь собственником квартиры, не обеспечил исправность, надлежащее техническое состояние и использование внутриквартирного оборудования, что привело к заливу квартиры третьего лица.
Доводы ответчика о недостатках составленных актов о залитии квартиры, выразившихся в отсутствии ответчика при их составлении, суд считает несостоятельными.
Как указывает сам ответчик в возражениях на иск, согласно п. 152 «Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов», утвержденными Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 года №354, акт о залитии должен быть составлен исполнителем и подписан им не позднее 12 часов с момента обращения потребителя в аварийно-диспетчерскую службу. При невозможности подписания акта потребителем (или его представителем), в том числе по причине его отсутствия в занимаемом помещении, акт должен быть подписан помимо исполнителя 2 незаинтересованными лицами.
Однако ФИО5 в аварийно-диспетчерскую службу с заявлениями о составлении акта осмотра его квартиры не обращался, что подтверждено доводами письменной позиции директора управляющей компании и не оспаривалось самим ответчиком.
Копии составленных актов о залитии от 21.06.2023 года и 03.07.2023 года были вручены ФИО7 и ФИО3 (т. 1 л.д. 128, 130).
Ссылка возражения ответчика на отсутствие записи об обращении ФИО7 в журнале регистрации заявок по сантехнике не влечет недействительность составленных актов, поскольку в материалы дела представлены заявления ФИО7 о заливах, поданные непосредственно в управляющую компанию.
Суд отмечает, что недостатки при составлении актов о залитии не свидетельствуют ни об отсутствии фактов такового, ни об отсутствии вины ФИО5 в произошедших заливах.
При этом ссылка ответчика на недоказанность истцом факта залития квартиры ФИО7 по вине ФИО5 в период владения им квартирой не имеет правового значения для разрешения спора, поскольку из смысла положений норм статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для наступления деликтной ответственности в общем случае необходимы четыре условия: наличие вреда; противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда; причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом; вина причинителя вреда.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (ч. 2 ст. 15 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (ч. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Истцом представлены достаточные доказательства причинения ущерба третьему лицу в результате действий ответчика и их причинная связь, что подтверждено заключением судебной экспертизы.
Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствие его вины должен представить сам ответчик. Вместе с тем, ФИО5 таких доказательств суду не представил.
При этом в соответствии с Определением Конституционного Суджа Российской Федерации от 28.05.2009 года №581-О-О, положение ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающее на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым – на реализацию интересов потерпевшего, в силу чего как само по себе, так и в системной связи с другими положениями главы 59 ГК РФ не может расцениваться как нарушающее конституционные права граждан.
Поскольку АО «СОГАЗ» выплатило ФИО7 страховое возмещение, к нему перешло право требования возмещения ущерба с ФИО5
Доводы ответчика относительно его сомнений в факте заключения между истцом и ФИО7 договора страхования квартиры какими-либо доказательствами не подтверждены. Проведение осмотра объекта оценки перед заключением договора страхования является правом страховщика, при этом доказательств непроведения такого осмотра ответчик суду не представил. Указание в чеке о внесении страховой премии в размере 3000 рублей в качестве плательщика некого ФИО4 (т. 1 л.д. 101) не свидетельствует о неоплате ФИО7 страховой премии. В данном чеке фамилия ФИО7 также указана, копия чека заверена страховщиком и сомнений у суда не вызывает.
С учетом изложенного суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца в порядке суброгации ущерба, причиненного ФИО7 в результате залития принадлежащей ему квартиры.
Определяя размер подлежащего возмещению ущерба, суд исходит из определенной заключением эксперта <данные изъяты> ФИО2 № от 05.02.2025 года суммы 44 602 рублей, которая участвующими в деле лицами не оспорена.
Таким образом, иск АО «СОГАЗ» подлежит удовлетворению частично.
В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежат взысканию понесенные истцом по делу судебные расходы по оплате государственной пошлины (л.д. 6) пропорционально размеру удовлетворенных судом требований в сумме 1 538 рублей 06 копеек.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
иск АО «СОГАЗ» (ОГРН <***>) к ФИО5 (СНИЛС №) о возмещении ущерба в порядке суброгации удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО5 в пользу АО «СОГАЗ» 44602 (сорок четыре тысячи шестьсот два) рубля в счет возмещения ущерба в порядке суброгации.
В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.
Взыскать с ФИО5 в пользу АО «СОГАЗ» судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 538 (одной тысячи пятисот тридцати восьми) рублей 06 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Валуйский районный суд Белгородской области.
Судья:
<данные изъяты>
Судья: