Апелляционное определение по делу № 33-525/2023 от 19.09.2023

Судья Бекова А.М. Дело № 33-525/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Грозный 19 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чеченской Республики в составе:

председательствующего Басхановой М.З.,

судей Хасиева У.А., Мовлаевой Т.И.,

при секретаре Ахмадове М.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское дело № 2-37/23 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительными выписок из похозяйственной книги, договора дарения, свидетельства о праве на наследство, применении последствий недействительности сделки, аннулировании сведений в ЕГРН о регистрации права собственности, снятии земельного участка с кадастрового учета, истребовании земельных участков из чужого незаконного владения, о включении в наследственную массу и признании права постоянного (бессрочного) пользования на земельный участок в порядке наследования, взыскании судебных расходов,

по апелляционной жалобе ФИО4, законного представителя ФИО3 и ФИО2 – ФИО5 на решение Ачхой-Мартановского районного суда Чеченской Республики от 28 февраля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Хасиева У.А., объяснения ФИО6, представляющего интересы ФИО4, ФИО2, ФИО3 и ФИО5, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения ФИО1 и ее представителя ФИО7, полагавших обжалуемое решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

установил а :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, третьи лица: нотариус ФИО37, нотариус ФИО38, администрация Самашкинского сельского поселения Ачхой-Мартановского муниципального района, Управление Федеральной службы Государственной регистрации и картографии по Чеченской Республике, о признании за ней права постоянного (бессрочного) пользования в порядке наследования на земельный участок площадью № квадратных метров, расположенный по адресу: <адрес>; признании незаконной записи в похозяйственной книге закладки № годы № № лицевой счет № страница № о принадлежности ФИО39 земельного участка № №, расположенного по <адрес>; применении последствий недействительности сделки и признании недействительным выданного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом ФИО40 свидетельства о праве на наследство № №; признании недействительной выписки из Единого государственного реестра недвижимости о регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером: №, расположенный по адресу: <адрес>; истребовании из незаконного владения ФИО2 земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>; снятии с кадастрового учета земельного участка с кадастровым номером: №; признании недействительной выписки из похозяйственной книги закладки № № лицевой счет № страница № от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО4 на земельный участок по адресу: <адрес>; признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО3, зарегистрированного нотариусом ФИО41 в реестре за № №; аннулировании в Едином государственном реестре недвижимости записи на имя ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № №; истребовании из незаконного владения ФИО3 земельного участка с кадастровым номером: №, расположенного по адресу: <адрес>; взыскании с ФИО3 расходов по уплате государственной пошлины в размере 8 129 (восемь тысяч сто двадцать девять) рублей; о взыскании с ФИО2 расходов по уплате государственной пошлины в размере 8 129 (восемь тысяч сто двадцать девять) рублей.

В обоснование заявленных требований истец указала, что в ДД.ММ.ГГГГ вступила в фактические брачные отношения с ФИО42, в ДД.ММ.ГГГГ брак зарегистрирован официально.

В 1982 году совхозом «Самашкинский» истцу с супругом для ведения личного подсобного хозяйства в селе Самашки был предоставлен земельный участок площадью № га.

С этого времени истец с супругом владели этим земельным участком, огородили его и ухаживали за ним, а в 1983 году возвели фундамент под строительство дома.

С началом военных действий семья истца вынуждена была выехать за пределы Чеченской Республики.

В период проживания в <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ ФИО44 умер.

Поле смерти супруга истец несколько раз приезжала в село Самашки, никаких претензий и споров относительно земельного участка с чьей-либо стороны не было.

В очередной приезд истец решила заняться оформлением земельного участка и ей стало известно, что принадлежавший ей с супругом земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, значится за жителем их села ФИО45 за которым зарегистрировано право на № квадратных метров, а за его братом ФИО4 зарегистрировано право на № квадратных метров. При этом, оба незаконно выделенных земельных участка находятся на земельном участке истца площадью № га, а остальные № га банально присвоены ими путем приписки из земель сельского поселения Самашки.

Ныне покойный ФИО46 завладел принадлежащим истцу земельным участком на основании внесенных в похозяйственную книгу сведений (закладки за ДД.ММ.ГГГГ годы лицевой счет № страница №).

Получив ДД.ММ.ГГГГ указанную выписку, ФИО47 зарегистрировал право собственности на земельный участок с кадастровым номером: №, расположенный по адресу: <адрес>.

Сведения в похозяйственную книгу были внесены при наличии выданной администрацией сельского поселения в ДД.ММ.ГГГГ справки, согласно которой супругу истца принадлежит земельный участок площадью № га по адресу: <адрес>.

Также поступил и ФИО4, получив у главы сельского поселения ФИО48 выписку из похозяйственной книги № № от ДД.ММ.ГГГГ на земельный участок по адресу: <адрес>.

В связи с указанными событиями истец обратилась в правоохранительные органы, где в отношении главы сельского поселения ФИО49 было возбуждено уголовное дело.

Вступившим в законную силу приговором Ачхой-Мартановского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ глава сельского поселения ФИО50 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 285 и частью 2 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из указанного приговора следует, что судом установлен факт внесения в похозяйственную книгу недостоверных сведений о принадлежности ФИО51 земельного участка № № по <адрес>, соответственно все последующие его действия являются неправомерными и незаконными.

ФИО52 был осведомлен о том, что ФИО53 указанный земельный участок не принадлежал, что установлено приговором суда.

Покойный ФИО54 в ходе расследования уголовного дела подтверждал факт принадлежности земельного участка № № по <адрес> ФИО55 и сообщил, что купил его у ФИО56

Однако, покойный супруг истца – ФИО57 ФИО58 либо кого-то другого на совершение такого рода сделок не уполномочивал, доверенности не выдавал и устно об этом не просил.

Вступившим в силу приговором суда в 2020 году глава сельского поселения ФИО59 осужден за незаконное выделение ФИО60 земельного участка по адресу: <адрес>.

Через некоторое время ФИО61 умирает, истец была вынуждена ждать какое-то время, чтобы определить кто вступит в наследство, но срок исковой давности не пропустила.

В наследство вступил сын ФИО62. – ФИО2

Из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 следует, что недействительная сделка не влечет никаких юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью.

Как земельный участок был в собственности ФИО63 незаконно, так и вступление его сына ФИО2 в наследство является незаконным.

Незаконно было владение земельным участком ФИО4 и переход права путем совершения договора дарения не вызвал никаких юридических последствий, кроме его недействительности.

Что касается прав истца на земельный участок, после смерти супруга она фактически вступила в права наследования этим земельным участком, следила за его сохранностью, занималась, по мере возможности, оформлением документов, пыталась уберечь от притязаний третьих лиц.

Просит применить определение Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 18-КГ-235, согласно которому, в соответствии со статьей 1181 Гражданского кодекса Российской Федерации принадлежавшие наследодателю на праве собственности земельный участок или право пожизненного наследуемого владения земельным участком входит в состав наследства и наследуется на общих основаниях, установленных настоящим Кодексом. На принятие наследства, в состав которого входит указанное имущество, специальное разрешение не требуется.

Как разъяснено в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее – Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним – это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРП.

Постановлением Госкомстата СССР от 25 мая 1990 года № 69 утверждены Указания по ведению похозяйственного учета в сельских Советах народных депутатов, согласно которым похозяйственные книги являются документами первичного учета хозяйств.

В соответствии с частью 1 статьи 8 Федерального закона от 7 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» учет личных подсобных хозяйств осуществляется в похозяйственных книгах, которые ведутся органами местного самоуправления поселений и органами местного самоуправления городских округов. Ведение похозяйственных книг осуществляется на основании сведений, предоставляемых на добровольной основе гражданами, ведущими личное подсобное хозяйство.

Согласно пункту 1 Порядка ведения похозяйственных книг органами местного самоуправления поселений и органами местного самоуправления городских округов, утвержденного приказом Минсельхоза России от 11 октября 2010 года № 345, ведение похозяйственных книг (далее – книг) в целях учета личных подсобных хозяйств (далее – хозяйств) осуществляется органами местного самоуправления поселений и органами местного самоуправления городских округов (далее – органы местного самоуправления), на территории которых имеются хозяйства.

Исходя из пункта 7 Порядка, записи в книгу производятся должностными лицами, указанными в пункте 2 настоящего Порядка, на основании сведений, предоставляемых на добровольной основе членами хозяйств.

Пунктом 24 Порядка предусмотрено, что, заполняя сведения о правах на землю, в свободных строках следует указывать номер документа, подтверждающего право на земельный участок, его категорию и размер.

Форма выписки из похозяйственной книги утверждена приказом Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 7 марта 2012 года № П/103, согласно которому о наличии у гражданина права на земельный участок в форму вносятся реквизиты документа, на основании которого в похозяйственную книгу внесена запись о наличии права у гражданина на земельный участок при наличии сведений в похозяйственной книге.

Из анализа приведенных положений следует, что для выдачи выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок необходимо непосредственное установление предусмотренного законом основания предоставления гражданину данного земельного участка, вида данного права (акт органа власти, отвод и выделение земельного участка до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации и прочее).

Определением Ачхой-Мартановского районного суда от 19 сентября 2022 года по ходатайству представителя ФИО2, ФИО3, ФИО4 – ФИО6 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена администрация Ачхой-Мартановского муниципального района Чеченской Республики.

8 февраля 2023 года в суд первой инстанции поступило дополнение к исковому заявлению, в котором представитель ФИО1 – ФИО7, ссылаясь на положения статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил включить в состав наследственной массы, оставшейся после смерти ФИО64, земельный участок площадью № га, расположенного по адресу: <адрес>, без номера.

В письменном ходатайстве ФИО4, представитель ФИО2 и ФИО3 – ФИО6 о применении последствий пропуска срока исковой давности к исковым требованиям ФИО1 указывают, что спорные земельные участки зарегистрированы за ФИО65 и ФИО4 с 11 августа 2014 года.

Как утверждает в суде истец ФИО1, она узнала о том, что за А-выми зарегистрировано право собственности на спорные земельные участки в 2014 году.

С 2014 года по день обращения истца в суд с иском прошло 7 лет.

Решением Ачхой-Мартановского районного суда от 28 февраля 2023 года исковые требования ФИО1 удовлетворены в части.

Признана недействительной выписка из похозяйственной книги от ДД.ММ.ГГГГ о наличии у ФИО66 права постоянного (бессрочного) пользования на земельный участок, площадью № квадратных метров, расположенный по адресу: <адрес>.

Признана недействительной выписка из похозяйственной книги от ДД.ММ.ГГГГ о наличии у ФИО4 права постоянного (бессрочного) пользования на земельный участок площадью № квадратных метров, расположенный по адресу: <адрес>.

Признано недействительным свидетельство о праве на наследство по закону серии № № от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2

Признан недействительным договор дарения на имя ФИО3, реестровый номер № от ДД.ММ.ГГГГ.

Аннулирована в Едином государственном реестре недвижимости запись от ДД.ММ.ГГГГ № о регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>.

Аннулирована в Едином государственном реестре недвижимости запись от ДД.ММ.ГГГГ № о регистрации права собственности ФИО3 на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>.

Истребован из чужого незаконного владения ФИО4, ФИО3, ФИО2 в пользу ФИО1 земельный участок площадью № квадратных метров, расположенный по адресу: <адрес>, без номера.

Снят с кадастрового учета земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Земельный участок площадью № квадратных метров, расположенный по адресу: <адрес>, без номера, включен в состав наследства, открывшегося со смертью ФИО67, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Признано право собственности ФИО1 в порядке наследования на земельный участок площадью № квадратных метров, расположенный по адресу: <адрес>, без номера.

С ФИО4, ФИО3, ФИО2 в пользу ФИО1 в равных долях взысканы расходы по уплате государственной пошлины в общей сумме 16 258 (шестнадцать тысяч двести пятьдесят восемь) рублей.

Не согласившись с названным решением, ФИО4 и законный представитель ФИО3 и ФИО2 – ФИО5 обжаловали его в апелляционном порядке, полагая, что суд первой инстанции неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, неправильно применил нормы материального и процессуального права.

Кроме того, апеллянт полагает, что суд первой инстанции необоснованно не применил к заявленным требованиям срок исковой давности.

В письменных возражениях представитель ФИО1 – ФИО7 просит оставить обжалуемое решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Установив, что спор разрешен и обжалуемое решение постановлено судом первой инстанции в отсутствие и без надлежащего извещения ФИО5, нотариуса Ачхой-Мартановского нотариального округа Чеченской Республики ФИО69, нотариуса Грозненского нотариального округа Чеченской Республики ФИО70, определением от 30 мая 2023 года судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Чеченской Республики перешла к рассмотрению настоящего гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Информация о месте и времени рассмотрении настоящего гражданского дела заблаговременно размещена на интернет-сайте Верховного Суда Чеченской Республики.

Извещенные надлежащим образом ФИО4, ФИО3, ФИО8, ФИО2, ФИО5, представитель администрации Самашкинского сельского поселения Ачхой-Мартановского района Чеченской Республики, представитель администрации Ачхой-Мартановского района Чеченской Республики, нотариус Ачхой-Мартановского нотариального округа Чеченской Республики ФИО71, нотариус Грозненского городского нотариального округа Чеченской Республики ФИО72, представитель Управления Федеральной службы Государственной регистрации и картографии по Чеченской Республике, представитель филиала Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Чеченской Республике в судебное заседание не явились, доказательств уважительности причин неявки суду не представили, об отложении судебного заседания не просили.

Явившиеся в судебное заседание ФИО6, представляющий интересы ФИО4, ФИО2, ФИО3 и ФИО5, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, ФИО1 и ее представитель ФИО7 полагали возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Судебная коллегия с учетом мнения явившихся участников процесса, руководствуясь положениями статьи 14 Международного Пакта «О гражданских и политических правах» и статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным начать слушание дела в отсутствие не явившихся лиц.

Из материалов дела следует и судебной коллегией установлено, что спор разрешен и обжалуемое решение постановлено судом первой инстанции в отсутствие и без надлежащего извещения ФИО5, нотариуса Ачхой-Мартановского нотариального округа Чеченской Республики ФИО73, нотариуса Грозненского нотариального округа Чеченской Республики ФИО74., что в силу пункта 2 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае.

Согласно части 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при наличии оснований, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных настоящей главой.

При рассмотрении дела по существу заявленных требований с учетом их дополнения по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО1 и ее представитель ФИО7 заявленные требования поддержали в полном объеме и просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении и дополнении к нему.

ФИО6, представляющий интересы ФИО4, ФИО2, ФИО3 и ФИО5, исковые требования ФИО1 не признал, просил в их удовлетворении отказать. Кроме того, представил судебной коллегии письменное заявление о применении к исковым требованиям ФИО1 срока исковой давности.

Разрешая настоящий спор по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела и дополнительно представленные сторонами доказательства, заслушав явившихся участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 1, части 1 статьи 11, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, пределы осуществления гражданских прав определены в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а способы защиты – в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в их совокупности, прерогатива в определении способа защиты нарушенного права принадлежит исключительно лицу, обратившемуся в суд за такой защитой, то есть истцу.

Правосудие по гражданским делам в соответствии с требованиями статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. При этом каждая из сторон согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно требованиям статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно положениям статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1).

Суд, признав необходимым выяснить новые обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, или исследовать новые доказательства, выносит определение о возобновлении судебного разбирательства. После окончания рассмотрения дела по существу суд вновь заслушивает судебные прения (часть 2).

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям (часть 3).

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Как усматривается из материалов дела, ФИО7, представляющий интересы ФИО1 по доверенности, обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: нотариус Ачхой-Мартановского нотариального округа Чеченской Республики ФИО75, нотариус Грозненского городского нотариального округа Чеченской Республики ФИО76, администрация Самашкинского сельского поселения Ачхой-Мартановского муниципального района Чеченской Республики, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чеченской Республике, в котором просил включить в состав наследственной массы, оставшейся после смерти ФИО77, и признать за ФИО1 право бессрочного (постоянного) пользования в порядке наследования на земельный участок по адресу: <адрес>, площадью № квадратных метров.

Кроме того, ФИО7, представляющий интересы ФИО1 по доверенности, просил суд признать незаконной запись в похозяйственной книге закладки за № № №, лицевой счет № страница №, о принадлежности ФИО78 земельного участка № №, расположенного по <адрес>; применить последствия недействительности сделки и признать недействительным свидетельство о праве на наследство №, выданное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Ачхой-Мартановского нотариального округа Чеченской Республики ФИО79; признать недействительной выписку из Единого государственного реестра недвижимости о регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером: №, расположенный по адресу: <адрес>; истребовать из незаконного владения ФИО2 земельный участок, расположенного по адресу: <адрес>; снять с кадастрового учета земельного участка с кадастровым номером: №; взыскать с ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 8 129 (восемь тысяч сто двадцать девять) рублей; признать недействительной выписку из похозяйственной книги закладки № №, лицевой счет №, страница №, от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО80 на земельный участок по адресу: <адрес>; признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО3, зарегистрированный нотариусом ФИО81 в реестре за №; аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости записи на имя ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ №; истребовать из незаконного владения ФИО3 земельный участок с кадастровым номером: №, расположенный по адресу: <адрес>; взыскать с ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в сумме 8 129 (восемь тысяч сто двадцать девять) рублей.

В последующем ФИО7, представляющий интересы ФИО1 по доверенности, дополнил заявленные требования и просил включить земельный участок площадью № га, расположенный по адресу: <адрес>, в состав наследственной массы.

В обоснование заявленных требований ФИО7 и в подтверждение правопритязаний своего доверителя ФИО1 указывает, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вступила в фактические брачные отношения с ФИО82, в ДД.ММ.ГГГГ брак зарегистрирован официально.

В 1982 году совхозом «Самашкинский» на основании поданного заявления ФИО1 с супругом был предоставлен земельный участок площадью № га в селе Самашки для ведения личного подсобного хозяйства (том 1 л.д. 1-оборот).

С этого времени и до начала военных действий в Чеченской Республике ФИО1 с ФИО83 владели этим земельным участком, огородили его и ухаживали за ним, а в 1983 году возвели фундамент под строительство дома.

С началом военных действий семья истца вынуждена была выехать за пределы Чеченской Республики в <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ ФИО84 умер.

Поле смерти супруга ФИО1 несколько раз приезжала в село Самашки, никаких претензий и споров относительно земельного участка с чьей-либо стороны не было.

В очередной приезд ФИО1 решила заняться оформлением земельного участка и ей стало известно, что принадлежавший ей с супругом земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, значится за жителем их села ФИО85, за которым зарегистрировано право на № квадратных метров, а за его братом ФИО4 зарегистрировано право на № квадратных метров. При этом, оба незаконно выделенных земельных участка находятся на земельном участке истца площадью № га, а остальные № га банально присвоены ими путем приписки из земель сельского поселения Самашки.

Ныне покойный ФИО86. завладел принадлежащим истцу земельным участком на основании внесенных в похозяйственную книгу сведений (закладки за ДД.ММ.ГГГГ годы лицевой счет № страница №).

Получив ДД.ММ.ГГГГ указанную выписку, ФИО87. зарегистрировал право собственности на земельный участок с кадастровым номером: №, расположенный по адресу: <адрес>.

Также поступил и ФИО4, получив у главы сельского поселения ФИО88 выписку из похозяйственной книги № № от ДД.ММ.ГГГГ на земельный участок по адресу: <адрес>.

Кроме того, представитель ФИО1 – ФИО7 в обоснование заявленных требований ссылается на возбужденное по заявлению ФИО1 и вступившие в законную силу приговоры Ачхой-Мартановского районного суда от 27 декабря 2019 года и 18 сентября 2020 года, которыми глава Самашкинского сельского поселения ФИО89 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 285 и частью 2 статьи 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, и установлены факты внесения в похозяйственную книгу недостоверных сведений о принадлежности ФИО90 земельного участка № № по <адрес>, а ФИО4 – земельного участка по адресу: <адрес>.

Через некоторое время ФИО91 умер и ФИО1 была вынуждена ждать какое-то время, чтобы определить кто вступит в наследство, но срок исковой давности не пропустила.

ФИО7 указывает, что его доверитель ФИО1 после смерти супруга фактически вступила в права наследования земельным участком, следила за его сохранностью, занималась, по мере возможности, оформлением документов, пыталась уберечь от притязаний третьих лиц (том 1 л.д. 1-оборот, 2).

Из существа заявленных ФИО7 в интересах ФИО1 требований следует, что юридически значимым и подлежащим первоочередному доказыванию в настоящем споре обстоятельством является наличие права наследодателя ФИО92 в отношении оспариваемых ФИО1 земельных участков, которые истец просит истребовать из чужого незаконного владения, поскольку в соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входит имущество, принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства.

В силу статьи 301 вправе Гражданского кодекса Российской Федерации лишь собственник в праве истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Истребование имущества из чужого незаконного владения, то есть виндикация, является вещно-правовым способом защиты права собственности.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации и Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пунктах 32 и 36 постановления от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении (пункт 32).

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца (пункт 36).

По смыслу указанных выше норм права и акта их разъяснения, при помощи виндикационного иска может быть истребовано индивидуально определенное имущество (вещь), имеющееся у незаконного владельца в натуре.

По делу об истребовании имущества (земельного участка) из чужого незаконного владения юридически значимой и подлежащей доказыванию является одновременная совокупность следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности на имеющийся в натуре земельный участок определенной площади и в определенных границах, а также незаконность владения этим земельным участком или его частью конкретным лицом (лицами).

В случае недоказанности одного из перечисленных выше обстоятельств иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен быть не может.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» права на землю, не предусмотренные Земельным кодексом Российской Федерации, подлежат переоформлению со дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации. Право постоянного (бессрочного) пользования находящимися в государственной или муниципальной собственности земельными участками, возникшее у граждан или юридических лиц до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, сохраняется. Право пожизненного наследуемого владения находящимися в государственной или муниципальной собственности земельными участками, приобретенное гражданином до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, сохраняется (пункт 1).

Оформление в собственность граждан земельных участков, ранее предоставленных им в постоянное (бессрочное) пользование, пожизненное наследуемое владение, в установленных земельным законодательством случаях, а также переоформление прав на земельные участки, предоставленные в постоянное (бессрочное) пользование государственным или муниципальным унитарным предприятиям сроком не ограничивается (пункт 3).

Гражданин Российской Федерации вправе приобрести бесплатно в собственность земельный участок, который находится в его фактическом пользовании, если на таком земельном участке расположен жилой дом, право собственности на который возникло у гражданина до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации либо после дня введения его в действие, при условии, что право собственности на жилой дом перешло к гражданину в порядке наследования и право собственности наследодателя на жилой дом возникло до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации (пункт 4).

Если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Граждане, к которым перешли в порядке наследования или по иным основаниям права собственности на здания, строения и (или) сооружения, расположенные на земельных участках, указанных в настоящем пункте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе зарегистрировать права собственности на такие земельные участки, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такие земельные участки не могут предоставляться в частную собственность.

Государственная регистрация прав собственности на указанные в настоящем пункте земельные участки осуществляется в соответствии со статьей 49 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Принятие решений о предоставлении таких земельных участков в собственность граждан не требуется (абзацы первый, третий и четвертый пункта 9.1).

Таким образом, федеральный законодатель предоставил гражданам возможность переоформить право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком на право собственности. Это возможно в отношении участка, предоставленного до введения Земельного кодекса Российской Федерации (30 октября 2001 года) для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного строительства или индивидуального жилищного строительства. Каких-либо ограничений по сроку переоформления нет. Право собственности на такие участки не лишены возможности зарегистрировать граждане, к которым перешло право собственности на расположенные на них здания (строения, сооружения) как в порядке наследования, так и по иным основаниям.

Из этого исходит федеральный законодатель при определении перечня документов, необходимых для государственной регистрации права собственности в пункте 3 части 1 статьи 49 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», указывая на то, что государственная регистрация права собственности на земельный участок осуществляется на основании выдаваемой органом местного самоуправления выписки из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на указанный земельный участок (в случае, если этот земельный участок предоставлен для ведения личного подсобного хозяйства).

Между тем, в обоснование возникновения права наследодателя ФИО93 на оспариваемые земельные участки, в своем исковом заявлении ФИО1 указывает следующее: «…В ДД.ММ.ГГГГ совхозом «Самашкинский» на основании поданного заявления, нам с супругом был предоставлен земельный участок площадью № га в <адрес>» (том 1 л.д. 1-оборот). Тогда как, здесь же указано, что в 1982 году она вступила в фактические брачные отношение с ФИО94, а зарегистрирован был брак в ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании 31 января 2023 года ФИО1 поясняет, что земельный участок был выделен ее свекру, а в ДД.ММ.ГГГГ, когда она вышла замуж за ФИО95, земельный участок уже принадлежал ее супругу (том 1 л.д. 194-оборот).

При этом, каких-либо доказательств, подтверждающих возникновение права на оспариваемые земельные участки свекру и последующий переход права на эти земельные участки ФИО96, материалы дела не содержат и ФИО1 ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

В судебном заседании 19 сентября 2023 года ФИО1 заявила суду апелляционной инстанции, что земельный участок предоставлен совхозом «Самашкинский» отцу ее супруга, который подарил его ФИО97 в ДД.ММ.ГГГГ в честь рождения сына.

Тогда как, в силу Конституции СССР, Конституции РСФСР, статьи 3 Земельного кодекса РСФСР земля в 1982 году являлась государственной собственностью – общим достоянием всего советского народа.

Земля состояла в исключительной собственности государства и предоставлялась только в пользование. Действия, в прямой или скрытой форме нарушающие право государственной собственности на землю, запрещаются.

Как усматривается из материалов дела, фактически единственным письменным доказательством, на которое в обоснование права наследодателя ФИО98 на оспариваемые земельные участки ссылается ФИО1, является копия справки Самашкинского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ №.

Из содержания искового заявления и объяснений ФИО1 следует, что при выдаче указанной справки в 2008 году глава Самашкинского сельского поселения ФИО99 в присутствии работников администрации сельского поселения выписал сведения из похозяйственной книги.

Между тем, из светокопии ответа главы администрации Самашкинского сельского поселения ФИО100 от ДД.ММ.ГГГГ № №, подлинник которого предоставлен суду апелляционной инстанции и исследован в судебном заседании, следует, что архив администрации села Самашки до 2022 года не сохранился.

При этом, ни подлинник, ни надлежащим образом заверенная копия справки Самашкинского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № № ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции ФИО1 и ее представителем ФИО7 не представлены.

ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции от 31 января 2023 года пояснила, что документы на земельный участок отдала на хранение своему брату, но по неизвестной для нее причине они были утеряны. Для себя она сделала ксерокопии, в то время именно из-за того, что у нее были ксерокопии документов работники следственного комитета и смогли все выявить (том 1 л.д. 194-оборот).

Тогда как, в судебном заседании суда апелляционной инстанции от 19 сентября 2023 года ФИО1 пояснила, что родственникам оставила копию справки Самашкинского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № №, а подлинник забрала с собой, но впоследствии потеряла ее.

Дату потери подлинника справки Самашкинского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № № ФИО1 назвать не смогла, но заявила, что подлинника этой справки нет с 2014 года.

В соответствии с требованиями частей 6 и 7 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа (часть 6).

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств (часть 7).

Более того, справка администрации села Самашки от 15 августа 2008 года не отнесена законодательством к письменным доказательствам, подтверждающим право на земельный участок.

Вместе с тем, из содержания имеющихся в материалах дела копий ответа и.о. главы администрации Ачхой-Мартановского муниципального района ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ № № и архивной выписки главы администрации Ачхой-Мартановского муниципального района ФИО101 от ДД.ММ.ГГГГ № № (том 1 л.д. 88, 180, 124, 179), подлинники которых представлены суду апелляционной инстанции и исследованы в судебном заседании, следует, что в архиве администрации муниципального района в архивном фонде совхоза «Самашкинский» в документах за ДД.ММ.ГГГГ приказов о выделении земельных участков ФИО1 не имеется.

Таким образом, соответствующих требованиям закона доказательств возникновения/наличия у покойного наследодателя ФИО102 какого-либо права на земельные участки по адресу: <адрес>, материалы дела не содержат и ФИО1 суду первой инстанции не представлено.

Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

Вопреки доводам ФИО1 и его представителя ФИО7, не являются доказательством права собственности ФИО103 либо ФИО1 на оспариваемый земельный участок и приговоры Ачхой-Мартановского районного суда от 27 декабря 2019 года и 18 сентября 2020 года.

Указанными приговорами глава сельского поселения ФИО104 признан виновным в незаконной выдаче ФИО105 подложной выписки от ДД.ММ.ГГГГ № № из похозяйственной книги № № о наличии права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком общей площадью № квадратных метров, расположенного по адресу: <адрес>, а ФИО4 – подложной выписки от ДД.ММ.ГГГГ № № из похозяйственной книги № № о наличии права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком общей площадью № квадратных метров, расположенного по адресу: <адрес>.

Однако, ни приговором Ачхой-Мартановского районного суда от 27 декабря 2019 года, ни приговором Ачхой-Мартановского районного суда от 18 сентября 2020 года не установлено право собственности ФИО106 или ФИО1 на земельные участки, расположенные по адресу: <адрес>, либо земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, без номера.

При этом, привлеченные к участию в настоящем гражданском деле администрация Самашкинского сельского поселения и администрация Ачхой-Мартановского муниципального района каких-либо требований относительно оспариваемого сторонами земельного участка не заявили.

Не содержат соответствующих требованиям закона доказательств возникновения/наличия у покойного наследодателя ФИО107 или ФИО1 какого-либо права на земельные участки по адресу: <адрес>, и материалы уголовных дел № №, № №, истребованные судом апелляционной инстанции и исследованные в судебном заседании.

Более того, как следует из объяснений ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции от 19 сентября 2023 года, с 2014 года не существует даже подлинник справки Самашкинского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № №, тогда как уголовное дело № № возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, а уголовное дело № № – ДД.ММ.ГГГГ.

К показаниям свидетелей, допрошенных по настоящему гражданскому делу по ходатайству ФИО1 и ее представителя ФИО7 как судом первой инстанции, так и судом апелляционной инстанции, судебная коллегия относится критически, поскольку свидетельские показания сами по себе не являются предусмотренными законом допустимыми доказательствами, которыми может быть подтверждено возникновение право собственности на недвижимое имущество.

Вместе с тем, из материалов настоящего гражданского дела следует, судами первой и апелляционной инстанции установлено, что согласно похозяйственного учета Самашкинского сельского поселения и архивным данным администрации Ачхой-Мартановского муниципального района за супругом ФИО1 – ФИО108 при жизни значилось хозяйство, состоящее из земельного участка № га с домовладением общей площадью № квадратных метра, расположенное по адресу: <адрес>, что подтверждается представленной представителем ФИО1 – ФИО7 нотариально заверенной светокопией и подлинником архивной справки главы администрации Ачхой-Мартановского муниципального района ФИО109 от ДД.ММ.ГГГГ № №, а также имеющимися в материалах дела ответом главы администрации Самашкинского сельского поселения Ачхой-Мартановского муниципального района ФИО110 от ДД.ММ.ГГГГ № № с приложенными заверенными копиями лицевых счетов и похозяйственных книг (том 2 л.д. 8, 9-29), ответом главы администрации Ачхой-Мартановского муниципального района ФИО111. от ДД.ММ.ГГГГ № № с приложенными заверенными копиями лицевых счетов и скан-копиями похозяйственных книг (том 2 л.д. 241, 242-247).

Таким образом, из материалов дела следует, судебной коллегией установлено и сторонами не оспаривается, что согласно похозяйственному учету села Самашки и архивным данным администрации Ачхой-Мартановского муниципального района за супругом ФИО1 – ФИО112 значилось хозяйство, состоящее из земельного участка № га с домовладением общей площадью № квадратных метра, расположенное по адресу: <адрес>.

При этом, из объяснений ФИО1 в судебном заседании от 8 февраля 2023 года следует, что хозяйство (квартира), расположенное по адресу: <адрес>, было продано ею в ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 218).

В судебном заседании апелляционной инстанции 19 сентября 2023 года ФИО1 пояснила, хозяйство по адресу: <адрес>, она продала ФИО113 по устному договору.

Кроме того, из объяснений ФИО1 в судебном заседании от 8 февраля 2023 года следует, что хозяйство (квартира), расположенное по адресу: <адрес>, и оспариваемые ею земельные участки расположены в разных местах (том 1 л.д. 218-оборот).

Согласно поступившего в Верховный Суд Чеченской Республики ответа и.о. главы администрации Самашкинского сельского поселения ФИО114 от ДД.ММ.ГГГГ № № поселок Дружба и переулок Восточный находятся на расстоянии № метров друг от друга.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о включении в состав наследственной массы, оставшейся после смерти ФИО115 и признании за ней права бессрочного (постоянного) пользования в порядке наследования на земельный участок по адресу: <адрес>, площадью № квадратных метров, поскольку соответствующих требованиям закона доказательств возникновения/наличия у покойного наследодателя ФИО116 какого-либо права на земельный участок по указанному адресу материалы дела не содержат и ФИО1 ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

Ввиду отсутствия правовых оснований для удовлетворения исковых требований о включении в состав наследственной массы, оставшейся после смерти ФИО117, и признании за ней права бессрочного (постоянного) пользования в порядке наследования на земельный участок по адресу: <адрес>, не подлежат удовлетворению и производные от этих требования ФИО1 о признании незаконной записи в похозяйственной книге закладки за ДД.ММ.ГГГГ № №, лицевой счет № страница №, о принадлежности ФИО118 земельного участка № №, расположенного по <адрес>; применении последствий недействительности сделки и признании недействительным свидетельства о праве на наследство №, выданного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Ачхой-Мартановского нотариального округа Чеченской Республики ФИО119; признании недействительной выписки из Единого государственного реестра недвижимости о регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером: №, расположенный по адресу: <адрес>; истребовании из незаконного владения ФИО2 земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>; снятии с кадастрового учета земельного участка с кадастровым номером: №; признании недействительной выписки из похозяйственной книги закладки № №, лицевой счет №, страница №, от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО4 на земельный участок по адресу: <адрес>; признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО3, зарегистрированного нотариусом ФИО121 в реестре за №; аннулировании в Едином государственном реестре недвижимости записи на имя ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ №; истребовании из незаконного владения ФИО3 земельного участка с кадастровым номером: №, расположенного по адресу: <адрес>.

Как уже указывалось выше, согласно правовой позиции, выраженной в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика, чего истцом ФИО1 не сделано.

Кроме того, ФИО6, представляющим интересы ФИО4, ФИО2, ФИО3, как при рассмотрении настоящего гражданского дела судом первой инстанции, так и при его рассмотрении судом апелляционной инстанции заявлено о применении к требованиям ФИО1 срока исковой давности.

В обоснование своего заявления о применении срока исковой давности ФИО6 ссылается на то, что с настоящим иском к ФИО4, ФИО2 и ФИО3 о включении спорного земельного участка в наследственную массу, признании за ней права постоянного (бессрочного) пользования этим земельным участком в порядке наследования, истребовании его из чужого незаконного владения и признании сделок с ним недействительными ФИО1 обратилась в суд 18 апреля 2022 года.

ФИО122, на наследственное имущество которого претендует ФИО1, умер ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе судебного следствия по настоящему делу ФИО1 пояснила, что в 2014 году узнала об оформлении оспариваемого ею земельного участка на А-вых.

ФИО6 полагает, что истцом ФИО1 пропущен как шестимесячный срок принятия наследства, установленный статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий трехлетний срок исковой давности. При этом, ходатайства о восстановлении пропущенного срока она не заявляла.

Представитель ФИО1 – ФИО7 в письменных возражениях просил судебную коллегию отказать в удовлетворении заявления ФИО6, представляющего интересы ФИО4, ФИО2, ФИО3, о применении срока исковой давности, полагая, что оно не основано на законе.

В своих письменных возражениях ФИО7 указывает: «…Так, противная сторона, в обосновании своих требований указывает, что ФИО1, лично привозила тело мужа ФИО123 в Чеченскую Республику для захоронения из <адрес>, а именно село Самашки, с целью надлежащим образом вступить в наследство, при этом истица не представила в суд доказательства уважительности причин пропуска процессуального пропуска принятия наследства.

Такой иезуитский подход в данном случае вызывает сожаление. Все, кто тогда находился и проживал на территории ЧР знают, какая ситуация была после военных действий. Вдобавок, семья Д-вых имела четверых детей, двое из них несовершеннолетние на тот момент. Этих детей надо было одеть, обуть, накормить, высокооплачиваемой работы тогда не было. Место, где бы проживала семья Д-вых не было. Разве это не уважительная причина?

Это получается, что она должна была проживать в чужой квартире, бросив детей на произвол и полгода ждать? А еще целый букет тяжелых заболеваний (нотариально заверенная справка из Спировской районной больницы прилагается)».

При этом, ставя вопрос: «Разве это не уважительная причина?», о восстановлении ФИО1 пропущенного процессуального срока ФИО7 судебную коллегию не просит.

Далее ФИО7 указывает: «ФИО1 хотя и не оформила наследство по закону, но реально вступила в право наследования и приняла все меры, которые позволяли ей обстоятельства. Так, она попросила свою двоюродную сестру ФИО124, чтобы та приезжала в село Самашки, обрабатывала участок, очищала его от мусора, удаляла высохшую траву, это подтверждается показаниями ФИО125 в суде первой инстанции, а также распиской в получении денежных средств, которые ФИО1 передавала ФИО126 на дорожные расходы от Грозного до Самашки. Эта расписка есть в деле.

Как разъясняет Пленум Верховного Суда от 29 мая 2019 года № 9, о том, какие действия свидетельствуют о принятии наследства, следуют также такая позиция, а именно обращение потерпевшей стороны, права которой нарушены в правоохранительные органы. Именно такие действия и совершила ФИО1 обратившись сперва в прокуратуру, а затем обратилась в следственный комитет, который провел следственные действия, а затем виновный глава администрации села Самашки ФИО127 был осужден, за выделение участка по подложным документам ФИО10. Что касается утверждения противной стороны, что трехлетний срок исковой давности распространяется на виндикационные иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, то она сама себе же и противоречит, забывая, что истец, выступая в суде в 2019 году, приговор вступил в законную силу 27 сентября 2019 года и 2020 году, приговор вступил в силу 18 сентября 2020 года, уже обратилась за защитой своих прав в суд. В данном деле просто не было необходимости подавать отдельное заявление о восстановлении срока исковой давности.

ФИО1 фактически приняла свое наследство, а когда ее права были нарушены, обратилась в правоохранительные органы, а затем выступила как потерпевшая сторона в суде, дважды. Вследствии этого, были вынесены два приговора Ачхой-Мартановского суда, которые находятся деле.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст. 35, 149 ГПК РФ, мы приносим «ВОЗРАЖЕНИЕ» относительно ходатайства А-вых и их представителя ФИО6 о применении последствий пропуска исковой давности по требованиям ФИО1, а решение Ачхой-Мартановского районного суда от 28.02.2023г. оставить в силе».

Сама ФИО1 в судебном заседании 19 сентября 2023 года пояснила суду апелляционной инстанции, что процессуальный срок для обращения в суд ею не пропущен, утверждая, что подала исковое заявление в суд, когда ей стало известно о нарушении ее прав в 2019 году.

Ее представитель ФИО7 пояснил судебной коллегии, что ФИО1 ждала окончания производства по уголовному делу.

Как уже было указано выше, в состав наследства на основании абзаца первого статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Как следует из разъяснений пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», при отсутствии надлежаще оформленных документов, подтверждающих право собственности наследодателя на имущество, судами до истечения срока принятия наследства (статья 1154 Гражданского кодекса Российской) рассматриваются требования наследников о включении этого имущества в состав наследства, а если в указанный срок решение не было вынесено, – также требования о признании права собственности в порядке наследования. В случае, если требование о признании права собственности в порядке наследования заявлено наследником в течение срока принятия наследства, суд приостанавливает производство по делу до истечения указанного срока.

Вместе с тем, согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2008 года № 5-В08-73, к требованиям об установлении факта принятия наследства, заявленному наряду с другими исковыми требованиями, применяется общий срок исковой давности.

Исковой давностью на основании статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности в силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности в соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает начало течения срока исковой давности с тем моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, и с тем, когда лицо узнало или должно было узнать о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 6 постановления от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из материалов следует и сторонами не оспаривается, что ФИО137 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Допрошенная 26 сентября 2019 года в качестве потерпевшей по уголовному делу № 11902960007000046 и 4 июня 2020 года в качестве потерпевшей по уголовному делу № № ФИО1 показала, что о выдаче ФИО135 ФИО136 выписки из похозяйственной книги о наличии права бессрочного пользования их земельным участком, которому уже был присвоен адрес<адрес>, им стало известно в 2014 году или 2015 году.

Аналогичные показания дал допрошенный в качестве свидетеля по уголовному делу № № сын ФИО128 и ФИО1 – ФИО129, являющийся на момент допроса главой администрации Самашкинского сельского поселения.

В судебном заседании 19 сентября 2023 года ФИО1 пояснила суду апелляционной инстанции, что об оформлении земельного участка на А-вых ей и ее родственникам стало известно в 2014 году от главы администрации Самашкинского сельского поселения ФИО130

Между тем, с настоящим иском в Ачхой-Мартановский суд ФИО1 обратилась 18 апреля 2022 года (том 1 л.д. 1-3), по истечении около 7 (семь) лет со дня, когда она узнала о выдаче ФИО131 выписки из похозяйственной книги о наличии права бессрочного пользования земельным участком по адресу: <адрес>, а ФИО4 – выписки из похозяйственной книги о наличии права бессрочного пользования земельным участком по адресу: <адрес>, то есть за пределами установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации трехлетнего срока.

Положениями статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности (пункт 1).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2).

ФИО1 и ее представитель ФИО7 настаивали на том, что срок исковой давности ими не пропущен и о его восстановлении не просили.

Таким образом, помимо прочего, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы стороне, в пользу которой состоялось решение суда.

Поскольку, рассмотрев настоящее гражданское дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не нашла правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО134 о включении земельного участка в состав наследственной массы и признании права бессрочного (постоянного) пользования на него в порядке наследования, признании незаконными записей в похозяйственных книгах и выписок из них, применении последствий недействительности сделки и признании недействительным свидетельства о праве на наследство, а также договора дарения, признании недействительными и аннулировании записей в Едином государственном реестре недвижимости, не подлежат удовлетворению и требования о взыскании расходов по уплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 и 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определил а :

решение Ачхой-Мартановского районного суда Чеченской Республики от 28 февраля 2023 года по гражданскому делу № 2-37/23 отменить.

Принять по делу новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требования относительно предмета спора: нотариус Ачхой-Мартановского нотариального округа Чеченской Республики ФИО132, нотариус Грозненского городского нотариального округа Чеченской Республики ФИО133, администрация Самашкинского сельского поселения Ачхой-Мартановского муниципального района Чеченской Республики, администрация Ачхой-Мартановского муниципального района Чеченской Республики, Управление Федеральной службы Государственной регистрации и картографии по Чеченской Республике, отказать полностью.

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 22 сентября 2023 года.

Председательствующий:

Судьи: