Решение по делу № 2А-2965/2022 от 05.12.2022 | Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила (Свердловская область)

<...>

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Нижний Тагил 05 декабря 2022 года

Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области

в составе председательствующего судьи Гуриной С.А.,

при секретаре Дорониной А.И.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы административного дела № 2а-2965/2022 по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными бездействия, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ. в Ленинский районный суд г. Нижний Тагил Свердловской области поступило административное исковое заявление ФИО1, в котором он просит признать незаконным бездействие ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области по несоблюдению условий содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ. и взыскать компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания под стражей в размере 150000 рублей.

В обоснование требований указано, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержался в ФКУ СИЗО-3 в камерах № СИЗО-3 нарушало его права на гарантированные законом условия содержания под стражей:

- не был обеспечен индивидуальным спальным местом, норма санитарной площади в 4 кв.м. была нарушена;

- в камерах отсутствовала вентиляция, дневное освещение не соответствовало стандарту, ночного освещения не было, отсутствовало деревянное напольное покрытие, оборудование туалетов не обеспечивало приватность;

- холодное водоснабжение осуществлялось в период с 06:00 до 22:00, ночью воды не было; горячая вода отсутствовала, помывка осуществлялась 1-2 раза в месяц;

- камеры не были оснащены оцинкованными баками для питьевой воды, вместо них были 20-ти литровые пластмассовые ведра под воду, воды на всех не хватало;

- в камерах отсутствовали урны для сбора мусора, не было шкафов и полок;

- в камере № с потолка стекали осадки в виде дождя и талого снега на бетонный пол, в камере была постоянная сырость, плесень и грибок, мошки, комары, клопы, охи и т.п.; камера рассчитана на 4 человек, но в ней всегда содержалось большее количество лиц, чаще всего 6-7 человек, иногда 9 человек; вынужден был располагаться на бетонном полу, спали по очереди на влажных, старых и рваных матрасах, без постельного белья и одеял;

- не проводилась обработка камер от клопов и вшей;

- в камерах № количество человек вдвое превышало количество спальных мест.

Истцу причинены нравственные и физические страдания: чрезмерная утомляемость из-за постоянного пребывания в стрессовом состоянии, постоянное беспокойство за собственную жизнь из-за возникавших конфликтных ситуаций по причине нехватки мест, квадратных метров на каждого человека. Испытывал постоянную головную боль из-за недосыпания по причине отсутствия индивидуального спального места и из-за недостатка воздуха по причине отсутствия вентиляции. Оценивает компенсацию причиненного ему морального вреда за нарушение условий содержания под стражей в размере 150000 рублей. Настаивает на компенсации морального вреда, вытекающего из нарушения его личных неимущественных прав и нематериальных благ, исковая давность на которые не распространяется.

Административный истец ФИО1, принявший участие в судебном заседании посредством использования системы видео-конференц связи, поддержал доводы административного искового заявления и административные исковые требования в полном объеме. Указал, что его требования направлены на восстановление его неимущественных прав путем компенсации морального вреда, исковая давность на требования о компенсации морального вреда не распространяется. До ДД.ММ.ГГГГ. не знал о том, что те условия в которых он содержался в СИЗО-3 не соответствуют требованиям закона, от отбывающих совместно с ним наказание осужденных в сентябре этого года узнал о том, что имеет право на компенсацию морального вреда за нарушение условий содержания под стражей.

Представитель административных ответчиков ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, как по существу требований, так и в связи с пропуском срока обращения в суд, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме по доводам, изложенным в письменном возражении. Суду пояснила, что отсутствуют доказательства указанных истцом условий содержания в СИЗО-3, пропущен процессуальный срок для обращения в суд с административными исковыми требованиями. По причине того, что истец обратился в суд спустя 17 лет после убытия из учреждения, СИЗО-3 не может представить соответствующие доказательства, так как материалы уничтожены в связи с истечением сроков хранения.

ФИО1 содержался в СИЗО-3 с ДД.ММ.ГГГГ. Все камерные помещения СИЗО расположены в здании «Режимный корпус, в том числе медико-санитарная часть», ДД.ММ.ГГГГ года постройки, техническая характеристика здания проведена ДД.ММ.ГГГГ. Нумерация камер с ДД.ММ.ГГГГ. по настоящее время не раз менялась, предоставить информацию о площади камер, количестве спальных мест в камерах за период с ДД.ММ.ГГГГ. не представляется возможным, в техническом паспорте здания режимного корпуса указана площадь помещений без указания номера камеры. Камерные помещения в период содержания истца были оборудованы в соответствии с п. 44 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148. Санитарно-техническое состояние камер удовлетворительное. Санитарная обработка, включающая дезинсекцию и дератизацию камерных помещений, проводится на договорной основе, договоры, государственные контракты и акты выполненных работ на услуги уничтожены по истечению сроков хранения. Все камерные помещения оборудованы искусственным и естественным освещением, все камеры оборудованы санитарным узлом, включающим 1 умывальник и 1 унитаз. В спорный период согласно требованиям приказа Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-дсп «Об утверждении норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» унитазы были размещены в кабинках, отгорожены от жилого пространства кирпичной перегородкой, высото1 1,25м. от пола с закрывающейся дверью из фанеры толщиной 4 мм, имели достаточную степень изолированности. Воздухообмен осуществлялся за счет естественной вентиляции через форточки в оконных проемах и искусственной приточно-вытяжной вентиляции. Холодное водоснабжение осуществляется ОАО ВГОК, отключение водоснабжения в ночной период на постоянной основе не проводится, в аварийных случаях подача воды осуществляется из скважин, с накопительных емкостей по 250 куб.м. каждая. Могло производится временное отключение холодного водоснабжения в ночной период времени для запаса воды в необходимом для жизнедеятельности учреждения объеме в течении дня. Отопление и горячее водоснабжение осуществляется централизованно НТ МУП «Тагилэнерго», тепловые сети находятся в технически исправном состоянии. Журналы учета помывки спецконтингента уничтожены по истечению срока хранения.

Суд, выслушав административного истца и представителя административных ответчиков, исследовав и оценив материалы дела, приходит к следующему.

На основании ст. 46 Конституции Российской Федерации, главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации граждане могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Частями 9, 11 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет:

1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление;

2) соблюдены ли сроки обращения в суд;

3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих:

а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия);

б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен;

в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами;

4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В силу части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет требование о признании незаконными действий, решения органа государственной власти только при установлении совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых действий, решения органа государственной власти нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца оспариваемыми действиями, решением органа государственной власти (пункт 1). При отсутствии совокупности названных условий, суд отказывает в удовлетворении требования о признании незаконными оспариваемых действий, решения органа государственной власти (пункт 2).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5).

Указанные нормы введены в действие Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Закон № 494-ФЗ) и применяются с 27 января 2020 года.

В силу части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Одним из основных принципов норм международного права и права Российской Федерации является создание осужденным к лишению свободы условий содержания, совместимых с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха и тревоги. Не допускается причинение лицу лишений в более высокой степени, чем тот, который неизбежен при лишении свободы и предусмотрен с учетом требований к режиму содержания.

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

Согласно ч. 1 ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст.ст. 15, 17, 21, 53 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Содержание под стражей осуществляется в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Каждому гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями

На основании ст. 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьи 93, 99, 100 УИК РФ, п. 2 ст. 8 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", ст. 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения").

Согласно п. 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Согласно ч. 3 ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Административным истцом указано на нарушение условий содержания под стражей в ФКУ СИЗО-3, выразившихся в нарушении нормы жилой площади на человека, превышении лимита осужденных содержащихся в камере, не хватки индивидуальных спальных мест, отсутствии вентиляции, отсутствии холодного и горячего водоснабжения, не соблюдение приватности при отправлении естественных нужд.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. был арестован по постановлению <...> <...> (ст. № УК РФ). ДД.ММ.ГГГГ. был арестован <...> (ст. № УК РФ)

Согласно справке начальника отдела специального учета ФКУ СИЗО-3 ФИО9 ФИО1 за период нахождения в учреждении содержался в следующих камерных помещениях: в период с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №, с ДД.ММ.ГГГГ. камера №.

Согласно ответу на судебный запрос начальника ФКУ СИЗО-3 предоставить сведения и документы об условиях содержания ФИО1, об оборудовании камер, в которых он содержался, количестве спальных мест, количестве лиц, содержащихся одновременно с ним в камере, не представляется возможным в связи с уничтожением документов за истечением сроков хранения. Срок хранения журналов количественной проверки лиц, содержащихся под стражей в СИЗО 10 лет.

За спорный период журналы количественной проверки лиц, содержащихся под стражей в СИЗО и журнал учета помывки спецконтингента уничтожены согласно представленному акту № от ДД.ММ.ГГГГ

Также за истечением сроков хранения по акту № от ДД.ММ.ГГГГ. уничтожены документы (договоры с организациями по оказанию услуг и бартерных сделок, дело №), о санитарной обработке, дезинсекции и дератизации камерных помещений,.

Все камерные помещения СИЗО расположены в здании «Режимный корпус, в том числе медико-санитарная часть», ДД.ММ.ГГГГ года постройки, техническая характеристика здания проведена ДД.ММ.ГГГГ., о чем представлен технический паспорт. Согласно пояснениям представителя ответчиков нумерация камер с ДД.ММ.ГГГГ. по настоящее время многократно менялась, предоставить информацию о площади камер, количестве спальных мест в камерах за период с ДД.ММ.ГГГГ. не представляется возможным. В техническом паспорте здания режимного корпуса указана площадь помещений без указания номера камеры.

Согласно справке начальника ФКУ СИЗО-3 ФИО3 камерные помещения в период содержания истца были оборудованы в соответствии с п. 44 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 12.05.2000 № 148. Санитарно-техническое состояние камер удовлетворительное. Все камерные помещения оборудованы искусственным и естественным освещением, все камеры оборудованы санитарным узлом, включающим 1 умывальник и 1 унитаз. В спорный период согласно требованиям приказа Министерства юстиции РФ от 28.05.2001 № 161-дсп «Об утверждении норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России» унитазы были размещены в кабинках, отгорожены от жилого пространства кирпичной перегородкой, высото1 1,25м. от пола с закрывающейся дверью из фанеры толщиной 4 мм, имели достаточную степень изолированности. Воздухообмен осуществлялся за счет естественной вентиляции через форточки в оконных проемах и искусственной приточно-вытяжной вентиляции. Холодное водоснабжение осуществляется ОАО ВГОК, отключение водоснабжения в ночной период на постоянной основе не проводится, в аварийных случаях подача воды осуществляется из скважин, с накопительных емкостей по 250 куб.м. каждая. Могло производится временное отключение холодного водоснабжения в ночной период времени для запаса воды в необходимом для жизнедеятельности учреждения объеме в течении дня. Отопление и горячее водоснабжение осуществляется централизованно НТ МУП «Тагилэнерго», тепловые сети находятся в технически исправном состоянии.

Доводы административного истца о несоблюдении в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области требований по обеспечению надлежащих условий содержания, судом не могут быть приняты во внимание ввиду их недоказанности, в связи с чем, отклоняются как необоснованно заявленные.

Относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих указанные истцом нарушения условий содержания в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области, на которые ссылался в обоснование своих требований истец, в материалы дела не представлено. Доказательств бесспорно свидетельствующих о наличии нарушений условий содержания, указанных ФИО1, материалы дела не содержат.

В свою очередь, надлежащие и достоверные доказательства, подтверждающие соблюдение указанных условий содержания со стороны административных ответчиков представлены быть не могут в силу объективных обстоятельств, вызванных истечением сроков хранения документов и их уничтожением, о чем представлены соответствующие акты об уничтожении. В период содержания в СИЗО-3 административный истец с жалобами на указанные условия содержания не обращался.

Учитывая изложенное, необходимой совокупности двух условий для признания оспариваемых действий незаконными, судом не установлено, в связи с чем, в удовлетворении административных исковых требований о признании незаконным бездействие ФКУ СИЗО-3 по несоблюдению условий содержания истца под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и взыскании компенсации морального вреда за нарушение условий содержания под стражей, суд полагает необходимым отказать в полном объеме в виду недоказанности нарушений прав административного истца.

По заявленному стороной ответчика пропуску процессуального срока на обращение в суд, суд приходит к следующему.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

Пропущенный по указанной в части 6 приведенной статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено данным кодексом (часть 7).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее по тексту – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47), проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 в силу частей 2 и 3 статьи 62, подпунктов 3,4 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

В части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

При этом следует учитывать позицию Конституционного Суда Российской Федерации относительно пропуска срока на судебное обжалование. В пункте 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2004 N 367-О указано, что само по себе установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействия) - незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока в силу соответствующих норм АПК РФ не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, - вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в судебном заседании. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом.

Одновременно в силу пункта 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, должностного лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд.

Суд учитывает, что ФИО1 фактически нарушен (не соблюден) срок обращения с данным административным иском. ФИО1 убыл из ФКУ СИЗО-3 ДД.ММ.ГГГГ., об оспариваемых им нарушениях, ему было известно при убытии из СИЗО-3.

Административный истец не оспаривал, что из ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области он убыл ДД.ММ.ГГГГ., в суд с указанным административным исковым заявлением он обратился ДД.ММ.ГГГГ., то есть по истечении более 17 лет после убытия из учреждения, сведений о наличии уважительных причин пропуска данного срока судом не установлено. Суд считает, что административный истец имел возможность обратиться с настоящим иском в суд в сроки, так как ограничения для обращений за защитой своих прав у административного истца отсутствовали.

Доказательства наличия каких-либо уважительных причин, объективно препятствовавших подаче заявления об оспаривании бездействия администрации, связанных с личностью самого истца (например, тяжелая болезнь, физически препятствующая подаче административного искового заявления), административным истцом суду не представлено и судом не установлено.

Доводы административного истца о том, что право на обращение в суд необходимо исчислять с ДД.ММ.ГГГГ., когда он узнал о данном праве от других осужденных, судом отклоняются как основанные на неверном толковании действующего законодательства.

Исходя из положений статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, срок на обращение в суд исчисляется со дня, когда гражданину стало известно о нарушении его прав, свобод и законных интересов, а не с момента, когда он узнал о возможности воспользоваться иным способом защиты своих нарушенных прав.

Сам факт того, что административным истцом в ДД.ММ.ГГГГ. была получена информация о возможности взыскания компенсации за указанные нарушение условий содержания в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не свидетельствует о том, что о нарушении прав административному истцу стало известно только в ДД.ММ.ГГГГ. Причины, приведенные административным истцом в качестве оснований для восстановления срока (о соблюдении срока на обращение в суд), судом отклоняются, указанные причины не свидетельствуют о соблюдении срока обращения в суд и не могут быть расценены в качестве уважительных с учетом установленных обстоятельств дела.

Установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, поскольку в соответствии с частями 5 и 7 статьи 219 КАС Российской Федерации несоблюдение установленного срока не является основанием для отказа в принятии таких заявлений: вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, т.е. в предварительном судебном заседании или в судебном заседании; заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года № 2599-О, от 28 февраля 2017 года № 360-О, от 27 сентября 2018 года № 2489-О, от 25 июня 2019 года № 1553-О и др.).

Обязанность доказывания срока на обращение в суд и уважительность причин пропуска указанного срока прямо возлагается на административного истца, между тем административным истцом доказательств соблюдения срока на обращение в суд, обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, препятствий со стороны администрации исправительного учреждения в реализации его права на обращение в суд и уважительности причин столь длительного пропуска срока, не представлено.

Учитывая изложенное, суд, оценив представленные сторонами доказательства, приходит к выводу, что требования административного истца о признании незаконным бездействия по необеспечению условий содержания и взыскании компенсации за нарушение указанных условий содержания удовлетворению не подлежат, в том числе и по причине пропуска административным истцом срока на обращение в суд и отсутствие уважительных причин для его восстановления, что в силу положений части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Также ФИО1 было заявлено, что он просит рассмотреть свое требование о возмещении морального вреда, причиненного нарушением неимущественных прав из-за ненадлежащих условий содержания под стражей, на которые срок исковой давности не распространяется.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По делам о возмещении вреда бремя доказывания распределяется следующим образом. Истец должен обосновать заявляемый им размер причиненного вреда, доказать факт противоправного поведения ответчика (причинителя) и причинно-следственную связь между действиями причинителя и возникновением вреда у потерпевшего. На ответчике же лежит бремя доказывания отсутствия вины в совершении противоправного поведения.

Из приведенных правовых норм следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции РФ, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение носит преднамеренный характер, или в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психологические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психологических последствий такого обращения.

Как указано в определении Верховного суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 84-КГ17-6 содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Вопреки требованиям ст.56 ГПК РФ ФИО1, при заявлении требований о компенсации морального вреда, не представлено каких-либо достоверных, допустимых и убедительных доказательств в обоснование своей позиции о том, что условия его содержания в ФКУ СИЗО-3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. представляет собой обращение, выходящее за пределы минимального уровня суровости для целей применения ст.3 Конвенции.

В данном случае какие-либо основания, предусмотренные ст.ст.15, 151, 1069, 1071 ГК РФ, для компенсации морального вреда, последствия для возмещения морального вреда не наступили.

Из положений ст.151 ГК РФ следует, что компенсация морального вреда, подлежит взысканию в случаях, предусмотренных законом, при условии доказанности причинения вреда нематериальным благам и интересам истца. Между тем, доказательства причинения истцу нравственных или физических страданий действиями ответчика суду не представлены, в материалах дела отсутствуют.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 227, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными бездействия, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Гурина С.А.