Дело № Судья ФИО3

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Челябинский областной суд в составе судьи Силиной О.В.

при ведении протокола помощником судьи Утарбековой Р.Ф.,

с участием прокурора Шестакова А.А.,

осужденного ФИО2,

защитника – адвоката Зиновьева В.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелля-ционным представлению государственного обвинителя ФИО6, жалобе адвоката ФИО26 на приговор <адрес> <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>

несудимый;

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы сроком на два года шесть месяцев с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок два года десять месяцев;

на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное основное наказание в ви-де двух лет шести месяцев лишения свободы заменено принудительными ра-ботами на срок два года шесть месяцев с удержанием 10 % заработной платы в доход государства;

срок отбывания принудительных работ постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр, куда ему надлежит следо-вать самостоятельно за счет государства в порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 60.2 УИК РФ, с зачетом времени следования из расчета один день за один день принудительных работ;

разъяснено осужденному, что в случае уклонения от отбывания прину-дительных работ либо признания его злостным нарушителем порядка и усло-вий отбывания принудительных работ, неотбытая часть наказания заменяется лишением свободы из расчета один день лишения свободы за один день при-нудительных работ.

Постановлено меру пресечения в виде подписки о невыезде и надле-жащем поведении после вступления приговора в законную силу отменить.

Приговором удовлетворены частично гражданские иски потерпевшей Потерпевший №2, действующей в своих интересах и в интересах несовершенно-летнего ФИО7, потерпевшего Потерпевший №1:

взыскано с ФИО2 в пользу Потерпевший №2 в счет компенсации морального вреда денежные средства в сумме один миллион рублей и в счет возмещения материального ущерба в сумме пятьдесят четыре тысячи четы-реста девяносто рублей, всего один миллион пятьдесят четыре тысячи четы-реста девяносто рублей;

взыскано с ФИО2 в пользу Потерпевший №2, действующей в ин-тересах ФИО7 в счет компенсации морального вреда денежные средст-ва в сумме один миллион рублей;

взыскано с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в счет компенса-ции морального вреда денежные средства в сумме один миллион рублей.

Исковые требования потерпевшего Потерпевший №1 в части возмеще-ния расходов на оплату представителя оставить без рассмотрения, разъяснив право на обращение в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств по уголовному делу.

Заслушав доклад судьи ФИО29, прокурора ФИО5, про-сившего приговор изменить по доводам представления, выступления осуж-денного ФИО1, адвоката ФИО26, поддержавших доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 признан виновным в нарушение лицом, управляющим автомобилем, п. 10.1 правил дорожного движения, повлекшей по неосторож-ности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО13 и Потерпевший №1, повлекшем по неосторожности смерть ФИО13, совершенном ДД.ММ.ГГГГ на автодороге «<данные изъяты> в <адрес> <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО32. просит приговор отменить, направив уголовное дело на новое рассмотрение, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приго-воре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным приме-нением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Указывает, что всякое изменение обвинения в суде должно быть обос-новано в описательно-мотивировочной части приговора, согласно п.1 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать, помимо прочего, описание преступного деяния, признан-ного судом доказанным.

Однако судом допущены существенные противоречия, так как суд при описании преступного деяния указал, что скорость движения транспортного средства ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО, государственный регистра-ционный знак № составляла около 50 км/ч. Вместе с тем в ходе допроса в судебном заседании осоужденный сообщал о скорости движения около 70 км/ч, аналогичные данные указывались осужденным в объяснениях (60-70 км/ч). Лишь в письменных пояснениях ФИО2 и ФИО8 указана скорость движения 50 км/ч, ФИО2 указывал, что снизил скорость до 50 км/ч после того, как увидел ГАЗ Соболь.

Таким образом, судом необоснованно изменено обвинение в части ско-рости движения транспортного средства ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРА-ДО, государственный регистрационный знак №, скорость дви-жения уменьшена произвольно, без должной мотивировки и ссылки на дока-зательства, тем самым улучшено положение виновного лица.

Также, суд надлежащим образом не мотивировал, почему в качестве доказательства принял объяснения ФИО2, данные им до возбужде-ния уголовного дела, которые последний не подтвердил.

Кроме того, с удом в описательно-мотивировочной части приговора не приведены мотивы, обосновывающие частичное удовлетворение исков о компенсации морального вреда, не указан размер подлежащих удовлетворе-нию требований. В нарушение Семейного кодекса РФ судом незаконно и не-обоснованно оставлены без рассмотрения исковые требования Потерпевший №1 о возмещении расходов на оплату услуг представителя.

Судом недостаточно учтены требования разумности и справедливости, характер причиненных потерпевшим физических и (или) нравственных стра-даний, с учетом удовлетворения исков Потерпевший №2 и Потерпевший №1 о компенсации морального вреда в размере один миллион рублей каждому.

Помимо этого судом в описательно-мотивировочной части приговора не приведены мотивы, по которым он пришел к выводу о возможности ис-правления осужденного без реального отбывания наказания в местах лише-ния свободы, таким образом, применение положений ст.53.1 УК РФ является незаконным и необоснованным, противоречит целям наказания и принципу социальной справедливости.

Кроме того, фактически не решен вопрос о назначении дополнитель-ного наказания, суд ограничился лишь указанием на замену лишения свобо-ды принудительными работами.

Осужденный ФИО2 вину не признал, не раскаялся в содеян-ном, должных выводов для себя не сделал, вред, причиненный преступлени-ем, не возместил, ограничился лишь принесением устных извинений, неод-нократно в ходе разбирательства по делу изменял свою позицию в целях ук-лонения от уголовной ответственности.

Уменьшение объема обвинения, немотивированная замена наказания в виде лишения свободы принудительными работами повлекли назначение ФИО2 несправедливо мягкого наказания.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО26 в интересах осужден-ного ФИО2 просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

Указывает, что судом в приговоре не описаны, а значит и не установ-лены, обстоятельства совершения преступления, поскольку, с одной сторо-ны, суд пытается исследовать версию о создании опасности для движения, с другой стороны указывает на то, что водитель просто не справился с управ-лением.

Судом первой инстанции так и не было установлено, какую опасность для движения, в процессе управления автомобилем ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО обнаружил ФИО2 Полагает, что судом первой инстан-ции не установлена объективная сторона преступления.

Обращает внимание на то, что суд постановил приговор на недопусти-мых доказательствах: на объяснениях осужденного ФИО2 и его супруги ФИО8, что противоречит требованиям УПК РФ, решени-ям Конституционного суда РФ, Седьмого кассационного суда общей юрис-дикции.

В ходе судебного следствия должна быть установлена точная причина выезда автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО, под управлением ФИО2, за пределы проезжей части, что судом первой инстанции сделано не было, поскольку изучение материалов уголовного дела позволяет утверждать, что никто из свидетелей не видел движение автомобиля под управлением ФИО2 по проезжей части.

Обращает внимание на то, что свидетели увидели автомобиль ТОЙО-ТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО, либо в момент наезда на потерпевших, либо за долю секунды до наезда, когда он уже находился за пределами проезжей части, из чего следует только один вывод: свидетели не могут судить ни о скорости, ни о траектории движения и причинах съезда в кювет автомобиля под управлением ФИО2

Указывает, что свидетель ФИО9 также не видел автомо-биль под управлением ФИО3 до его наезда на потерпевших, но под-тверждает показания ФИО3 в части наличия неустановленного ав-томобиля, внезапно выехавшего на встречную полосу движения. Вместе с тем суд первой инстанции в тексте приговора показания свидетеля ФИО33. о том, что неустановленный автомобиль выехал на полосу встречного движения, даже не упомянул, тем самым исказив, в этой части, данные свидетелем показания. Считает, что суд нарушил принцип состяза-тельности сторон.

Утверждает, что при соблюдении принципа презумпции невиновности «право на жизнь» имеет только версия развития дорожно-транспортной си-туации, предложенная ФИО2 и подтвержденная свидетелями ФИО8 и ФИО9

Обращает внимание на то, что ФИО2 и в ходе предварительно-го расследования, и в суде последовательно утверждал, что съезд его авто-мобиля в кювет связан с внезапно возникшей аварийной ситуацией в виде выехавшего на его полосу движения встречного транспорта с включенным ярким светом фар. Данное обстоятельство и вынудило ФИО2 при-менить торможение и вывернуть рулевое колесо вправо.

Указывает на то, что допрос эксперта ФИО10 в нарушение требований ч. 2 ст. 282 УПК РФ происходил до исследования в суде подготовленного им экспертного заключения №, которое стороной обвинения было оглашено лишь ДД.ММ.ГГГГ При этом сторона защиты была лишена возможности подготовиться к допросу эксперта, так как заранее не была поставлена в известность о его вызове в суд.

Отмечает, что в заключении эксперта № исходные данные, принятые экспертом при ответе на поставленные перед ним вопросы, не являются объективными и достоверными. Так временные и числовые значения, используемые экспертом ФИО10 в расчетах, не являются точными и достоверными, ведь свидетель ФИО9, чьими временными значениями и пользовался эксперт, неоднократно утверждал, что метры и секунды указаны им приблизительно.

Обращает внимание на то, что в постановлении о назначении судебной экспертизы <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГг. отсутствуют данные о возвращении неустановленного автомобиля на свою половину про-езжей части. Кроме ФИО2 и его супруги траекторию движения неустановленного автомобиля после его проезда мимо свидетеля ФИО9 никто не видел.

Считает, что эксперт ФИО10 навязывает свою версию произошедше-го, а именно, что в момент разъезда транспортных средств неустановленный автомобиль успел вернуться на свою половину проезжей части и никакой опасности для движения водителю ФИО2 не создавал.

Указывает, что эксперт ФИО11 умышленно не рассматривал версию стороны защиты о том, что к моменту разъезда транспортных средств неустановленный автомобиль не вернулся на свою половину проезжей части, то есть таким образом водитель ФИО2 обеспечил этот встречный разъезд тем, что уходя от столкновения с продолжавшим двигаться без торможения по его половине проезжей части неустановленным автомобилем, вывернул рулевое колесо вправо.

Полагает, что заключение № и показания эксперта ФИО10 являются недопустимыми доказательствами, в связи с чем не могут быть по-ложены в основу обвинительного приговора виновности ФИО2

В суде апелляционной инстанции прокурор просил приговор изменить по доводам апелляционного представления, отказать стороне защиты в удов-летворении жалобы. Сторона защиты в полном объеме поддержала доводы жалобы, представление просила оставить без удовлетворения, приобщила за-явление ФИО2 о наличии у него на иждивении дяди – ФИО12; копии паспорта на имя ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р., удостоверений на имя ФИО12; медицинских документов на имя ФИО12

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления, жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следую-щим выводам.

Все обстоятельства, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию, имеющие существенное значение для юридической оценки содеянного и свидетельствующие о совершении ФИО2 преступления, за кото-рое он осужден, судом установлены и описаны в приговоре, который с уче-том внесенных в него изменений по своему содержанию соответствует тре-бованиям ст.ст. 297, 307 - 309 УПК РФ. Сами изменения, которые были вне-сены судом в описание преступного деяния, не влияют на суть обвинитель-ного приговора, а лишь корректируют предъявленное обвинение с учетом, установленных по делу обстоятельств, в том числе с учетом выводов заклю-чения экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГг.

В приговоре изложены установленные судом обстоятельства преступно-го деяния, признанные судом доказанными, с указанием места, времени, спо-соба совершения преступления, формы вины, мотива, проанализированы до-казательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденного в со-деянном, приведены мотивы, по которым суд пришел к выводам относитель-но квалификации преступления, назначении наказания, а также обоснование по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Каких-либо неясностей и противоречий в целом в доказательствах, ста-вящих под сомнение обоснованность осуждения ФИО2 и в силу ст. 14 УПК РФ подлежащих толкованию в его пользу, в приговоре не содержит-ся.

В ходе судебного заседания установлена причинно-следственная связь между непосредственными действиями ФИО2 и дорожно-транспортным происшествием, повлекшим последствия, указанные в приго-воре.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материала-ми уголовного дела, ФИО2, управляя автомобилем ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО, двигаясь по участку 18 км автодороги «<данные изъяты>», расположенному в <адрес>, в направлении <адрес> со скоростью около 50 км/ч, не выбрал безопас-ную скорость движения, учитывая при этом дорожные и метеорологические условия, обеспечивающие водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, не справился с управлением автомобиля, совершил съезд в правый кювет, где совершил наезд на стоящих в кювете ФИО13 и Потерпевший №1 В результате этого потерпевшие Потерпевший №1, ФИО13 получили телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, от которых наступила смерть ФИО13

Указанные обстоятельства получили полное подтверждение в ходе су-дебного разбирательства.

Вина ФИО2 в совершении преступления, за которое он осуж-ден, установлена совокупностью доказательств, достаточно подробно изло-женных в приговоре.

Показаниями самого осужденного ФИО2, в части описания об-стоятельств дорожно-транспортного происшествия, а именно, что около 19 часов ДД.ММ.ГГГГ он на автомобиле ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР возвра-щался из <адрес> в <адрес>. Дорога покрывалась льдом, не была ос-вещена, он ехал с ближним светом фар со скоростью около 70 км/ч. Впереди увидел свет и очертания стоящего автомобиля, в связи с чем он снизил ско-рость до 50 км/ч. Передняя часть ГАЗ «Соболь» была направлена на него, а большей частью на обочине. На противоположной стороне напротив или чуть дальше от ГАЗ стоял один или два легковых автомобиля с включенной аварийной сигнализацией. Когда он приблизился к автомобилю ГАЗ «Со-боль», то увидел, как из-за стоящего на левой обочине автомобиля навстречу ему неожиданно выехал белый кроссовер с очень ярким светом фар. До бело-го кроссовера оставалось 40-50 м, он на свою полосу движения не возвра-щался, а до автомобиля ГАЗ «Соболь» ему оставалось еще меньше. У него не было возможности разъехаться со встречным автомобилем, чтобы не столк-нуться с ним, он повернул руль вправо и нажал на тормоз. В результате ав-томобиль съехал в кювет и произошел столкновение с другим автомобилем и наезд на людей, которые находились в кювете и которых он не видел.

Показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что около 19-00 ча-сов ДД.ММ.ГГГГ на автодороге «<данные изъяты>» автомо-биль ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР под управлением ФИО14, в котором находились, он, его супруга, ФИО14 и ФИО13 съехал в правый по ходу движения кювет, поскольку автотранспортное средство начало зано-сить. Они вышли из автомобиля, никто не пострадал. Мимо проезжающий водитель предложил свою помощь, чтобы вытянуть их автомобиль на проез-жую часть. Водитель остановил свой автомобиль ГАЗ «Соболь» на обочине на правом краю проезжей части при движении из <адрес>, передней ча-стью в сторону <адрес>, габаритные огни и аварийная сигнализация бы-ли у него включены. Он и ФИО13 находились возле задней части автомо-биля ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР: он слева, а ФИО13 – справа. Он услышал крик супруги ФИО15, повернул голову, увидел яркий свет фар и приближающийся автомобиль. Произошло столкновение, отчего его отбро-сило в сторону, у него была сильно повреждена левая нога, у ФИО13 также были повреждены ноги, он лежал с другой стороны автомобилей.

В том числе показаниями свидетеля ФИО15 о том, что они на автомобиле ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР под управлением ФИО14 воз-вращались с базы отдыха <данные изъяты>». Так как дорога была скользкая, они съе-хали в правый по ходу движения кювет. Через некоторое время подъехал во-дитель ГАЗ «Соболь», предложил помощь. Водитель ГАЗ «Соболь» поставил автомобиль передней частью в сторону <адрес> на обочине, частично на проезжей части, а ФИО13 и мужчины крепили трос. Далее она увидела свет фар автомобиля, отчего закричала, ее супруг обернулся и в этот момент автомобиль врезался в автомобиль ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР. Примерно за 3-5 секунд до ДТП подходил свидетель ФИО9, который спрашивал, не нужна ли помощь, но они отказались. В результате ДТП пострадали ее супруг и ФИО13, который скончался в больнице;

аналогичными показаниями свидетеля ФИО14 о событиях ДТП.

Показаниями свидетеля ФИО16, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он с ФИО19, ФИО17 возвращались на автомобиле ГАЗ «Соболь» по автодороге <данные изъяты> Он управлял автомобилем. Видимость на дороге была хорошая, но дорога была скользкая. На расстоянии около 200-300 м. он увидел автомобили с включен-ной аварийной сигнализацией. Подъехав, он увидел съехавший в правый кю-вет автомобиль ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР. Они остановились и предложили свою помощь, чтобы вытащить автомобиль из сугроба. Он развернул свой автомобиль и тот оказался на правой обочине по направлению в сторону <адрес>, передней частью в направлении <адрес>. Автомобиль пра-выми колесами находился немного на проезжей части, но места на дороге было достаточно, у автомобиля была включена аварийная сигнализация и га-баритные огни, знака аварийной остановки не было. ФИО17 помогал цеплять трос за автомобиль ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР совместно с двумя муж-чинами. Он услышал громкий звук, обернулся и увидел, что на стоящий в кювете автомобиль ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР совершил наезд автомобиль ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР. Мужчины, которые находились около задней час-ти автомобиля ТОЙОТА ХАЙЛЕНДЕР, получили тяжелые травмы, им ото-рвало ноги. Самого момента столкновения автомобилей он не видел, но удар был очень сильный, как водитель может сказать, что скорость автомобиля была не менее 80 км/ч.

Показаниями свидетеля ФИО8, из которых следует, что во время движения на автомобиле ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР под управлением ее супруга, на правой полосе движения, она увидела яркий свет фар автомоби-ля. Автомобиль со встречной полосы переместился на их полосу. Ее супруг начал принимать меры к остановке автомобиля, снижал скорость. Кроме то-го, на их полосе стоял автомобиль ГАЗ «Соболь». Когда до автомобиля ГАЗ «Соболь» оставалось около 10-15 м, у их автомобиля скорость была около 20 км/ч. Ее супруг, чтобы избежать столкновения с указанным автомобилем, пе-ред которым на обочине стояли люди, съехал в кювет. Они попали в колею и совершили столкновение с задней частью автомобиля ТОЙОТА ХАЙЛЕН-ДЕР, где находились люди, на которых их автомобиль совершил наезд.

Показаниями свидетеля ФИО9, из которых следует, что около 19 часов 20 минут ДД.ММ.ГГГГ он двигался на своем автомобиле в направлении <адрес>, увидел свет от аварийной сигнализации на авто-мобиле, который располагался на обочине встречного движения. Автомобиль ГАЗ «Соболь» правыми колесами касался проезжей части, а в кювете нахо-дился темный автомобиль. Он припарковался на обочине, не доезжая до ав-томобиля ГАЗ «Соболь» в 10-15 метрах, предложил свою помощь, но люди отказались. Он развернулся, и пошел в сторону своего автомобиля. Когда подходил к проезжей части дороги, он увидел автомобиль, который двигался по своей полосе движения в направлении <адрес> с достаточно высокой скоростью, не менее 80 км/ч. Он остановился на дороге, пропустил данный автомобиль, который проехал по своей полосе движения, при этом он допус-кает, что этот автомобиль в момент, когда объезжал его автомобиль, мог ле-вой частью, максимум одним колесом выехать на полосу встречного движе-ния. Предполагает, что автомобиль вернулся на свою полосу движения. По-сле проезда автомобиля он находился на середине проезжей части. После проезда автомобиля через несколько секунд он услышал глухой стук. По-смотрел назад и увидел, что в стоящий в кювете автомобиль въехал другой автомобиль. Он вернулся обратно к месту, где увидел, что пострадали двое мужчин.

Также виновность подтверждается показаниями потерпевшей Потерпевший №2, свидетелей ФИО18, ФИО19, ФИО17, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, об об-стоятельствах ДТП; заключениями судебно-медицинских экспертиз, устано-вивших причинение в результате ДТП потерпевшему Потерпевший №1, те-лесных повреждений, повлекших тяжкий вред его здоровью, а также телес-ных повреждений потерпевшему ФИО13 повлекших его смерть; заклю-чением автотехнических экспертиз № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, протокола следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, показаниям эксперта ФИО10, а также иными исследованными су-дом доказательствами.

Так из протокола следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ сле-дует, что видимость из автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО, государственный регистрационный знак №, в темное время су-ток, в ближнем свете фар на стоящий автомобиль ГАЗ 27527, государствен-ный регистрационный знак №, расположенный на правой обочине передней частью в сторону <адрес> на 17 км 665 м автодороги «<данные изъяты>», общая видимость на элементы проез-жей части. Видимость на статиста составила 60 м. Видимость на автомобиль ГАЗ с включенными габаритными огнями, ближним светом фар и аварийной сигнализацией составила 307 м, с включенными габаритными огнями и включенной аварийной сигнализацией – 192 м, с выключенными габаритны-ми огнями и выключенной аварийной сигнализацией – 70 м.

Из выводов эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в данной дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, примене-ние водителем автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО маневра со съездом с дороги, с технической точки зрения, является нецелесообразным. В данной дорожно-транспортной ситуации, при заданных исходных данных, с технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО требованиям ч. 2 п. 10.1 ПДД находит-ся в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия. Несо-ответствие действий водителя автомобиля ГАЗ 27527 требованиям п. 7.2 ПДД, при заданных исходных эксперту условиях, не находится в причинной связи с выездом автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 ПРАДО за преде-лы дороги.

В связи с возникновением новых вопросов в отношении ранее исследо-ванных обстоятельств уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ судом апелляционной инстанции было принято решение о назначении дополнительной судебной автотехнической экспертизы. Проведение, которой была поручена экспертам <данные изъяты> Министерства юстиции Российской Федерации.

Так согласно выводам дополнительной судебной автотехнической экс-пертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что водитель автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 имел возможность продолжить движение в прямом направлении при наличии стоящего частично на проезжей части ав-томобиля ГАЗ-27527 и неустановленного автомобиля, частично выехавшего на полосу движения автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150. Предотвра-щение наезда автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 на ФИО13 и ФИО34 зависело не от технической возможности у водителя, а от со-блюдения этим водителем требований п. 10.1 (абзац 2) ПДД, которые обязы-вали его при возникновении опасности снижать скорость, а не маневриро-вать. При прямолинейном движении и снижении скорости автомобиля, наез-да на ФИО13 и Потерпевший №1 не произошло бы. Поэтому, маневр от-ворота вправо, который предпринял водитель, с технической точки зрения не был вынужденным. Причиной данного ДТП с технической точки зрения яв-лялись действия водителя автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150, не соот-ветствующие требованиям п. 10.1 (абзац 2) ПДД РФ.

Из заключений экспертов следует, что дорожно-транспортное происше-ствие произошло в результате действий водителя автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150, то есть его действия не соответствовали требованиям п. 10.1 (абзац 2) ПДД РФ.

Оснований сомневаться в допустимости и достаточности указанных за-ключений экспертов у суда обоснованно не имелось, поскольку данные ис-следования проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертами, обладающим специальными познания-ми, достаточным опытом, на основании представленных органами предвари-тельного следствия документов, содержащих необходимую информацию от-носительно дорожно-транспортного происшествия, в заключениях отражены научно-обоснованные выводы по поставленным вопросам.

Заключение эксперта по итогам повторной экспертизы фактически до-полняет и конкретизирует обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия, установленные предыдущим заключением эксперта. Оснований считать, что эксперт при проведении указанной экспер-тизы вышел за пределы полномочий и высказался по вопросу, отнесенному к исключительной компетенции суда, не имеется.

Оснований для проведения дополнительной или повторной автотехниче-ской экспертизы, как об этом просила сторона защиты в суде первой инстан-ции ДД.ММ.ГГГГг. и в суде апелляционной инстанции, не имелось. Осуж-денный и его защитник не были ограничены в правах по постановке допол-нительных вопросов эксперту, заявления отводов экспертам и ходатайств о проведении экспертизы в другом учреждении, при назначении дополнитель-ной автотехнической экспертизы <адрес> судом.

Вопреки суждениям в жалобе о наличии предположений в выводах экс-пертов, неверной их оценке судом, сводящиеся к просьбе об иной их оценке, заключения проведенных по делу автотехнических экспертиз обоснованно приняты судом в качестве надлежащих доказательств, поскольку по своей форме и содержанию они соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выво-ды в них мотивированы, основаны на всех исходных данных, представлен-ных экспертам на исследование.

Предусмотренных законом оснований для признания указанных заклю-чений недопустимыми доказательствами не имеется.

Версия стороны защиты о невиновности осужденного в связи созданием аварийной ситуации неустановленным автомобилем была обоснованно опро-вергнута судом первой инстанции с учетом выводов эксперта о том, что не-установленный автомобиль, двигавшийся во встречном направлении и час-тично выехавший на полосу движения автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150, не создавал аварийную ситуацию для водителя автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150.

Водитель автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 имел возможность продолжить движения в прямом направлении при наличии стоящего частич-но на проезжей части ГАЗ-27527 и неустановленного автомобиля, частично выехавшего на полосе движения автомобиля ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой ин-станции, что водитель ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 должен был осуществ-лять движения со скоростью, учитывая видимость в направлении движения, а в случае опасности столкновения с другим автомобилем должен был не ма-неврировать, снизить скорость, двигаясь при этом в пределах проезжей час-ти, что ФИО2 выполнено не было в нарушение требований п. 10.1 ПДД РФ. Так, из показаний свидетеля ФИО16 следует, удар авто-мобилей был очень сильным, скорость автомобиля была не менее 80 км/ч, что также подтверждает тот факт, что водитель ТОЙОТА ЛЕНД КРУЗЕР 150 не осуществлял движения со скоростью с учетом обстановки на дороге.

Собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказатель-ства, в том числе показания указанных лиц, осужденного ФИО2, не отрицавшего того факта, что во время совершения маневра, его автомобиль съехал в кювет, где и произошло столкновение автомобилей и наезд на лю-дей, проверены судом путем их сопоставления, оценены и обоснованно по-ложены в основу приговора.

Сомневаться в достоверности показаний потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО15, ФИО14, ФИО16, ФИО19, ФИО17, которые являлись непосредственными очевидцами про-изошедшего, у суда не имелось оснований, поскольку они согласуются меж-ду собой и подтверждаются иными доказательствами. Причин для оговора осужденного со стороны потерпевших судом не установлено.

Доводы апелляционной жалобы адвоката о недопустимости признания в качестве доказательств вины осужденного объяснений ФИО4 суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку судом пер-вой инстанции обоснованно указано, что свидетелю разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, она предупреждена об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, и в отношении нее не проводилась проверка сообщения о престу-плении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ.

При этом судом обоснованно отвергнуты как несостоятельные показания свидетеля ФИО8 изменившей свои показания о событиях ДТП, ко-торые суд расценил как стремление последней помочь осужденному Усоль-цеву Н.Л., являющемуся ее супругом, уйти от ответственности за содеянное.

Доводы апелляционной жалобы, связанные с анализом представленных суду доказательств в виде допросов свидетелей ФИО9, ФИО35 являются несостоятельными, поскольку правильные по существу выводы суда первой инстанции оспариваются защитой исключительно путем переоценки в выгодную для осужденного сторону тех же доказательств, ко-торые исследованы судом и положены в основу приговора. При этом не при-водится каких-либо существенных обстоятельств, не учтенных или оставлен-ных без внимания судом.

Данных о необъективной оценке представленных доказательств, повли-явших на правильность выводов суда, не усматривается. Тот факт, что оценка доказательств, приведенная судом в приговоре, не совпадает с оценкой дока-зательств, сделанной адвокатом в апелляционной жалобе, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не явля-ется основанием для отмены приговора.

Совокупность перечисленных выше доказательств позволила суду сде-лать обоснованный вывод о том, что действия осужденного, нарушившего правила дорожного движения, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими для потерпевших последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью и смерти.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам, имеющим значение для установления подлежащих доказыванию обстоятельств совер-шенного ФИО2 преступления, суд дал надлежащую оценку, при этом указал в приговоре, по каким основаниям принимает одни из этих дока-зательств и отвергает другие, в том числе заключение привлеченного сторо-ной защиты специалиста ФИО25 по исследованию от ДД.ММ.ГГГГг. обстоятельств дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГг. на 18 км автодороги <данные изъяты>».

Довод апелляционной жалобы об отсутствии должной оценки выводам заключения специалиста ФИО25 не состоятелен, поскольку в соот-ветствии со ст. ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголов-ном деле, а также установления их источников, получения иных доказа-тельств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство, что судом первой инстанции выполнено в полном объеме.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в соответствии с требованиями п. 2 ст. 307 УПК РФ суд привел в приговоре убедительные мотивы, по кото-рым признал достоверными перечисленные выше доказательства, представ-ленные стороной обвинения, и отверг показания осужденного ФИО2

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы о признании в качестве не-допустимого доказательства по делу объяснения ФИО2, которое подлежит исключению из приговора по следующим основаниям.

Так, судом в качестве доказательства виновности ФИО2 в со-вершении преступления в описательно-мотивировочной части приговора приведено его объяснение от ДД.ММ.ГГГГг. (т. 1 л.д. 179-180) об обстоя-тельствах совершенного преступления, полученное сотрудником СО Меж-муниципального МВД «<адрес> <адрес> в отсутствие защитника и не подтвержденное ФИО2, на что указывает факт изменения последним показаний в суде.

При таких обстоятельствах сведения, изложенные в объяснениях Усоль-цева Н.Л., с учетом положений п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ нельзя признать до-пустимым доказательством, поскольку они получены с существенным нару-шением уголовно-процессуального закона, вследствие чего они не имеют юридической силы и не могли быть положены в основу приговора.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие прове-дено в соответствии с требованиями ст. 15, ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. Все хо-датайства, заявленные сторонами, в ходе судебного разбирательства, были рассмотрены судом в полном соответствии с положениями ст. ст. 121, 122 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, в которых приведены надлежащие мотивировки принятых решений с учетом представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости в производстве заявленных про-цессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом по-ложений ст. 252 УПК РФ, не выходят за рамки судебного усмотрения, при-менительно к нормам ст. ст. 7, 17 УПК РФ.

Доказательств того, что суд препятствовал стороне обвинения или защи-ты в предоставлении, либо исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или могущих повлиять на постанов-ление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом апелля-ционной инстанции не установлено.

Доводы стороны защиты о том, что они не имели возможность подгото-виться к допросу эксперта ФИО10, являются не состоятельными, так как согласно протоколу судебного заседания адвокат активно осуществлял до-прос эксперта и в дальнейшем не заявлял ходатайств о дополнительном до-просе эксперта в случае, если у стороны защиты оставались вопросы к нему.

Довод о том, что заключение эксперта было оглашено после допроса эксперта ФИО10, так же является несостоятельным, так как согласно про-токолу судебного заседания самим экспертом оглашены выводы, изложенные в заключении, а сторона защиты не настаивала на полном оглашении заклю-чения (л.д. 58 оборот том 6).

В связи с вышеизложенным суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, считает, что действия ФИО2 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по не-осторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшем по неосторожности смерть человека.

При назначении наказания ФИО2 суд учел данные о личности осужденного, наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств.

Вопреки доводам жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступле-ния, поведением виновного, которые существенно бы уменьшали степень общественной опасности содеянного, и обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о возможности применения при назначении наказания по-ложений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ.

Оснований для смягчения назначенного ФИО2 наказания не имеется, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учте-ны, каких - либо новых обстоятельств для смягчения назначенного наказания с учетом, представленных в суд апелляционной инстанции документов, не приведено.

Вместе с тем назначенное наказание не отвечает требованиям закона.

В силу ч. 1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмот-ренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом поло-жений Общей части УК РФ.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвини-тельного приговора должны быть указаны вид и размер наказания, назначен-ного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он при-знан виновным.

Согласно правовой позиции, сформулированной в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 55 «О судебном приговоре», во всех случаях резолютивная часть обвини-тельного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возни-кало сомнений и неясностей при его исполнении.

Санкцией ч. 3 ст. 264 УК РФ в качестве основных видов наказания пре-дусмотрены принудительные работы и лишение свободы.

Кроме того, той же санкцией предусмотрено обязательное дополнитель-ное наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью по отношению к каждому из ука-занных основных видов наказания.

Из разъяснений, данных в п. 22.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 58 «О практике на-значения судами Российской Федерации уголовного наказания», следует, что при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудитель-ными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного нака-зания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной час-ти УК РФ, к принудительным работам.

Указанные положения уголовного закона судом не выполнены.

Мотивируя решение о замене назначенного ФИО2 наказания в виде лишения свободы принудительными работами, судом не был разрешен вопрос о назначении дополнительного - к принудительным работам - наказа-ния, предусмотренного санкцией ч. 3 ст. 264 УК РФ.

В резолютивной части приговора при замене осужденному лишения свободы принудительными работами в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ дополнительное наказание с учетом положений ст. 47 УК РФ также фактиче-ски не назначено. При этом суд не усмотрел оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания.

В связи с этим суд апелляционной инстанции полагает необходимым ис-ключить из резолютивной части приговора дополнительное наказание, на-значенное к лишению свободы.

В целом назначенное основное наказание в виде лишения свободы, ко-торое заменено принудительными работами, является справедливым, сораз-мерным содеянному, полностью соответствующим личности осужденного и не является чрезмерно мягким или суровым.

В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции полагает не-обходимым назначить дополнительное наказание к принудительным работам в виде лишения права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами.

Решение суда по гражданским искам потерпевших принято в соответ-ствии с требованиями ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ.

Выводы суда о размере удовлетворения исковых требований сделаны с учетом исследованных материалов уголовного дела, содержания заявлений гражданских истцов и приведенных ими доводов. Размер компенсации мо-рального вреда определен с учетом характера причиненных потерпевшим Потерпевший №1, Потерпевший №2 физических и нравственных страданий, при определении размера компенсации вреда учтены требования разумности и справедливости. Характер страданий оценен судом с учетом фактических об-стоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей каждого потерпевшего.

Между тем, как видно из приговора, суд в части оплаты услуг предста-вителя оставил данный вопрос без рассмотрения, разъяснив право на обра-щение в суд в порядке гражданского судопроизводства.

Вместе с тем п. 1.1. ч. 2 ст. 131 УПК РФ предусмотрено, что суммы, вы-плачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, отнесены к процессуальным издержкам.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 23 «О практике рассмотрения судами граж-данского иска по уголовному делу», исходя из ч. 3 ст. 42 УПК РФ расходы, понесенные потерпевшим в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, не относятся к предмету гражданского иска, а вопросы, связанные с их возмещением, раз-решаются в соответствии с положениями ст. 131 УПК РФ о процессуальных издержках.

Таким образом, такие расходы, понесенные потерпевшими подлежат рассмотрению в соответствии с положениями ст. 131 УПК РФ.

Данное нарушение является существенным, повлиявшим на исход дела, влечет отмену судебного решения в части в процессуальных издержек, с пе-редачей уголовного дела в этой части на новое разбирательство в порядке ст. ст. 397 - 399 УПК РФ.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств разрешен судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 81, 309 УПК РФ.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального зако-нов, влекущих отмену или изменение приговора, не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор <адрес> <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части ссылку на объясне-ние ФИО2 как на доказательство его виновности;

- в резолютивной части исключить указание о назначении дополнитель-ного наказания к лишению свободы и указать на применение к назначенному основному наказанию в виде принудительных работ дополнительного нака-зания в виде лишения права заниматься деятельностью связанной с управле-нием транспортными средствами на срок два года шесть месяцев;

- считать назначенным ФИО2 наказание по ч. 3 ст. 264 УК РФ в виде лишения свободы на срок на два года шесть месяцев, на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ с заменой основного назначенного наказания в виде лишения свободы принудительными работами на срок два года шесть месяцев с удер-жанием 10 % заработной платы в доход государства с лишением права зани-маться деятельностью связанной с управлением транспортными средствами на срок два года шесть месяцев;

срок отбывания принудительных работ необходимо исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр, куда ему надлежит следо-вать самостоятельно за счет государства в порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 60.2 УИК РФ, в срок отбывания наказания зачесть время следования из рас-чета один день за один день принудительных работ;

разъяснить осужденному, что в случае уклонения от отбывания прину-дительных работ либо признания его злостным нарушителем порядка и усло-вий отбывания принудительных работ, неотбытая часть наказания заменяется лишением свободы из расчета один день лишения свободы за один день при-нудительных работ.

Тот же приговор в части взыскания процессуальных издержек, связан-ных с оплатой услуг представителя потерпевшего Потерпевший №1 - отме-нить, уголовное дело в этой части передать на новое судебное разбирательст-во в порядке, предусмотренном ст. ст. 397, 399 УПК РФ, в тот же суд в ином составе суда.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные представление государственного обвинителя ФИО6, жалобу адво-ката ФИО26 – без удовлетворения.

Решение суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в кас-сационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кас-сационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стра-жей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредст-венно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, преду-смотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участ-вующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уго-ловного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий