Решение по делу № 2-1-1178/2025 от 22.10.2025 - об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку заработной платы и компенсации морального вреда.

УИД № 57RS0014-01-2025-001696-69

Дело № 2-1-1178/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 октября 2025 г. г. Мценск

Мценский районный суд Орловской области в составе:

председательствующего судьи Журавлевой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Долгих Ю.С.,

с участием старшего помощника Мценского межрайонного прокурора Малаханова А.В., истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Мценской межрайонной прокуратуры, действующей в интересах ФИО2, к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку заработной платы и компенсации морального вреда,

установил:

Мценская межрайонная прокуратура, действующая в интересах ФИО2, обратилась в суд с иском к ИП ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за задержку заработной платы и компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указано, что по обращению ФИО2 Мценской межрайонной прокуратурой проведена проверка исполнения ответчиком трудового законодательства. В ходе данной проверки установлено, что 7 декабря 2020 г. между ИП ФИО3 и ООО «МРК» был заключен договор субаренды помещения площадью 114,9 кв.м., расположенного на первом этаже здания административно-бытового корпуса № производственного назначения по адресу: <адрес> с кадастровым номером №, принадлежащего ООО «МРК» на праве аренды. Указанное помещение использовалось под столовую для оказания услуг в сфере общественного питания. Дата договор субаренды с ответчиком расторгнут. ФИО2 фактически приступила к работе в столовой в должности кухонного работника с 23 мая 2024 г., прекратила трудовую деятельность 31 марта 2025 г., однако трудовой договор между ИП ФИО3 и ФИО2 оформлен не был. Факт осуществления ФИО2 трудовой деятельности по указанному выше адресу подтверждается табелями учета рабочего времени, информацией системы СКУД о прохождении истца на территорию предприятия через КПП ООО «МРК» с использованием карты пропуска, пояснениями других сотрудников предприятия общественного питания. Согласно достигнутой с работодателем договоренностью заработная плата ФИО2 за один рабочий день составляла 2340 рублей с учетом 13 % налога. Денежные средства за отработанное время ей перечислялись на карту и частично выдавались в конверте, однако, за февраль 2025 г. и за март 2025 г. оплата труда в полном объеме не произведена, в связи с чем у ИП ФИО3 перед работником образовалась задолженность по заработной плате в сумме 33920 рублей. ФИО2 неоднократно обращалась к работодателю с просьбой выплатить ей заработную плату, вместе с тем, задолженность до настоящего времени не погашена. В рамках проводимой прокуратурой проверки ИП ФИО3 и его представитель по доверенности ФИО5 не оспаривали факт осуществления ФИО2 трудовой деятельности в столовой, находившейся в арендованном ответчиком помещении, однако не согласились с суммой задолженности. Исходя из положений ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, в пользу работника подлежит выплате компенсация за задержку заработной платы, которая на дату обращения с иском составила 5899 рублей 82 копейки. Кроме того, несвоевременная оплата труда нарушает права и законные интересы ФИО2, что в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации является основанием для взыскания в ее пользу компенсации морального вреда, которую истец оценивает в 50000 рублей.

По указанным основаниям Мценская межрайонная прокуратура просит установить факт трудовых отношений между ФИО2 и ИП ФИО3 в период с 23 мая 2024 г. по 31 марта 2025 г. в должности работника кухни, взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО2 задолженность по заработной плате в сумме 33920 рублей, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации по состоянию на 6 августа 2025 г. в сумме 5899 рублей 82 копейки, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

В порядке ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Межрегиональная территориальная государственная инспекция труда в Орловской и Брянской областях.

Старший помощник Мценского межрайонного прокурора Малаханов А.В., истец ФИО2 поддержали заявленные требования по изложенным в иске доводам.

ФИО2 в судебном заседании пояснила, что по устной договоренности с ответчиком она приступила к работе в должности кухонного работника с 23 мая 2024 г., график работы - 3 рабочих дня и 3 выходных. Оплата трудовой деятельности должна была производиться по тарифу 195 рублей за час работы в дневное время и 800 рублей за ночную смену. 31 марта 2025 г. являлось ее последним рабочим днем. Заработная плата за февраль 2025 г. и март 2025 г. ей выплачена частично, однако, оставшаяся задолженность до настоящего времени не погашена.

На основании ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 уточнила ранее заявленные требования в части взыскания с ответчика компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, просила рассчитать указанную компенсацию на дату вынесения решения суда и взыскать ее в свою пользу с ИП ФИО3

Ответчик ИП ФИО3, представитель третьего лица Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Орловской и Брянской областях в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Представитель ответчика ИП ФИО3 по доверенности ФИО4 направил в адрес суда письменный отзыв по существу заявленных требований, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, при разрешении спора полагался на усмотрение суда. Не оспаривал факт наличия между сторонами трудовых отношений и возникновение задолженности по оплате труда, однако выразил несогласие с представленным стороной истца расчетом долга по заработной плате, подготовил свой вариант расчета.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 15 и ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения представляют собой отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии с штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В случаях, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора, в том числе, в результате признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации определено понятие трудового договора, которое представляет собой соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя - физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа в должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы; а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общим правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника.

В силу ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Работник обязан приступить к исполнению трудовых обязанностей со дня, определенного трудовым договором. Если в трудовом договоре не определен день начала работы, то работник должен приступить к работе на следующий рабочий день после вступления договора в силу.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 12 Постановления от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъясняет, что если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).

Как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 18 и п. 21 Постановления от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. 55, ст. 59 и ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя - графики работы, графики отпусков; приказы о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности; договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; счета-фактуры; акты о выполненных работах; переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. 2 и ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем).

Согласно ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации признание отношений трудовыми может осуществляться, в частности, судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами.

В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Из материалов дела следует, что 7 декабря 2020 г. между ИП ФИО3 (субарендатор), с одной стороны, и ООО «МРК» (арендатор), с другой стороны, заключен договор субаренды нежилого помещения площадью 114,9 кв.м., расположенного на первом этаже здания административно-бытового корпуса № производственного (промышленного) назначения по адресу: <адрес> кадастровым номером №, принадлежащего ООО «МРК» на праве аренды. В тот же день указанное помещение было передано ИП ФИО3 по акту приема-передачи имущества.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО3 зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя 17 ноября 2017 г., до настоящего времени обладает данным статусом, одним из дополнительных видов его деятельности является деятельность предприятий общественного питания.

В помещении площадью 114,9 кв.м., расположенном на первом этаже здания административно-бытового корпуса № по адресу: <адрес>, ИП ФИО3 организовал столовую для работников предприятия, на территории которого находилось арендованное нежилое помещение. Для осуществления деятельности по организации общественного питания ИП ФИО3 пригласил сотрудников, которые в разное время приступили к работе и выполняли возложенные на них трудовые функции.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела об административном правонарушении, возбужденного в отношении ИП ФИО3, где содержатся объяснения ответчика, объяснения сотрудников столовой ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, табелем учета рабочего времени сотрудников предприятия общественного питания, информацией системы СКУД о прохождении работников на территорию предприятия через КПП ООО «МРК» с использованием карты пропуска, выписками по счетам о зачислении заработной платы, заполненными от руки расчетными листками, фотографиями помещения столовой, перепиской в мобильном приложении.

В своих объяснениях старшему помощнику Мценского межрайонного прокурора Малаханову А.В. от 1 июля 2025 г. ИП ФИО3 в частности указал, что арендуемое у ООО «МРК» помещение использовалось им под столовую для оказания услуг в сфере общественного питания. ФИО2 и другие сотрудники, которые также были трудоустроены для работы в столовой, фактически приступили к работе, однако трудовые договоры с ними оформлялись.

Ранее 9 апреля 2025 г. между ИП ФИО3 и ООО «МРК» было заключено соглашение, на основании которого расторгнут договор субаренды нежилого помещения площадью 114,9 кв.м., расположенного на первом этаже здания административно-бытового корпуса № 39 производственного (промышленного) назначения по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №.

С целью реализации своего права на оплату труда ФИО2 обращалась в адрес Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Орловской и Брянской областях с заявлением, в котором указала о нарушении ИП ФИО3 норм трудового законодательства.

В письме от 4 июля 2025 г. руководитель трудовой инспекции сообщил о возбуждении в отношении ИП ФИО3 дела об административном правонарушении и рекомендовал ФИО2 обратиться за разрешением индивидуального трудового спора в судебном порядке.

Вместе с тем, постановлением заместителя начальника Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Орловской и Брянской областях от 14 июля 2025 г. № ИП ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 4 ст. 5.27. Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (уклонение от оформления трудового договора), ему назначено наказание в виде административного штрафа.

Ответчик в рамках производства по делу об административном правонарушении факт трудовых отношений с ФИО2 не оспаривал, вину, выразившуюся в уклонении от оформления трудового договора, признал. В представленном стороной ответчика расчете задолженности по заработной плате содержится информация, свидетельствующая об осуществлении ФИО2 трудовой деятельности.

Факт того, что ФИО2 была принята на работу ИП ФИО3 в должности работника кухни, и по 31 марта 2025 г. выполняла свою трудовую функцию по месту нахождения предприятия общественного питания по адресу: <адрес>, нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Установление факта трудовых отношений предполагает наличие у работодателя обязанности по оплате работнику заработной платы.

В силу положений ст. 21 и ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные Трудовым кодексом Российской Федерации.

Согласно ст. 35 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается непосредственно работнику, за исключением случаев, когда иной способ выплаты предусматривается федеральным законом или трудовым договором. Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 23 Постановления от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъясняет, что при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица, являющегося индивидуальным предпринимателем, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности, а при невозможности установления размера такого вознаграждения - исходя из размера минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации (ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 4 ст. 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно представленному стороной ответчика расчету задолженности по заработной плате, сотрудникам столовой осуществлялась почасовая оплата труда в дневное время в соответствии с установленным тарифом, в частности, тариф работника кухни составлял 195 рублей за 1 час работы. Оплата работы в ночное время всем сотрудникам предприятия общественного питания, независимо от выполняемой трудовой функции, производилась по тарифу - 800 рублей за одну смену.

ФИО2 с порядком начисления заработной платы и представленными в расчетах ответчика тарифами согласилась.

По информации, содержащейся в табеле учета рабочего времени, в феврале 2025 г. ФИО2 отработала 66 часов в дневное время и 7 ночных смен, в марте 2025 г. она отработала 130 часов в дневное время и 6 ночных смен.

В соответствии с расчетом ответчика ФИО2 в феврале 2025 г. отработала 48 часов в дневное время и 7 смен ночью, в марте 2025 г. отработала 80 часов в дневное время и 6 ночных смен.

Поскольку между информацией, отраженной в табеле учета рабочего времени, и в расчете, представленном стороной ответчика, имеются значительные расхождения относительно количества отработанных часов в дневные смены, суд руководствуется информацией системы СКУД о прохождении ФИО2 на территорию предприятия через КПП ООО «МРК» с использованием карты пропуска.

За вычетом времени, затраченного на дорогу к рабочему месту и на обратную дорогу, ФИО2 находилась в помещении предприятия общественного питания, организованного ИП ФИО3, в феврале 2025 г. - 60 часов, в марте 2025 г. - 107 часов. Количество ночных смен в табеле учета рабочего времени и в расчете ответчика совпадает.

Таким образом, ИП ФИО3 должен был выплатить ФИО2 заработную плату за февраль и март 2025 г. в сумме 42965 рублей ((167 часов (60 ч. + 107 ч.) х 195 руб. по тарифу) + (13 ночных смен (7 + 6) х 800 руб. по тарифу) = 42965 руб.).

Согласно выписке по банковскому счету в период с 21 февраля 2025 г. по 26 марта 2025 г. на счет ФИО2, открытый в ПАО Сбербанк, от работодателя поступило 35100 рублей, что также подтверждается информацией, представленной стороной ответчика. С учетом данных обстоятельств задолженность ИП ФИО3 перед истцом по заработной плате составила 7865 рублей (42965 руб. - 35100 руб. = 7865 руб.).

Поскольку доказательств, свидетельствующих об исполнении ответчиком обязанности по своевременной выплате заработной платы в полном объеме, суду не представлено, с ИП ФИО3 в пользу ФИО2 подлежит взысканию задолженность по заработной плате в размере 7865 рублей.

В силу ст. 142 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель и (или) уполномоченные им в установленном порядке представители работодателя, допустившие задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несут ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

На основании ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

С учетом уточнения заявленных требований, сторона истца просит взыскать с ИП ФИО3 компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы, рассчитанную за период с 1 апреля 2025 г. (день, следующий за датой прекращения трудовой деятельности) по 16 октября 2025 г. (дату вынесения решения суда).

Согласно информации Банка России в период с 1 апреля 2025 г. по 8 июня 2025 г. размер ключевой ставки составлял 21 % годовых, с 9 июня 2025 г. по 27 июля 2025 г. - 20 % годовых, с 28 июля 2025 г. по 14 сентября 2025 г. - 18 % годовых, с 15 сентября 2025 г. по настоящее время - 17 % годовых.

Сумма компенсации, исходя из образовавшейся задолженности, за период с 1 апреля 2025 г. по 16 октября 2025 г. составит 2021 рубль 31 копейка согласно следующему расчету:

- с 1 апреля 2025 г. (день, следующий за датой прекращения трудовой деятельности) по 8 июня 2025 г. (69 дней) - 7865 рублей (долг по заработной плате) х 21 % / 150 х 69 дней = 759 рублей 76 копеек;

- с 9 июня 2025 г. (изменение ключевой ставки) по 27 июля 2025 г. (49 дней) - 7865 рублей х 20 % / 150 х 49 дней = 513 рублей 85 копеек;

- с 28 июля 2025 г. (изменение ключевой ставки) по 14 сентября 2025 г. (49 дней) - 7865 рублей х 18 % / 150 х 49 дней = 462 рубля 46 копеек;

- с 15 сентября 2025 г. (изменение ключевой ставки) по 16 октября 2025 г. (32 дня) - 7865 рублей х 17 % / 150 х 32 дня = 285 рублей 24 копейки.

Итого: 759 рублей 76 копеек + 513 рублей 85 копеек + 462 рубля 46 копеек + 285 рублей 24 копейки = 2021 рубль 31 копейка.

Исходя из обстоятельств рассматриваемого судом спора, с учетом положений ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации с ИП ФИО3 в пользу ФИО2 следует взыскать денежную компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 2021 рубль 31 копейка.

Мценской межрайонной прокуратурой, действующей в интересах ФИО2, также заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 12 Постановления от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъясняет, что суд в силу ст. 21 и ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения ИП ФИО3 права работника на оплату труда, учитывая продолжительность неисполнения возложенной на него законом обязанности по выплате заработной платы (с апреля 2025 г. по настоящее время, то есть более 6 месяцев), исковые требования в указанной части следует удовлетворить частично и взыскать с ответчика в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ИП ФИО3 в бюджет муниципального образования город Мценск Орловской области подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 4000 рублей, от уплаты которой истец освобожден.

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования Мценской межрайонной прокуратуры, действующей в интересах ФИО2, удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между Индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО2 Дата года рождения уроженкой сл. <адрес> в период с 23 мая 2024 г. по 31 марта 2025 г. в должности работника кухни.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 (№) в пользу ФИО2 Дата года рождения уроженки сл. <адрес> (<...>) задолженность по заработной плате в размере 7865 рублей, компенсацию за несвоевременную выплату заработной платы в размере 2021 рубль 31 копейка, а также компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход бюджета муниципального образования город Мценск Орловской области государственную пошлину в сумме 4000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Орловский областной суд через Мценский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 22 октября 2025 г.

Председательствующий Е.В. Журавлева