Дело №2-621/2022
УИД: 36RS0034-01-2022-001149-60
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г.Россошь 28 сентября 2022 г.
Россошанский районный суд Воронежской области в составе:
председательствующего судьи Рогачева Д.Ю.,
при секретаре Литвиновой Т.А.,
с участием прокурора /ФИО1./ ,
истца /ФИО2./,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску /ФИО2./ к /ФИО3./ о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
УСТАНОВИЛ:
/ФИО2./ обратился в суд с иском к /ФИО3./ в котором просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
Исковые требования мотивированы тем, что 24.11.2021 около 18 часов 30 минут /ФИО3./ , находясь в состоянии алкогольного опьянения, не имея водительского удостоверения на право управления транспортным средством, управляя принадлежащим /Х/ автомобилем «ВАЗ 21150» государственный регистрационный знак №, двигаясь по проезжей части ул. Центральной в с.Цапково Россошанского района Воронежской области, в районе дома № проявил преступную небрежность, не справился с управлением и допустил выезд на правую обочину и столкновение с указанным домом. В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля /Х/ получил телесные повреждения от которых впоследствии скончался. Указанное дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения ответчиком правил дорожного движения. По данному факту СО отдела ОМВД России по Россошанскому району было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ. Постановлением следователя от 23.12.2021 истец признан потерпевшим по уголовному делу. Истец ссылается на то, что приговором Россошанского районного суда Воронежской области от 08.06.2022 по уголовному делу №1-160/2022 /ФИО3./ был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 4 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. Истцом указано, что ему были причинены нравственные и физические страдания, размер компенсации которых истец оценивает в 500 000 рублей. Истец /ФИО2./ потерял старшего неполнородного (единоутробного) брата /Х/, который принимал участие в его воспитании, которого истец считал своим наставником в жизни, научил его многому, которого больше никогда не увидит. После смерти брата он потерял спокойствие, не может спать, потерял способность к нормальной жизнедеятельности, его угнетает то чувство, что он лишился брата. Ответчик добровольно причинённый моральный вред ему не возместил. В связи с этим /ФИО2./ обратился в суд для защиты своих прав (л.д. 5-7).
В судебном заседании истец /ФИО2./ поддержал исковые требования, просил иск удовлетворить полностью.
Ответчик /ФИО3./ в судебное заседание не явился в связи с тем, что в настоящее время отбывает наказание по приговору суда в ФКУ КП-10 УФСИН России по Воронежской области, в адрес суда вернулась расписка, согласно которой участвовать в судебном заседании он не желает, возражений на иск не представил.
Помощник Россошанского межрайонного прокурора /ФИО1./ в судебном заседании в своём заключении полагала, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, причинённый истцу смертью брата моральный вред подлежит возмещению ответчиком /ФИО3./ С учётом требований разумности и справедливости в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 350 000 рублей.
Изучив материалы настоящего гражданского дела, заслушав объяснения истца, заключение прокурора, суд приходит к следующему.
Статьёй 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьёй всех её членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150, статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.
В абзацах 1 и 2 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением несоответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101 ГК РФ) и статьёй 151 ГК РФ.
Согласно абзацам 1 и 2 пункта 1, пункту 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Ответственность за вред, причинённый деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 ГК РФ.
В силу пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причинённого гражданином, с учётом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершёнными умышленно.
Согласно абзацу 2 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Пунктом 2 статьи 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как разъяснено в абзаце 2 пункта 1, абзаце 2 пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что по общему правилу, установленному статьёй 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).
Установленная статьёй 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.
Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причинённого вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В абзацах 3 и 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Судом установлено и из материалов настоящего гражданского дела следует, что 24.11.2021 примерно в 18 часов 30 минут водитель /ФИО3./ , не имея водительского удостоверения, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя технически исправным транспортным средством автомобилем «ВАЗ 21150», государственный регистрационный знак № с владельцем указанного автомобиля /Х/, находившемся на переднем пассажирском сидении, двигался по проезжей части ул. Центральная в с.Цапково Россошанского района Воронежской области со стороны с.Дерезовка в направлении с.Новая Калитва Россошанского района Воронежской области. При движении по ул. Центральной с. Цапково в районе дома № водитель автомобиля /ФИО3./ проявил преступную небрежность, превысил максимально разрешенную скорость на данном участке дороги, не справился с управлением автомобиля, в результате чего допустил выезд на правую обочину по ходу движения и столкновение с домом. После совершения дорожно-транспортного происшествия /ФИО3./ не принял мер для оказания первой медицинской помощи пострадавшим, не вызвал скорую медицинскую помощь и полицию, оставив место происшествия скрылся.
В результате указанных действий пассажиру автомобиля «ВАЗ 21150», государственный регистрационный знак № /Х/ были причинены телесные повреждения, которые привели к наступлению смерти.
Приведённые обстоятельства происшествия и его правовые последствия, участвующими в деле лицами не оспаривались, подтверждаются материалами уголовного дела №12101200027470771, исследованного в судебном заседании, а также установлены приговором Россошанского районного суда Воронежской области от 08.06.2022 по уголовному делу №1-160/2022, вступившего в законную силу 21.06.2022 (л.д. 10-19).
Данным приговором суда /ФИО3./ признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 4 статьи 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде 6 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением его права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года и 6 месяцев.
В названном приговоре суда указано, что /ФИО3./ в ходе судебного следствия по уголовному делу от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ, при этом вину признал полностью, в содеянном раскаялся.
В заключении судебно-медицинской экспертизы БУЗ ВО «Воронежское областное бюро СМЭ» от 14.12.2021 №432 сделаны следующие выводы (л.д. 75-100).
При судебно-медицинской экспертизе трупа /Х/ обнаружены следующие повреждения (разделены на п.п. «А», «Б», «В», и «Г»):
При жизни данные повреждения квалифицировались бы следующим образом:
Совокупность повреждений, указанных в настоящих группах, привела к развитию угрожающих жизни состояний (травматический шок, тканевая эмболия жиром (жировая эмболия) сосудов легких, обильная кровопотеря и острая сердечная и сосудистая недостаточность), обусловивших непосредственную причину смерти (п.п. 6.2.3., 6.2.4. и 6.2.8. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).
Таким образом, между повреждениями, отраженными в группе «А» и смертью имеется прямая причинно-следственная связь.
Повреждения, отраженные в группе «Б», в совокупности - как причинившее средней тяжести вред здоровью, так как повлекло бы за собой временное нарушение функций органов и (или) систем органов (временная нетрудоспособность) продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (п.п. 7.1. и п. 11., 12., 13. и 14. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).
Повреждение, указанное в группе «В», - как причинившее легкий вред здоровью, так как вызвало бы временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (п.п. 8.1. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).
Повреждения, перечисленные в группе «Г» настоящего пункта, как в совокупности, так и каждое в отдельности, - как не причинившие вреда здоровью (п. 9. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).
Повреждения, входящие в группы «Б» - «Г», отношения к причине наступления смерти не имеют.
Смерть /Х/ наступила в результате тупой травмы таза с множественным разрушением его костей и мягких тканей, перелома правой бедренной кости, что обусловило развитие комплекса тяжелых патологических жизнеугрожающих состояний (процессов).
Транспортное средство ВАЗ 21150», государственный регистрационный знак № на день ДТП от 24.11.2021 принадлежало на праве собственности потерпевшему /Х/ (л.д. 74).
Обращаясь в суд с настоящим иском, /ФИО2./ указал, что из-за смерти брата ему были причинены нравственные и физические страдания, размер компенсации которых истец оценивает в 500 000 рублей. Истец ссылается на то, что потерял брата, с которым они вместе выросли, который принимал участие в его воспитании, которого истец считал своим наставником в жизни, научил его многому, которого больше никогда не увидит.
/Х/, года рождения, приходится неполнородным (единоутробного) братом истца /ФИО2./ года рождения, на день смерти они вместе не проживали, но тесно общались (л.д. 62, 65).
Согласно характеристике главы Новокалитвенского сельского поселения от 15.03.2022, /ФИО3./ зарегистрирован и фактически проживает по адресу: Воспитывался в неполной семье, жалоб на его поведение в быту и в общественных местах в администрацию не поступало. Соседями характеризуется положительно (л.д. 69).
Исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи все представленные по делу доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных требований, а также обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению.
Материалами дела подтверждается, что в результате ДТП от 24.11.2021 /Х/ были причинены телесные повреждения, которые привели к наступлению смерти.
Как следствие истцу /ФИО2./ – неполнородному (единоутробному) брату умершего, был причинён моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях в связи с утратой близкого родственника, с которым у него была тесная связь, т.к. он ему фактически заменил отца, принимал участие в его воспитании.
Причинная связь между ДТП от 24.11.2021 и смертью /Х/ объективно установлена заключением эксперта БУЗ ВО «Воронежское областное бюро СМЭ» от 14.12.2021 № 432.
При этом данное ДТП произошло вследствие использования источника повышенной опасности.
В п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», также разъяснено, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).
Сам по себе факт передачи ключей и регистрационных документов на автомобиль подтверждает волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование, но не свидетельствует о передаче права владения автомобилем в установленном законом порядке, поскольку использование другим лицом имущества собственника не лишает последнего права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником.
Из изложенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению следует, что собственник источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда в долевом порядке при наличии вины. Законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке при совокупности условий, а именно наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим. Вина законного владельца может быть выражена не только в содействии другому лицу в противоправном изъятии источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии с действующим законодательством.
В данном случае ответчик /ФИО3./ не являлся законным владельцем источника повышенной опасности, т.к. /Х/ передал ему право управления транспортным средством без законных оснований. При этом, возложение ответственности, как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них в данном случае невозможно в связи с тем, что владелец источника повышенной опасности погиб в ДТП.
Следовательно, надлежащим ответчиком по рассматриваемым требованиям является лицо, управлявшее источником повышенной опасности /ФИО3./
Определяя конкретный размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что размер компенсации зависит от характера и объёма причинённых потерпевшему нравственных или физических страданий, степени вины ответчика, иных заслуживающих внимания обстоятельств, фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей истца и других конкретных обстоятельства, свидетельствующих о тяжести перенесённых страданий, в том числе, должны учитываться требования разумности и справедливости.
Руководствуясь указанными требованиями закона, учитывая разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, при установленных по настоящему гражданскому делу обстоятельствах суд приходит к выводу, что заявленный истцом к взысканию размер компенсации морального вреда является завышенным.
Братом истца /ФИО2./ – /Х/ были получены, в том числе, телесные повреждения, которые при жизни квалифицировались бы в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни вреда здоровью, создающего непосредственную угрозу жизни, и которые привели к наступлению смерти (л.д. 99).
Как следствие брату умершего – истцу /ФИО2./ был причинён моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях в связи с утратой близкого родственника, который был дорог для него.
В этой связи суд приходит к выводу, что истец /ФИО2./ перенёс сильнейшее психоэмоциональное потрясение, вызванное утратой близкого родственника – родного брата. В результате случившегося произошли глубокие изменения в жизни истца, поскольку он лишён возможности продолжать имевшееся ранее общение с братом.
Приведённые обстоятельства свидетельствуют о частичной соразмерности заявленной компенсации морального вреда тем последствиям, что в действительности наступили, и которые денежная компенсация морального вреда призвана возместить.
Вместе с тем, как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в абзаце 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, при определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
В рассматриваемом случае, само наличие сильнейшего психоэмоционального потрясения истца из-за утраты родного брата, в том числе, относится к общеизвестным обстоятельствам, в силу части 1 статьи 61 ГПК РФ не нуждающимся в доказывании.
Однако степень нравственных страданий, их характер, которые в рассматриваемом случае связаны с индивидуальными особенностями /ФИО2./ и его взаимоотношений с братом, в каждом конкретном деле являются уникальными и подлежат доказыванию истцом.
Судом стороне истца предлагалось представить доказательства степени и характера нравственных страданий, которыми обосновывается конкретный избранный истцом размер компенсации морального вреда. Судом стороне истца разъяснялось, что объяснения сторон подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами по делу.
Ходатайства о вызове свидетелей стороной истца не заявлялись.
При таких обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению частично.
Судом учитывается семейное положение ответчика /ФИО3./ , который проживает с матерью /З/ и братом /Щ/ (л.д. 68). Согласно справке о доходах и суммах налога физического лица за 2021 год №48 от 17.02.2022, общая сумма дохода /ФИО3./ за 2021 год составила 21 583,92 руб. (л.д. 51).
Принимая во внимание, что смерть /Х/ наступила при использовании источника повышенной опасности, ввиду нарушения водителем Правил дорожного движения Российской Федерации, исходя из того, что истцу причинён моральный вред, вызванный утратой близкого родственника – родного брата, истец перенёс сильнейшее психоэмоциональное потрясение, он лишён возможности продолжать имевшиеся ранее социальные отношения с братом, который был для него близким человеком, а возвращение к обычному образу жизни из-за смерти брата невозможно, суд приходит к выводу, что с ответчика /ФИО3./ в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 350 000 рублей.
Данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причинённые физические и нравственные страдания, а с другой стороны – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжёлое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
Исходя из требований части 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счёт средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Поскольку в силу подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) истец был освобождён от уплаты государственной пошлины по настоящему делу по требованию о взыскании компенсации морального вреда, которое облагается на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19НК РФ государственной пошлиной в размере 300 рублей, то эта сумма подлежит взысканию с проигравшего судебный спор ответчика в доход местного бюджета.
Руководствуясь ст. 56, 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования /ФИО2./ к /ФИО3./ о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.
Взыскать с /ФИО3./ , года рождения, уроженца , зарегистрированного по адресу: , в пользу /ФИО2./, года рождения, уроженца зарегистрированного по адресу: компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.
В удовлетворении иска в остальной части – отказать.
Взыскать с /ФИО3./ в бюджет Россошанского муниципального района Воронежской области государственную пошлину в сумме 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Россошанский районный суд Воронежской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Д.Ю. Рогачев
Решение принято в окончательной форме 03 октября 2022 г.