Дело №2-3470/10-2023

46RS0030-01-2023-004043-86

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 августа 2023 года

Ленинский районный суд города Курска в составе:

председательствующего - судьи Митюшкина В.В.,

прокурора – Евсюкова А.С.,

при секретаре – Возгриной И.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд к ответчику с указанным иском. В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в 00 часов 30 минут водитель ФИО3 вблизи <адрес>, управляя технически неисправным транспортным средством и не имея права на его управление, следуя на автомобиле ВАЗ-217280 государственный регистрационный номер № в нарушение пп.2.3.1, 2.3, 2.1.1, 2.1, 10.1, 10.2 ПДД РФ превысил установленную в городе скорость движения на 70 км/ч, вследствие чего не справился с управлением и допустил наезд на мачту городского освещения. В результате ДТП погибли пассажиры автомобиля ФИО13 Указанные обстоятельства установлены приговором Курского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ. Транспортное средство на момент совершения преступления принадлежало ответчику, на которого как на владельца источника повышенной опасности возложена обязанность по возмещению соответствующего вреда. В связи со смертью ФИО14., приходившейся истцу дочерью, истец испытала глубокие психологические и эмоциональные переживания. Размер компенсации морального вреда оценивает в 3 000 000 рублей. Кроме того, истцом были понесены расходы, связанные с погребением, в размере 131 552 рубля, из которых страховая компания выплатила 25 000 рублей. В связи с этим с ответчика в пользу истца подлежат взысканию в качестве компенсации морального вреда 3 000 000 рублей, расходы на погребение в размере 106 552 рубля.

В судебном заседании истец и ее представитель – адвокат Носов Р.Н. заявленные требования поддержали в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО4 указал, что ответчик передал непосредственному причинителю вреда транспортное средство на законных основаниях, при этом не знал об отсутствии у последнего права на управление транспортным средством. В связи с этим является ненадлежащим ответчиком по заявленному требованию. Также полагал размер компенсации чрезвычайно завышенным. Просил учесть тяжелое материальное положение ответчика. В связи с этим размер компенсации должен быть уменьшен.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне истца ФИО5, будучи надлежаще уведомленным, не явился.

В судебное заседание третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО3, будучи надлежаще уведомленным, не явился.

Выслушав объяснения участвующих лиц, заключение прокурора, полагавшего исковые требования в части компенсации морального вреда удовлетворить частично, о взыскании убытков удовлетворить полностью, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст.1079 ГК РФ юридические лица или граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью (использование транспортных средств и т.д.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Судом установлено, что в 00 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вблизи <адрес>, управляя технически неисправным транспортным средством и не имея права на его управление, следуя на автомобиле ВАЗ-217280 государственный регистрационный номер №, в нарушение пп.2.3.1, 2.3, 2.1.1, 2.1, 10.1, 10.2 ПДД РФ, превысил установленную в городе скорость движения на 70 км/ч, вследствие чего не справился с управлением и допустил наезд на мачту городского освещения. В результате ДТП погибли пассажиры автомобиля ФИО15

Указанные обстоятельства установлены вступившим в силу приговором Курского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ.

По смыслу положений ст.1079 ГК РФ обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора о возложении обязанности по возмещению материального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, кто владел источником повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.

При толковании названной нормы материального права и возложении ответственности по ее правилам следует исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если тот передан в техническое управление с надлежащим юридическим оформлением, либо освобождение владельца от ответственности возможно в случае отсутствия его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ бремя доказывания передачи права владения иному лицу как основания освобождения от гражданско-правовой ответственности возлагается на собственника транспортного средства.

Согласно п.12 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года «О Правилах дорожного движения», должностным и иным лицам, ответственным за техническое состояние и эксплуатацию транспортных средств, запрещается: допускать к управлению транспортными средствами водителей, находящихся в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, а также водителей с нарушением режима труда и отдыха, ставящем под угрозу безопасность движения, не имеющих страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом, или лиц, не имеющих права управления транспортным средством данной категории или подкатегории.

Из представленных материалов следует, что ответчик ФИО2, являясь собственником транспортного средства, при использовании которого произошло ДТП и был причинен вред, передал транспортное средство ФИО3, который не имел право на управление транспортными средствами.

Следовательно, ответчик на момент причинения вреда являлся владельцем источника повышенной опасности, который несет ответственность за вред, причиненный при его использовании третьим лицам.

Доводы стороны ответчика о том, что он не знал об отсутствии у ФИО3 права на управление транспортным средством, правового значения не имеют, не освобождают ответчика от обязанности по возмещению вреда.

Согласно п.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (п. 32 Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2012 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Согласно пп.14,25,27,29,30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из тяжести причиненных истцу нравственных страданий, вызванных смертью дочери, с которой она поддерживала теплые доверительные отношения. В связи с ее смертью испытала сильный эмоциональный стресс, связанный с невосполнимой утратой близкого человека (ребенка).

Указанные обстоятельства подтверждаются представленными заключением невролога ООО «Медицинский центр №» от ДД.ММ.ГГГГ, которым у истца установлены аллергические реакции в связи с перенесенным стрессом, фотографическими снимками и перепиской, из которых усматривается близкие и доверительные отношения истца с погибшей дочерью на протяжении длительного периода времени.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о невозможности возмещения ущерба в связи с тяжелым материальным положением, как-то отсутствие денежных средств, имущества, на которое может быть обращено взыскание, находящееся как у ответчика, так и других лиц, сторона ответчика не представила.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, а также исходя из требований разумности (соразмерности компенсации характеру причиненного вреда) и справедливости (максимального возмещения вреда для потерпевшей и недопустимости постановки причинителя вреда в чрезмерно тяжелое имущественное положение), суд считает, что подлежащий взысканию размер компенсации морального вреда должен составить 1 000 000 рублей.

Разрешая требования о взыскании расходов, связанных с погребением, в размере 106 552 рубля, суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12 января 1996 года №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Как следует из представленных материалов, истцом были понесены расходы на погребение дочери, в том числе по осуществлению комплекса санитарно-гигиенических работ по подготовке тела к погребению, на приобретение ритуальных принадлежностей, по непосредственному погребению, на приобретение облицовочной плитки и оградки на могилу.

Суд полагает, что подтвержденные истцом соответствующие расходы на погребение в общем размере 131 552 рубля являются необходимыми и разумными, непосредственно связанными с погребением, не противоречат санитарным и иным требованиям, соответствуют принятым обычаям и традициям, в связи с чем подлежат удовлетворению за вычетом частично возмещенных расходов страховой компанией (25 000 рублей) в сумме 106 552 рубля.

В соответствии с положениями ст.ст.98,100,103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета надлежит взыскать судебные расходы по оплате государственной пошлины, от которых истец освобожден, в размере 3 631 рубль 04 копейки (3 331 рубль 04 копейки – по требованиям имущественного характера, 300 рублей – по требованиям о компенсации морального вреда), в пользу истца - расходы на оплату услуг представителя, связанные с подготовкой документов в суд, участием в судебных заседаниях, в размере 15 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 убытки в размере 106 552 рубля и денежную компенсацию морального вреда, причиненного в результате ДТП, в размере 1 000 000 рублей, судебные расходы в размере 15 000 рублей, а всего 1 121 552 (один миллион сто двадцать одна тысяча пятьсот пятьдесят два) рубля.

Взыскать с ФИО2 в доход муниципального образования «Город Курск» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 631 (три тысячи шестьсот тридцать один) рубль 04 (четыре) копейки.

Решение может быть обжаловано в Курский областной суд через Ленинский районный суд города Курска в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Полное и мотивированное решение стороны могут получить 14 августа 2023 года в 17 часов.

Судья