Решение по делу № 2-611/2025 от 23.01.2025 - о признании договора дарения квартиры недействительным, истребовании квартиры из незаконного владения, аннулировании записи в ЕГРН, включении квартиры в наследственную массу.

07RS0001-02-2024-006498-49

Дело № 2-611/25

Решение

Именем Российской Федерации

23 января 2025 года гор. Нальчик

Нальчикский городской суд в составе председательствующего судьи Безрокова Б.Т., при секретаре Тхагалижоковой А.Т., с участием представителя истца ФИО1 – по доверенности от 12.04.2024 г. ФИО5, ответчика ФИО7, и её представителей по доверенности от 15.04.2024 г. ФИО8 и ФИО9, третьего лица ФИО10 рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Гранадской ФИО13 к ФИО7 ФИО12 о признании договора дарения квартиры недействительным, истребовании квартиры из незаконного владения, аннулировании записи в ЕГРН, включении квартиры в наследственную массу

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском к ФИО7, в котором просит:

признать недействительным договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, расположенной по адресу: <адрес> заключенный между ФИО2 и ФИО7;

истребовать из незаконного владения ФИО7 жилое помещение - квартиру, расположенную по адресу: адресу: <адрес>

аннулировать запись регистрации права собственности ФИО7 на вышеуказанную квартиру по адресу: <адрес>, в ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ номер регистрации №;

включить квартиру, расположенную по адресу: по адресу: <адрес> наследственную массу после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер её отец ФИО2. Она является наследником первой очереди.

На основании её заявления о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство, нотариусом Нальчикского нотариального округа КБР ФИО6 заведено наследственное дело №. Согласно материалам наследственного дела наследниками являются: ФИО1, ФИО10 и ФИО7

Наследство, на которое нотариусом Нальчикского нотариального округа КБР ФИО6 планируется выдать свидетельства, состоит из: квартиры, расположенной по адресу: <адрес> гаража № расположенного по адресу: КБР, <адрес>; земельного участка под гаражом №, по <адрес>; автомашины «<данные изъяты> 1992 года выпуска; прав на денежные средства, находящиеся на счетах в ПАО "СбербанкРоссии", с причитающимися процентами и компенсациями.

Её отцу ФИО2 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Право собственности на указанную квартиру у него возникло на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

В указанной квартире был зарегистрирован и проживал только он. В момент совершения сделки отцу был 61 год и как престарелому, больному человеку ему требовался уход.

В то время отец был знаком с ответчицей - ФИО7, которая предложила ему уход взамен на то, что он даст ей проживать вместе с ним в квартире. Однако для страховки попросила оформить на нее квартиру.

После оформления договора, отец продолжал проживать в квартире, оплачивал все коммунальные услуги, продолжал нести бремя содержания имущества, на свои денежные средства, то есть, он продолжал относиться к квартире как к своему имуществу.

Ответчица днем приходила к отцу, а вечером уезжала к себе домой, фактически никаких брачных отношений между ними не было.

Считает, что данный договор дарения является недействительным, поскольку в силу возраста и состояния здоровья он заблуждался относительно заключенной сделки. Её отец полагал, что заключил с ответчицей договор пожизненного содержания с иждивением, поскольку у него с ответчицей была договоренность, что та будет за ним ухаживать.

Договор дарения квартиры исполнен сторонами не был, недвижимость ответчику не передавалась.

Договор дарения не был зарегистрирован у нотариуса, а был составлен в простой письменной форме, то есть не была проверена его дееспособность, а также ему не были разъяснены все последствия совершения данной сделки.

Исходя положений ст. ст. 166,170,178 ГК РФ считает, что договор дарения квартиры заключенный ДД.ММ.ГГГГ между её отцом, ФИО2 и ФИО7 следует признать недействительным (ничтожным) и применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, а её представитель ФИО5, исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО7, и её представители ФИО8 и ФИО9, исковые требования не признали и просили отказать в иске за необоснованностью и пропуском срока исковой давности.

Третье лицо - ФИО10 высказался за удовлетворение исковых требований.

Выслушав доводы лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 2008 г. являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: КБР, <адрес>, и с ДД.ММ.ГГГГ состоял в зарегистрированном браке с ФИО3. В последующем ФИО3 переменила свою фамилию, имя, отчество на ФИО4, что подтверждается свидетельство о перемене имени от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 (даритель) подарил ФИО4 Д.Х. (ФИО4) (одаряемая) квартиру, расположенную по вышеуказанному адресу. Договор заключен в простой письменной форме.

Договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер, что не оспаривается сторонами.

Из анализа положений п. 1 ст. 572 ГК РФ следует, что по договору дарения передача имущества осуществляется безвозмездно, при этом обязательным признаком договора является вытекающее из него очевидное намерение передать имущество в качестве дара.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 статьи 178 ГК РФ предусмотрено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

- сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

- сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

- сторона заблуждается в отношении природы сделки;

- сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

- сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной, в соответствии с пунктом 3 статьи 178 ГК РФ.

По смыслу приведенных положений статьи 178 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Под заблуждением понимается неправильное, ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки, когда внешнее выражение воли лица не соответствует ее подлинному содержанию.

Таким образом, по настоящему делу с учетом заявленных исковых требований и их обоснованием юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством является выяснение вопроса о действительной воле сторон, совершающих сделку, с учетом цели договора и его правовых последствий.

По смыслу статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, является оспоримой сделкой и бремя доказывания обстоятельств существенного заблуждения при совершении сделки возлагается налицо, которое такую сделку оспаривает.

Вместе с тем, истцом не представлено и материалы дела не содержат допустимых и достаточных доказательств того, что при совершении оспариваемой сделки воля ФИО2 была направлена на совершение какой-либо иной сделки, отличной от договора дарения.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положение пункта 2 статьи 218 ГК Российской Федерации направлено на реализацию участниками гражданских правоотношений своих имущественных прав, в том числе права иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им (определения от 21 октября 2008 года N 660-О-О, от 21 июня 2011 года N 833-О-О, от 17 июля 2012 года N 1294-О, от 16 июля 2013 года N 1188-О и др.).

ФИО2 выразил свою волю на распоряжение своей квартирой путем передачи ее в дар ФИО4 и при жизни договор дарения не оспаривал и не просил признать его недействительным.

Оспариваемый истцом договор по своей форме и содержанию соответствует требованиям закона, в нем выражены предмет договора и воля сторон, стороны достигли правового результата, соответствующего договору дарения, договор зарегистрирован и исполнен, квартира фактически была передана ответчику.

При этом, как следует из договора дарения, условия оказания последующей помощи в бытовых вопросах истцу со стороны ответчика, договор не содержит.

Доказательства того, что ФИО2 на момент сделки не понимал значение своих действий, и не мог ими руководить, в деле отсутствуют, недееспособным он не был признан.

Порок воли дарителя в момент заключения договора дарения, ничем не подтверждается.

Кроме того, судом стороне истца отказано в удовлетворении ходатайства о назначении посмертной психолого-психиатрической экспертизы, поскольку в указанной истцом медицинском учреждении: городской поликлинике № г.о. Нальчик, какие-либо медицинские документы, свидетельствующие о состоянии здоровья ФИО2, отсутствуют.

Доказательства того, что он обращался при жизни к врачам-психиатрам за оказанием психиатрической помощи, состоял под диспансерным наблюдением, был консультирован врачом-психиатром, суде не предоставлено.

В связи с отсутствием медицинских документов и иных данных о состоянии здоровья ФИО2, оснований для назначения судебной экспертизы не имелось.

Таким образом, воля ФИО2 на дарение квартиры ФИО4, была выражена с соблюдением требований, предъявляемых к форме и содержанию договора дарения квартиры, при этом оснований полагать, что он при подписании договора мог заблуждаться относительно его правовых последствий, не установлено, как и не предоставлено доказательств того, что совершая сделку дарения, он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, что при совершении оспариваемой сделки его воля была направлена на совершение какой-либо иной сделки, отличной от договора дарения.

В силу изложенного, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования Гранадской ФИО13 к ФИО7 ФИО3 о признании недействительным договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, расположенной по адресу: <адрес> заключенный между ФИО10 ФИО16 и ФИО7 ФИО3, истребовании квартиры из незаконного владения ФИО7 ФИО3, аннулировании записи в ЕГРН, включении квартиры в наследственную массу после смерти ФИО10 ФИО16, оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в течение одного месяца в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда КБР через Нальчикский городской суд, со дня его принятия в окончательной форме.

Дата составления мотивированного решения 27 января 2025 года.

Судья Безроков Б.Т.