К делу №2-2389/2025

УИД: 23RS0042-01-2025-002171-47

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Новороссийск 23 июня 2025 года

Приморский районный суд г. Новороссийска Краснодарского края

в составе судьи Рукавишникова Д.В.,

при секретаре Алиевой Ю.Ю.,

с участием помощника прокурора г. Новороссийск – Дорошенко В.Э.,

представителя истца ФИО1 – Баркова С.Н., представителя истца ФИО4 – Журавлевой Е.А.,

представителя ответчика Управления МВД России по г. Новороссийску – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО4 к ГУ МВД России по Краснодарскому краю, Управлению МВД России по г. Новороссийску Краснодарского края о недействительной служебной проверки и восстановлении на работе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО4 обратились в суд с исковым заявлением к ГУ МВД России по Краснодарскому краю, Управлению МВД России по г. Новороссийску Краснодарского края, о признании недействительным заключения служебной проверки в отношении ФИО1 и ФИО4 от <ДД.ММ.ГГГГ>, признании незаконными приказа Управления МВД России по городу Новороссийску <№> л/с от <ДД.ММ.ГГГГ> об увольнении ФИО1 с занимаемой должности младшего оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по городу Новороссийску и увольнении ФИО4 с занимаемой должности оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по городу Новороссийску в связи с совершением ими проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, восстановлении на службе в ранее занимаемых должностях, взыскании средней заработной платы с <ДД.ММ.ГГГГ> по дату издания приказа о восстановлении на работе, компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей в пользу ФИО1 и ФИО4 соответственно.

В обоснование иска ФИО1 сослался на то, что в органах внутренних дел он служил с <ДД.ММ.ГГГГ>, в замещаемой должности - младшего оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по <адрес> с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> За период прохождения службы в органах внутренних дел зарекомендовал себя положительно.

ФИО4 сослался на то, что в органах внутренних дел служил с <ДД.ММ.ГГГГ>, в замещаемой должности - оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по <адрес> с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> За период прохождения службы в органах внутренних дел зарекомендовал себя положительно.

В декабре <ДД.ММ.ГГГГ> в отношении ФИО1 и ФИО4 силами Управления МВД России по <адрес> в соответствии с резолюцией врио начальника ГУ МВД России по <адрес> генерал-майора полиции <ФИО6 начато проведение служебной проверки обстоятельствам, указанным в спецсообщении <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>) о возбуждении уголовного дела <№> по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> в отношении ФИО1 и ФИО4

Указанное заключение служебной проверки послужило правовым основанием к увольнению ФИО1 и ФИО4 с занимаемых должностей оперуполномоченных оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по <адрес>, о чем издан приказ Управления МВД России по городу Новороссийску <№> л/с от <ДД.ММ.ГГГГ> – об увольнении ФИО1 с занимаемой должности младшего оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по городу Новороссийску и увольнении ФИО4 с занимаемой должности оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по городу Новороссийску по основанию, предусмотренному п.9 ч.3 ст.82 ФЗ от 30 ноября 2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», то есть, в связи с совершением проступка порочащего честь и достоинство сотрудника органов внутренних дел.

Истцы ФИО1 и ФИО4, выражая свое несогласие с выводами, изложенными в заключении служебной проверки, а также основаниями, послужившими к их увольнению, указали следующее.

Так, предметом служебной проверки являлись обстоятельства установления и задержания в вечернее время <ДД.ММ.ГГГГ> оперуполномоченными ФИО1 и ФИО4 у <адрес> гражданина <ФИО7 и его дальнейшее привлечение к административной ответственности, предусмотренной ч.1 ст.6.9 и ч.1 ст.19.3 КоАП РФ с назначением Приморским районным судом <адрес> наказания в виде административного ареста сроком на 3 суток, дальнейшее привлечение к уголовной ответственности <ФИО7 путем вынесения в отношении последнего <ДД.ММ.ГГГГ> Приморским районным судом <адрес> приговора в соответствии с которым <ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ с назначением наказания в виде 3 лет лишения свободы условно с испытательным сроком на 3 года, а также конфликтной ситуации с участием <ФИО7, его сожительницы <ФИО8, имевшей место в вечернее время <ДД.ММ.ГГГГ> на территории Центрального отдела полиции (<адрес>) в момент конвоирования административно-задержанного <ФИО7 оперуполномоченными ФИО1 и ФИО4

Истцы настаивали, что обстоятельства, ставшие предметом проведения служебной проверки, о чем составлено заключение от <ДД.ММ.ГГГГ> полностью идентичны обстоятельствам, ставшими предметом расследования уголовного дела <№> в СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> возбужденного по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «г», «е» ч.3 ст.286 УК РФ в отношении ФИО1 и ФИО4

Учитывая данное обстоятельство, полагали, что поскольку итоговое процессуальное решение по уголовному делу на момент их увольнения не принято, по делу проводится предварительное расследование, их вина в инкриминируемых преступлениях не установлена вступившим в силу приговором суда, то и решение об их увольнении является преждевременным и соответственно не основанном на законе.

Кроме того, истцами указывалось на неполноту материалов служебной проверки, на основании которых руководством УМВД России по <адрес> вынесено оспариваемое заключение служебной проверки от <ДД.ММ.ГГГГ>, что соответственно повлекло заведомо неправильные выводы.

Указывали на тот факт, что должностными лицами, проводившими служебную проверку, не приняты во внимание сведения, изложенные в объяснениях ФИО1 и ФИО4, относительно обстоятельств, имевших место в вечернее время <ДД.ММ.ГГГГ> на территории Центрального отдела полиции (<адрес>), в момент конвоирования ими административно-задержанного <ФИО7, а именно, незаконное препятствование их законной деятельности со стороны сожительницы <ФИО7 – <ФИО8, путем преграждения помещению его в служебный автомобиль, провоцирования конфликтной ситуации, повлекшей якобы нанесение <ФИО8 не менее одного удара рукой в область кисти со стороны истца – <ФИО3, высказываниям <ФИО8 и <ФИО7 предложений коррупционного характера, направленных на увод последнего от уголовной ответственности, предусмотренной ст.228 УК РФ, за денежное вознаграждение в размере 1.000.000 рублей, признание виновным <ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ в соответствии с приговором Приморского районного суда <адрес> от <ДД.ММ.ГГГГ> по делу <№>, как результат служебной деятельности истцов, которые стали инициаторами выявления противоправных действий <ФИО7 и имели процессуальный статус свидетелей по данному уголовному делу, и как следствие основание оговора их со стороны <ФИО7 и <ФИО8

Настаивали на том, что сведения, изложенные в постановлении о возбуждении уголовного дела и как следствие в заключении служебной проверки, основаны исключительно лишь на показаниях, заинтересованных в исходе дела лиц - <ФИО7 и <ФИО8 и их интерпретации имевших место событий.

Кроме того, ФИО1 и ФИО4. указывали на то, что в заключении служебной проверки от <ДД.ММ.ГГГГ> изложены лишь обстоятельства, выборочно взятые следователем, как выгодные для необоснованного их обвинения, то есть в нарушение части 3 статьи 52 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» ответчиком при проведении служебной проверки не приняты надлежащие меры по объективному и всестороннему установлению фактов и обстоятельств совершения истцами проступка, их вины, причин и условий, способствовавших совершению действий и вменяемых им в качестве проступка, порочащего часть сотрудника органов внутренних дел, последствий совершения этих действий.

Истцы ФИО1 и ФИО4 и их представители адвокаты Барков С.Н. и Журавлева Е.А., просили исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО5, действующая на основании доверенности, против удовлетворения заявленных требований возражала. Поддержала представленные в дело возражения, считает увольнение истцов законным и обоснованным.

Прокурор, участвующий в деле, Дорошенко В.Э. полагала, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Выслушав стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

По смыслу статьи 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 32 (часть 4), 72 (пункт «б» части 1) и 114 (пункт «е»), служба в органах внутренних дел Российской Федерации, посредством прохождения которой граждане реализуют свое право на труд, представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что лица, которые проходят службу в органах внутренних дел, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их специальный правовой статус (совокупность прав и свобод, гарантируемых государством, а также обязанностей и ответственности), содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанности по отношению к государству (постановления от 26 декабря 2002 г. N 17-П, от 23 апреля 2004 г. N 9-П, от 15 июля 2009 г. N 13-П и от 21 марта 2014 г. N 7-П).

Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 1995 г. N 7-П, от 18 марта 2004 г. N 6-П и от 21 марта 2014 г. N 7-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 г. N 460-О, от 16 апреля 2009 г. N 566-О-О и от 25 ноября 2010 г. N 1547-О-О).

В силу п.9 ч.3 ст.82 Федерального закона о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации (Определение Конституционного Суда РФ от 17 февраля 2015 г. N 278-О, Определение Конституционного Суда РФ от 24 октября 2013 г. N 1545-О) возможность увольнения со службы сотрудника органов внутренних дел, более не отвечающего указанным требованиям, предопределена необходимостью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые ими на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка.

В силу п.12 ч.1 ст.12 Федерального закона от 30 ноября 2011 № 342-ФЗ сотрудник органов внутренних дел обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными органами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника.

Гражданин, поступающий на службу в органы внутренних дел, и сотрудник органов внутренних дел при заключении контракта обязуются выполнять служебные обязанности в соответствии с должностным регламентом (должностной инструкцией) и соблюдать ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также внутренний служебный распорядок федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа, подразделения (ч.3 ст.21 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. №342-Ф3).

Согласно ч. 4 ст. 7 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. № З-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

Положения п.2 ч.1 ст.13 Федерального закона от 30 ноября 2011 N 342-ФЗ установлено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции, что обусловлено повышенными репутационными требованиями к сотрудникам органов внутренних дел как носителям публичной власти и возложенной на них обязанностью по применению в необходимых случаях мер государственного принуждения и ответственностью, с которой связано осуществление ими своих полномочий.

В силу п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. №342-Ф3 контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Из содержания приведенных норм следует, что в случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним - расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел. (п. 16 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прохождением службы федеральными государственными служащими (сотрудниками органов внутренних дел, сотрудниками органов уголовно-исполнительной системы, сотрудниками Следственного комитета Российской Федерации, сотрудниками иных органов, в которых предусмотрена федеральная государственная служба), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15 ноября 2017).

Для решения вопроса о законности увольнения сотрудника органов внутренних со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, то есть по п. 9 ч. 3 ст. 82 ФЗ от 30 ноября 2011 № 342-ФЗ, юридически значимым обстоятельством является установление факта совершения сотрудником органов внутренних дел действий, подрывающих деловую репутацию и авторитет органов внутренних дел, нарушающих требования к поведению сотрудника при осуществлении служебной деятельности и во внеслужебное время, а также требований по соблюдению профессионально-этических принципов, нравственных правил поведения, закрепленных приведенными выше положениями нормативных актов. (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2019 №-КГ19-1.)

Как достоверно установлено в судебном заседании, подтверждается материалами дела, ФИО1 с <ДД.ММ.ГГГГ>г. занимал должность младшего оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по <адрес> согласно приказу от <ДД.ММ.ГГГГ>г. <№> л/с.

ФИО4 с <ДД.ММ.ГГГГ>г. занимал должность оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по <адрес> согласно приказу от <ДД.ММ.ГГГГ>г. <№> л/с.

<ДД.ММ.ГГГГ><адрес> начальника Управления МВД России по <адрес> полковником полиции <ФИО11 на основании резолюции врио начальника ГУ МВД России по <адрес> <ФИО6 на рапорте начальника УУР ГУ МВД России по <адрес> <ФИО12 начато проведение служебной проверки по факту обстоятельств, указанных в спецсообщении (<ДД.ММ.ГГГГ> от <ДД.ММ.ГГГГ>г.) о возбуждении уголовного дела <№> по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «г», «е» ч.3 ст.286 УК РФ, в отношении оперуполномоченных ОСО УР Управления МВД России по <адрес> <ФИО2 и <ФИО3

По результатам проведенной служебной проверки Врио начальника ГУ МВД России по <адрес> <ФИО6 утверждено заключение служебной проверки от <ДД.ММ.ГГГГ>г., в соответствии с которым сделан вывод о том, что сведения о неправомерных действиях оперуполномоченных ФИО1 и ФИО4 считать подтвердившимися, их вину в совершении проступка, порочащего честь сотрудника внутренних дел установленной.

За нарушение требований ч.4 ст.7 ФЗ от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции», подп. 1, 2, 12 ч. 1 ст. 12, подп. 1, 2, 7 ч. 1 ст.13 ФЗ от <ДД.ММ.ГГГГ> №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации», выразившиеся в совершении действий, вызывающих сомнения в беспристрастности, объективности и справедливости сотрудника полиции, наносящих ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел в целом, прямо противоречащих целям, задачам и функциям органов внутренних дел, принято решение об увольнении со службы в органах внутренних дел оперуполномоченного ОСО УР УМВД России по <адрес> ФИО4 и младшего оперуполномоченного ОСО УР УМВД России по <адрес> <ФИО2 по основанию, предусмотренному п. 9 ч. 3 ст. 82 ФЗ от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации», то есть, в связи с совершением проступка порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Указанное заключение служебной проверки послужило правовым основанием к увольнению ФИО1 и ФИО4 с занимаемых должностей оперуполномоченных оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по <адрес>, о чем издан приказ Управления МВД России по городу Новороссийску <№> л/с от <ДД.ММ.ГГГГ>

По ходатайству истцов в целях объективности и установления истины судом в СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> истребованы и исследованы в судебном заседании заверенные копии материалов уголовного дела <№> в отношении ФИО1 и ФИО4 в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты>.

Исследование указанных материалов показало, что заключение служебной проверки от <ДД.ММ.ГГГГ> и увольнение истцов по ее результатам имели место после вынесения уполномоченным должностным лицом постановления о возбуждении в отношении ФИО1 и ФИО4 уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «г», «е» ч.3 ст.286 УК РФ. При этом вывод о совершении заявителями проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, основан в том числе на версии следственного органа, изложенной в постановлении о возбуждении уголовного дела.

Кроме того, в судебном заседании исследованы приговор Приморского районного суда <адрес> от <ДД.ММ.ГГГГ> по делу <№> в отношении <ФИО7 признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, копия протокола судебного заседания по данному уголовному делу, а также заверенные копии постановления о возбуждении уголовного дела <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> в отношении ФИО1 и ФИО4 по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «г», «е» ч.3 ст.286 УК РФ, постановления о возбуждении уголовного дела <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> в отношении <ФИО2 и <ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>, допросов в качестве подозреваемых ФИО1 и ФИО4 от <ДД.ММ.ГГГГ>, допросов в качестве обвиняемых ФИО1 и ФИО4 от <ДД.ММ.ГГГГ>, дополнительного допроса в качестве обвиняемого <ФИО2 от <ДД.ММ.ГГГГ> и дополнительного допроса в качестве обвиняемого ФИО4 от <ДД.ММ.ГГГГ>, постановления о привлечении в качестве обвиняемых ФИО1 и ФИО4, допросов в качестве потерпевшей <ФИО8 и <ФИО7, заключения судебно-медицинских экспертиз в отношении потерпевших <ФИО8 и <ФИО7, заключение эксперта № ЮФ 2/198-24 от <ДД.ММ.ГГГГ> судебной фоноскопической экспертизы, заключение эксперта № ЮФ 2/199-24 от <ДД.ММ.ГГГГ> судебной лингвистической экспертизы истребованные в СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес>.

Исследование представленных сторонами доказательств, материалов служебной проверки, заверенных копий материалов уголовного дела <№> в отношении <ФИО2 и <ФИО3, иные письменные доказательства позволили суду прийти к следующим объективным выводам.

Так, оперуполномоченным Управления МВД России по <адрес> ФИО4 и ФИО1 инкриминируется совершение противоправных действий в отношении конвоируемого ими административно-задержанного <ФИО7 и его сожительницы <ФИО8, выразившихся в использовании в своих речевых оборотах слов грубой нецензурной брани, противоречащих принятым в обществе нормам нравственности и морали, угроз применения насилия, а также в применении физического насилия к <ФИО8

Указанные обстоятельства, как следует из постановления о возбуждении уголовного дела происходили в период времени с 21 часа 30 минут <ДД.ММ.ГГГГ> по 00 часов 30 минут <ДД.ММ.ГГГГ> на участке местности, расположенном вблизи административного здания отдела полиции (<адрес>) Управления МВД России по <адрес> по адресу: <адрес>, <№>.

Таким образом, ФИО4 и ФИО1 инкриминируется превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, совершенное с угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, из корыстной заинтересованности.

Вынесение указанного выше постановления о возбуждении уголовно дела в СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> и его предоставление в Управление МВД России по <адрес> послужило основанием к началу проведения служебной проверки изложенных в постановлении обстоятельств.

Так, <ДД.ММ.ГГГГ> оперуполномоченными ОСО УР УМВД России по <адрес> ФИО1 и ФИО4 у <адрес> в <адрес> задержан гр. <ФИО7, который на законных основаниях привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч.1 ст.6.9 и ч.1 ст.19.3 КоАП РФ с назначением Приморским районным судом <адрес> наказания в виде административного ареста сроком на 3 суток, а в последующем признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ в соответствии приговором Приморского районного суда <адрес> от <ДД.ММ.ГГГГ> с назначением наказания в виде 3 лет лишения свободы условно с испытательным сроком на 3 года.

При этом, <ДД.ММ.ГГГГ> после фактического задержания <ФИО7 оперуполномоченный ФИО4 осуществлял оформление административного материала в отношении <ФИО7 и его задержание в связи с совершением последним административного правонарушения, предусмотренного ст.6.9 КоАП РФ, и последующее конвоирование совместно с ФИО1 к месту содержания в отдел полиции (<адрес>) Управления МВД России по <адрес> для помещения в камеру административно-задержанных.

После фактического задержания <ФИО7 <ДД.ММ.ГГГГ> и обнаружении при нем в ходе его досмотра наркотического средства от последнего в адрес сотрудников полиции ФИО1 и ФИО4 поступило предложение коррупционного характера о передаче им денежного вознаграждения в сумме 1000000 руб. за не привлечение <ФИО7 к предусмотренной уголовной ответственности по признакам преступления, предусмотренного ст.228 УК РФ.

ФИО1 и ФИО4 не предприняли в установленном порядке мер к незамедлительному документированию факта незаконного коррупционного предложения <ФИО7, полагая, что поскольку тот на момент данных высказываний находился в состоянии наркотического опьянения и в последующем отказался бы от своих намерений.

Однако в последующем, <ДД.ММ.ГГГГ> и <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО7 уже при непосредственном участии своей сожительницы - <ФИО8 продолжили высказывать в адрес ФИО1 и ФИО4 предложения коррупционной направленности, настаивая на своем предложении, что подтверждается в том числе инициативными аудиозаписями разговоров осуществленными <ФИО8 в период ее непосредственного общения с ФИО1 и ФИО4 в менты их общения в указанный период времени.

Указанные аудиозаписи, ставшие в последующем предметом проведенных по уголовному делу судебных фоноскопической и лингвистической экспертиз (заключение эксперта № ЮФ 2/198-24 от <ДД.ММ.ГГГГ> судебной фоноскопической экспертизы, заключение эксперта № <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> судебной лингвистической экспертизы истребованные в СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес>), исследованные в судебном заседании, показали, что <ДД.ММ.ГГГГ> в ходе состоявшегося разговора между <ФИО8 и ФИО1 и ФИО4 в период конвоирования ими административно-задержанного <ФИО7 находясь на территории отдела полиции (<адрес>) Управления МВД России по <адрес>, сообщали <ФИО7, что по факту обнаружения у него наркотического средства будет принято решение в соответствии с действующим законодательством, отказывая ему в его предложении.

Кроме того, суд принимает во внимание то обстоятельство, что <ДД.ММ.ГГГГ> в дневное время, то есть до событий, состоявшихся в тот же день, в период времени с 21 часа 30 минут <ДД.ММ.ГГГГ> по 00 часов 30 минут <ДД.ММ.ГГГГ> на территории отдела полиции <адрес>, сотрудниками полиции ФИО1 и ФИО4 уже передано в экспертно-криминалистический отдел Управления МВД России по <адрес> постановление о назначении физико-химической экспертизы вместе с изъятым в ходе досмотра у <ФИО7 порошкообразным веществом.

Изложенное свидетельствует об отсутствии фактической возможности у ФИО1 и ФИО4 каким-либо образом повлиять на результаты физико-химической экспертизы в отношении изъятого у <ФИО7 вещества непосредственно в его интересах, то есть тем самым согласится на поступившее от него предложение коррупционного характера.

При этом, заслуживает внимания позиция истцов, которые утверждают о намерении выявить преступление, предусмотренное ст.291 УК РФ (как дача взятки).

Также суд соглашается с позицией истцов о том, что и <ФИО7 и <ФИО8 заинтересованы в исходе дела, в связи с чем, суд критически оценивает их утверждения в отношении истцов исходя из разъяснений содержащихся в п.3.1 Постановления Конституционного суда РФ <№>-П от <ДД.ММ.ГГГГ> о прямой заинтересованности в исходе уголовного дела.

Таким образом, учитывая установленные обстоятельства в данном случае в действиях ФИО1 и ФИО4 формально бы усматривались признаки преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ, то есть покушение на мошенничество, в крупном размере, в соответствии с примечанием к ст.158 УК РФ. Однако совокупность исследованных доказательств указывает на наличие обстоятельств, исключающих преступность деяния, а именно совершение оперуполномоченными ФИО9 и ФИО4 действий, направленных на выявление и документирование коррупционного правонарушения со стороны <ФИО7 и <ФИО8, однако ввиду того, что со стороны последних не предпринималось конкретных действий, ФИО1 и ФИО4 отказались в дальнейшем документировать в установленном порядке данные обстоятельства, что так же свидетельствует и о добровольном отказе от совершения преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ в действиях ФИО1 и ФИО4 и у суда не вызывает сомнений данный факт.

Обстоятельства использования истцами нецензурной лексики объясняется как способ завуалировать свое намерение выявить событие преступления, предусмотренного ст.291 УК РФ, судом принимается, при этом необходимо учесть, что данные действия образуют административную ответственность, предусмотренную ч.1 ст.5.61 КоАП РФ.

При этом, суд критически оценивает данные обстоятельства как состав преступления, предусмотренный ст.286 УК РФ.

Кроме того, из выводов заключения эксперта судебно-медицинской экспертизы <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО8 следует, что у последней обнаружены повреждения в виде кровоподтеков левой кисти. Вышеуказанные повреждения образовались от не менее одного воздействия тупого твердого предмета, не отобразившего своих индивидуальных свойств, возможно в срок <ДД.ММ.ГГГГ>, не повлекшие за собой кратковременного расстройства здоровья, и расцененные как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Из выводов заключения эксперта судебно-медицинской экспертизы <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> судебно-медицинской экспертизы <ФИО7 следует, что у последнего обнаружены повреждения в виде кровоподтека правого плеча, ссадин коленных суставов, образовались от действия тупых твердых предметов, не отобразивших своих индивидуальных свойств, в срок <ДД.ММ.ГГГГ>

Кроме того, обнаружены повреждения в виде ссадин левого лучезапястного сустава, которые возникли от действия тупогранных предметов – элементов специальных средств (наручников).

Вышеуказанные повреждения, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья, и расценены как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Исследование вышеуказанных заключений судебно-медицинских экспертиз, позволяет суду прийти к выводу о том, что позиция ФИО1 и ФИО4 относительно обстоятельств конфликта имевшего место <ДД.ММ.ГГГГ> на территории отдела полиции (<адрес> с <ФИО8 в период конвоирования административно-задержанного <ФИО7 полностью согласуется с материалами дела в части правомерного применения физической силы <ФИО3 в отношении <ФИО7 путем натягивания цепочки надетых на нем наручников в целях освобождения от удерживающих объятий <ФИО8 и принудительного помещения в служебный автомобиль, что соответствовало требованиям положений п.3 ч.1 ст.20 ФЗ «О полиции» в данной конкретной обстановке.

Оценивая доводы истцов, ответчиков суд учитывает наличие в отношении ФИО1 и ФИО4 двух постановлений о возбуждении уголовных дел по признакам преступлений, предусмотренных п.п. «а», «г», «е» ч.3 ст.286 УК РФ и ч.3 ст.30, п. «а», «б», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, которые на момент рассмотрения данного дела в суде о восстановлении в трудовых отношениях, надзирающим прокурором признаны обоснованными и законными, на чем и акцентирует внимание суда участвующий в судебном заседании прокурор.

Вместе с тем, оценивая доводы истцов о правомерности их действий при конвоировании <ФИО7 и не регистрации рапорта о приготовлении <ФИО7 и <ФИО8 к даче взятки, с учетом нахождения в наркотическом опьянении суд расценивает как заслуживающие внимание, а в части применения физической силы суд так же учитывает положения п.3 ч.1 ст.20 ФЗ «О полиции», закрепляющим за сотрудником полиции право применения силы для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, в противном случае <ФИО8 могла достичь цели побега <ФИО7 из под административного ареста, что нельзя было допустить, поскольку в указанный период времени <ФИО7 являлся опасным для общества.

При этом, суд отмечает, что процедура увольнения осуществлена в соответствии с требованиями закона. Срок и порядок проведения служебной проверки не нарушен. Процедура проведения проверки была осуществлена в соответствии с действующим законодательством, в том числе с Приказом МВД России от <ДД.ММ.ГГГГ> <№> «Об утверждении Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации».

Нарушений процедуры проведения проверки в ходе судебного разбирательства не установлено. И никаких доказательств, свидетельствующих о нарушении процедуры проведения служебной проверки в нарушение ст.56 ГПК РФ истцами суду представлено не было.

Доводы истцов о том, что причиной их увольнения явился факт возбуждения в отношении них уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «г», «е» ч.3 ст.286 УК РФ, осуществление уголовного преследования, находят свое подтверждение, при этом суд учитывает тот факт, что при правомерном применении физической силы для конвоирования, истцы не уведомили руководителя УМВД России по <адрес>, а также не известили о приготовлении <ФИО7 и <ФИО8 к даче взятки. Вместе с тем, довод истцов о нахождении <ФИО7 в момент первичного сообщения в состоянии наркотического опьянения, суд считает состоятельным.

Причиной увольнения сотрудника органов внутренних дел по основанию, предусмотренному п.9 ч.3 ст.82 Федерального закона от <ДД.ММ.ГГГГ> №342-ФЗ, является проступок, умаляющий авторитет органов внутренних дел и противоречащий требованиям, предъявляемым к сотрудникам, - независимо предусмотрена ли за данное деяние административная либо уголовная ответственность. (Определения Конституционного Суда РФ от <ДД.ММ.ГГГГ> <№>-О, от <ДД.ММ.ГГГГ> <№>-О).

Оценив в совокупности представленные по делу доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований как в части признания незаконным приказа об увольнении, и восстановлении на службе, так и признании недействительным заключения служебной проверки, до момента принятия по уголовному делу решения о реабилитации истцов.

В данном случае суд устанавливает взаимосвязь между версией следственного органа о совершении истцами противоправных действий и образовании тем самым проступка.

В случае, если за истцами будет признано право на реабилитацию, данное решение подлежит пересмотру в порядке ст.392 ГПК РФ по вновь открывшимся обстоятельствам, так как положениями ч.1 ст.133 УПК РФ предусмотрена процедура восстановления реабилитированного лица в трудовых отношениях.

Поскольку в удовлетворении требований об отмене приказа об увольнении и восстановлении на службе отказано, то оснований для взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула, а также компенсации морального вреда не имеется.

Принимая такое решение, суд также исходит из того, что в настоящее время версия изложенная в постановлениях о возбуждении уголовных дел по признакам преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ, является актуальной, указанные постановления не отменены, уголовное преследование не прекращено, право на реабилитацию не разъяснено истцам, поскольку версия следственного органа и инкриминируемый проступок ФИО1 и ФИО4, связаны единой правовой природой.

На основании изложенного, руководствуясь ст.123 Конституции РФ, ст.ст.12,56 ГПК РФ, разъяснениям, содержащимся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» от <ДД.ММ.ГГГГ>, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ

В удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО4 к ГУ МВД России по <адрес>, Управлению МВД России по городу <адрес>, о признании недействительным заключения служебной проверки в отношении ФИО1 и ФИО4 от <ДД.ММ.ГГГГ>, признании незаконными приказа Управления МВД России по городу Новороссийску <№> л/с от <ДД.ММ.ГГГГ> об увольнении, восстановлении на службе ФИО1 в должности младшего оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по городу Новороссийску и ФИО4 в должности оперуполномоченного оперативно-сыскного отделения уголовного розыска Управления МВД России по городу Новороссийску, взыскании средней заработной платы с <ДД.ММ.ГГГГ> по дату издания приказа о восстановлении на работе, компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей в пользу ФИО1 и ФИО4 соответственно, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Приморский районный суд г. Новороссийска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме

Судья Д.В. Рукавишников

Мотивированная часть решения изготовлена 26.06.2025г.