76RS0011-01-2022-001696-93
Дело № 2-68/23
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 мая 2023 г. г. Углич
Угличский районный суд Ярославской области в составе:
председательствующего судьи Мароковой Т.Г.,
при секретаре Агафоновой М.Ю.,
с участием прокурора Сидоровой А.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 , ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП, взыскании расходов на лечение, судебных расходов,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП, расходов на лечение, судебных расходов. Указал, что ДД.ММ.ГГГГ у <адрес> произошло ДТП: наезд автомобиля <данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением ФИО2 на ФИО1, переходившего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу. По данному факту возбуждено уголовное дело по ст. 264 ч. 1 УК РФ, по которому ФИО1 признан потерпевшим. Автогражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП застрахована не была. В результате аварии истец был госпитализирован в ГУЗ ЯО «Угличская ЦРБ», ему были диагностированы повреждения: <данные изъяты>. ФИО1 находился на стационарном лечении до 04.09.2020 г., на амбулаторном без допуска в труду до 13.01.2021 г. С даты травмы до 31.08.2020 г. в предоперационный период был полностью обездвижен, производилось вывешивание конечности, 31.08.2020 г. проведена операция остеосинтеза, внутрь кости ноги вставлен металлический стержень с сопутствующими манипуляциями. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта причиненный вред здоровью относится к тяжкому вреду. В связи с причинением физических и нравственных страданий в результате действий ФИО2 истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 4000000 руб., расходы на лекарства 5368 руб., расходы по оплате автотехнической экспертизы 36721 руб. и по оформлению иска 1500 руб.
Установлено, что на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ транспортное средство <данные изъяты> было зарегистрировано на ФИО4 Согласно договору купли-продажи от 31.08.2020 г. ФИО4 продал указанный автомобиль ФИО3 – гражданской жене ФИО2
10.03.2023 г. в суд от истца ФИО2 поступило уточненное исковое заявление, в котором требования предъявляются к ответчикам ФИО2, ФИО3 и ФИО4 и истец просит взыскать с надлежащего ответчика (ответчиков) компенсацию морального вреда, причиненного в результате ДТП, связанного с повреждением здоровья в сумме 400000 руб., возмещение расходов на лекарства в сумме 5368 руб., расходы по составлению иска 1500 руб. и расходы на проведение экспертизы в размере 36721 руб.
В судебном заседании от 16.03.2023 г. истец ФИО1 отказался от исковых требований, заявленных к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о взыскании с надлежащего ответчика (ответчиков) расходов на лекарства в сумме 5368 руб. и расходов по проведению экспертизы в сумме 36721 руб. Просил производство по делу в данной части прекратить. Отказ был принят судом, о чем вынесено соответствующее определение.
Истец ФИО1 и его представитель – адвокат Слесаренко А.В. исковые требования о компенсации морального вреда в сумме 400000 руб. и взыскании судебных расходов в размере 1500 руб. поддержали по изложенным в иске основаниям. При этом, истец пояснил, что до настоящего времени травма его беспокоит, рекомендовано пройти медикаментозное лечение. Считает, что при переходе проезжей части по нерегулируемому пешеходному переходу ПДД не нарушал, соответственно в его действиях отсутствует грубая неосторожность. Полагает, что оснований для снижения размера морального вреда, с учетом материального положения ответчика ФИО2, не имеется.
Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещены.
Представитель ответчика ФИО2 – по доверенности ФИО5 исковые требования признал частично, считает, что поскольку вина в произошедшем ДТП, ФИО2 не установлена, напротив, со стороны истца допущена грубая неосторожность, поскольку он выбежал на пешеходный переход, разумный размер компенсации морального вреда при таких обстоятельствах признают в сумме 30000 руб., также признал судебные расходы в сумме 1500 руб. Кроме того, представитель ответчика пояснил, что законным владельцем на момент ДТП ФИО2 считает себя, так как приобрел <данные изъяты>, г.р.з. №, у ФИО4 до ДТП – в 2018 г., на учет транспортное средство не ставил, поскольку не выплатил за него полную стоимость продавцу. В последующем в 2021 г. был составлен договор купли-продажи на имя сожительницы ФИО2 - ФИО3, так как в это время ФИО2 подал заявление в Арбитражный суд о признании его банкротом, и не мог поставить на учет автомобиль на свое имя.
Представитель ответчика ФИО4 – адвокат Ходанович А.Л. исковые требования не признала, указав на то, что последний не может являться надлежащим ответчиком по делу, так как продал спорный автомобиль ФИО2 в 2018 г. Дала аналогичные пояснения по факту продажи транспортного средства, что и представитель ответчика ФИО5 Считает, что в действиях пешехода имела грубая неосторожность, которую необходимо учитывать при определении размера компенсации морального вреда.
Представитель третьего лица ОГИБДД ОМВД России по Угличскому району в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещен.
Заслушав истца, его представителя, представителей ответчиков ФИО2 и ФИО4, учитывая мнение прокурора, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1
В судебном заседании установлено, что 20.08.2020 г. произошло ДТП с участием автомобиля марки <данные изъяты>, г.р.з. №, под управлением ФИО2, который совершил наезд на пешехода ФИО1
В результате данного ДТП истец получил телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, что подтверждается экспертным заключением № 548а от 28.10.2020 г. (л.д. 99-100) и выпиской из медицинской карты стационарного больного (л.д. 12-13), а именно следующие телесные повреждения: <данные изъяты>.
В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
На основании статьи 1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
В соответствии с п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случае, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует, что моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.
В пункте 35 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что владелец источника повышенной опасности, из обладания которого этот источник выбыл в результате противоправных действий другого лица, при наличии вины в противоправном изъятии несет ответственность наряду с непосредственным причинителем вреда - лицом, завладевшим этим источником, за моральный вред, причиненный в результате его действия. Такую же ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности - транспортным средством, несет его владелец, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий.
Риск наступления гражданской ответственности ФИО2 на момент ДТП застрахован не был. Однако, учитывая пояснения представителя ответчика ФИО2, ответчика ФИО4, что фактически автомобиль <данные изъяты>, г.р.з. №, был продан ФИО4 управлявшему им в момент ДТП лицу, т.е. ФИО2 в 2018 г., суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по делу является ФИО2 При этом, одно лишь основание, что ФИО4 не снял своевременно автомобиль с учета после продажи, не может свидетельствовать о том, что он должен нести гражданско-правовую ответственность по данному спору. На момент ДТП 20.08.2020 г. ФИО3 автомобилем не управляла, транспортное средство оформлено на нее не было, соответственно она не может быть ответчиком по делу.
Из разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается.
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Постановлением следователя СО ОМВД России по Угличскому району от 27.01.2023 г. уголовное дело в отношении ФИО6 по ч. 1 ст. 264 УК РФ прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления.
Из указанного постановления следует, что в рамках возбужденного в отношении ФИО2 уголовного дела назначались трасологические экспертизы.
18.08.2021 г. получено заключение эксперта № 1136/2-1-13.1, из которого следует, что в сложившейся дорожной ситуации у водителя автомобиля <данные изъяты> отсутствовала техническая возможность путем своевременного снижения скорости остановить автомобиль в пределах расстояния удаления и этим предотвратить наезд на пешехода. Исходя из этого, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> несоответствия требованиям п. 10.1 абз. 2 и п. 14.1 ПДД экспертом не усматривается. Действия водителя а/м <данные изъяты> в сложившейся дорожной ситуации не состояли в причинной связи с фактом наезда на пешехода.
11.05.2022 г. получено заключение эксперта № 1546/22, из которого следует: исследованием объективной информации, имеющейся в материалах уголовного дела и полученной в ходе исследования трасологических признаков, установлено, что место наезда автомобиля <данные изъяты> на пешехода ФИО1 находится на правой стороне проезжей части автодороги в зоне нерегулируемого пешеходного перехода на уровне тротуара на расстоянии (в продольном плане) 2.7 м до угла здания № по <адрес> (расстояние до тормозного следа около 1.0 м) и на расстоянии (в поперечном плане) около 1.8 м от правого края проезжей части (иллюстрация 23).
Исследованием установлено, что непосредственно в момент наезда на пешехода ФИО1 автомобиль <данные изъяты>, г.р.з №, двигался с фактической величиной скорости, находящейся в диапазоне 59-61 км/ч (наиболее вероятная величина фактической скорости составляла 59.4 км/ч), а пешеход ФИО1 двигался с величиной скорости 6.0-7.0 км/ч (наиболее вероятная величина фактической скорости составляла 7.0км/ч). Следует отметить, что использованная методика не позволяет экспертным путём установить точное значение фактической скорости транспортного средства и пешехода непосредственно в момент фронтального наезда. Но с помощью этой методики, основываясь на объективной информации, определяется диапазон величин скорости, в котором находится фактическая величина скорости автомобиля и пешехода в момент наезда, и этого вполне достаточно следователю (суду) для оценки действий участников дорожно-транспортного происшествия.
Технический анализ дорожно-транспортной ситуации показывает, что в рассматриваемом событии, в целях обеспечения безопасности движения, водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 должен был руководствоваться требованиями части 1 пункта 10.1 и пунктов 10.2, Правил дорожного движения Российской Федерации, с учётом общих требований пунктов 1.3, 1.5 ПДД РФ, руководствуясь основными понятиями и терминами, приведёнными в пункте 1.2 ПДДРФ. Действия пешехода ФИО1, при пересечении проезжей части автодороги в условиях происшествия, регламентируются требованиями Главы 4 «Обязанности пешеходов» пунктов 4.3, 4.5 ПДД РФ, с учётом требования пунктов 1.3, 1.5 Правил. Остальные требования Правил не содержат технического аспекта, то есть не входят в компетенцию автотехнической экспертизы и поэтому экспертом не рассматриваются, как выходящие за пределы его компетенции.
Оценивая фактические действия пешехода ФИО1 следует считать, что его действия в рассматриваемом событии не соответствовали требованиям пунктов 1.3, 1.5, 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: 1.3 – являясь участником дорожного движения (пешеходом) не соблюдал пункты Правил, приведённых ниже; 1.5 – создал опасность для движения водителю автомобиля и причинил себе вред; 4.5 – в границах нерегулируемого пешеходного перехода вышел на проезжую часть дороги перед приближающимся автомобилем, не убедившись в безопасности перехода. Проведённое исследование и анализ дорожной обстановки по месту ДТП показывает, что ФИО2 вёл автомобиль <данные изъяты> по своей половине проезжей части с величиной скорости разрешённой в населённом пункте, опасности никому не создавал, а с момента возникновения опасности (выхода пешехода на проезжую часть) не имел технической возможности остановить автомобиль до линии движения пешехода ФИО1 Поэтому следует считать, что в действиях водителя ФИО2 несоответствий требованиям пунктов Правил не усматривается.
Исследованием с достаточной точностью, которая позволяет утверждать установлено, что неравенство Sa=18.3 m?So= 34.6 м не выполняется. А это означает, что у водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО2 не было технической возможности, с момента выхода пешехода ФИО1 на проезжую часть, снижением скорости остановить автомобиль до линии движения пешехода, так как удаление автомобиля от места наезда составляло 18.3 м, а для остановки автомобиля требовалось 34.6 м.
Исследованием установлено, что развитие рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации стало возможным из-за действий пешехода ФИО1, который вышел на проезжую часть дороги в районе нерегулируемого пешеходного перехода, но не выполнил требования пункта 4.5 Правил в части: «На нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен», что и послужило (явилось) необходимой и достаточной (непосредственной) причиной наезда автомобиля <данные изъяты> на пешехода. Следовательно, именно действия пешехода ФИО1, несоответствующие требованию пункта 4.5 ПДД РФ, с технической точки зрения состояли в причинной связи с рассматриваемым событием – наездом автомобиля <данные изъяты> на пешехода.
Таким образом, отсутствие вины водителя ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия и причинении вреда здоровью пешеходу ФИО1 установлено указанным постановлением.
В данном случае вина ответчика ФИО2 в ДТП, следствием которого является причинение вреда здоровью и, следовательно, морального вреда ФИО1 отсутствует, ответчик несет гражданскую ответственность в силу того, что является владельцем источника повышенной опасности, когда такая ответственность возникает по закону без вины причинителя вреда.
При этом, суд не находит оснований для признания в действиях ФИО1 грубой неосторожности, поскольку потерпевший переходил проезжую часть дороги по нерегулируемому пешеходному переходу, один лишь факт того, что он шел быстрым шагом, не свидетельствует о том, что в его действиях имеет место грубая неосторожность.
В связи с полученными травмами ФИО1 находился на стационарном лечении до 04.09.2020 г., на амбулаторном без допуска в труду – до 13.01.2021 г. (всего был нетрудоспособен почти пять месяцев), длительный период передвигался на костылях. С даты травмы до 31.08.2020 г. в предоперационный период был полностью обездвижен, производилось вывешивание конечности, 31.08.2020 г. проведена операция остеосинтеза, внутрь кости ноги вставлен металлический стержень с сопутствующими манипуляциями, до настоящего времени травма беспокоит, истец продолжает проходить обследования и лечение.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер физических страданий, причиненных истцу, тяжесть травмы, отсутствие вины водителя в произошедшем ДТП, равно как отсутствие в действиях пешехода грубой неосторожности, последствия данной травмы, в связи с чем, взыскивает с ответчика ФИО2 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., которая по мнению суда является разумной и справедливой.
При этом, оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не находит.
Оценивая просьбу представителя ответчика о снижении размера взыскиваемого морального вреда, на основании п. 3 ст. 1083 ГК РФ, со ссылкой на тяжелое материальное положение, отсутствие постоянного дохода, нахождении на иждивении двоих несовершеннолетних детей, суд приходит к выводу, что указанные сведения не являются свидетельством тяжелого материального положения ответчика и поэтому оснований для применения п. 3 ст. 1083 ГК РФ не находит.
Порядок возмещения расходов на оплату услуг представителя установлен ст. 100 ГПК РФ, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Истцом заявлено требование о возмещении судебных расходов за составление искового заявления в размере 1500 руб. Данная сумма подтверждена документально, разумна, признана ответчиком, соответственно подлежит взысканию с него в пользу ФИО1
На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 300 руб.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования ФИО1 <данные изъяты> удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 <данные изъяты> в пользу ФИО1 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 100000 руб., судебные расходы в сумме 1500 руб., а всего 101500 руб.
В остальной части иска ФИО1 <данные изъяты>) к ФИО2 <данные изъяты> ФИО3 <данные изъяты>), ФИО4 <данные изъяты> отказать.
Взыскать с ФИО2 <данные изъяты> госпошлину в доход местного бюджета в сумме 300 руб.
Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Угличский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.
Председательствующий Т.Г. Марокова