№ КОПИЯ
УИД 34RS0№-95
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ Р.Ф.
дата <адрес>
Серафимовичский районный суд <адрес> в составе федерального судьи Поповой К.О.,
с участием прокурора Виноградовой В.А.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Терновой Д.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ёновича к ФИО1 о взыскании компенсации причинённого дорожно-транспортным происшествием морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с ФИО5 25 000 руб. компенсации морального вреда со ссылкой на причинение вреда здоровью и нравственных страданий по вине последней в результате дорожно-транспортного происшествия дата.
В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчика по ходатайству истца привлечен ФИО6
Истец уменьшил размер иска, просил взыскать с каждого из ответчиков по 15 000 руб.
Стороны ФИО2, ФИО5 и ФИО6 реализовали право на ведение дела через представителей.
Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, иск поддержал по изложенным в нем основаниям.
Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, иск не признала со ссылкой на несогласие с выводами экспертизы, основанными на неполном, по ее мнению, исследовании обстоятельств, предшествующих столкновению: скорость, дистанция и т.д. Полагала, что, движение обоих водителей со скоростью 60 км/ч, из которых исходил эксперт, не позволило бы им при движении в одном направлении столкнуться.
Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора Виноградовой В.А., полагавшей иск обоснованным, суд приходит к следующему.
Постановлением должностного лица полиции от дата производство по делу об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1 ст. 12.24 и ч. 1 ст. 12.15КоАП РФ, прекращено ввиду отсутствия в действиях водителя ФИО5 признаков первого состава и истечения срока давности привлечения второму.
Согласно данному документу дата в 10 час. 45 мин. на 49 км а/д <адрес> – <адрес> ФИО5, двигаясь со стороны <адрес> в сторону <адрес> на автомобиле «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, совершила столкновение с движущимся впереди автомобилем «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО2
В суде ФИО5 оспаривала свою вину в дорожно-транспортном происшествии со ссылкой на резкое снижение скорости управляемым истцом автомобилем и создание аварийной ситуации, отсутствие технической возможности избежать стоклновения.
В соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064).
Как разъяснено в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", вред владельцам источников повышенной опасности, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.
С учетом приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения спора о возмещении их владельцам причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности вреда, в том числе, и нравственных страданий.
Вступившим в законную силу решением Серафимовчского районного суда <адрес> от дата судом принято признание иска ФИО5, в связи с чем с нее в пользу истца взыскан имущественный вред, причинённый в результате того же дорожно-транспортного происшествия, что явилось основанием и для предъявления настоящего иска о компенсации нравственных страданий (л.д. 8-10).
В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.
На основании ч. 2 ст. 61 данного кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Согласно абзацу четвертому п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 23 "О судебном решении" на основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).
Вместе с тем, вина ФИО5 в нарушении Правил дорожного движения и причинении истцу в результате того вреда судом не устанавливалась, выводов об этом в судебном акте не имеется. Со ссылкой на признание иска ответчиком суд привел в мотивировочной части решения факт дорожно-транспортного происшествия с участием водителей ФИО5 и ФИО2 и существо принятого полицейским постановления по делу об административном правонарушении.
По выводам эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по <адрес>, приведенным в постановлении должностного лица, ФИО5 нарушила п. 9.10, 10.1 (абз. 2) Правил дорожного движения. Самим должностным лицом выводов о вине водителя в постановлении не приведено, поскольку производство по делу об административном правонарушении прекращено (л.д. 20).
В этой связи по делу судом назначена экспертиза, порученная ООО «Константа», по заключению которого автомобиль «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, двигался по проезжей части автодороги <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, спереди - в попутном направлении автомобиль «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>. На 49 км вышеуказанной автодороги водитель автомобиля «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, непосредственно перед столкновением применил маневр влево, наиболее вероятно вместе с торможением, однако произошло столкновение передней части кузова автомобиля «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, с задней частью кузова автомобиля «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>.
Столкновение было попутным (по направлению сближения автомобилей), практически параллельным (под незначительным углом между продольными осями автомобилей -участников дорожно-транспортного происшествия), блокирующим (по характеру взаимодействия).
В процессе столкновения автомобиль «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>, стал разворачиваться в направлении хода часовой стрелки, был отброшен вперед и вправо относительно своего первоначального движения, и остановился в месте, зафиксированном на схеме дорожно-транспортного происшествия от дата.
Автомобиль «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, изменивший свое направление влево, проследовал вперед и влево на сторону встречного для него движения, где был остановлен его водителем, как зафиксировано на схеме дорожно-транспортного происшествия от дата.
В дорожной ситуации, усматривающийся из материалов дела, представленных на исследование, действия водителя ФИО2 в процессе движения были регламентированы только требованиями пункта 10.1 абз.2 Правил дорожного движения РФ об обязанности применения торможения в момент обнаружения опасности для движения. Требование пункта 10.1абз.2 ПДД РФ, общее для любой дорожной ситуации, продолжение движения в которой создает угрозу возникновения происшествия при создании помех иными водителями и участниками дорожного движения. Вместе с тем, в сложившейся дорожной ситуации автомобиль «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, двигался позади автомобиля «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>. Совершенно очевидно, что водитель ФИО2 не мог предотвратить столкновение попутно двигавшихся автомобилей. В такой ситуации применение торможения водителем ФИО2 не исключало столкновение, а напротив, усугубило бы его последствия технического характера.
Водитель ФИО5 в сложившейся дорожной ситуации должна была руководствоваться требованиями пунктов 10.1 абз.1 и 9.10 Правил дорожного движения РФ об обязанности выбора скоростного режима, позволившего бы ей выполнять требования Правил дорожного движения РФ, а именно требований пункта 9.10 ПДД РФ об обязанности соблюдения безопасной дистанции до впереди двигавшегося автомобиля «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>.
Предотвращение столкновения водителем ФИО5 в сложившейся дорожной ситуации зависело не от технической возможности, а было сопряжено с выполнением ею требований пунктов 10.1 и 9.10 Правил дорожного движения РФ.
Место столкновения находится на значительном расстоянии от изменения рельефа дороги и участка с деревьями. Совершенно очевидно, что водитель ФИО5 могла на данном расстоянии снизить скорость управляемого ею автомобиля с целью выбора безопасной дистанции при движении за автомобилем «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>, даже после обнаружения данного автомобиля на своем пути следования при выезде на прямолинейный участок из-за деревьев.
Оценивая вышеназванные доказательства в совокупности, суд признает достоверным заключение судебной экспертизы, поскольку оно соответствует предъявляемым к нему требованиям процессуального законодательства и специальных методик, выполнено с использованием материалов дела и административного материала. В заключении подробно описаны оценка результатов проведенного исследования, причины по которым эксперт пришел к изложенным выводам. Эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Ответы на поставленные судом вопросы не противоречат имеющимся в деле доказательствам, а также согласуются со сделанными в рамках административного расследования выводами эксперта ЭКЦ ГУМВД РФ по <адрес> от дата №, 4232, согласно которым экспертом рассмотрены две ситуации. Для первой: для обеспечения безопасности дорожного движения водителю технически исправного автомобиля «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, необходимо было руководствоваться требованиями пункта 9.10 Правил дорожного движения РФ. Предотвращение столкновения указанного автомобиля с автомобилем «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>, заключалось не в технической возможности, а было сопряжено с выполнением водителем автомобиля «Пежо 206» требований пункта 9.10 Правил дорожного движения РФ. Для второй: для обеспечения безопасности дорожного движения водителю технически исправного автомобиля «Пежо 206», государственный регистрационный знак <***>, необходимо было руководствоваться требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения РФ. Водитель указанного автомобиля имел техническую возможность предотвратить наезд на стоящий на проезжей части автомобиль «ВАЗ 21074». Столкновение приведённых автомобилей и последующий разворот автомобиля «ВАЗ-21074», государственный регистрационный знак <***>, совершены, когда последний находился в процессе движения.
Таким образом, и экспертом в ходе административного расследования, и судебным экспертом сделаны выводы о вине ФИО5 в нарушении Правил дорожного движения, в связи с чем ее вина в причинении вреда истцу доказана.
Так, согласно названным экспертами пунктам Правил дорожного движения ФИО5 должна была соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения; а также вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
Определяя субъект ответственности, суд учитывает, что в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что ответственность по возмещению вреда может быть возложена в долевом порядке на владельца и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).
Между тем, обстоятельств противоправного завладения ФИО5 автомобилем ее супруга не установлено, оснований для долевой ответственности перед потерпевшим суд не усматривает.
Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (п. 1 ст. 202, п. 3 ст. 401 ГК РФ).
При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего) (п. 23 того же Постановления Пленума ВС РФ).
Непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего, как и его грубой неосторожности также не установлено, в связи с чем ответственность по иску должен нести владелец автомобиля ФИО6, иск к ФИО5 заявлен необоснованно.
Убеждения истца в том, что обязанность по возмещению вреда должна быть возложена и на непосредственного причинителя вреда, который также являлся собственником автомобиля, приобретенного в период брака с ответчиком, несостоятельны. Как следует из материалов дела, титульным владельцем автомобиля с правомочиями на совершение регистрационных и иных действий является ФИО6 (л.д.50), который не исполнил обязанность по страхованию гражданской ответственности, в том числе ответственности лиц, которым доверяет управление транспортным средством. Факт управления автомобилем его супругой, не может свидетельствовать о том, что именно водитель являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Факт передачи собственником транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, подтверждает лишь волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование и не свидетельствует о передаче права владения имуществом в установленном законом порядке, поскольку такое использование не лишает собственника имущества права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником повышенной опасности. ФИО5 на момент происшествия не являлась законным владельцем источника повышенной опасности.
Определяя размер компенсации нравственных страданий, суд исходит из того, что дата истец самостоятельно обратился в травматологическое отделение медицинского учреждения, откуда выписан дата с диагнозом: «Сотрясение головного мозга, ушиб шейного отдела позвоночника» (л.д. 11).
По выводам проведённой в рамках административного расследования экспертизы от дата № диагноз: «ЗЧМТ, сотрясение головного мозга» какими-либо объективными неврологическими данными не подтверждён и поэтому в основу оценки степени тяжести вреда здоровью ставиться не может. Понятие ушиба (шейного отдела позвоночника) без описания морфологических признаков наружных телесных повреждений и неврологической симптоматики в классификацию телесных повреждений не входит, в связи с чем в основу оценки степени тяжести вреда здоровью ставиться не может (л.д. 22)
Указанные выводы никем в суде не оспаривались, ходатайств о назначении экспертизы на предмет определения степени тяжести вреда здоровью участниками спора не заявлялось.
Согласно п. 25-30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от дата N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
Применительно к приведённым положениям, исходя из установленных обстоятельств причинения и тяжести вреда, наступивших последствий, данных о личностях сторон, в том числе преклонного возраста истца, суд полагает заявленный в иске размер компенсации нравственных страданий в 15 000 руб. разумным и справедливым.
В связи с частичным удовлетворением иска ответчик ФИО6 обязан возместить местному бюджету судебные издержки на сумму 3 000 руб. в виде подлежащей уплате при подаче иска госпошлины, от которой истец освобождён в силу закона (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ).
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
иск удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 ёновича 15 000 руб. компенсации морального вреда.
В остальной части иск отказать.
Взыскать с ФИО6 в доход местного бюджета Серфимовичского муниципального района <адрес> 3 000 руб. государственной пошлины.
Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда через Серафимовичский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено дата.
Судья подпись К.О. Попова